Жена рокера: мифы и реальность

      Мэри инстинктивно плотнее прижалась к Фредди, сначала просто позволяя ему себя целовать, потом отвечая на его поцелуй, с каждым мгновением делая это всё активнее. Если честно, она ещё ни с кем в жизни не получала столько удовольствия от поцелуя, одновременно мягкого, но такого настойчивого, заставляющего сердце биться чаще и позабыть обо всём на свете. Даже о том, что они стояли в тесной ванной комнатке, где и одному человеку было негде развернуться. Но, кажется, именно потому, что они были вдвоём, никакие неудобства не могли им помешать. Когда она успела так сильно к нему привязаться?..       Поцелуй всё длился, минуту или две, или, может быть, целую вечность. Никто из них уж точно не собирался засекать время. Фредди не останавливался, а Мэри ничего не имела против, вдруг очень чётко понимая, что они, похоже, и правда займутся сейчас любовью, и переставая испытывать по этому поводу какие бы то ни было страхи.       Представить себя в постели с лучшим другом, воспринимать его как человека определённой половой принадлежности и потенциального любовника было очень сложно. Но этот поцелуй, похоже, окончательно поставил крест на дружбе. Хотя, не совсем так. На самом деле дружба никуда не делась и не сменилась чем-то другим. Новые эмоции и ощущения скорее наслоились на уже имеющиеся, и эта палитра чувств была настолько богатой и яркой, что девушка сомневалась, можно ли в принципе испытывать нечто подобное по отношению к одному-единственному человеку.       Но она чувствовала то, что чувствовала. И не было смысла продолжать рассуждать на эту тему. В конце концов, и дружба, и любовь были далеки от расчётливых доводов…       Мэри крепче обвила его шею руками, забираясь пальцами в длинные, чуть жестковатые, но, несмотря на это, такие приятные для прикосновений волосы.       Его ладони скользнули ниже по её спине, и она не без удовольствия почувствовала их на своей попе. С каждой следующей секундой в действиях Фредди появлялось всё больше собственнических манер, но он делал это с такой непосредственностью и так естественно, что у неё и в мыслях не было воспринять это как нечто обидное…       С грацией, присущей только существам из семейства кошачьих, но уж точно не человеческим особям, его руки нахально разгуливали по её телу, и она даже чуть отстранилась, чтобы дать ему больше простора для манёвров. Прижиматься к его торсу грудью было приятно, но было бы ещё приятнее ощутить на ней его руки.       Мэри лишь на мгновение прервала поцелуй, ради небольшой передышки, иначе воздуха совсем уже не хватало, и, подняв на него глаза, вдруг поняла, сколько нежности было в его ответном взгляде. Кажется, эта нежность даже затмевала страсть. Хотя ладони вокалиста, сейчас снова уютно устроившиеся у неё на попе и с силой прижимающие её к нему так, что у неё не оставалось никаких сомнений в степени его возбуждения, говорили об обратном…       — Я хочу тебя, — Фредди шепнул на ухо Мэри, и его горячее дыхание обожгло её кожу. Она залилась ярким румянцем и посмотрела на него широко распахнутыми глазами. Конечно, ему совсем не обязательно было говорить ей о том, что испытывал. Она прекрасно чувствовала это сама. Но почему-то эти простые слова заставили её одновременно смутиться и самой ощутить прилив возбуждения.       — Никогда бы не подумала… что скажу такое вслух, но… я… я тебя тоже, — девушка покраснела ещё сильнее, во всяком случае, по её внутренним ощущениям её щёки сейчас точно стали насыщенного багрового оттенка. И в голове в очередной раз промелькнула мысль, что всё-таки заниматься сексом с кем-то, кого ты не знал так хорошо и близко, было, пожалуй, проще…       — Иии? — мурлыкнул Фредди, его правая рука пробралась под её тонкую кофточку. — Ты… мы… в общем… ты не против, да?       Ладонь — такая тёплая, такая ласковая и такая… властная! – скользила по её спине, животу и так томительно приближалась к груди… Это сводило с ума, и сказать «нет» Мэри попросту не могла.       — Если бы я была против, я бы… я бы не позволяла твоей руке делать сейчас то, что она делает…       Фредди удовлетворённо кивнул — такой ответ его, видимо, полностью устроил — и вместо лишних слов склонился к девушке с очередным поцелуем, в котором — жадном, почти агрессивном — теперь читалась откровенная, неприкрытая страсть. И, честно говоря, ей это нравилось!       Она вдруг вспомнила, как Фредди вёл себя на сцене (ещё не будучи его девушкой, пару месяцев назад она всё-таки побывала на одном из концертов группы). Вспомнила, как подумала тогда, что сцена его очень сильно меняла… Да, к тому моменту она уже знала, что Фредди мог эпатировать окружающих своим весьма экстравагантным поведением, хотя при личном общении был довольно застенчивым и тихим. Но во время выступления он как будто не просто притворялся кем-то, кем на самом деле не был, только ради того, чтобы побороть смущение. Во время выступления он становился кем-то другим, ярким, дерзким и чрезвычайно сексуальным…       И сейчас она словно была в объятиях сразу двух разных людей. Одного — нежного и трогательного. И второго — нахального и безрассудного…       Мэри была как в тумане; может быть, просто в тесной ванной комнате было душно, но… вряд ли дело было в этом…       Она не успела заметить, как он расстегнул молнию на её юбке, и та почти бесшумно упала на кафельный пол. Но она с готовностью подняла вверх руки, чтобы помочь ему снять с себя кофту.       Несколько минут назад Мэри безумно переживала, что Фредди увидел её нижнее бельё, висевшее на сушилке. А теперь без стеснения стояла перед ним в одних только трусиках и лифчике.       — Я успел сказать тебе, какая ты красивая?       — Сегодня? Или вообще?.. Не успел, — Мэри помотала головой. Кажется, это от него она научилась говорить тем больше, чем сильнее было её смущение. — Тебе понадобилось увидеть меня в одном белье, чтобы это понять?       — Я сразу это понял. В тот самый день, когда впервые тебя увидел.       — Я обычная… Но… Я рада, что я тебе нравлюсь…       — Ты мне не нравишься. Я люблю тебя.       — О боже, — выдохнула Мэри. Кажется, что смущаться сильнее было просто невозможно. Но нет… Она не помнила, чтобы кто-то хоть раз в жизни говорил ей о её красоте. И уж тем более — чтобы признавались в любви.       Вместо ответных слов девушка положила ладони ему на плечи и, приподнявшись на цыпочках, нежно поцеловала в губы. Говорить вслух о своей любви она пока ещё стеснялась, но очень надеялась, что он и так всё поймёт. Удивительно, что сказать «я хочу тебя» было в какой-то степени даже проще, чем «люблю»…       Фредди улыбнулся и обвил её за талию, снова прижимая к себе. От его прикосновений по её коже пробежали мурашки и чуть было притихшее возбуждение снова напомнило о себе.       Мэри невольно подалась навстречу ему, стараясь почувствовать его эрекцию. Надо сказать, что его узкие брюки давали ей превосходную возможность это сделать. И Фредди, ощутив её близость, только негромко что-то мурлыкнул. Его руки проскользнули по её спине, и несколько секунд его пальцы возились с застёжкой её лифчика. Она уже была готова помочь ему, но упорный замок наконец поддался, и девушке только и оставалось, что спустить с плеч бретельки, обнажая грудь. Фредди помедлил всего мгновение, прежде чем прикоснуться к ней, осторожно проводя внутренними сторонами ладоней, лаская напряжённые соски, отчего Мэри негромко ахнула, инстинктивно прикрывая глаза.       Внизу живота приятно, но почти болезненно тянуло, и она сильнее прижималась к нему, забывая про всякий стыд. Может быть, потом она и будет переживать о том, что вела себя чересчур развязно, но сейчас ей было уже совершенно всё равно, что он о ней подумает… Она потянулась губами к его шее, пока пальцы торопливо расстёгивали пуговицы на рубашке, и разочарованно выдохнула, когда перестала ощущать его руки на своей груди. Впрочем, когда девушка поняла, что убрал он их оттуда только для того, чтобы избавиться от брюк, она удовлетворённо муркнула и снова принялась изучать губами его шею…       Когда сегодня Фредди выходил из дома, чтобы в очередной раз встретиться с Мэри и повести её бродить по переулкам Лондона, меньше всего на свете он ожидал, где и как для них завершится этот вечер. Честно говоря, он даже не до конца верил, что всё это происходило на самом деле. Мысли о том, что когда-нибудь они перешагнут за границу дружбы, прогулок держась за руки и почти невинных поцелуев, преимущественно в щёчку, разумеется, его посещали. И глупо было бы отрицать, что он не представлял себе их первый раз. К слову, представлял он его совсем иначе. Во-первых, они должны были хотя бы быть в кровати… В идеале – вокруг должны были гореть свечи. И покрывало должно было быть усыпано лепестками роз… Но никому из них и в голову не пришло менять дислокацию. Тесная ванная комнатка со всем своим дискомфортом, похоже, абсолютно устраивала сейчас и Фредди, и Мэри. Романтики им хватало и без свечей с лепестками…       Он не без труда стащил с себя штаны — дань глэм-рокерской моде обязывала ходить в настолько узких брюках, в какие только можно было втиснуться — и Мэри опустила взгляд вниз, с долей любопытства изучая то, что по-прежнему было скрыто под тканью нижнего белья. Если честно, ей безумно хотелось его потрогать. Но вместо этого, чтобы окончательно дать ему понять, что она согласна и готова заняться с ним сексом, быстро и решительно сняла с себя трусики, снова начиная отчаянно краснеть.       Фредди обвёл девушку взглядом, вдруг смутился — ведь неприлично было так откровенно глазеть! — и смущённо улыбнулся:       — Извини…       — Что? — она сначала не поняла, в чём дело, потом рассмеялась, встряхнув головой. — Можешь смотреть, сколько захочешь… Мне кажется, если парень и девушка встречаются и… занимаются любовью, то… смотреть друг на друга голыми им тоже можно… Кстати… мы уже наконец… займёмся?.. — последний вопрос дался ей с большим трудом, она совсем не хотела его подгонять. Но почему-то вдруг ей стало очень важно завершить начатое до конца. Конечно, вопрос не стоял как «сейчас или никогда». Но всё-таки было бы намного лучше, если бы это случилось именно сейчас, а не когда-нибудь потом…       — Займёмся, — Фредди улыбнулся в ответ и обнял её, склоняясь с поцелуем — одним из тех, от которых перехватывало дыхание и голова шла кругом. И Мэри опять была вынуждена признаться себе, что она — да, влюбилась. И — да, безумно его хотела…       В его движениях опять появлялись уверенность и настойчивость «сценического» Фредди. И его сексуальность притягивала и завораживала, хотя, откровенно говоря, раньше Мэри никогда бы не подумала, что мужчина с такой обильной растительностью на теле мог вызвать у неё интерес…       — Как… как мне лучше?.. — она вдруг поняла, что её и впрямь скудный опыт интима не позволял ей даже представить, как именно они будут сейчас это делать, и почти испуганно посмотрела на Фредди. Хотя по-прежнему ей не пришла в голову мысль переместиться в спальню. Если честно, для неё сейчас вообще не существовало мира за пределами этой комнаты…       — Ммм… Давай… Давай попробуем… Так, — Фредди бесцеремонно, но при этом так галантно подхватил её ногу и поставил на бортик ванной, одной рукой поддерживая девушку за талию, а второй наконец избавляясь от белья, которое, если честно, сводило с ума последние несколько минут не хуже, чем узкие тесные брюки… В следующее мгновение Мэри почувствовала его у себя между ног. Горячий, напряжённый, он скользил по её влажной промежности, заставляя её крепко цепляться пальцами за его плечи… Определённо, до сегодняшнего дня она и понятия не имела, что это такое — настоящее желание и настоящая страсть…       Продолжая обвивать её одной рукой за талию (и давая ей возможность откинуться при этом чуть назад), вторую руку Фредди довольно нахально разместил чуть пониже её спины, направляя девушку навстречу себе… Она двигалась вместе с ним, поддаваясь его напору. И опять видела в нём сразу двух разных людей: одним из них был нежный, застенчивый, её Фредди, вторым — дерзкий и властный, пылающий огнём… тот, кого спустя годы будут обожать миллионы фанатов по всему миру…       Мэри сама не заметила, как начала стонать, и всё сильнее сжимала его плечи. Зато очень чутко слышала каждый его вдох, ловила каждое движение… И тянулась за поцелуем.       О средствах защиты не задумался ни один из них, и мысль, что неплохо было бы заранее этим озаботиться, проскользнула в голове у Мэри уже после того, как она, дрожащая и кусающая губы в послевкусии оргазма, почувствовала, как кончил он. Проскользнула и скрылась прочь. В конце концов, какая сейчас уже разница?..       Фредди обнял её, уткнувшись губами в волосы на макушке, а она, понимая, что осталась совершенно без сил, медленно поставила ногу обратно на пол. И ещё с минуту просто тяжело втягивала носом аромат его кожи…       — Мне надо покурить, — чуть хрипло произнесла девушка, поднимая взгляд на вокалиста.       — Мне тоже… Подожди, ты… куришь?       — Ага… Это плохо?       — Плохо? Почему? Нет! Просто… — Фредди чуть передёрнул плечами и улыбнулся. — Знаешь, дорогая, пока ты со мной, мне вообще всё равно… в смысле… кури, пей, ругайся матом…       — Ммм… Это разрешение или требование? — Мэри рассмеялась. — Кстати… Нас там на кухне ждёт ужин, который ещё надо приготовить…