I hope we will meet again

Следующий день для обоих мальчишек прошел быстро и незаметно. Им было вместе весело. Хэл рассказывал забавные истории со школы, а Барри внимательно его слушал. Барри нравилось слушать. Ему нравились истории. Он хотел бы быть частью одной из историй Хэла. — А ты рассказываешь кому-нибудь истории, связанные со мной? — спросил тогда он. На что Хэл не смог подобрать тех слов, которые не огорчили бы Аллена, и просто ушел от ответа. Барри, по сути, был единственным его другом. В школе одноклассники были холодны к нему. Иногда издевались. Но в основном, конечно, просто не замечали. Тогда-то Хэл и научился быть жестоким. Отвечал агрессией на агрессию, насилием на насилие.

***

День в школе был ужасно нудным, долгим и скучным, но как только Хэл приходил и сидел на чердаке с Барри, все сразу становилось веселее и радостнее. Тогда Хэл хотел, чтобы день никогда не заканчивался. С каждым разом ему становилось уютнее с этим маленьким прилипалой. Но это было минусом. Хэл каждый раз бесился из-за этого. Ему не нравилась эта черта характера. Вечные вопросы, на которые Хэл даже не всегда мог ответить. Иногда не хотел. Иногда не успевал, потому что Барри уже задавал следующий. В один день Хэла это конкретно взбесило. К сожалению, приступы гнева у Джордана появляются внезапно. И вот он в мгновении ока стал злым. Яростно крича на Барри, чтобы тот убирался и не мешал ему, он прогнал мальчишку с чердака. Расстроенный Аллен не хотел сидеть в номере с родителями, которые отчаянно искали милый дом или уютную просторную квартиру. Сидеть внизу с Хэнком тоже не было настроения. Тем более, он бы спросил, почему Барри такой грустный. А Барри не хотел рассказывать о своих «проблемах». Перед малышом встал выбор, куда ему идти и что делать. Выборы всегда даются сложно, особенно, когда ты к этому не готов. На улице светило солнце в этот день. Не было ветра, но воздух все равно был морозный. Несмотря на то, что Аллен был всего лишь в тоненьком свитере, он вышел на улицу без куртки. Сейчас ему было даже не страшно то, что он может потеряться или что родители начнут его ругать. Он просто выбежал на улицу, пока Хэнка не было на месте, а то он бы сразу доложил, кому следует. Морозный воздух хорошо чувствовался. И пальцы Барри потихоньку начали замерзать, но раз уж поступает так безответственно, то отступать уже не имеет смысла. Идти на площадку и смотреть, как дети там веселятся, не было желания. Поэтому Аллен решил пойти на ту пустынную площадку, на которую ходил с Хэлом. Малыш совсем не думал о последствиях. Сейчас ему хотелось лишь спрятаться. Там, где никто его не найдет. Посидеть спокойно и все обдумать. Погрустить. Может, поплакать, пока никто не видит.       Аллен старался идти быстро и постоянно оборачивался, боясь, что его сейчас поймают за рукав и потащат обратно.       Спустя столько дней, как они с Хэлом уже начали нормально дружить — это была первая их ссора. Барри не любил ссориться. Ему не нравилось даже, когда родители не могли выбрать какую-то элементарную вещь.       Всегда, когда он слышал, как родители в очередной раз спорят из-за какой-то ерунды, он закрывался в своей комнате, обнимая какую-либо игрушку, и укутывался одеялом. Будто так он мог защититься. Будто так это его не коснется. Будто таким образом все наладится. Придя на эту пустынную площадку, он осознал, что было глупо выходить на улицу без куртки, да еще и тащится так далеко, учитывая, что в этой части города холоднее. Дальше по дороге стояли дома. Почти все разрушенные от старости. Дома стояли симметрично. Он мог выбрать любой, чтобы зайти туда, пытаясь отыскать тепло. Тепло, которого сейчас не хватало. И он хотел ни эту теплую весеннюю погоду. Он хотел теплых объятий. Как, к примеру, объятий мамы, когда ему было страшно по ночам. Или во время страшных моментов в фильме. Или когда все шло не так. Ему хотелось именно такой теплоты. Но сейчас Хэл злился на него. Родители были заняты. Мешать Хэнку не хотелось. Ничего не оставалась, кроме как испариться.       Но, как бы сильно ему не хотелось сейчас исчезнуть, его пропажу заметили.       Спустившийся вниз Хэл был немного озадачен тем, что Нора Аллен с обеспокоенным видом пыталась узнать у Хэнка, не видел ли он ее сына, на что тот несколько раз ответил «нет» и отрицательно мотал головой. — О, Хэл, здравствуй. Барри не с тобой? Он говорил, что вы много времени проводите вместе, но не сказал, где именно. Я немного волнуюсь, потому что он не взял телефон, а мы с его отцом хотели взять посмотреть небольшую милую квартирку неподалеку отсюда. — Подождите, — Хэл был явно шокирован, что Барри не вернулся в номере. — Он не с вами? — Нора отрицательно качнула головой. — Но… Этого не может быть. Мы с ним поссорились, — говорил он едва слышно. — Мы поссорились. Я в этом виноват, я думал, он вернулся в номер. — О Боже, — только и выдавил следящий за разговором Хэнк. — Я могу позвонить в полицию. — Его куртка в номере, он не мог уйти. — О, может он в библиотеке? У нас есть что-то такое в другом конце коридора второго этажа, — Нора Аллен кивнула на предположение Хэла и пошла наверх на поиски сына. — Я убью его, — произнес он, когда женщина скрылась из виду. — Ты не видел, он выходил из отеля? — Он умный мальчик и не ушел бы без куртки. — Но он не хотел находиться здесь. Слушай, я обидел его. Ты знаешь, эти приступы гнева, которые я не могу контролировать. Я сказал ему то, о чем сейчас жалею. И я собирался извиниться. Я не был уверен, что он в номере, поэтому сразу спустился вниз. А раз он не с тобой, и уж точно не в номере, то остается только один вариант — он ушел. Сбежал, понимаешь? — закончил Хэл и побежал за своей курткой. Вернувшись обратно в холл, он сказал Хэнку, чтобы тот успокоил миссис Аллен, и ни за что не говорил, куда ушел сам Хэл. Швейцар кивнул. Нарушать соглашения с Хэлом означало, что мальчишка потеряет к нему доверие, а этого не хотелось совсем. Хэл на всех парах бежал к единственному месту, где Барри мог спокойно посидеть в одиночестве. «Ох, Аллен, я надеюсь с тобой все в порядке», — думал мальчишка. Хоть он и не признавался сам себе, что беспокоится за друга, это было так. Он переживал, что с ним могло что-то случиться. К примеру, он мог просто-напросто замерзнуть. — Аллен! — провозгласил на всю пустынную улицу Джордан. — Я знаю, что ты здесь! — он говорил отрывисто из-за сбитого от длительной пробежки дыхания. — Ты облегчишь мне задачу, если выйдешь сейчас же! — продолжал он. Он смотрел то на одну сторону улицы, то на другую, в надежде, что сейчас появится Барри. Маленький силуэт, который Хэл так отчаянно хотел увидеть, на одном из крылец почти развалившихся домов. — Пожалуйста, выйди, — себе под нос произносил он. А затем он услышал шум в одном из домиков. Зеленая краска его поблекла, покрылась трещинами. Окна дома были разбиты. Сам дом был двухэтажным и ужасно скрипел, когда Хэл вошел в него. — Мелкий! Выходи немедленно! — проорал он, и эхо его ветер разнес по всей площади здания. Затем снова послышался шум. На втором этаже, куда мальчишка и отправился. – О, Боже, Барри, — сразу кинулся он обнять друга. Он сильно прижал его к себе, что весь холод от тела мальчишки хорошо ощущался. Хэл быстро снял свою куртку и нацепил на Барри. Джордан злился на него. На его безрассудный поступок. На себя. За те слова, что сказал. Он обнимал малыша, боясь, что тот получил обморожение, а так он надеялся, что согревает его хоть чуть-чуть. Барри было стыдно за то, как он поступил. Не подумал, а просто сделал то, чего ему хотелось. — Тише-тише, — Барри всхлипывал, а Хэл успокаивал его. — Все хорошо. Я здесь, — он гладил мальчишку по голове. — Твоя мама беспокоится. Нам стоит вернуться. — Она будет ругать меня, — еле слышно произнес тот. — Я… — Никто тебя не будет ругать. Я же не ругаю, — он отстранился, чтобы видеть лицо малыша. — Не убегай вот так больше, ладно? — ласковым голосом говорил он. — Мы должны вернуться, твоя мама беспокоится за тебя. И ты замерз тут сидеть. Сколько ты тут сидишь? Около часа? Тебя нужно согреть. — Мама будет меня ругать, — повторил он. — Скажи, что я в этом виноват. Свали всю вину на меня. Ведь я виноват в этом, — он встал и взял Барри за его холодную руку. — Я все объясню твоей маме, и она не будет тебя ругать, — они выходили из дома. — Я обещаю. Ты веришь мне? — и мальчишка кивнул, тогда Джордан улыбнулся. Они медленно шли по дороге, потому что Барри слишком замерз просто сидеть на одном месте. Хэл понимал это и не торопил его, хотя ему хотелось побыстрее привести его в теплый отель с обогревателями, одеялами и превосходным горячим шоколадом от Луизы. Но неожиданные обстоятельства заставили их немного задержаться. В один из домов заходил молодой человек лет двадцати пяти-тридцати. А в руках у него был пистолет. Хэл, зная всю историю этого района и этих домов, решил, что того человека надо остановить от его не особо умной затеи, и поспешил в тот дом, куда только что зашел мужчина. Он стоял, в гостиной нервно дыша. Скрип полов заставил его развернуться и увидеть парнишку. Хэл приказ Барри остаться на улице, чтобы избежать плохих развитий событий. — Это не выход, — медленно и спокойно проговорил Хэл, показывая свои руки, чтобы тот понял, что у него нет ничего в них. — Не стоит этого делать. Здесь и без того произошло много самоубийств. Не надо, чтобы… — мужчина наставил пистолет на него. — О, ты думаешь, что твои слова что-то значат для меня? — мужчина говорил со злостью в голосе. Он был хорошо одет. Костюм черного цвета, белая рубашка, цветной галстук то ли оранжевого, то ли желтого цвета — в тенях дома было сложно понять, что это за цвет. Явно фирменные ботинки, черное длинное пальто. — Убирайся пока я и тебя не пристрелил, — все злобно продолжал мужчина, наставив пистолет на Джордана. Хэл нервно сглотнул, он не ожидал такой ситуации. Он никогда не пробовал помочь человеку, который хотел застрелиться. — Ладно, — он натянул улыбочку, а мужчина странно на него посмотрел. — Я понимаю, что… — Заткнись. Тебе следует уйти отсюда, — он развернулся к Хэлу спиной. — Если я останусь стоять тут, а ты выстрелишь в себя, то я буду в крови. Не хочется объяснять моей маме, где меня обрызгал целый кровавый фонтан. — Что ты пристал ко мне, а? — он вновь развернулся, чтобы увидеть лицо своего якобы спасителя. — Ни одно твое слово не заставит меня передумать, — он снова наставил пистолет на него. — Так что или ты уйдешь и дашь мне спокойно умереть, — он снял пистолет с предохранителя, вот тогда Хэл и начал паниковать. - Или, — мужчина издал смешок, — и на одно мертвое тело в этом доме станет больше. Хэл задумался. Он не мог уйти, он хотел помочь этому человеку, но с другой стороны он не спаситель всего мира. Достаточно и того, что он уже помог Барри. — Хэл, — Аллен открыл дверь. И Хэл инстинктивно повернулся на голос, что произносит его имя. — Я замерз там стоять. Для мужчины это был тот шанс. Знак Вселенной. — Барри не сейчас, — сквозь зубы произнес он, но Барри не обратил на него внимания. — Я немного занят, — Барри смотрел на этого мужчину с оружием в руках. Мужчина мило улыбнулся Аллену, приставил к виску пистолет и выстрелил. Кровь оказалась на стенах и полу. — Нет! — закричал Джордан. – Нет. Нет. Нет. Мужчина безжизненно упал на пол. На его лице все еще красовалась улыбка. Хэл не мог поверить, что Барри видел это. И в то, что мужчина воспользовался таким ничтожным шансом и расстался с жизнью. В комнате повисла тишина. Мертвая тишина. Барри с открытым ртом и испуганным взглядом смотрел на мертвеца, а Джордан глотал ртом воздух и просто не знал, что делать дальше. Он смотрел то на Барри, то на мужчину. — Барри, — едва слышно сказал он. — Ты в порядке? — он подошел к мальчишке, который был не в силах справиться со своими эмоциями, но не осознавал этого. — Он… Он… — пытаясь подавить крик говорил Барри. — Зачем он… — на глазах мальчишки выступили слезы. — Мне жаль, — обнял его Джордан. — Нам нужно уходить отсюда. Пойдем, — он начал толкать его к выходу. — Давай, — он обернулся и снова посмотрел на мертвеца прежде, чем дверь закрылась. — Нам нужно уйти отсюда как можно быстрее.