Капрал.

Обещанного до семнадцатилетия ждут.

- Рива-а-ай! – требовательно визжала Изабель, скача вокруг скучающего и неподвижного брюнета. Леви сравнил девушку с жужжащей возле него надоедливой мухой, от которой нет спасения. – Ривай! Мне уже неделю назад исполнилось семнадцать, а ты всё еще не рассказал мне об этом! Ты обещал, братик! - Я надеялся, что ты забудешь, - пожал плечами Леви, не намереваясь посвящать, на его взгляд, молоденькую девицу в подробности половой жизни. За прошедший год они с Изабель очень сблизились. Леви считал её своей младшей сестренкой, ухаживал за ней, следил за её здоровьем и учил хорошим манерам. Ему даже в голову не приходила мысль о том, что Магнолия – девушка, у которой есть точно такая же щелка, как и у остальных представительниц прекрасного пола. Год назад, обещая рыжеволосой девчонке рассказать, показать и научить всем премудростям таинственного местоимения, Леви поставил на то, что Изабель успеет о взятом обещании забыть. Но вот недавно ей исполнилось семнадцать лет, и теперь девушка докучала ему с их треклятой сделкой. Черт бы побрал этого Фарлана, который в своё время вынудил брюнета совершить необдуманный шаг. Сейчас блондин стоял рядом и тихонько хихикал, злорадствуя. - Ну, что, Леви, посвятишь её в эту тайну? – издевательски спросил он, пихнув друга в бок. Аккерман фыркнул и мотнул головой. - Фарлан! – вспыхнула Изабель, умирая от любопытства. – Ну хоть ты! Расскажи мне, что это за секрет такой! Что значит – это? Какое-то тайное оружие, да? - Да, - подхватил Ривай. – О нём тебе знать нельзя. - Почему? - Слишком маленькая. - Мне семнадцать! - Ей семнадцать, - согласился Фарлан. – Леви, она и правда уже взрослая, но наивная донельзя. Либо ты расскажешь, либо я. Ривай устало вздохнул и запрокинул голову, уставившись в темный свод подземного потолка. Приходилось соглашаться, что Изабель была уже девушкой взрослой, но, увы, ничего не знающей о половой жизни. Да и кто её, маленькую оборванку, стал бы посвящать в такие дела? С тех пор, как рыжеволосая бестия попала к Риваю и Фарлану, они оба оберегали её от извращенцев, пьянчуг и нежелательной информации. Правильным ли будет решение Леви, если тот согласиться рассказать Изабель о половом созревании, пестиках и тычинках? Конечно, показывать свои гениталии и учить девушку заниматься сексом он не собирается, но вот осведомить о кое-каких деталях всё-таки следует. - Ладно, - наконец, протянул Леви, вернув голову в прежнее положение. – Вечером мы с Фарланом расскажем тебе. - Вечером я ухожу на вылазку, забыл? – вставил Фарлан. – Можно, отложить этот разговор на следующую неделю, не так ли? - Ну, уж нет! – возмутилась Изабель. – Я и так ждала целый год и неделю! Черт с тобой, Фарлан! Уезжаешь, так уезжай. Леви всё равно придется мне всё рассказать. - Ох, - протянул Ривай. – Как проблематично... - Смотри не учи её ничему плохому, - шепнул брюнету на ухо Фарлан, засмеявшись. Леви закатил глаза, а вечером пожал руку блондину и простился с ним. Фарлан обнял Изабель, пожелал обоим удачи и пошел вслед за своими товарищами на вылазку, напоследок махнув рукой. - Ладно, пойдем домой, - небрежно бросил Леви, потрепав Изабель по голове. – Скоро на поверхности стемнеет, а нам до дома еще пиликать и пиликать. Девушка кивнула, и они вместе зашагали по неровной дороге, разговаривая о том, о сем. Изредка они замолкали, задумываясь о своём, а затем снова начинали беседовать на свободные темы. Когда до дома оставалось совсем чуть-чуть, Изабель спросила: - Братик, а о чем мы будет разговаривать? Леви скривился, а затем поджал губы. - Давай сначала дойдем до дома, а там уже сядем, и я тебе всё расскажу. - Ты обещал мне всё показать и научить. - Не думаю, что до этого дойдет, - уклончиво ответил Ривай, сворачивая за угол. Они миновали арку, поднялись по лестнице и, наконец, оказались в родимом доме. Леви запер за собой дверь на засов, позакрывал все ставни, убедился, что они с Изабель в безопасности и только потом сел на диван. Сегодня большая часть его людей отправилась на вылазку: кое-что своровать, кое-где подсмотреть, кое на чем нажиться. Поэтому приходилось оставаться начеку, чтобы какие-нибудь негодяи и завистники не застали их с Могнолией врасплох. Изабель устроилась под боком Леви и хлопала своими большими зелеными глазенками. Ривай некоторое время молчал, собираясь с мыслями, затем повернулся к рыжеволосой бестии, поджал под себя ногу и начал: - Ты ведь знаешь, откуда берутся дети? Изабель растерялась, явно не ожидая такого вопроса. Ей сразу стало ясно, о чем пойдет речь. - Ну, - уклончиво заговорила она. – Я видела на улице, как кабель на суку запрыгивал и… эм… что-то делал. Потом у суки живот появлялся. Но я слышала, что дети рождаются только у тех людей, кто очень сильно друг друга любят. Леви не удержался от улыбки. Вроде семнадцать, а наивная донельзя. Он хотел было вставить своё слово, но Изабель продолжила: - Я как-то задумывалась на этот счет… и пришла к выводу, что ты меня не любишь. Ни ты, ни Фарлан. Ведь я-то вас люблю, но детей у нас не появляется. Ривай приподнял брови и пожалел о том, что не рассказал обо всем Изабель раньше. Какие-то уж мутные мысли бродили в её голове до этого дня. - Я тебя люблю, - мягко улыбнулся Леви. – И я уверен, что Фарлан тоже тебя любит. - Тогда почему у нас нет детей? – захлопала глазами девушка. - А ты бы хотела детей? - Ну… - Изабель засмущалась. – Наверное. Вернее, от тебя хотела бы… Ты не подумай! Фарлан замечательный, и я уверена, что у нас с ним были бы замечательные дети, но ты ведь такой сильный! А значит, у нас с тобой и дети будут сильными. Сильнее, чем у меня и Фарлана. Вернее… Ривай слушал рыжую девушку, и изредка на его лице проскальзывала улыбка. Такие наивные и безобидные мысли могли возникнуть только у такой, как Изабель. - Ты бы хотела детей и от меня, и от Фарлана, я все правильно понял? – спросил Леви после того, как Изабель закончила свою пламенную речь. - Ну… что-то вроде того, - смущенно ответила девушка. – Но от тебя больше хочу. Кто бы мог подумать, что Изабель хочет от Ривая детей. Брюнет только и смог, что изумленно приподнять брови. В таком-то безумном мире, особенно в подземном городке, хотеть от кого-то детей – безумие. Население здесь пополняется исключительно «по залету». Случайно, так сказать. Любой здравомыслящий человек не спешил бы так яро делать детей, чтобы те в свою очередь страдали от недостатка солнечного света. - Извини, если обидела, - поспешила Изабель, заметив озадаченный взгляд Ривая. - Нет, - как можно мягче отозвался Леви, чтобы не спугнуть девушку. Разговор у них только-только завязался, и не стоило его прерывать, иначе начинать Риваю снова придется через силу. – Просто я немного удивлен, что ты вообще хочешь иметь детей. - Я не глупая и понимаю, что воспитывать их будет очень тяжело. И жизнь, скорее всего, у них не заладится. Но мне кажется, что если у нас с тобой будут дети, то они будут счастливы, хотя бы потому что у них есть такой отец, как ты, братик. - Ладно, - наконец, произнес Ривай, подразумевая под этим переход на другую тему. Однако Изабель неправильно всё истолковала. - Серьезно? У нас правда будет ребеночек? - Нет, - осторожно отозвался Леви, стараясь не задеть чувств Изабель. Он был уверен, что девушка просто-напросто не различает понятий любовь и дружба, потому для неё все едино. Это можно легко доказать даже этой её манерой называть Ривая братиком и при этом желать от него детей. - Слушай, Изабель, - начал снова Леви. – Семью заводят те люди, которые влюблены друг в друга. Любить можно по-разному. Мы, например, с Фарланом любим друг друга, как товарищи и братья. Тебя мы любим, как сестру и близкую подругу, и ты нас любишь точно так же, я уверен. - Ну да, - подтвердила Изабель, не засомневавшись. - Хорошо. Детей заводят, как правило, люди, которые влюблены друг в друга, как женщина в мужчину. Девушка снова кивнул в знак согласия. - Чтобы завести детей, любовь, конечно, очень важна, но происходит это иначе. - Как? Леви осекся и устало вздохнул. Ну за что ему такое наказание? Как сказать Изабель, что люди трахаются во всех доступных позах и во все доступные места, при этом не забывая об извращениях? Как объяснить ей, что когда-нибудь кто-нибудь будет долбиться в её влагалище пятнадцатисантиметровым членом и стонать от удовольствия? Как ей поведать о том, что не стоит раздвигать свои ноги, кому попало, чтоб дети у неё не родились от какого-нибудь бродяги? Проще вообще показать всё на деле, нежели разжевать и в рот положить! Не будь это Изабель, то Леви бы сказал все напрямик, не выбирая выражений. Однако Могнолия была ему человеком не чужим, и будет лучше, если брюнет будет сдерживаться и разговаривать, как учитель биологии, а не успешный самец. Лучше бы он оставил эту работенку Фарлану! - Сейчас будет не самый приятный разговор, я так полагаю, - устало проговорил Леви, тяжко вздохнув. - Говори уже, братец! - У мужчин и женщин есть особые половые органы… ну, например, ты наверняка замечала у себя внизу… кое-что, - Леви говорил так, словно его пытали. Он с трудом выжимал из себя слова, норовя сорваться и высказать всё в грубой форме. - Вроде того, - смущенно отозвалась Изабель, опустив глаза. - Этими органами люди и совокупляются. И только после нескольких попыток на свет появляется ребенок. - Оу… - Как-то так, - пожал плечами Ривай. - А это… больно? – болезненно нахмурилась Изабель. – Совокупляться – это больно? - Для девушек в первый раз – да. Но потом – это приятно. Очень. - А ты уже с кем-то делал это? - Да. - С кем? - Изабель, я думаю, не стоит углубляться в подробности моей половой жизни, - резковато ответил Ривай. - Если ты расскажешь мне свои секреты, то я расскажу свои, - сделала отчаянный шаг девушка, покраснев. Леви тяжело вздохнул. Какие у неё могут быть от него секреты? На секунду он подумал, что стоит прекращать весь этот балаган. Урок пройден и закреплен. Следовало бы закрыть эту тему раз и навсегда. Однако любопытство всегда было его слабой стороной, и Ривай уступил. Если секреты окажутся неважными, то он остановится. - Пару официанток, пару шлюх, пару девушек с улицы, которые запали на меня, Кали из нашего отряда и Мари с соседней улицы, - на одном дыхании перечислил Леви. - Ого! Большой список! – удивилась Изабель. – Ладно, теперь моя очередь. Но для начала спрошу у тебя. Ты целовался когда-нибудь? - Да. - Я тоже. Леви изогнул бровь. Он был уверен до этого момента, что Изабель девственна во всех местах! - Это случилось больше полугода назад. Соседский мальчишка сказал, что целоваться – это приятное занятие. Ну… мне было любопытно, и я согласилась попробовать. - Ну и как? – осторожно спросил Леви. - Противно. Он засунул свой язык мне в рот. У него изо рта плохо пахло, и язык у него был шершавый. Как вспомню, так и хочется блевать! Отвратительно! С тех пор я пообещала, что никогда в жизни не буду больше целоваться. Ривай не без удивления подумал, что девочке испортили всё представление о первом поцелуе, да и о поцелуе вообще в целом. На самом деле, это довольно приятное занятие, и Леви стало невольно жалко Изабель. Первый опыт у неё получился неудачным, и только из-за этого она решила поставить крест. Леви вздохнул, в который раз. - Изабель, это не так уж и противно. Просто тот мальчишка, скорее всего, целоваться не умел. - Суть, я так думаю, не меняется. Мне не хочется, чтобы кто-то совал свой язык ко мне в рот. Фу-у-у… бе-е-е… лучше убейте! Леви был убежден, что еще сто раз об этом пожалеет, но, тем не менее, подался вперед и тихо проговорил: - Наклонись. - Я не хочу целоваться! – запротестовала девушка. - Это не так противно, правда. Я покажу тебе, как это делается. Ты ведь веришь мне? Изабель сомнительно прищурилась. - Верю, - сдалась девушка и наклонилась к своему названному братику. Леви кончиками пальцев дотронулся шеи Изабель и едва-едва коснулся своими губами её – алых и пухлых. Он специально тянул время, чтобы разбудить в девушке желание. Что и требовалось доказать: рыжеволосая бестия уже сама потянулась к нему, и Ривай окончательно прильнул к её губам. Он мягко целовал её, оттягивая и сминая губы. Его рука становилась требовательнее, и Аккерман притягивал Изабель всё ближе. Леви не спешил пустить в ход свой язык, всё еще мягко целуя одни только губы. Но вот час пробил, и Ривай приоткрыл рот шире. Изабель последовала его примеру и неуверенно протиснула свой язычок вперед. Брюнет подхватил настрой девушки и их языки переплелись, ласкаясь и доставляя удовольствие друг другу. Аккерман уже давно понял, что поцелуй имеет большую силу. Если научиться правильно целоваться, то это умение будет на вес золота. На языке слишком много эрогенных зон, и стоит понять, как именно распорядиться своими знаниями и вуаля! девушка изнывает от желания раздвинуть ноги еще шире, чем раньше. Конечно, это на данный момент не относилось к Изабель, но эффект всё равно был стандартным. Рыжая девица потеряла голову от поцелуя. Ей было мало одних только губ Ривая и его проворного языка. Она хотела больше и подавалась вперед. Напор становился всё сильнее, и в конечном итоге Изабель удалось повалить Леви на диван и взгромоздиться сверху. Парень быстро понял, что ситуация выходит из-под контроля и отстранился. Ривай взглянув в туманные глаза Изабель и понял, что переусердствовал. Девушка пришла в себя на редкость быстро и залилась краской. - Извини! Могнолия вернулась на исходную позицию и отвела глаза. - Всё нормально, - усмехнулся Ривай. – Сам виноват… - Ты был прав, - минутой позже призналась девушка. – Поцелуй это не так плохо. Честно говоря, мне очень понравилось… - Сочту это за комплимент. Есть что-то еще, что я должен знать о тебе и о мальчиках? Изабель вспомнила одну очень пренеприятную историю, о которой не намеревалась рассказывать, и почувствовала, как загорелись её щеки. - Колись, - спокойно отозвался Ривай, заметив странные перемены. Девушка закачала головой, а Леви устало прикрыл глаза. - Ладно, давай так. Я рассказываю тебе то, что ты хочешь знать. А ты рассказываешь мне взамен то, что хочу знать я. Леви дал минуту на размышления и, в конце концов, Изабель согласно кивнула. - У тебя большой? – спросила она и поспешила добавить: - Один из нашего отряда отходил по нужде, и я заметила у него… ну… ты понял. Потом я подслушала кое-какие разговоры, и узнала, что чем у парней больше, тем лучше… Вот я и подумала, что эти две истории как-то связаны. Ривай приподнял брови. Эта девушка не так уж и мало знает, как ему сначала показалось. - Ты не против, если кое-какие детали я буду сообщать в грубой форме? – спросил Ривай, откинувшись на спинку дивана и положив на неё руки. - Не против, - кивнул Изабель. - То, что ты так боишься назвать, называется членом. В обычном состоянии они не большие. Лично у меня одиннадцать-двенадцать сантиметров. В возбужденном состоянии шестнадцать-семнадцать. - Это много? - Для моего роста – да, - подколол самого себя Ривай, и Изабель засмеялась. – Теперь колись, что там за история с тобой приключилась? Несколько долгих минут девушка собиралась с мыслями, а затем начала повествовать: - Это был всё тот же соседний мальчишка. Он сказал, что может дотронуться до одного места на моем теле, и мне станет очень приятно. - Не забудь упомянуть, кем был этот мальчишка, - презрительно плюнул Леви, совершенно не довольный этим загадочным извращугой. - Ну, так вот, - смущенно продолжила девушка. – Он засунул свою руку мне… вниз и… пощупал. Это было неприятно, и я ударила его. - Умница. Изабель слегка улыбнулась. - На этом история заканчивается. - Ну, я так думаю, что наглядно показывать тебе, что это может быть приятным, я не буду. И поцелуя было достаточно. - Да, конечно! – мигом согласилась Изабель и понурила голову. – Слушай, Леви, ты сказал, что первый раз у девушек болезненный? - Да, - кивнул Ривай. - Как ты думаешь, кому стоит довериться в первый раз? - Никому, - сухо ответил Леви и нахмурился. – Маленькая еще отдаваться… - Но мне семнадцать. В округе девушки моего возраста уже выходят замуж. Я, конечно, ни о каком замужестве не думаю, но после твоей… эм… лекции я поняла, что мне хочется попробовать с кем-нибудь. Как думаешь, Фарлан согласится лишить меня девственности? - Я потом Фарлану за это член отрежу, - буркнул Леви. - Фи, как грубо. Ривай рывком повернулся к Изабель и внимательно взглянул в её сметенные глаза. Стоит ли эту бунтарку вообще кому-либо доверять? Ему так не хотелось терять эту Саму Невинность, что был готов пойти даже на такие крайности, как придушить того соседского мальчишку, лишь бы тот больше не касался их с Фарланом сестренки. - Правда, думать забудь, - строго сказал Леви. – Ты еще слишком мала. - Ты сам знаешь, что это неправда! – возразила Изабель. – Мне семнадцать, а я только сегодня узнала обо всех этих членах и совокуплениях! Мне кажется, я немного отстала в развитии! Я всё равно попробую! Неважно, разрешишь ты мне или нет! Это мое тело! И моя жизнь! Ривай провел рукой по своим черным волосам и тяжко вздохнул. Лучше бы он вообще никогда не рассказывал Изабель о пестиках и тычинках. Слишком гиблым оказалось дело. Теперь эта бестолочь попрется к какому-нибудь рослому мужику, и тот разорвет её изнутри, не обращая внимания на крики. Леви, конечно, еще не приходилось лишать девушек девственности, но из рассказов других он знал, что дело это неблагородное и отчасти кровавое. Брюнет снова откинулся на спинку дивана и снова пожалел о том, что посвятил Изабель во взрослую жизнь. - Леви, - осторожно позвала его девушка, виновато хлопая глазами. – Извини, просто я хочу быть взрослой и принимать подобные решения самостоятельно. - Ну и с кем же ты собралась лишиться невинности? – с кислой миной спросил Ривай. - Ну, я хотела… - уклончиво начала Изабель. – Я хотела попросить тебя… но ты, похоже, не собираешься этого делать… Леви взглянул на девушку растерянным взглядом. - Просто ты обещал мне всё рассказать, показать и научить. Первый пункт вычеркнут, а вот вторые два еще нет… Ривай минут пять, не моргая, смотрел на Изабель. Каков расклад? Девушка твердо решила для себя податься в мир похоти, но она умом совсем ребенок, и раз уж после первого неудачного поцелуя она наотрез отказалась с кем-либо целоваться, сложно представить, какое поспешное решение она примет, если первый секс не станет сказкой. Но кто сможет сделать всё правильно и с умом? Кто сможет позаботиться об Изабель, пренебрегая собственным удовольствием? Даже Фарлан не сможет держать себя в руках и нанесет больше вреда, чем пользы. Как говорится, если хочешь сделать что-то правильно, сделай это сам. Ривая разрывало на части, и он никак не мог решиться. В конечном итоге, Леви сошелся на том, что всё-таки он обещал Изабель и теперь несет за неё ответственность. - Ладно, - наконец, согласился Ривай. – Нужно выбрать, когда это случится… - Сейчас.