Игра престолов

      Комната находилась на верхнем этаже в одной из башен замка. В помещении царил мрак, окна были полностью заколочены, а под ногами скрипели дряхлые прогнившие доски. Дейенерис расхаживала из угла в угол. Подол ее роскошного, явно не предназначенного для такого места золотистого платья, то и дело взметался.       Давос стоял у входной двери, не отрывая взгляда от королевы, метавшейся по комнате. — Ночь темна и полна ужасов — так говорит ваша красная жрица?! — бросила она ему со всем присущим ей презрением. — Полагаю, что так, — спокойно ответил Давос.       Послышалась тяжёлая поступь: в комнату вошёл Мормонт. Он подошёл к королеве, и протянул свёрток с десятком конвертов. Королева приняла их и одарила Джораха любезной улыбкой. -Вот видите, сир Давос, ещё остались люди, которым я могла бы доверять. -Тирион прятал их не слишком хорошо, — Мормонт не скрывал неприязни к Бесу. -Так значит, он не собирался отдавать их мне.       Давос заметил, что она нисколько не удивилась. -Клиган жив и здоров. Что вы можете сказать на это? — она высокомерно обратилась к Давосу. -Мне нет оправдания. Он должен был умереть. -Должен был, да не умер, — она глубоко вздохнула. — Теперь это не ваша проблема, — добавила королева, переметнув взгляд на Мормонта. Тот одобрительно кивнул головой.- Что же касается Тириона, Санса слепа, раз верит ему. Тем более, если взаправду собирается сохранить жизнь кому-то из его семейки.       Выражение лица Давоса изменилось. Все, что она сказала, можно было считать чистой воды предательством. -Вы свободны, сир Давос.       Поклонившись, Давос, исчез за дверью.       Покинув королеву, Луковый рыцарь сразу же направился к темницам. Чтобы остаться незамеченным, пришлось проскользнуть в подземелье через кухню.       Давос перестал доверять королеве из-за моря после той ночи, когда наемников мальчишек Старков убили под боком многотысячной армии. Но отступать было некуда. Пришлось продолжать играть верного слугу — ведь он сам отвёл Клигана к его брату. Винтерфелл перестал казаться ему безопасным местом. Он усомнился не только в королеве, но и в её приспешниках.       Давос торопливо обыскивал карманы в поисках ключей. За дверью перекликались голоса стражников, которые в любой момент могли его обнаружить там, где ему быть не положено. -Что ты делаешь? Поможешь ей бежать, тебе несдобровать, — голос Мелисандры был встревоженным. -Она не собирается её отпускать, а я не собираюсь здесь больше оставаться, — в конце концов, он отыскал нужный ключ.- Пойдём скорее, — он распахнул решётку и протянул руку Мирцелле. Та неуверенно поднялась с колен и прошла к выходу, Давос закутал девушку в длинный чёрный плащ. -Ты остаёшься?       Мелисандра была удивлена его вопросу не меньше, чем он сам. -Нет, — ответ последовал незамедлительно.       Он не знал, зачем она ему. Вернее было бы убить Жрицу, но сделай он это, ему всё равно не вернуть Ширен. -Вы отвезёте меня к брату?       Мирцелла выгладила напуганной, но при этом в её глазах появилось давно исчезнувшее желание жить. Давосу даже показалось, что девушка улыбнулась ему сквозь слёзы.       Она поставила их в замешательство. Отправившись в Гавань, они сами подписали бы себе смертный приговор. Недолгое молчание сменилось бегством из замка.       У задних ворот Давос подготовил лошадей, нагрузив их провизией и всем, что могло понадобиться в дороге. Им предстоял долгий путь. Главным было обогнуть лес, и не попасться разбойникам или — хуже — наёмникам королевы, которых она, несомненно, пошлёт на их поиски. * * *       Ветер дребезжал в оконных рамах, в камине потрескивали угли. В центре комнаты стояла круглая деревянная бадья, выполняющая роль ванны. Над ней толстым слоем вился пар.       Периодически Санса подливала горячей воды, и каждый раз Арья съёживалась всё сильнее. -Ты стала другой.       Арья прижала ноги к груди и обхватила их руками. -Это плохо?       Санса вновь закатила рукава сорочки, чтобы подлить воды из таза. -Не знаю.       Немного погодя Арья добавила: — Я простила тебя.       Они обе понимали, о чём она. Арья долгое время винила Сансу в смерти отца. -Я думала, мы больше не увидимся, — на этих словах младшая из сестер заплакала. -Я старалась об этом не думать, — Санса окунула мочалку в воду и провела ей по спине сестры. -Брана и Рикона больше нет. Остались только мы и Джон, — Арья захлёбывалась в слезах. -Да, — чуть слышно прошептала Санса.       Сандор не соизволил постучаться и бесцеремонно вошёл в покои. -Нет, пусть уйдёт! — закричала Арья.       Не успел он сделать и пары шагов, как Санса, недолго думая, кинула в него мочалкой. Клиган сразу же захлопнул дверь.       Огарок свечи на столе догорел до самого подсвечника, когда в комнату постучали. -Кто ещё? — недовольно проворчал волчонок. -Посмотрим, — Санса приоткрыла дверь. На пороге стояла Маргери. -Я принесла ещё горячей воды.       Санса и Маргери рассмеялись. -Да вы решили меня сварить, — у Арьи эта новость радости не вызвала.       Пребывание Маргери на Севере затянулось. Прошло уже больше недели, и она не могла оставаться в Винтерфелле дольше. Серсея могла заподозрить неладное, а королева-мать и без того пыталась скомпрометировать новоиспечённую невестку: при дворе считали, что молодая жена короля отправилась Хайгарден. В скором времени девушка должна была вернуться в Гавань. * * *       Через некоторое время Санса спустилась в конюшню. Она облачилась в синее платье с высоким воротником; волосы были убраны в косу. Какое-то время девушка мялась на лестнице, не решаясь спуститься.       Её присутствие выдали скрипучие половицы. Клиган демонстративно не обращал на неё внимания, продолжая чистить своё оружие. Санса попыталась осмотреть его рану, когда он схватил её за рукав и усадил на стол перед собой. От неожиданности она вскрикнула, и его губы прижались к её губам.       С того момента, как они вновь оказались в Винтерфелле, Сандор всячески пытался избегать её. Поэтому Санса хотела лишь одного — чтобы этот момент никогда не заканчивался. Он прижал её к себе, впиваясь в её рот всё сильнее, и она отвечала ему тем же. Когда её рука оказалось на обожженной щеке, он резко стащил её вниз. Девушка ничего не успела понять, как Клиган перевернул её на живот и прижал к столу. Она не пыталась сопротивляться — внутри неё кипел пожар, сжигающий её дотла. Одной рукой он придерживал её шею, ни на минуту не отрываясь от поцелуев, второй старался скорее задрать её юбки и добраться до завязок на своих штанах. Внезапно он остановился, отпустив девушку. -Я не смогу делить тебя — ни с кем и никогда. -И не надо, — она попыталась его поцеловать, но он силой освободился из её объятий, и крепко схватил её за плечи. -Если станешь моей, я никогда тебя не отпущу!       Санса вздрогнула. Ей стало страшно, но она не подала виду. -Я хочу быть только твоей.       Эти слова стали для него решающими, Сандор подхватил её под руку.       Они шли в неизвестном направлении, и его руки были словно тиски.       Небо лежало так низко, что равнины и тучи сливались в одну серую муть. Они были уже далеко от замка, вблизи болот, где деревья стояли голые, а туман застилал собой пустырь, на котором не было ничего, кроме маленькой церквушки с вынесенными дверьми.       На пороге церкви им повстречался молодой септон в рясе телесного цвета. Вид у мальчишки был напуганный. Он, было, хотел побежать прочь, но Сандор взял его за шкирку и толкнул в сторону алтаря. Санса невольно последовала за ними — мрачное помещение не вызывало у неё бурных эмоций. -У нас нечего брать: все, что могли, уже разворовали, — жалобно пробормотал септон. -Пожени нас. Ты ведь можешь это сделать? -Могу, конечно, если вы оба согласны, — он покосился на Сансу, которая стояла за спиной Клигана, отстранённая от всего происходящего.       По суровому взгляду мужчины мальчишка понял, что зря спросил это. — Перед лицом Семерых я сочетаю браком этих двоих, да будут они едины, отныне и навеки. Взгляните друг на друга и произнесите обеты.       В голове Сансы не укладывалось, что происходит. В тех времён, как её выдали насильно за Тириона, она больше не желала быть чьей-то женой. Сердце бешено колотилось в груди, так и норовя вырваться. Она потеряла дар речи.       Септон сказал своё слово, и теперь была их очередь. В нужный момент губы Сансы сами повторили клятвы. -Отец, Кузнец, Воин, Мать, Дева, Старица, Неведомый… -Я - её, и она моя… -Я - его, и он мой… -С этого дня и до конца моих дней.       Как только союз был скреплен поцелуем, Клиган схватил мальчишку за шею и толкнул в сторону выхода. -Вы не можете, это священное место, — лепетал мальчишка, пока Пес тащил его за шкирку.       Сандор выпихнул септона из церкви. Тот хотел войти обратно, но, встретившись с взглядом Сандора, преждевременно передумал.       Законы приличия были не по Псу, будь это место трижды святыней. Он сгорал от желания поиметь её с того момента, как только увидел, и теперь мог сделать это по праву. Он усадил её прямо на алтарь, и одним рывком разодрал на ней платье. Звук ударяющейся об пол стали разорвал тишину церкви пронзительным эхом. В предвкушении столь желаемого, Санса сама притянула его к себе, впиваясь своими губами в его губы. Поцелуй не был чувственным — скорее похотливым. Ей не терпелось ощутить его в себе. Его руки жадно шарили по разгоряченному телу девушки, сжимая аппетитные формы. Она ещё не делила постель с мужчиной: Тирион был благороден, а Рамси не успел на неё взобраться, как окрасил простыни и её белоснежное платье своей алой кровью.       Черта была преступлена одним резким движением. Клиган не стал щадить свою Пташку, он напирал и двигался быстро. От нестерпимой боли всё тело было напряженно. Санса старалась унять её, но не могла, и непроизвольно впивалась ногтями в его спину. Храм наполнили всхлипы и стоны. Хотелось закричать и освободиться из цепких объятий, но ей не хватило смелости произнести ни звука. Оставалось только надеяться, что скоро всё закончится. В своих грёзах она не так представляла любовные утехи: в песнях пелось о высоких чувствах и великой любви, но о том, как муж любит свою жену за закрытыми дверями, не было ни слова. Пёс был животным, которое разрывает свою добычу на куски, не замечая порыва девушки вырваться из-под него.       Сансе показалось, что прошла целая вечность прежде, чем все закончилось. Ей почти нечем было дышать, и она задыхалась от собственных мыслей. Ее пугала неизбежность повторения подобного. По щеке скатилась одна единственная слезинка от досады — она чувствовала себя использованной. Санса попыталась привести себя в порядок. Разорванное платье полностью её обнажало. Сандор прикоснулся шершавой ладонью к её лицу и поцеловал в губы, но девушка не ответила и отвела взгляд.       Он не представлял, что она сейчас чувствует, но точно знал, что чувствует сам. -Я не умею говорить громких слов, но обещаю любить тебя до последнего вздоха. Я не оставлю тебя, и не предам, никогда, — он сжал её руку в своей руке.       Какие-либо ещё слова были лишними. С этого дня она принадлежала ему, а он - ей. * * *       Прошло два месяца, как они поженились. Их союз был нечестив, и потому оставался для всех секретом. Каждую ночь он пробирался тайком в её спальню, и там, под пологом, на пуховых перинах и шёлковых простынях делал со своей королевой всё, что ему вздумается. Сильные руки сжимали её, как тряпичную игрушку, от чего на теле оставались синяки. Старания быть нежным и ласковым улетучивались, когда звериные инстинкты брали над ним вверх.       Иногда она соглашалось провести ночь в его опочивальне. После его выздоровления покои, достойные короля, сменились на комнатушку с обшарпанными стенами, в которой помещалась только кровать: узкая и твёрдая.       Было за полдень. Тирион вошёл без стука. Под шкурой виднелись девичьи ножки; Клиган обнимал девицу, чтобы та ненароком не свалилась с кровати. -Клиган, прохлаждаешься в постели? А должен давно стоять у покоев своей королевы, — маленький лорд удивился, когда Сандор и пальцем не пошевелил, чтобы встать. — Я неясно выразился? Гони девчонку в шею и приступай к своим обязанностям, — в голосе присутствовала нотка угрозы.       Как только Тирион их покинул, Клиган отогнул шкуру. Санса уже не спала, её пробрал небывалый хохот оттого, что их только что могли застукать.       В большой гостиной Тирион и Варис покорно дожидались королевы, Санса пришла не одна: Клиган и Бриенна следовали за ней, словно тени. Они остались стоять позади неё, когда она устроилась во главе стола.       Доспехи рыцарей были начищены до блеска. Заметив своё отражение в амуниции Бриенны, Тирион скривил рожицу.       Санса одёрнула его. -Прошло два месяца, а мне до сих пор ничего не известно о местонахождении сира Давоса и пленников.       В комнату вошли три молоденьких девушки с подносами и принялись раскладывать столовые приборы. -Он прихватил с собой Жрицу, а кто был вторым?       Тирион показал пальцем на пустой стакан, и одна из девушек тут же наполнила его элем. -Не столь важно, кто был вторым пленником, сколько важно его возвращение. -Мы обязательно отыщем беглецов, — монотонный голос Вариса заставил Беса зевнуть, несмотря на манеры. -Я не сомневаюсь, лорд Варис.       Служанка протянула королеве запечатанный конверт с королевской печатью.       Пока служанки расставляли блюда, Санса вскрыла конверт.

Королеве Севера.

Спешу сообщить пренеприятнейшее известие: за измену короне и королю королева Маргери заключена под стражу. Над ней состоялся суд, и ее признали виновной по обвинению в предательстве и шпионаже. Также заверяю, что в дальнейшем дом Тиреллов не станет поддерживать никаких связей с леди Маргери. Её близкие сосланы с земель Королевской Гавани. Такое милосердие, проявленное королём, сопутствовалось договоренностью с лордом Мэйсом Тиреллом об объединении войск и защите Гавани, если таковая потребуется. Дальнейшая судьба леди Маргери будет зависеть от соглашения, к которому придут Север и Юг. Мы не станем просить слишком многого, ваша милость. Наше требование — возвращение принцессы Мирцеллы. Казнь милейшей особы состоится не позднее, чем через месяц после того, как вы получите письмо. Королева-регент.       Никто не знал, что в письме, но взгляд у Сансы поменялся. Она обернулась к камину и бросила письмо в огонь. -Собирайте войска, мы выдвигаемся!       В ту ночь люди могли наблюдать огромную тень над Винтерфеллом, способную взмахом крыльев сокрушить все, что угодно. Из пасти существо извергало огонь.