please don't die

Чон Чонгук был обыкновенным студентом медицинского университета. С самого детства он мечтал помогать неуравновешенным людям. То, как доводить людей до такого состояния, так ничего, а как разрешить эту проблему, все начинают бояться. Родители постоянно отговаривали Чонгука идти на психиатра, угрожая тем, что это очень опасная и рисковая профессия, мол, пока с ними работаешь и сам таким станешь. Но, естественно, он и слышать никого не хотел, заставляя всех родственников мучиться в догадках, отчего же у него такое пристрастие. Однако держать Чонгука никто не стал. Как ни как, он сам решает, кем ему быть в своей жизни. Прошло 7 лет с того, как Чон переехал из Пусана в Сеул и поступил в университет. Он всегда стремился к своей цели и, непременно, добивался желаемого. Это был последний год его обучения здесь, все кураторы гордились таким учеником и всегда ставили в пример. Последний год был самым ответственным. Всем студентам пообещали настоящую практику с больными в ближайшей психиатрии. Это было начало сентября. Погода оставалась очень промозглой, а тучи закрывали повседневную красоту неба. Именно сегодня Чону и предстояло впервые увидеть своего пациента. Мин Юнги, так звучало имя этого нашумевшего больного, находился в этой больнице на протяжении десяти лет. Причина чего так и не выявлена. Чонгуку дали почитать лишь историю болезни, но так, как никому еще не удалось выявить причину заболевания Юнги, всё было как в тумане. Одно Чонгук знал точно, ему дали самого сложного пациента. По симптомам было трудно догадаться, как это вообще можно излечить, ведь в причине скрывается и сам выход из положения. Чон, допив свой зеленый, успокаивающий чай, собрался и пошел в больницу.

***

Прямо у входа в медицинское учреждение стоял куратор и раздавал медицинские карты, указывая на нужные им палаты. Чонгук получил карту Юнги, которая была необыкновенно-толстой. Он снова понимал, насколько тяжел его пациент. — Почему всем такие легкие пациенты достались, а мне нет? —недовольно спросил Чон, на что куратор ответил с ухмылкой. — Потому что Вы претендуете на красный диплом. Кроме того, я уверен, что Вы сможете излечить этого парня. — Шутите? Если его за десять лет не вылечили, то это не значит, что я смогу! — запаниковал Чонгук. Куратор просто промолчал, указал направление к палате и улыбнулся, желая удачи. Чонгук шел прямо по коридору и, когда он, наконец, дошел до палаты, то заглянул в неё через решеточку. Это была пустая комната небольших размеров. В правом углу, возле стены, стояла не застеленная кровать. Стены были не в лучшем виде, краска в некоторых местах облуплена. На одной из стен Чону в глаза бросилась наклеенная картинка. На ней был изображен как бы «вид из окна» на ясный, солнечный день. Посередине палаты сидел Юнги на старом деревянном стуле и смотрел как раз в это «окно». Волосы Мина были белоснежного цвета, со слегка отросшими корнями. Он был одет в джинсы, зауженные к концу и однотонную кофту с длинными рукавами. Чон немного отошел назад, тяжело вздохнул и зашел в палату. Теперь он сам почувствовал эту атмосферу, которая казалась такой нагнетающей. Чонгук осторожно подошел к Юнги. — Привет, — с какой-то надеждой поздоровался Чон. Однако, в обмен он не получил никакой реакции. Он решил не дожидаться, пока ему соизволят ответить. Чонгук встал прямо перед Юнги. — Это не вежливо с твоей стороны. Пожалуйста, расскажи, как ты здесь оказался. Юнги посмотрел на него, а затем просто отвернулся в другую сторону без каких-либо эмоций. Это уже начинало подбешивать Чонгука, а ведь это только начало. — Эй, я ведь с тобой разговариваю! — Чон снова сделал замечание, на что снова не получил ответа. — Да я же ничего плохого тебе не сделаю! Мин Юнги, я помочь хочу. Наконец, пациент обратил на говорящего внимание. Он повернулся к нему лицом и просто посмотрел в глаза. Чонгук слегка насторожился и отошел подальше, что вызвало у Юнги лишь насмешку. Он снова повернулся к своему «окну» и уставился на шикарный вид. Небо такое чистое и, если присмотреться, можно увидеть зеленую траву и людей, гуляющих вдалеке. Легкий ветерок подувал из окна, пение птиц было такое неясное, но завораживающе красивое. Юнги мог смотреть на него часами. Однако то, что он в палате не один, мешало. Тишина не была такой, как когда Юнги был один. Чонгук уже часа два сидел и ждал, пока его пациент выдаст хотя бы один звук. Обстановка нагнетала. Наконец, Чон не выдержал и вышел из палаты, направляясь в сторону куратора. — Ким сонсэним! Ким сонсэним! Прошу, поменяйте мне пациента, пожалуйста, — умоляюще просил Чон. — Этот ведь даже не реагирует на меня! Можете мне оценку снизить, я готов! — Чон Чонгук, что же это такое? Вы ведь понимаете, что это не просто оценка — это опыт. Вы просто не представляете, какими сложными бывают пациенты. — Я понимаю… Но как мне его разговорить? Он просто сидит и смотрит в одну точку… — Чон обреченно повесил голову. — У меня были и такие, которые после обычного приветствия готовы кинуть в тебя первым, что попадётся под руку, — усмехнулся куратор. — В общем, я не стану менять Вам пациента. Просто приходите к нему, и тогда ему придется заговорить с Вами, ему надоест молчать, уверяю. Чон расстроенно пошел обратно к палате, долго не решаясь войти. Через решеточку было видно, что Юнги так и не сдвинулся с места. Примерно через час, Чонгук всё-таки зашёл и сел на стул около двери, который сам же и принёс. Пациент так и не желал разговаривать. Чонгук, не теряя времени, решил по подробнее изучить медицинскую карту. Так прошло еще пару часов. Тишину нарушало лишь перелистывание страниц. Юнги стало дико любопытно, ведь этот странный человек в белом халате был гораздо интереснее, чем это «окно». Он повернулся сначала в сторону Чонгука, потом снова к «окну» и так ещё несколько раз. Однако всё же его взгляд остановился на Чоне, который уже ощутил на себе его взгляд, но делал вид, что читает. Юнги дожидался хоть какой-то реакции, но затем снова повернулся к окну. —…Прекрасно, не так ли? Хорошая погода… — неожиданно сказал Юнги, с неким восхищением, что заставило Чона оторваться от карты. — Да… Хорошая, — это очень удивило Чонгука, теперь он почти понял, что означали слова куратора, но снова уткнулся в карту. — Что, интересно? — Юнги никак не мог отстать от него. Этот человек вызывал у него почти детский, восторженный интерес. — Не знаю пока… — монотонно ответил Чонгук. — А что это? — поинтересовался пациент. — Карта, медицинская. — Моя? Зачем она тебе? — Юнги немного рассердился, подозревая, что и этот объект оказался таким же пустым, как и все предыдущие. — Для практики. Ближайший год я буду твоим врачом, — объяснил Чонгук. — Не нужен мне врач! — выкрикнул Юнги и снова отвернулся от незнакомца, что несколько оскорбило его. Юнги так не хотелось думать о том, что к нему привели еще одного «врача», который будет копаться в его личной жизни. Это так бесило Юнги. Их разговор больше не продолжался до конца рабочего дня Чона. Сразу, как только часы показали нужное время, он встал и ушел, весь вечер, думая только о том, что же делать с этим упрямым пациентом, как заставить его довериться.