Жена рокера: мифы и реальность

      Доминик проснулась от того, что что-то тяжёлое приземлилось ей в ноги. Она приоткрыла глаза, сонно поморгала и села в постели. Вспоминать, где она находилась и что здесь делала, не пришлось. После минувшей ночи всё тело отдавалось приятной истомой, и девушка невольно расплылась в улыбке.       Всё это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Всё это никак не тянуло на серьёзные длительные отношения. Но ей в кои-то веки было всё равно. Роджер лежал рядом, безмятежно сопя во сне носом, и она, на мгновение залюбовавшись, отметила про себя, что даже сейчас, когда на его лице не отражалось никаких эмоций и все мышцы были расслаблены, он производил это удивительное впечатление — взрослого и ребёнка одновременно.       Доминик встряхнула головой, отгоняя прочь совсем уж умилённую улыбку, и посмотрела на подножье кровати, где встретилась взглядом с зеленоглазым мурлыкой. Тот сидел с весьма и весьма укоризненным видом, взывая к совести девушки: как так, ты провела здесь всю ночь, но меня до сих пор никто не покормил!       Учитывая график жизни Роджера, Доминик очень сильно сомневалась, что кот получал еду по расписанию. Но это, разумеется, никак не мешало мохнатому чувствовать, а главное показывать себя перед гостьей хозяином.       — Сейчас, сейчас я поищу, чем тебя можно накормить, — Доминик не выдержала кошачьего взгляда и плавно выскользнула из-под одеяла, стараясь не разбудить спящего барабанщика.       Кот, похоже, одобрил её действия и, спрыгнув с кровати, исчез в коридоре, лишь раз оглянувшись назад, словно удостоверяясь, что его поняли правильно.       Девушка подхватила с пола рубашку Тэйлора и бесшумно шмыгнула в ванную, привести себя в порядок.       Спустя несколько минут она уже растерянно оглядывала содержимое холодильника, даже не представляя, что из этого могло сгодиться на корм коту, который теперь восседал на подоконнике и наблюдал за чужаком на своей территории внимательным прищуром зелёных глаз. Доминик вздохнула и подошла к окну.       — Видимо, придётся подождать, когда твой обормот-хозяин проснётся, — она погладила безымянного питомца барабанщика, но тот, очевидно, оценив ситуацию, спрыгнул на пол и с важным видом, как будто где-то его ждали дела, удалился.       А Доминик так и осталась стоять у окна, невидящим взором уставившись во двор.       И тело, и мысли снова и снова возвращались к тому, что случилось этой ночью. Она ждала от себя угрызений совести, сожалений или страхов. Но испытывала лишь приятную тёплую радость, от которой уголки рта неумолимо ползли вверх.       Влюбилась. Влюбилась, как какая-нибудь старшеклассница. Так нелепо! Доминик всегда считала себя серьёзной девушкой, чуждой мимолётным порывам. Она уж и забыла, каково это — терять голову и отдаваться эмоциям. Но, как оказалось, это было удивительно легко и удивительно приятно.       Сердце колотилось быстрее, когда она вспоминала его взгляд, его улыбку, прикосновение его губ и то, как он ласкал её тело…       — Привет, — Доминик вздрогнула, почувствовав, как её талию обвили сильные руки, а на плече пристроился подбородок барабанщика. Как он умудрился так незаметно проскользнуть на кухню? Совсем ведь не производил впечатление человека, который мог делать что-то бесшумно… Или она просто не могла отцепить от него клеймо барабанщика, которому по долгу службы надо было шуметь как можно больше?..       — Привет, — так или иначе, хотя она и не ожидала его появления, уж совершенно точно была ему рада, и это «привет» промурлыкала с такой улыбкой до ушей, что он, даже не видя выражение её лица, наверняка мог понять это по одному лишь голосу девушки.       — Как спалось? — Тэйлор вёл почти светскую беседу, в то время, как его руки потихоньку двигались под тканью его же рубашки, свободно облегающей силуэт Доминик и так соблазнительно подчёркивающей его в самых интересных местах.        — Чудесно, — ответила она; ей было чертовски приятно ощущать его уверенные объятия и горячее дыхание, пропитанное ароматом сигарет, и она не без удивления призналась себе, что её охватывала волна возбуждения. Доминик глубоко вздохнула, словно бы надеялась успокоиться, но, вопреки разуму, который почему-то считал, что такие эмоции сейчас были неуместны, инстинктивно наклонила голову в сторону, подставляя шею под поцелуй, и сама подалась навстречу его рукам.       Роджер воспринял такое поведение как совершенно естественное и с удовольствием коснулся её шеи губами, и, чувствуя, что Доминик отвечала на его ласки с готовностью, плавно скользнул одной рукой к груди девушки, пока вторая осторожно пробиралась по животу к её паху.       Она едва слышно ахнула, удивляясь сама себе, как так легко отдавалась в его власть.        — Родж… я не…       — Ммм? — руки Роджера замерли, но чуть шершавым от щетины подбородком он водил по плечу Доминик. Может быть, она и впрямь сожалела о том, что с ним связалась и собиралась об этом сообщить? Впрочем, у него были другие идеи на этот счёт. — Ты не… не хочешь? Или… никогда раньше себя так не вела?.. Не спишь обычно с рокерами после первого же свидания, тем более, после такого, которое и свиданием-то назвать нельзя?.. Или не знаешь, как себя вести после того, что случилось? — в его хрипловатом мурлыкающем голосе не было и намёка на издёвку, и она с изумлением осознавала, что Тэйлор задавал вслух все те вопросы, которые она высказать не решалась.       Доминик развернулась в его руках и обвила его за шею. Как можно было в чём-то сомневаться, когда он понимал её даже без слов?       — Я хочу, — твёрдо сказала девушка, не опуская взгляд, хотя ей это многого стоило. — Но… я правда никогда раньше себя так не вела и… мне в некоторой степени… неловко… я… я боюсь терять над собой контроль…       — Но его надо терять, хотя бы иногда! Иначе можно пропустить всё самое интересное! — Роджер подмигнул ей с самым заговорщическим видом.       — Я… готова попробовать… С тобой… С тобой я готова на всё и… мне с тобой хорошо, — она не отвела глаза и сейчас, хотя эти простые, но такие важные слова дались ей совсем не легко.       — Правда? — Роджер улыбался одним уголком губ и вид имел довольно лукавый. — А почему тогда ты выглядишь такой напуганной? — он перешёл на шёпот, как будто они собирались обсудить какую-то страшную тайну.       Доминик едва заметно повела плечами, не убирая рук с его шеи.       — Наверное потому, что не знаю, хорошо ли тебе со мной… и… хочешь ли ты всего этого, — и снова ей стоило огромных усилий не отвести взгляд.       — Мне хорошо, — просто ответил Тэйлор, и у неё не было поводов усомниться в том, что он говорил правду — это было огромными буквами написано на лице барабанщика. Или он умел хорошо притворяться, но об этом она предпочитала не думать.       — А если тебе хорошо… И если мы оба хотим… потерять контроль… может быть, ты займёшься со мной любовью? — она и в самых откровенных фантазиях не смогла бы представить, что произносит такую фразу вслух, и сейчас ей было бесконечно неловко — ведь порядочные девушки не спят с рок-музыкантами, а если дело и доходит до секса, то уж точно не проявляют инициативу!       — Ммм, твоя идея мне очень по душе, — Роджер плотнее прижал Доминик к себе, забираясь обеими руками под рубашку, и с невероятным сочетанием лёгкости и настойчивости его пальцы заскользили по её коже, словно искали самое приятное ей прикосновение. Она невольно подалась ему навстречу, никак не в состоянии отделаться от навязчивой мысли, что как «приличная девушка» не должна была этого делать. При этом тело продолжало послушно таять от его ласк.       — Всё в порядке? — каким-то необъяснимым образом он улавливал её даже секундное напряжение, и этот вопрос, самый обычный на свете вопрос, но заданный с такой искренней заботой, окончательно положил конец её сомнениям.       — Я… всё-таки не привыкла терять голову, — она улыбнулась и приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его и поставить точку в разговоре.