Как же со своим ремонтом ты зае...

      Полуголый омега лежал с сильными кровоподтёками на лице и теле без сил встать. Он думал, что истязания на сегодня закончены, но через несколько минут альфа вновь вошёл в гостиную. Его улыбка не предвещала ничего хорошего. Неистовый огонь полыхал в этих затуманенных глаз на протяжении нескольких часов, омега не мог уйти. Альфа склонился над ним, больно схватив подбородок.       — Я сделаю с тобой всё, что захочу. Твоё тело принадлежит мне... И провинился, — альфа сорвал последнюю тряпку, прикрывающую наготу, и засунул руку глубоко в омегу. Громкий крик пронзил воздух. Это ещё сильнее распалило животное над ним.       Другой рукой альфа держал шею омеги, сильно сдавливая и приближая для поцелуя. Губы омежки были искусаны, во рту ворочался чужой язык, мешая достаточно дышать.       — Если ты уйдешь, я найду тебя снова, — сказал альфа, отстранившись.       — Прекрати, тебе не стыдно? Ладно я, а как же он? — омега дёрнул головой в сторону забившегося в угол ребёнка, что был свидетелем всего этого жестокого действа. Он давно не открывал глаз и пытался закрыть уши, чтобы не слышать ничего. Думал, как можно помочь дяде, который взял его на воспитание, когда родители разбились в автокатастрофе.       — А что? Он уже взрослый, пусть видит, что омежкам, как он, нужно слушаться альф... Правда, Джейсон? — обратился альфа к ребёнку, но тут же вернулся к мужу: — А теперь покажи ему, как должны вести себя омеги со своими альфами...       Альфа рванул на себе ширинку и быстро вошёл в омегу, что пытался прикрыться.       "Почему истинный оказался таким ненормальным садистом? Почему он стал таким, если даже в первые несколько лет супружества он не позволял себе и грубого слова? Хотя нет, он и сейчас их не употреблял... Вся его жестокость и агрессия заключена именно в деле... Я не узнаю человека, за которого вышел шесть лет назад. Я даже не узнаю моего мужа, каким он был полгода назад... Что произошло? Почему он так изменился? Как же сбежать отсюда? Нужно хотя бы Джейсона отсюда вытащить... Как он будет дальше жить?! Если бы у него был кто-то, кроме меня... Ради Джейсона надо сбежать отсюда! Всё! Ребёнок не должен видеть такой грязи! А что, если он однажды и на Джейсона полезет? Я не должен такого допустить!"       Омега со слезами на глазах терпел резкие толчки, они скоро должны прекратиться, ведь это уже второй заход за утро...       Но малыш-омежка, уже испытав предел омерзения от альф, зарекся от отношений.

***

      Спустя два месяца дядя-омега с малышом-омегой оказались на другом конце страны, без каких-либо собственных пожитков и документов. К счастью, у старшего омеги оказались добрые знакомые, что сделали беженцам другие имена и дали крупную сумму денег для начала новой жизни. Но дядя был скромен и совестлив, и почти сразу же отправил деньги обратно друзьям. Его наконец зажившее лицо было необычайно приятно, и работодатели быстро взяли его в штат (ребёнок походил на него)... Он устроился официантом в дорогой ресторан, изрядно изменив стиль: волосы стали темнее, прическа стала слегка бетовой.       Маленькая семья с толикой облегчения вздохнула, ведь альфа так и не находил их. Новая жизнь началась. Но дядя однажды утром понял, что носит под сердцем ребёнка... Ребёнка чудовища.       Джейсон, только поступивший в шестой класс, начал искать подработку. В местном почтовом отделении не хватало работников, а мальчик выглядел порядочным, поэтому ему доверили разносить письма.       Дядя был против, но малыш был так упёрт, что его, полного решимости, ничего не могло остановить.       Родившийся бета был загляденьем и радостью омег. Он бы на удивление тихим, и большинство детства мирно проспал.       Когда бете пошел пятый год, стало известно, что у него мышечная дистрофия Беккера, Джейсон, как искренне любящий кузена, устроился на две работы, чтобы обеспечивать замедляющие терапии. Омега отлично считал, заработанного им и дядей и сбережений хватало на все лекарства и больницы. Но на дяде не было лица, прогнозы врачей были туманны или противоречивы.       Джей решил пойти учиться в мед. Он хотел помочь брату, что сейчас вместе с дядей находился в другой стране, где медицина шагнула дальше.       Сейчас вошло в привычку отправлять все имеющиеся деньги заграницу и получать милые сообщение от всё-таки радостного рыжеволосого малыша и дяди.       Как бы он жил без этих родных лиц...       Мысли о семье заставляли его преодолевать трудности и продолжать работать над собой...