Заставь меня чувствовать!

      Он стоял и просто наблюдал.       Тот парень в черном, стоящий посреди улицы, и правда выглядел странно. Впрочем, как и сам Джерард.       Голова раскалывалась и он почти физически ощущал эту ноющую пустоту в душе. Уже много дней Джерарда преследует это невыносимое чувство, когда не хочется возвращаться в свою маленькую холодную квартиру, а больше идти некуда.       Ты давно не нужен своим друзьям и знакомые уже забыли как произносится твое имя.       Последние несколько вечеров Джерард проводил в грязном баре в одном их мрачных закоулков города. Такие красивые мальчики были там в редкость и не было отбоя от желающих взять его к себе на ночь.       Кто-то обращался с ним хорошо и даже давал денег в конце, но большинство издевались, били, а под утро выкидывали за дверь как сломанную игрушку.       Джерард и сам не мог понять, для чего делает все это. Но даже бар и последующие побои представлялись ему более радужной перспективой, чем вечер в компании собственных мыслей.       Психологи называют это «суицидальная депрессия».       Это то, когда переходя шоссе по надземному мосту, ты оцениваешь свои шансы на мгновенную смерть, если спрыгнешь вниз прямо сейчас. То, когда специально наступаешь на оголенный провод, лежащий в луже, надеясь на наличие пары тысяч вольт в нем. То, когда выпиваешь 50 таблеток корвалола, но получаешь лишь рвоту, режущую боль в животе и бредовые галлюцинации.       Возможно, в глубине души, Джерард надеялся, что когда-нибудь попадется «клиент», сила удара которого будет слишком велика, чтобы ее вытерпеть.       Он давно разучился плакать, но сейчас, посмотрев на слезы парня, стоящего в пяти метрах от него, Джерард почувствовал обжигающие потоки не щеках и шее. Сердце пропустило пару ударов.       Дождь резко прекратился, будто что-то оборвало его, перекрыв кран в облаках.       Как же хочется кричать. Орать до хрипоты. До боли в связках. Как будто ты единственный, оставшийся в живых на планете. Как будто никто не услышит и не вызовет психиатров. Выразить в крике все, что чувствуешь. Но ты можешь лишь молча сдерживать рыдания, стоя под дождем посреди улицы.