ALL YOU NEED IS LOVE

Утром толпа все еще была на месте. В новостях прозвучала короткая заметка о пожаре на студии «Электра», той самой, что снимала «Сиреневый шелк». — Надеюсь, это… н-не они, — опасливо покосился на окно Дэйв. — Они, — Эрик пролистал новостные сайты. — «Организация «Хранители чистоты» взяла на себя ответственность за погром и поджог студии, где была снята самая нашумевшая лента года», — процитировал он. — А эти «Хранители» и есть скинни. — И что? Мы теперь из дома выйти не сможем? — Сможем, если договориться с охраной, чтобы пропускала вызванную машину на территорию. — Тогда ладно, — Дэйв несколько успокоился. — Дэйви, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться? — ухмыльнулся Эрик, берясь за сотовый. — Прогуляться? — ужаснулся Дэйв. — Ты в своем уме? Я еще жить хочу. — Вполне в уме и даже знаю, что нас никто не тронет. Скинни не станут связываться с полицией и охраной, например, парка аттракционов. — Аттракционы? Это где всякие вагончики на рельсах и сладкая вата, и воздушные шары, и комната с кривыми зеркалами? — Ну, да. Здесь отличный парк, Дэйви, ты что, ни разу не был? — искренне изумился Розен. — Это следует немедленно исправить. — Я не очень люблю такое. Наверное. — Давай, попробуем? — Эрик прижал его к себе, потерся носом о шею, ловя аромат выбранного Дэйвом геля для душа — шоколадно-ванильного. — М-м-м, так бы и съел, вкуснятинка… — Не надо меня есть, лучше, давай, доберемся до парка, — засмеялся Дэйв. Эрик удовлетворенно прикрыл глаза: улиточку удалось немного отвлечь. А если удастся еще и развлечь — будет совсем здорово. Сидеть в четырех стенах Эрик не любил, он часто уходил гулять пешком по паркам. Подумывал о покупке мотоцикла или хотя бы чоппера и удивился тогда, после выматывающей съемки «Взгляда», насколько совпали их с Дэйвом мысли. Но сейчас нужна была машина, а не мотоцикл, и он набрал номер. — Привет, братишка. Да-а, кто бы сомневался, что ты уже видел. Одолжи машину с водителем? Чудно, Уилл, ты клевый старший брат! — А каково это, когда четверо старших братьев? — Двое старших, — уточнил Эрик, — Уилльям и Дэниэл. И двое младших — Грегори и Энджел. Как тебе сказать, улиточка… И хорошо, с одной стороны, ведь всегда можно попробовать пожаловаться, что тебя обидели. И плохо — зачастую, можно было получить люлей и от старших, что не смог дать отпор. Дэн учил меня драться, когда не работал, а случалось это редко. Уилл — игнорировать тех, кто может укусить словами, и кусать в ответ. — Здорово… А я всегда хотел, чтобы у меня был брат. Так плохо, когда ты совсем один. Ну не совсем, конечно, но большую часть времени я всегда был сам по себе. Эрик прижал его к себе покрепче. — Теперь ты не один, Дэйви. Давай, собираемся. День солнечный, но холодный, одевайся потеплее. — Ладно. Дэйв понемногу переставал бояться. Эрик рядом, он защитит его, если что-то случится. К тому же, за Эриком, несмотря на его самостоятельность и самодостаточность, стояла не последняя по влиянию семья Америки. Об Уилльяме Шварцкопфе не слышал только глухой — он уверенно продвигался по политической лестнице и вполне мог впоследствии стать конгрессменом или даже сенатором. Имя Дэниэла Шварцкопфа Дэйву ничего не сказало, оно вообще мало кому что-то сказало бы, этот человек не любил «светиться», а вот его службу безопасности компании «Шварцкопф и Шварцкопф» знали уже даже за пределами страны. — Эрик, а что мы вообще будем делать там, в парке? Я никогда не бывал в таких местах, — спохватился Дэйв. — Развлекаться, конечно же! Есть мороженое и сахарную вату, кататься на всех взрослых аттракционах, фотографироваться с героями мультиков. Что еще можно делать на территории «Неверленда», Дэйви? — Я не знаю, я же сказал, что никогда не бывал в таких местах, — усмехнулся Дэйв. — Видел их только в фильмах. И то в ужастиках. Эрик клятвенно пообещал ему, что ничего ужасного в этом парке нет и не будет, они хорошо проведут время. Он не сомневался, что Дэн пришлет пару десятков своих парней в штатском, а Уилл организует какого-нибудь проверенного журналиста, а то и не одного. Шарп тянул время, да и сомневался Розен в его способности сгладить конфликт и усмирить общественное мнение. Значит, стоит подтолкнуть события. Уилл это понимает, отец — тоже, скорее всего, они уже обсудили ситуацию и пришли к какому-то решению. — Учти, я не привык долго находиться там, где много народу, — Дэйв отвел глаза в сторону. — Кроме работы, я знаю, улиточка. Как только устанешь — мы уберемся отдыхать домой. — Договорились, — Дэйв поцеловал его в щеку. Эрик расцвел в улыбке и умудрился украсть еще один поцелуй, на сей раз настоящий. И глаза его сияли искренним чувством. Нет, он не мог не понимать, что Дэйв в него пока еще даже не влюблен, что обстоятельства их столкнули в такой момент, когда Валлентайну удобнее и безопаснее рядом с ним. И когда опасность уйдет, тот будет делать осознанный и свободный выбор. Но пока он наслаждался тем, что уже есть, запрещая себе мечтать о большем. Присланная машина отвезла их в парк, шофер заверил, что будет ждать, сколько потребуется. — А с чего мы начнем… Ух ты, как тут ярко, — Дэйв вертел головой. — А еще шумно. — Начнем, пожалуй, с мороженого и воздушных шаров, — рассмеялся Эрик. — Всегда мечтал о целой связке этой летающей дребедени, представляешь? Чтоб как в мультике, унесла меня в небо и на какой-нибудь волшебный остров. — Они тебя не поднимут, — возразил Дэйв. — Я знаю. Но мечтать-то от этого я не перестал. Какое мороженое будешь? — Эрик уверенно потянул его за собой, сейчас почему-то совершенно не заботясь о предписанных законом приличиях. Здесь, на территории парка развлечений, закон нивелировался, множество парочек держалось за руки, а «Таинственные гроты» и вовсе были территорией поцелуев. — Э… шоколадное? Да, я хочу шоколадное мороженое. Дэйву казалось, что они очень глупо выглядят, взрослые в детском парке. Потом, когда он со всей старательностью облизывал вкуснейший рожок, в котором, помимо шоколадного мороженого, прятались еще клубничное, банановое и ванильное, он заметил и взрослых, и то, что в будний день их здесь было даже больше детей. В выходные родители вели своих чад гулять, а будни… — Пойдем в «Таинственный грот», — позвал Эрик. — Ты должен его увидеть. Дэйв сомневался, что увидит что-то большее, чем декорацию к третьесортному ужастику или фэнтези, но ошибся. Парк аттракционов на территории Голливуда не мог быть третьесортным по определению. Вход в «Грот» представлял собой практически настоящую пещеру, светильники маскировались под зеленоватые и голубые кристаллы, а не под дешевую имитацию факелов. — Какая красота, — ахнул Дэйв. — Оно… оно и правда таинственное такое, сказочное. Внутри так же, да? — Дэйви, это же Голливуд, — Эрик купил им билеты и повел своего парня внутрь. На стене у входа, вделанная в искусственный камень, сияла медная табличка, извещавшая посетителей о том, что в «Таинственном гроте» официально разрешены объятия и поцелуи. Дэйв посмотрел по сторонам и потянулся целоваться со своим партнером. Хотелось чуда, сказки и любви. Эрик только тихонько увлек его в сторону от входа, в один из гротов, скрытый искусственными лианами и небольшим водопадиком. Там обнаружились и удобные выступы, чтобы сесть, но этой парочке было не до них. Розен старался сдерживаться и не слишком распускать руки. Все-таки, на секс разрешения здесь не было, да и заглянуть могли в любой момент. — Так здорово, словно мы и вправду на каких-нибудь островах в тропиках, — восторгался Дэйв. — Если захочешь, после съемок у Ковальски устроим себе отпуск и улетим куда-нибудь. На Кайманы. Или на Санторини. М-м-м? — Давай. А съемки у Моргана? Вдруг нас пригласят? — Грант Морган… Даже не знаю, он мэтр, — Эрик произнес это с благоговением и искренним восхищением. — Ему не принято отказывать. Да и сам он практически не промахивается, выбирая актерский состав и все прочее. Талант. Если пригласит — это будет для нас даже не прорыв, а практически экспресс в высший эшелон, в элиту. — Да… Надо выложиться на этих съемках… На полную. Я хочу попасть к Моргану в фильм, на любую роль. Эрик только кивнул и повел Дэйва дальше. «Грот» был настоящим комплексом с «подземной» рекой и лодочками, с мостиками, пещерами, фонтанами. Пугалок здесь не было. — Так тихо и спокойно, я бы тут, наверное, даже жить поселился, — признался Дэйв. — Нет уж! — возмутился Эрик. — Идем, тебе надо развеяться. Покатаемся на аттракционах. — Только не на русские горки, — взмолился Дэйв, — там очень страшно. — Хорошо, на них не пойдем, — покладисто кивнул Розен, хотя именно туда и хотел. Что поделать, в детстве у него не было возможности погулять в парке аттракционов вволю. Да и вообще никак. — Давай, на колесо обозрения? Там высоко и все такое. — Давай. Колесо обозрения оказалось огромным и медленным. Конечно, весь город с него виден не был, но ближайшие окрестности, меловые холмы и парк - да. А еще наверху было тихо, почти неслышен шум голосов и машин, и Эрик осторожно поцеловал Дэйва, отдавая дань романтике. Тот улыбнулся, пряча блестевшие глаза. От счастья хотелось плакать. Потом было несколько каруселей, после одной из которых их и поймали. Эрик быстро огляделся, заметил смутно знакомое лицо — один из людей брата. Мужчина кивнул. Ага, значит, свои, можно не опасаться. — Мистер Розен! Мистер Валлентайн! Разрешите отнять несколько минут вашего времени! Интервью для «Холливуд Госсип», пожалуйста! Дэйв застыл, потом улыбнулся, вспомнив, что на фотографиях нужно получаться красивым и беззаботным. — Конечно, — Эрик крепко держал его за руку и улыбался во все тридцать два зуба. — Мы будем рады дать интервью самой старой газете нашего города, а так же самой уважаемой. — Мистер Розен, это правда, что вы… — Что на нас с мистером Валлентайном открыли охоту члены молодежной экстремистской организации «Хранители чистоты»? Да, правда. В связи с этим и угрозами нашей безопасности мы вынуждены держаться вместе. Мы с мистером Валлентайном являемся партнерами по съемкам уже более двух лет, так совпало, что и в дебютную картину, и в столь нашумевший «Шелк» нас пригласили в одну команду. — А что касается ваших отношений? — У нас прекрасные дружеские отношения, иногда разбавляемые творческими спорами, — отмер Дэйв. — Сложно работать два года бок о бок и не стать друзьями. — А как на ваши отношения повлияли съемки в столь необычном формате, как гей-мелодрама? Эрик холодно сверкнул глазами: — Нашей дружбе они, как видите, не повредили. — Каковы ваши дальнейшие творческие планы? — Как и все актеры, мы немного суеверны, но в той же мере тщеславны. Поэтому вам, пожалуй, мы скажем, что приглашены на кастинг к одному из наиболее успешных тандемов Голливуда. Их еще немного поспрашивали о планах, о настроении. Прозвучало в интервью и то самое сакраментальное: «Нельзя отождествлять актера и его роль». Затем журналисты отстали. — Везде найдут, — проворчал Дэйв. — То, что они нашли нас здесь и были корректны — это гораздо лучше того, что могло бы случиться в другом месте, — заметил Эрик. Он не собирался говорить, что журналистов предложил пригласить брат, и все организовал тоже он. — Это точно. Поедем домой, пока остальные не набежали? — настроение у Дэйва слегка подпортилось. — Не набегут, Дэйви, честное слово. А мы еще в «Зеркальной комнате» не были, идем? — Идем, — там побывать Дэйву хотелось всегда, казалось, что это что-то такое интересное и смешное. Оказалось — ничего такого особенного, просто настоящий лабиринт из зеркал, то обычных, то выгнутых самым неожиданным образом, отчего многочисленные отражения кривлялись и приплясывали. Поначалу было даже страшно, потом — немного смешно, еще чуть погодя от яркого света заболела голова. — Лучше бы мы еще раз прокатились на колесе обозрения. — Давай, прокатимся, — согласился Эрик, тоже потирающий виски. — И еще раз в «Грот», да? — Да… давай. Между этими двумя аттракционами они пообедали в симпатичном кафе в глубине парка, отказавшись от «Макдоналдса» и «Баскин Роббинс». Не прогадали — блюда в меню были более похожи на что-то съедобное, чем бургеры и прочий фастфуд, а молочные коктейли оказались не хуже, а как бы не лучше. В «Гроте» они взяли лодочку — все эти крохотные, на парочку, лодки двигались вдоль протянутого под водой каната, надежно принайтованные к нему, так что можно было спокойно целоваться, не обращая внимания на окружающее. — Как ты думаешь, нам поможет это интервью? — спросил Дэйв. — Сомневаюсь, что вот прямо сразу. Но все возможно. Поговорю с Уиллом, пусть потянет за какие-то свои ниточки. Эрик вообще старался семью в свои проблемы не вмешивать. Но то когда он отвечал только за себя. Сейчас на его попечении был Дэйв, а значит, нужно засунуть гордость в задницу и попросить помощи у тех, кто ее может оказать. — А это не повредит его карьере? — опасливо уточнил Дэйв. — Уилл умный парень, он сам разберется в том, что повредит, а что - нет. Я далек от политики, Дэйви, — развел руками Эрик. — Хорошо, нам нужна помощь… Розен поколебался и все же решил сказать: — Думаю, Уилл уже взялся за это дело. Скорее всего, визит корреспондента «ХГ» — его рук дело. — Что? Но… Зачем? — Видимо, есть причины. Вообще, все верно — его к нам не подпустили на выходе из «Грота», только в тот момент, когда настроение было хорошим, а мы оба — спокойны. Он был корректен и вежлив, мы тоже. Все нужные слова были сказаны. Если интервью попадет в «Дэйли Мэйл» и прочую прессу, а оно попадет, есть шанс переломить мнение общественности. Дэйв кивнул. Надежды на такой исход было мало, но вдруг да и получится что. В конце концов, должен ведь у людей быть разум. В общем и целом, поход в парк развлечений ему понравился. Эрик же, идя с ним к выходу, с трудноскрываемым желанием засмотрелся на тир. — Идем, — угадал его желание Дэйв. — Посмотрим, какие призы, вдруг ты выиграешь самый главный? — Это вряд ли, — Эрик рассмеялся. — Не настолько хорошо я стреляю, хотя натаскивал меня Дэни лично. — Ну хотя бы попробуем! Главным призом была модель Бэт-мобиля на радиоуправлении. Точная копия того, что использовался на съемках фильма. Глаза у Дэйва разгорелись, эту модель он хотел, причем именно эту, честно выигранную. Эрик щедро выложил немаленькую сумму за десять попыток — азарт Валлентайна следовало поощрить. Хоть к чему-то. Он лично осмотрел «воздушку», из которой предлагалось стрелять, потребовал замены на что-то «с менее кривым стволом». И лично помог Дэйву правильно взять оружие. Получалось плохо, тот вообще не привык к оружию. — Попробуй ты, — уступил он Эрику. Разница была сразу заметна. Ружье Эрик держал уверенно, стрелял точно и аккуратно, тщательно прицеливаясь в движущиеся фигурки с мишенями. — Восемь из десяти, — объявил смотритель аттракциона. — Отличная попытка. У вас есть еще три. — Ла-а-адно, — протянул Розен, перезаряжая воздушку, — я все равно выиграю. Ему игрушка была абсолютно без надобности, но ее хотел Дэйв. Тот даже отошел на шаг, чтобы не мешаться. Модель манила собой, уверяя, что сегодня обязательно будет стоять перед Валлентайном. Эрик на секунду прикрыл глаза, кивнул, давая сигнал готовности. И плавно нажал на спуск десять раз подряд. — Не верю своим глазам! Десять из десяти! — Ура! — Дэйв чмокнул его в щеку. — Ты молодец! Эрик выдохнул и отложил ружье, как опасную змею. И поймал Дэйва в объятия на пару секунд пряча в его плечо лицо. — Вот, ваш выигрыш, — сделал вид, что не заметил ни поцелуя, ни объятий смотритель, выставляя на стойку яркую коробку. Дэйв сгреб ее, прижал к груди. Счастье так и плескалось в нем. — Ну вот, теперь тебе будет, чем развлечься, пока мы сидим дома, — усмехнулся Эрик уже в машине. — Ага… Интересно, как круто он войдет в поворот… — Сейчас приедем домой и проверим. У выхода из холла дома к лифтам их окликнул консьерж, спросил, когда заберут прибывшие еще вчера вечером продукты. Эрик хлопнул себя по лбу: он совсем забыл о доставке, хорошо хоть оплатил заранее. Пока они таскали продукты, пыл немного подостыл, Дэйв даже спокойно поужинал, прежде чем схватить новую игрушку и начать копаться, выясняя, как управлять, и какова дистанция. Эрик спасся от неуемного энтузиазма человека и мощного мотора и металлического корпуса игрушки на кровати, откуда со смирением Будды наблюдал, как Дэйв пытается разнести условную гостиную — другие зоны были ограничены высотой пола. — Я такой счастливый, — Дэйв оставил в покое машинку, кинулся обнимать Эрика. — Я заслужил парочку поцелуев? — Эрик распластался по постели, осторожно перехватывая острый локоть любимого рыжика в опасной близости от своих ребер, еще не заживших полностью. — Даже целых три, — Дэйв потянулся отдавать заслуженное. Наверное, так взвинтить желание невинными, по сути, ласками мог только этот невозможный парень. Или просто он так действовал на Эрика — как хорошая порция качественной «дури». Дэйву было так хорошо сейчас, что хотелось заняться долгим и нежным сексом. А если долгим и нежным — значит, он сверху, без вариантов, в противном случае это было бы не так долго, хотя просто крышесносно. Ну, и нежным тоже только в понимании самого Дэйва. Одежда полетела на пол, небрежно сброшенная. Он осмотрелся, потянулся к атласной ленте, придерживающей плотные портьеры в этой части квартиры. Эрик, с первых же мгновений уловивший идею, шало улыбался и не делал попыток что-то изменить, растянувшись на кровати. — Надо вносить изюминку в отношения, — пафосно заявил Дэйв. — Это была моя реплика, — хрипловато рассмеялся Розен, поднимая руки к невысокому кованому изголовью. — Прости, я ее украл, — Дэйв принялся привязывать любовника. Это было достаточно оригинально и довольно пикантно, ласкаться вот так, когда один находится практически в полном подчинении. Эрик откинул голову, открывая ему доступ к горлу, застонал от первого же полуукуса, крепко вцепившись в концы ленты. Дэйв не стал говорить никаких пошлых банальностей, ему было и так хорошо — он исследовал это великолепное тело, изучая его так пристально, как только мог. Розен отзывался на каждую ласку, он в самом деле был очень тактилен, да еще и ситуация додавала огня. Он стонал и вскидывал бедра, задыхался, подставляя под поцелуи и укусы мускулистый живот. Дэйв ласкал его все смелее, окончательно решив для себя, что секс с Эриком ему очень даже нравится, значит, можно не стесняться. Немного попрактиковался в оральных ласках, доводя Эрика до исступленного рыка и невнятных просьб. Но так быстро заканчивать все веселье он совсем не намеревался. Нет, еще не все особенности строения члена Розена изучены, не все венки отслежены языком. Еще нужно подержать в ладони тяжелую мошонку, аккуратно и нежно сжимая и оттягивая. Погладить бархатистую кожу в промежности, массируя и слушая скулеж и удивительно эротично звучащие маты Эрика. Смазку он мельком видел, забавляясь с машинкой, потому нашел быстро, презервативы отыскались там же. Можно было переходить ко второму акту — исследовать Эрика не только снаружи. В тот раз ему понравилось, но слова об отвычке отложились в памяти, Дэйв решил быть более осторожным. То ли общее состояние, то ли то, в каком положении находился Эрик, но остро воспринималось каждое движение, словно Валлентайн ухитрялся ласкать любовника всем собой. Когда Эрик начал насаживаться на пальцы, закатывая глаза, Дэйв убрал руку и вбился в его тело, крепко пережимая основание члена. Эрик охрип и уже даже не умолял — просто подвывал, хватая воздух пересохшими губами. Он бы уже раза три кончил, если бы ему дали, только жестокая улиточка решила, что эту роскошь стоит отложить. Дэйв трахал его так, словно от этого зависело, по меньшей мере, вращение планеты: жестко, сильными, длинными толчками, интуитивно поймав тот темп, глубину и угол проникновения, которые приносили Эрику наибольшее удовольствие. — Дэй-ви… Про… про-шу… Наконец, Дэйв сжалился. Между их телами плеснуло белесым, в воздухе повис чуть горьковатый запах. Сам Валлентайн кончил, ощутив, как Эрик сжимает его в себе. Ощущение было… Ну да, ни с чем не сравнимым. Оставалось освободить руки любовника, растереть алые следы на запястьях, добраться до кухни, попутно решая перед каждым таким «экспериментом» ставить рядом хотя бы стакан воды, чтоб потом не умирать от жажды и полной неспособности при этом шевелиться. Второй стакан Дэйв притащил Эрику. Тот благодарно прохрипел что-то и выхлебал его в мгновение ока. — Ох, улиточка, это было круче полета «Дискаверера»… — Я все правильно сделал? — Все даже лучше, чем правильно, — Эрик притянул его к себе, одаривая чувственным, но не принуждающим ни к чему большему поцелуем. — Спасибо, Дэйви. — Просто мне так хорошо сегодня… — Я рад. Правда, я рад, что сумел сделать что-то, что принесло тебе радость. — Я о такой игрушке мечтал всю жизнь… думал, что куплю обязательно, когда стану взрослым. — А какие у тебя еще были мечты? — Что я буду есть каждый день и спать в кровати. Они простые, когда вышвыривают из дома. Эрик кивнул. Нет, дом-то у него был, была любящая семья, которая крепко держалась друг за друга, а вот еда — не всегда. Как и деньги, чтоб заплатить за отопление зимой, или за лекарства младшим. — Но сейчас я очень счастливая улиточка. — А уж какая я счастливая псина, — зевнув, улыбнулся Эрик.