Жена рокера: мифы и реальность

      Доминик глубоко вздохнула и нервно прикусила указательный палец. Кажется, эту дурную привычку она переняла от Роджера. Неудивительно, ведь сколько они уже жили вместе? Чуть больше двух лет? Да нет, почти три! Эта мысль заставила девушку усмехнуться, несмотря на охватывающее её волнение. Она встряхнула чёрными локонами и ещё раз посмотрела на календарь. Всё верно, даже если она ошиблась с подсчётами на несколько дней, месячные всё равно уже должны были прийти. Почти две недели назад.       — Чёрт, — выругалась Доминик. Не то, чтобы это была плохая новость. Но она совершенно точно выбивала её из состояния душевного равновесия.       Они с Роджером никогда всерьёз не обсуждали вопрос потенциального появления детей, просто в какой-то момент перестали предохраняться. А теперь, похоже, и впрямь могло оказаться, что она ждёт ребёнка. И это было так… нереально, правда же?       — Чёрт, — снова выругалась Доминик, хотя редко позволяла себе нецензурные выражения. — Как же не вовремя этот ваш тур… — она закусила губу, вдруг понимая, что не просто взволнована, но и очень-очень напугана. Во-первых, её пугала сама по себе потенциальная беременность. Во-вторых, ответственность. Ведь быть матерью — это уже совсем не то, что быть подружкой рок-музыканта… В-третьих, собственно, да. Реакция этого самого рок-музыканта. А вдруг его такие перемены в их отношениях не обрадуют? А вдруг он её бросит и она останется одна? А вдруг?.. Ещё миллионы разных «вдруг» паническим вихрем метались у неё в голове, заставляя окончательно потерять над собой контроль. И было совершенно неважно, что она всегда считала себя самостоятельной и способной в одиночестве позаботиться и о себе, и о своих возможных детях. И что Роджер её любил и уж точно был не из тех людей, которые оставляют своё потомство на произвол судьбы. Или она думала о нём лучше, чем тот был на самом деле?.. Интересно, это её мозг уже начал реагировать на беременность? Она ведь никогда не была такой дурой!..       — Так, спокойно, — девушка сделала глубокий вдох. — Надо записаться к врачу. И поговорить с Роджером. А уже потом устраивать истерики.       Впрочем, сказать это было куда проще, чем воспользоваться данным самой себе советом.       Она не могла унять бьющееся в груди сердце, дрожащие руки и тревожные мысли. К горлу подкатывала тошнота — и Доминик не думала, что это было признаком раннего токсикоза, хотя она и не очень хорошо разбиралась в таких вопросах.       Ей очень хотелось поделиться новостью с барабанщиком. Пусть даже уверенности в том, что она на самом деле беременна, у девушки не было, да и быть не могло. В каком-то американском журнале она видела рекламу новых тестов на беременность, которые можно было делать самостоятельно и в домашних условиях. Может быть, стоило попробовать? Или уж просто дождаться визита к врачу, который она назначила на следующее утро?       Насколько всё было бы проще, если бы Роджер был сейчас дома!       Но группа барабанщика вчера и сегодня давала концерты в Манчестере, после чего отправлялись куда-то ещё. Доминик редко сопровождала его в турах, но сейчас она многое бы отдала за то, чтобы оказаться в номере очередного отеля очередного чужого города…       А так ей оставалось лишь ждать наступления вечера.       Когда Роджер уезжал на гастроли или на запись альбома, а Доминик оставалась дома, он обязательно (даже будучи уже в стельку пьяным) каждый день звонил домой. И это напоминало ей о том времени, когда они ещё не были вместе и барабанщик предпринимал довольно нелепые, но чрезвычайно милые попытки обратить на себя внимание и завоевать её сердце. Она улыбнулась этим воспоминаниям — его почти застенчивый голос и дурацкие вопросы. Он сам был сущим ребёнком, куда ему становиться отцом?       И снова на неё навалились миллионы сомнений и страхов. И снова она хотела лишь одного — поскорее сообщить ему о своих подозрениях, чтобы раз и навсегда получить ответ на главный вопрос: как он к этому отнесётся. А уж дальше будет легче. Или нет?..       Чтобы попытаться отвлечься от переживаний, Доминик попробовала было почитать (на полках стояло немало книг, в основном — фантастика, которую так любил Роджер), но никак не могла сосредоточиться на тексте. В пятый или шестой раз перечитав один и тот же абзац, но так и не уловив его смысла, девушка забросила эту идею. Она включила телевизор и наткнулась на короткий сюжет о том, что группа её барабанщика давала концерты по стране в поддержку нового альбома. Потом картинка сменилась, а Доминик поймала себя на том, что перед её глазами продолжает стоять мальчишеское лицо Тэйлора, с шаловливой улыбкой и задорным взглядом. Мысленно она раз за разом говорила ему три не очень сложных, но очень важных слова — «кажется, я беременна», и каждый раз его лицо менялось: то он смотрел на неё в растерянности и почти со страхом, то начинал хмуриться, а уголки губ с раздражением опускались вниз… Позволить себе представить его радость она, похоже, не могла даже на подсознательном уровне, хотя понятия не имела, почему так…       Время тянулось бесконечно, и всё же день постепенно клонился к концу. Она приготовила себе ужин, но кусок не лез в горло, и Доминик даже взяла было в руки бутылку вина, хотя к такому способу успокоиться не прибегала никогда в жизни, но вовремя себя одёрнула. Алкоголь точно был не лучшим средством бороться с нервами, если ты беременна.       — Звони, Родж, ну звони же, — девушка каждые несколько секунд бросала взгляд на большие настенные часы, но длинная стрелочка словно бы замедлила ход. Ещё немного и, кажется, вообще начнёт двигаться в обратную сторону. Концерт должен был закончиться в самые ближайшие минуты, а значит, что где-то в промежутке между душем и походом на вечеринку Тэйлор ненадолго вырвется из жизни звезды, чтобы побыть обычным человеком, даже спустя несколько лет после знакомства всё ещё очень влюблённым в свою девушку… Он звонил узнать, как дела, и похвастаться своим успехом. Он мурлыкал ей в трубку, что скучал. А сам потом, наверное, шёл в отель с какими-нибудь девицами… Но об этом ей тоже не следовало думать, потому что подобные размышления никоим образом не способствовали душевному равновесию…       Наконец телефон пронзительно заверещал, и Доминик, несмотря на то, что так настойчиво этого ждала, вздрогнула. Сердце, кажется, остановилось, а потом ухнуло куда-то вниз. Она вдруг поняла, что понятия не имеет, как будет сообщать ему эту новость. А может быть вообще лучше дождаться его возвращения? У него концерты, ему там не до неё… Тем более, она ведь даже не знает ничего наверняка!       — Алло? — она сама не узнала свой голос. Неудивительно, что Роджер на другом конце провода прозвучал напряжённо.       — Дом? Это ты? У тебя всё хорошо?       — Привет, — девушка очень постаралась говорить бодро и жизнерадостно. Но она безумно боялась этого разговора, и кто бы знал, почему!       — Привет, малыш. Ты там в порядке?.. Мне надо бежать… Ай… Фред, отвали!.. Извини, это я не тебе, ребята тут дёргают, говорят, лимузин уже ждёт и если я не потороплюсь, они оставят меня здесь…       — Родж, — она перебила его, понимая, что или расскажет ему всё сейчас или придётся ждать следующего звонка. А ещё одного такого дня, как сегодня, она попросту не выдержит.       Тэйлор замолчал. Он почувствовал, что Доминик хочет сказать что-то серьёзное, и, честно говоря, был несколько напуган и растерян.       — Родж, кажется, я беременна, — выпалила Доминик и прикрыла глаза, делая долгий, но почти беззвучный выдох. Пожалуй, самое сложное осталось позади. В независимости от того, какой будет его реакция.       — Эм… — Роджер не был уверен, что правильно её расслышал. На линии были помехи, да и ребята у него за спиной что-то очень бурно обсуждали. — Дом, что ты сказала?       Девушка выдохнула ещё раз. Теперь — куда громче и, кажется, не без злости.       — Я сказала, что беременна. Но это, видимо, не та информация, которую ты хотел бы услышать. Иди, тебя ребята ждут, — она была готова положить трубку, чувствуя, что из глаз вот-вот потекут слёзы, и сама не понимала, на что обижалась и почему так себя вела. Он ведь мог попросту не разобрать, что она говорит. Он имел право переспросить. Кроме того, он имел и право не радоваться этой новости.       — Дом, малыш, ты не шутишь? — было слышно, как прежде чем снова обратиться к ней, он на кого-то шикнул. — Ты серьёзно? Вау!.. Это… Это… круто!— Роджер был немногословен, но ей хватило этого, чтобы представить себе сейчас его лицо. Мальчишеское, с шаловливой улыбкой и задорным взглядом. Чуть растерянное, но определённо счастливое.       Она всхлипнула, но улыбнулась. Сомнений в том, что он и правда воспринял эту новость как хорошую, у неё не было.       — Я… это не точно пока, — с груди свалился огромный камень, но предательские слёзы всё равно текли по щекам. — Я ещё не была у врача, но… ты же биолог, ты ведь что-то в этом понимаешь, да? — она говорила очень быстро, как будто боялась, что в любую секунду их могут разъединить. — У меня задержка почти две недели, и если это не беременность, то я не знаю, что ещё это может быть… А ты правда… правда считаешь, что это… «круто»?       — А я не должен? Рокеру не положено радоваться детям?.. Ну… может, и не положено, если от него залетают пятнадцатилетние группи… Но это же не тот случай!       — Ты… идиот, — она рассмеялась сквозь слёзы. — Надеюсь, у тебя там ничего нет… с пятнадцатилетними группи? Я не хочу, чтобы отец моего ребёнка отбывал срок за совращение несовершеннолетних!       — Я идиот, но не настолько же!       — Надеюсь…       — Ты же не обидишься, если я… слушай, это правда чудесная новость! Но мне надо бежать… Мне… мне жаль, что я сейчас не рядом с тобой.       — Мне тоже… Я люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя. Спокойной ночи.       Доминик была уверена, что заснуть она не сможет. Волнительный разговор с Роджером остался позади, но завтра её ждал не менее волнительный визит к врачу. И это тоже был повод хорошенько понервничать. Но, вопреки опасениям, девушка довольно быстро погрузилась в сон. Видимо, сказалось дневное напряжение, и спала она довольно крепко, поэтому не слышала, как посреди ночи во двор, рыча мотором, заехал автомобиль и тихонько хлопнула входная дверь… Роджер задумчиво замер на пороге спальни. Будить девушку он не хотел. Но боялся, что если просто молча заберётся к ней под одеяло — может её этим напугать. Она же не ожидала, что её барабанщик окажется настолько чокнутым, чтобы сорваться на ночь глядя домой, из Манчестера в Лондон. Чтобы через день укатить в Глазго, на следующий концерт…       — Привет, милая, — он осторожно подошёл к кровати и мягко поцеловал девушку в торчащее из-под одеяла плечо.       Доминик сонно завертелась. Голос Тэйлора она узнала бы где угодно и когда угодно. Но не сразу поняла, что это происходило наяву.       — Родж? — девушка села в постели и растерянно похлопала глазами. — Ты… ты что… как… зачем?.. — она не верила своим глазам и никак не могла сформулировать вопрос.       — Не рада меня видеть? — хитро ухмыльнулся Роджер.       — Конечно, рада!.. Но… ты же должен быть в Манчестере!       — Манчестер-Ингланд-Ингланд… — промурлыкал барабанщик мотив из заокеанского мюзикла. — Не на краю же земли этот Манчестер! А мне не каждый день сообщают такие новости… Так что я плюнул на вечеринку и решил, что хочу сегодня быть с тобой… Как ты?       — Я?.. Я не знаю, — она встряхнула головой. — Я пока… не чувствую ничего особенного… Хотя за сегодня я уже один раз разрыдалась. И, кажется, готова зарыдать опять, потому что ты у меня — чудо!.. Это нормально?       — Думаю, да, — улыбнулся Роджер, усаживаясь рядом с ней на кровать и обнимая её. — Ты записалась к врачу?       — Да, на завтра, — она покивала головой.       — Не будешь против, если я составлю тебе компанию?       — Шутишь? Я буду только за! Я безумно боюсь идти, — она смущённо отвела взгляд в сторону.       — Не бойся, — он прижал её к себе и ласково поцеловал в висок. — Кстати… беременность не является противопоказанием для занятия сексом…       — Мерзавец! — рассмеялась девушка, качая головой. — Что, всех девиц ребята разобрали, поэтому пришлось ехать домой? — она подмигнула ему с довольно ехидным выражением лица.       — Ага! Ты меня раскусила! — Роджер потянулся к ней губами. — Так… ммм?       — Ты же знаешь, что я не могу сказать тебе нет, — она покачала головой и поцеловала его.       И как только она могла в нём сомневаться?       Такой любимый, такой тёплый и уютный… Она обняла его за плечи и потянула на себя, укладываясь спиной на кровать…