I hope we will meet again

Барри остановился перед домом. Он смотрел на него. На лице его был ужас. Хэл взял его за руку и потянул, но тот не сдвинулся с места. Хэл смотрел на него и не знал, что делать. Паника брала свое. Хэл неровно дышал, провел заледеневшей рукой по волосам. Барри посмотрел на него. Малыш выглядел таким печальным. Хэл присел на корточки и своими ледяными пальцами коснулся лица Барри. Он держал его лицо в своих замерзших ладонях. Они смотрели друг другу в глаза. Голубые глаза Барри показывали весь ужас, в глазах Хэла же читалось отчаяние. Аллен начал все чаще дышать. По щекам его потекли слезы. И он просто обнял Хэла. Прижался к нему так сильно, насколько мог. Насколько Хэл позволял. Джордан притянул мальчишку к себе. Обнял его в ответ. Тот уткнулся ему в плечо. Хэл поймал себя на мысли, что ему нравится обнимать Барри. Ни с кем он не чувствует себя так, как с ним. — Давай уйдем отсюда? — отстранившись, всхлипывая, проговорил малыш. Хэл лишь кивнул. Встал и взял его за руку, переплетая пальцы, чтобы ему было спокойнее. Спокойнее ему или себе? Хэл не знал, кому это больше надо. Он чувствовал себя просто отвратительно за произошедшее. Он винил себя в этом. Он винил себя за то, что Барри чувствует сейчас. Он украдкой смотрел на друга. Он хотел его защитить от этого. Но тот не вовремя решил зайти в дом. — Никому не рассказывай, что видел там. Никому даже не говори, где ты был. Понятно? Если хочешь обсудить это, скажи, что кошмар приснился, — сказал Джордан спокойным голосом. Он взял в руки телефон и своими окоченевшими пальцами написал Хэнку, что они уже почти пришли. И попросил, чтобы швейцар сказал Луизе приготовить ее лучший горячий шоколад для маленького засранца. — Там ярмарка! — внезапно подал голос Барри. — Я хочу на ярмарку! Хэл, пойдем туда! — Нет, мелкий. — Я хочу на ярмарку! Я никогда на них не был! — Аллен, — Хэл замерз настолько, что ему уже даже и говорить не хотелось. — Мы сходим туда завтра, ладно? Я обещаю. Я замерз и… — Барри потянул его за руку и стал идти быстрее, чтобы согреть друга. — Ладно, Хэл, сейчас мы придем, и ты согреешься. — Как заботливо с твоей стороны, — с сарказмом выдавил из себя Джордан. — Притормози немного, я не могу так быстро идти, — Хэл резко выпустил руку Барри и остановился. — Нам еще немного осталось, давай, Хэл, пойдем, — Аллен взял руку другу и потянул на себя. — Хэл, — мальчишка обеспокоенно на него посмотрел, — пойдем. Тут же совсем немного пройти, — на что Хэл отрицательно помотал головой. Но Аллен весьма настойчив. — Ты сейчас тут окончательно замерзнешь, — он начал снимать куртку. — О, я не позволю тебе ее снять, мелкий поганец, — Хэл сразу и ожил. Он побежал за Барри, дабы тот не разделся и не заболел. — Я знал, что это сработает, — довольно отозвался Аллен. Войдя в отель, оба мальчишки сразу почувствовали тепло. Хэл, несомненно, радовался этому больше, чем его мелкий друг, который поступил безответственно. Его замерзшие руки начали покалывать от резкой смены температуры. Джордан остановился возле стены и оперся на нее, потихонечку начиная съезжать. — Хэл, Господи! — швейцар, раскладывавший что-то на журнальном столе, подбежал к нему. — Луиза! Принеси одеял! — он дотронулся до лба парнишки. — Срочно, Луиза! — Хэнк поднял его на руки и положил на диван, дойдя до него, конечно же. Не прыгать же ему через весь холл. — Это моя вина, — пробубнил себе под нос Барри, снимая куртку. — Это я виноват. — Барри, нет, ты не виноват, что на улице холодно, а он замерз. Сейчас иди к родителям, ясно? Они волнуются за тебя. — Но Хэл… — Иди, я и Луиза присмотрим за ним. С ним все будет в порядке, — укутывая пострадавшего, говорил швейцар. — Барри, обещаю, с ним все будет в порядке. Барри кивнул и побежал наверх. Честно говоря, ему больше хотелось быть с Хэлом, нежели с родителями. Мама наверняка его начнет ругать. Но не это было причиной, что он не хотел идти в номер. Хэл пострадал из-за него. Из-за его глупого поступка. Из-за какой-то обиды. Барри винил себя в произошедшем. Барри пришел в свой номер, и мать сразу кинулась на него со слезами обнимать. Она спрашивала, где он был, а он просто отвечал, что гулял. Он не сказал, где. Он не сказал, почему. Барри больше думал о Хэле, который сейчас завернут похлеще, чем правители Египта. Он хотел быть с ним рядом. Барри сказал об этом матери, на что та запретила ему возвращаться к Хэлу и велела лечь спать. «Спать? Так рано?» — подумал Барри. Но не хотел злить маму. На часах было около восьми вечера. Аллен не мог уснуть. Боялся кошмаров? Нет. Волновался за Хэла? Да. Лежал в кровати и читал, чтобы убить время. Он хотел «сбежать» из номера к Хэлу. Проведать его. Ближе к одиннадцати его родители легли спать. Еще минут пятнадцать Аллен младший решил подождать, дабы точно удостовериться в том, что они уснули. Вышел из номера, тихо закрыв за собой дверь. Спустившись вниз, он нашел Хэнка, стоящего у дверей отеля. Хэл лежал, укутанный на диване, и что-то говорил швейцару. Тот качал головой и давал односложные ответы типа «Да», «Нет» и тому подобных. — Хэл, — с улыбкой произнес Барри, — как ты? — О, Аллен, ты чего не спишь? Поздно же уже, — полностью проигнорировав вопрос друга, ответил Джордан. — Кошмары? Барри это заметил, но не стал снова спрашивать. Он недолго думал над ответом. — Хотел быть уверен, что с тобой все в порядке. — Как заботливо? с твоей стороны? — Аллен прижимал к себе медведя, которого привез с собой. — Забирайся под одеяло, а то замерзнешь. А Хэнк нам пока историю расскажет, да, Хэнк? Барри смутился, но принял предложение друга. Хэл обнял его, чтобы тот не боялся, чувствовал, что все хорошо. — Тебе удобно? — спросил он, на что Аллен положительно ответил. Ему нравились объятия. Ему нравился Хэл. Ему нравилось, когда Хэл так по-доброму к нему относился. Барри чувствовал, что нашел своего лучшего друга. — Хэнк, мы ждем. — Я не знаю никаких историй, — ответил швейцар, который давно вернулся обратно к стойке регистрации. — У меня тут отчет, который я должен отдать твоей матери завтра утром. — Не переживай об этом, она забудет. — Она ни разу не забыла об отчетах, которые я не написал. Барри следил за разговором. Ему нравится, когда кто-то о чем-то болтает. Ему нравится слушать чужие разговоры. — Почему бы вам не пойти спать? — спросил Хэнк. — Потому что Барри снятся кошмары, а я не хочу, — быстро ответил за обоих Джордан. — Может, дашь Барри сказать? — Мне сняться кошмары, — смущенно ответил малыш. Ему не хотелось, чтобы Хэл разорвал объятия, ведь от них так тепло. — Идите в другое место. Уже поздно. А тебе, Хэл, завтра в школу, — Хэл издал стон отчаяния. — Ненавижу я эту школу. Вон Барри не ходит. И ничего страшного. Он умный. Ведь так, да? — малыш кивнул. — Я столько переезжаю, что школа мне и не нужна. Родители меня сами учат. Не всегда, правда. — Да даже если не всегда, ты все равно умный, — Джордан потрепал мелкого по волосам. — Но ладно, раз Хэнк нас выгоняет, то мы пойдем в другое место. Хочешь, на чердаке посидим? Барри кивнул. И вместе они отправились наверх, в их местечко. На чердаке было холодно. Ветер задувал из всех щелей. Окно оказалось открытым, когда мальчишки поднялись. Хэл предложил Барри остаться на ночь вместе. Первой причиной стала, конечно же, боязнь, что его мелкий друг ночью будет кричать во время кошмаров. Второй причиной служило желание Хэла находиться рядом с Алленом. Барри был согласен на все, лишь бы с Хэлом все было в порядке. На чердаке стояли старые матрасы, но старыми их не хотелось называть. Миссис Джордан посчитала, что лучше купить те, что будут мягче и комфортнее, вот и «выбросила» те, что ей не нравились. Хэл положил рядом два матраса, сказал Барри, что вернется через пару минут и скрылся в темноте. Он вернулся с двумя подушками и двумя одеялами, и, безусловно, постельным бельем. — Расскажешь мне историю? — Хэл удивленно посмотрел на друга, который укутывался в одеяло. — Я не знаю историй. Ты и без моих историй можешь уснуть. Они легли рядом. На чердаке воцарилась тишина. Хэл уставился в потолок и все думал о сегодняшнем дне. Барри же пытался заснуть. — Барри, тебе холодно, верно? — ласково спросил Джордан. Мелкий развернулся к нему. Без единого слова Хэл потянул друга к себе и стал укутывать его еще и своим одеялом. — Ты замерзнешь, — пробормотал Аллен, пытаясь оставить хоть немного теплой материи другу. — Со мной все будет в порядке, малыш. Засыпай. Барри сильнее прижался к Хэлу. Он чувствовал его тепло. Ему не хотелось, чтобы оно куда-то исчезло. — Хэл, — шепотом, который ветер на улице заглушал, произнес мальчишка, — а хотя, ничего, — он перевернулся на другой бок, в надежде, что Хэл спит и не заметит, что он его позвал. — Говори, что ты хотел. — Нет, это глупо, — Аллен почувствовал, что заливается краской. Как хорошо, что в этой темноте ничего не видно. — Все в мире глупо, говори, — по голосу Хэла можно было сказать, что спать ему совсем не хотелось. — Ладно, — согласился Барри, — в общем, ты… эм… ну, нет, это глупо, — Барри резко вскочил, освобождаясь от одеял. — Это было глупой идеей! — Эй, Аллен, успокойся, все в порядке, иди ко мне, — Джордан посчитал хорошей стратегией обнять друга, тот, к счастью, сразу согласился. — Все хорошо, Аллен, все хорошо. Так чего ты хотел? — укутывая друга обратно в одеяло, спросил Хэл. — Ты не будешь смеяться? — Хэл отрицательно замотал головой. — Мои родители всегда целуют меня на ночь, и я хотел, чтобы ты тоже, — с каждым новым словом голос Барри затихал, — поцеловал меня. — Не так уж это и глупо. Моя мама тоже так делает, — он улыбнулся. Они снова легли, закутавшись в одеяла. — Сладких снов, Аллен, — ласково прошептал Хэл и поцеловал друга в лоб. — Надеюсь, после этого ты сразу и уснешь. — Сладких снов, Хэл, — окончательно завернувшись, как гусеница, Барри прижался к Хэлу. Ему все же нравилось, когда он обнимает его. Когда он просто мил и добр с ним. На чердаке вновь воцарилась тишина. Можно было слышать лишь мерное сопение мелкого и периодические вздохи Джордана. В конце концов Хэлу надоело просто тупо глядеть в потолок и он аккуратно встал и направился к окну. Там — на улице — ничего нового: темно-синее небо, на котором в некоторых местах, если хорошо вглядываться, видны яркие точки с острыми концами; бледная Луна, наполовину закрытая тучами, которые означали, что будет либо дождь, либо снег (снег, естественно, хотелось больше); сильный ветер, который раскачивает ветви уже голых деревьев; по дороге еще ездят машины, немного, конечно, большинство горожан уже дома, но есть те немногие, что ездят по ночам. Барри уже уснул. Хэл смотрел на него и понимал, что у него появляются чувства к другу. Этот легкий поцелуй в лоб доказал это ему. Безусловно, все это пугало Хэла, но его больше пугало то, как Аллен отреагирует на его признание. — Не думал, что до этого дойдет, — шепотом произнес Джордан. Хэл вернулся в «кровать», забрался к Барри под одеяло, обнял его, потому что ему этого хотелось. Он все думал об этих чувствах. Не хотел верить, что это действительно так. Пытаясь успокоить себя, что эти чувства ничего не значат, он так и заснул рядом со своим другом.