Часть 9
13 апреля 2019 г., 19:56
— Ты кретин? Может хватит уже? — я почти на взводе; мне совсем не хочется отвечать на подобные провокационные вопросы. Мне сразу вспоминается вчерашняя ночь.
— Я перестану, если только ты ответишь на один вопрос. Что значит "я тебя купил"?
Стук. Сердце пропускает глухой удар и замирает. Я поднимаю на Кастиэля глаза, чтобы увидеть его выражение лица, но не могу прочесть никаких эмоций.
Эта фраза... Откуда? Откуда он знает?! Он не мог взять ее из головы! Какими бы колкими фразами он не кидался в меня, чем бы не пытался задеть, сейчас он попал в самое сердце. Если он хотел выбить меня из колеи, то у него это прекрасно получилось.
И я не верю в такие совпадения.
— Ч-то?
Я не знаю, сколько времени молчала, но когда я осмелилась произнести единственное слово, мой голос дрогнул.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь...
Вру. И он прекрасно об этом знает.
— Правда? — парень прищуривается, заглядывая мне глаза, а я попросту не могу этого терпеть и всячески избегаю зрительного контакта. Словно прочитав мои мысли, Кастиэль добавляет, внимательно наблюдая за моей реакцией:
— Я знаю, что было вчера.
Я побледнела. До последнего не хотелось верить в свои догадки. И уж тем более не хотелось, чтобы кто-то знал о случившемся. Аппетит в миг пропал. А съеденная еда будто бы встала комом в горле, вызывая тошноту.
Закрыв рот рукой и не замечая направленные на меня взгляды Нэнси и Кастиэля, я выбегаю из кухни и залетаю в уборную. Только что съеденный ужин в момент оказывается в унитазе.
Господи, как же это унизительно. Хотелось спрятаться куда-нибудь, чтобы ничьи глаза не видели меня. Обида, горечь, отчаяние переполняли. Я всем сердцем ненавидела Люка. Ненавидела своих родителей за то, что они не оставили мне выбора и решили судьбу за меня. Но больше всего я ненавидела себя.
Спустя время в дверь постучались, как оказалось это был тот же самый Кастиэль. Черт, не хватало только его жалости или презрения. Этого дерьма мне вполне хватает и от себя.
— Ты в порядке? — произносит красноволосый по ту сторону стены. Но вряд ли ему это было интересно, вряд ли его волновало моё состояние. Таким людям, как он, не до кого нет дела, кроме самого себя. Скорее всего Нэнси послала за мной.
— Пошёл к черту, Кас, — я хотела вложить в эти слова всю свою горечь, обиду и злость, но, готова поспорить, прозвучало это чертовски жалко. — Ты думаешь, ты все знаешь? Называешь меня шлюхой, только потому что я нахожусь здесь? Ты судишь обо мне, делаешь какие-то свои выводы, нихера не зная.
Я открываю дверь. Эмоции переполняли меня, хотелось все их выплеснуть. Хотелось высказать Кастиэлю, чтобы поставить его на место.
— Да, Кас, меня купили. Как вещь. Люк купил меня. За деньги. Представляешь? Все так, как ты и говорил, — я смеюсь, хоть на глаза и наворачиваются слезы. — Кошмар, какая же я продажная! Мне плевать, называй меня шлюхой, проституткой, последней мразью - как тебе будет угодно. Только знаешь, мне не нужны его бумажки. Мне не нужен ваш охеренный-мега-роскошный замок, все эти машины, бизнес. Вообще ничего не нужно! Плевать я хотела на все это! Меня, блять, не спрашивали, чего я хочу, мне не дали выбора. Им было все равно на мои чувства, желания, — мой голос дрожит, дыхание прерывисто; но я на это не останавливаюсь. — О да, я ведь всегда мечтала провести свою жизнь со стариком-извращенцем и ненавидящим меня его избалованным маменькиным сыночком, сидя в золотой клетке на цепи! Так, по-твоему? Ну скажи, ты ведь знаешь куда лучше меня! Ты презираешь, ненавидишь меня? Я тебе отвратительна? Я себе тоже. Но тебе то почему? Я ничего не сделала тебе! Ты просто самовлюбленный кретин!
Не сдержав слезы, я вновь заплакала и, толкнув Кастиэля в сторону, вышла из уборной, стараясь не смотреть на него.
***
Парень же остался стоять на месте, ошарашенный подобной сценой. Такого он уж точно не ожидал от девушки. Наверное, впервые за долгие годы, он не находил, что ответить. Келли буквально обезоружила его, заставив почувствовать каплю вины.
