На шипах

А географии не было. В самом начале урока в класс забежала Елена Леонидовна, как оказалось учительница географии, сказала, что ее срочно вызывают в Москву, дала задание и тут же вышла. Разумеется, никто не читал очередной параграф и не делал никаких конспектов в тетради. Ученики 10-Б разбрелись по классу, кто, беседуя друг с другом, кто, копаясь в телефоне или слушая в наушниках музыку. Последовав примеру последних, я выудила из кармана черной юбки любимый Samsung s5230 и вакуумные наушники, в которых опасно переходить пешеходную дорожку – машина затормозит около тебя и не услышишь. Но, здесь авто не было, так что, ничто не угрожало моей жизни. Пока Даша, сидевшая со мной за последней партой, отлучилась к Юле Самойловой, я уже выбрала композицию Skillet – Never Surrender и норовилась нажать Play, как кто-то присел на соседний стул. Подняв глаза от дисплея телефона на сидящего рядом, я с огромным удивлением обнаружила забавную мордашку Джонни, так же смотрящего на меня. - Скучаешь? – прошелестел брюнет, кивнув на мобильный. - Нет, с чего ты взял? – я вынула наушники и вместе с телефоном положила их на парту, - Слушай, я точно по тебе не попала утром? – переспросила, вспоминая нелепый курьез, произошедший утром. - Не попала, не попала, - усмехнулся Денис, - А если даже и попала…. - И прибила его – тебя бы отец отмазал, Ри, не парься! – внезапно внесла свою лепту появившаяся из ниоткуда Мещерская. - И тебе доброе утро, - язвительно кинул Джо, - Думаешь, отмазали? - Угу, спасибо, - кивнула Даша, приземляясь на свободный стул перед партой, - Ее отец? В два счета. - Даша, ты знаешь, кто такие болтуны? – рыкнула я, сверля подругу глазами, - Находки для шпионов! - Так, может, вы начнете понятно говорить? – Денис пытался разрядить обстановку, - И кто твой отец? – под конец он обратился ко мне, посмотрев выжидающими глазами. - Подполковник, - буднично отмахнулась Мещерская. Если честно, я искренне не поняла ее спокойной интонации. Словно она говорила не о должности МОЕГО отца, а о том, что сходила утром в булочную и купила два батона белого хлеба. Охренеть, товарищи. - Спасибо, - фыркнула я, на секунду закатив глаза. - Я думал, бизнесмен, - Джо склонил голову на бок и снова принялся обстреливать меня своими темно-зелеными лучиками. - Ох, ты не первый, кто это предполагает, - протянула я, крутя в пальцах мощный кулон, служивший эдаким талисманом. Так что-то, я полагалась на его помощь, пока буду жить в пансионе, - Может ему действительно стоит поменять профессию? - Да-а-а, и милиция потеряет, наверняка, единственного квалифицированного сотрудника, - пробурчала шатенка, - Даже не спорь с моими словами. - С какими именно? – поинтересовалась я, подперев свободной рукой голову, и на мгновение перевела взгляд с подруги на Дениса, спокойно выслушивающего наши бредни. - С этими, но можно и с теми, которые я сказала тебе в спальне. То есть, с тем, что Ддд… Притворно громко кашлянув, я словно напомнила девушке о том, что об этих словах можно и не говорить. Тем более, в присутствии человека, в чью сторону были посланы догадки. Денис явно понимал, что что-то здесь нечисто и решил по-тихому выманить из Мещерской недосказанную фразу: - И с чем Арине стоит не спорить? – он произнес мое полное имя, немного растягивая звуки, словно пробовал на вкус, - М-м-м? - С тем, что в Даше иногда просыпается жуткое трепло, - ляпнула я первое, что пришло в мой наследственный Карповский мозг, - И с этим я спорить не собираюсь. - Да я вижу! – захохотал брюнет, наблюдая за тем, как подруга нахмурила брови и показала мне язык, - Что же, может, поговорим о чем-то другом? - Тебе с нами не скучно? – удивленно спросила, тут же выпрямляя спину, чем вызвала довольную ухмылку Даши. - Вы мне щас предлагаете отправиться в общество любовных романов и четырехугольников? - Боги, прямо высшая математика, - пробормотала я, покосившись на шестерку, занявшую первые три парты соседнего ряда, - Ты будешь там седьмым лишним, - вздохнула, пожимая плечами. - У них какая-то непонятная Санта-Барбара творится вообще, - вклинилась в новую беседу Мещерская, - А Старкову я, хоть убейте, не понимаю. Выбери ты уже – Авдеев или Морозов! Так нет, мы будем тайно на свидания с обоими бегать, - рыкнула она и скрестила на груди руки, - Хотя, Морозов тоже далеко-о-о не пай-мальчик. - Об этом даже его внешний вид говорит, - я хмыкнула, посмотрев в сторону Максима. Торчащий во все стороны шухер на голове, не заправленная в брюки белая рубашка, закатанные рукава синей кофты и почти половина расстегнутых пуговиц явно не говорили о прилежном ученике и воспитанном парне. - Мы сплетничаем? – Джони перевел взгляд с меня на Дашу, но снова вернулся ко мне. - Та иди ты! – визгнула я, легонько пихнув парня в плечо кулаком. - В душ? – брюнет обнажил ряд ровных белоснежных зубов, а его левой щеке появилась ямочка. Как у меня. - Вот-вот, туда иди. Остальное оставшееся время мы непринужденно болтали о всякой всячине, включая обсуждение причин отмены моей ненавистной географии. Согласившись на том, что на причину как-то наплевать, мы по звонку разбрелись по школе. Поднявшись с Дашкой на второй этаж, я остановилась на небольшом балкончике и стала непринужденно осматривать толпу, собравшуюся в холе «Логоса». Кто-то сидел не небольшом диванчике, что-то яростно обсуждая, кто-то сбился в небольшие группки и листал тетрадку с конспектом по русской литературе, которая была следующим уроком, а кто просто разговаривал по мобильному телефону. Дети были одинаковыми и разными одновременно. Ведь все они личности и даже одинаковая школьная форма не может изменить их душу. Но, неожиданно, среди этого моря обитателей «Логоса», я заметила столь знакомый черное кашемировое пальто, столь родное лицо и приглушенный голос, врывающийся в мое сознание так резко, что все предыдущие размышления ушли на второй план. - Папа? – ошарашено выдавила я, вглядываясь в толпу. Да, я не ошиблась. Подполковник Карпов собственной персоной. - Кто? – Дашка поздно включила зажигание, и стала смотреть в ту же точку, что и я, - Твой отец? Тот, в черном пальто? - Он, - я нахмурилась, - Черт, зачем он приехал? Так и не дав высказать подруге ее догадки, я оставила ее одну на балкончике и стала спускаться по деревянным ступенькам в холл. Обойдя каких-то незнакомых маленьких девочек, окликнула его: - Привет, - подойдя к отцу, запихнула руки в карманы юбки, и усмехнулась уголком рта, - Какими судьбами? - Ты говоришь так, будто не рада меня видеть. Здравствуй, Риш, - отмахнулся папа. Попав в его руки, я снова вдохнула приятный запах одеколона, подаренный ему мной на этот Новый Год, - Ну, как тебе здесь? - Дома лучше, - буркнула я, перебирая пальцами воротник пальто, - Ты же знаешь, что я отвечу именно это. - Ты же моя дочь, - аргументировал он, гладя меня по спине ладонью. - У нас география была, - неосознанно перешла на другую тему, шмыгнув носом. - О Боже, - вздохнул отец, взглянув на мое лицо, - И? Опять диктант? - Географичка дала задание и ушла – ее вызвали куда-то, - под конец улыбнулась я, выбравшись из объятий, - А сейчас литература…. - Ну, минут на 10 Виктор Николаевич точно опоздает, - хмыкнул отец, - Я собственно из-за его звонка приехал. - Что-то случилось? – я мгновенно встрепенулась и обеспокоено посмотрела в его глаза, пытаясь прочитать что-то в смеющихся глазах. - Нет, заяц, еще ничего, - папа ободряюще приобнял меня за плечо, - И не переживай ты так! Знаешь же, что я разберусь с этим Морозовым и все улажу. - Я переживаю за тебя, - тихо произнесла я, потупив взгляд в пол, покрытый линолеумом, - Мы же не знаем, на что он способен…. - К тебе он не приблизится даже на метр, - прорычал он, крепче сжимая пальцами мою руку, - Я тебе клянусь. - Я верю, - улыбнулась уголком рта, пытаясь успокоиться и привести в порядок мысли. - Вот и молодчина. - Кстати, как там Майя? – спросила я, вспоминая о своей пушистой любимице, оставленной без длительных прогулок и совместных игр на большое количество времени, - Не балуется? - Если не считать, что она лает на всю квартиру, когда звонит телефон или кто-то стучит в дверь, то она хорошо себя ведет. - Так…. А кто приходил? – я насторожилась, - Давай, рассказывай! - Та соседка заходила, - отмахнулся папа, - В доме сегодня утром света не было – она приходила узнать. - Ага, конечно! За свет она узнать приходила! Я уехала – сразу путь себе пробивать стала, а! – рыкнула я, сверля отца глазами. Мы оба знали, что наша соседка по лестничной клетке тайно вздыхает по отцу и частенько заходит к нам то за солью, то за спичками. Разумеется, пока я была дома, она заходила только тогда, пока я была в школе, а папа приезжал домой на обед. А сейчас рычащего цербера, то есть меня, в квартире не наблюдается и можно штурмовать крепость. Я всегда отрицательно относилась к особям, которые пытались настроить любовные отношения с отцом и действовали самым настырным способом, набивая себе цену. В прошлом декабре эта соседка меня окончательно задолбала и я «культурно» ответила ей, что не желаю видеть ее рядом с отцом. Теперь она уже несколько месяцев со мной демонстративно не здоровается и даже иногда задевает плечом, когда проходит мимо. - Так, Риш, не заводись, - папа всегда нейтрально к этому не относился. Он не обращал на нее внимания и не реагировал на эти припадки с ее стороны. В отличие от меня, папа вполне спокойный человек. Я же, наверняка, заработала у нее славу истерички, психованного и невоспитанного ребенка. Но, мне как-то плевать, что она обо мне думает. Я же о ней практически не вспоминала до настоящего момента. - А я еще не начинала! – возмущенно фыркнула я, - Передай ей, что я еще припомню это. - Ребенок, забудь о ней, а, - попросил папа, ободряюще усмехнувшись. Отодвинув рукав пальто у запястья, он взглянул на дорогие наручные часы. Затем перевел взгляд на дверь кабинета Виктора Николаевича, которая, словно по приказу мысли, распахнулась, и из нее вышел сам директор. - Стас, здравствуй, - поздоровался он, протягивая отцу руку для приветствия, - Привет, Арин. У меня же сейчас в вашем классе урок? - Доброе утро, - мелодично отозвалась я, по привычке запихивая руки в карманы черной юбки, - Да, литература. - Хорошо, иди в класс – сейчас будет звонок, - Виктор Николаевич искренне улыбнулся и обратился к папе, - Проходи в кабинет. Я сейчас приду. Молча кивнув Полякову, отец напоследок взглянул на меня и направился к массивной деревянной двери, ведущей в нужное помещение. - Арин, я тебя вызову после уроков к себе хорошо? – спросил он, словно сканируя меня глазами. - Да-да, конечно, Виктор Николаевич, - пробормотала я, отходя от него. Дойдя до ступенек, ведущих на второй этаж, я столкнулась с Дашей. Проводив взглядом Виктора, она снова вернулась ко мне. - Твой отец так любит тебя, - тихо произнесла девушка, сжимая пальцами тетрадку по русской литературе. Помолчав несколько секунд, я поднесла свою руку к шее и нащупала мощный медальон: - Как не любила моя мать… ____________________________________ Отмучившись положенные семь уроков, я схватила тетрадку по алгебре и буквально вылетела из душного класса. Отопление в «Логосе» работало в полную силу, так что, иногда даже в этой синей кофте было нестерпимо жарко. Попав в холл, где из-за частого открытия дверей воздух был прохладней, я устроилась на широком подоконнике, свесив с него ноги и одновременно наблюдая за одноклассниками, выходящими из класса. Найдя глазами Мещерскую, я махнула ей тетрадкой, и она незамедлительно подошла ко мне, тут же опираясь плечом о стену. - Я чуть не заснула, - провыла шатенка, швырнув на подоконник свою тетрадь с прикрепленной на ней авторучкой, - Сегодня урок вялый был какой-то…. - Та все они не бодрствовали, - пробурчала я, доставая из кармана юбки мобильный. Взглянув на часы, обнаружила, что до ужина еще пару часов, которые придется потратить на уроки. А потом уже будет законное свободное время. А завтра опять по кругу и так еще несколько недель, - Слушай, много на завтра-то делать? - Только слова и текст по английскому, - ответила Дашка, протирая заслезившийся глаз, - Поможешь? - Без вопросов. Холл школы заполнялся детьми и преподавателями, важно прохаживающимися по нему, словно они были какими-то государственно-важными персонами. В общем, преподавательский состав школы, проводивший сегодняшние уроки, пришелся мне по душе. Это были приятные, искренние и добрые люди, отлично знающие свой предмет и умеющие правильно поднести его к ученикам. Урок английского языка привел меня в восторг с первых минут. Мало того, что учительница проходила практику в одной из самых престижных школ Лондона, она прожила там несколько лет и говорила практически без русского акцента. На литературе я узнала еще немного информации о Денисе. Как оказалось, его полное имя Василенко Денис Олегович, а сам он не коренной москвич. Джони родился и жил в Латвии, в ее столице Риге. Полтора года назад вместе с семьей переехал в Москву и закрепился здесь. За эти полдня я еще больше убедилась в том, что мне нравится проводить с ним время. С Джо было весело, интересно и совершенно нескучно. На переменах он постоянно подходил к нам с Дашей, частенько останавливаясь глазами на мне, тем самым, вызывая недовольные взгляды Мещерской, которая была не намерена делить подругу с каким-то Денисом. Ну, так высказалась сама Дарья Александровна. На уроках Джо вместе со Славкой Харитоновым сидели перед нами и неизменно тихо шутили, заставляя нас биться в беззвучных припадках смеха, который иногда выдавался моим фырканьем или выражением лица шатенки. Так что, я была уверена в том, что за два неполных дня в «Логосе» нашла здесь двух верных друзей. Все эти размышления настолько заполнили мою голову, что я, смотря куда-то в сторону актового зала, не заметила, как к нам подошел Морозов. Вальяжно приблизившись к подоконнику, Макс встал рядом со мной, тщательно осматривая меня с головы до ног: - Скучаем? – лениво протянул он, принимая такую же позу, как и Даша. Все бы хорошо, но от его настырных глаз и легкого запаха, выкуренных в мужском туалете сигарет, мне становилось не по себе. - О Боже, снова ты, - разозлено фыркнула Мещерская, выравниваясь и скрещивая на груди руки, - Чего тебе, Морозов? Со Старковой пересрался? - Я не с тобой разговариваю, - грубо отрезал парень, тем самым, отбивая у меня любую вежливость и приязнь к его персоне. Под конец он снова обратился ко мне, - А ты не похожа на дочь подполковника… - Мне показать пару приемчиков самообороны или пострелять из пистолета? – в таком же тоне спросила я, смотря прямо в его глаза. Они были зелеными, как и у Дениса, только более яркими, похожими на сверкающие изумруды. Черт, я все сравниваю с Денисом. Это не хорошо…. - Может, пройдем в мою комнату? – проурчал Максим, на секунду закусив нижнюю губу. Мальчик, это уже слишком. - Слушай, ты не си-и-и…., - я встала с подоконника на пол, оказавшись ниже Морозова почти на целую голову, и только приготовила засадить этому наглецу хорошую пощечину, как за его спиной раздался спасительный для моей репутации и щеки Макса голос Джонни: - Слушай, тобой бабайку в детстве не пугали? – немного издевающееся пропел Денис, появляясь в поле моего обозрения. Взглянув на Дашу, я была удивлена тем, что за это время она еще не произнесла ни слова. Возможно, Морозов был так неприятен ей, что она не хотела даже разговаривать с ним. Скривившись, Максим запихнул руки в карманы и, подойдя вплотную к Василенко, прошипел ему прямо в лицо: - Поаккуратнее на поворотах, мальчик. Рот будешь на приеме у стоматолога открывать. - Ты уверен, ошибка природы? – Джо оскалился, обнажая белоснежные зубы и показывая, что еще чуть-чуть, и он будет на пределе. - Очко заиграло? – гоготнул Макс, - Ну, давай, я хоть посмеюсь над тобой! - Слушай ты, блять, - рыкнул Ден, крепко сжимая кулаки, - Вот, какого хрена ты лезешь со своими пошлыми непонятными шутками к Ри? Тебе твоей ненаглядной Старковой не хватает? - Эй-эй-эй, ребят, хватит! – предупреждающе вставила я свое слово, которое, к сожалению, осталось без внимания обеих сторон. - А ты че, втюрился в нее, пацан? - Да ты, мягко говоря, заебал! – рявкнул Денис, надвигаясь на него. Прежде спокойный и уравновешенный Джони сейчас явно нуждался в табличке «Не лезь – убьет» на груди и ограде в виде красно-белой ленты. - Все, хватит! – я вскрикнула, разводя парней и поставив перед Деном левую ладонь, а перед Максимом – правую, - Вы сейчас поубиваете друг друга! - Или покалечите, - наконец-таки подала голос Дашка, становясь рядом со мной, - Вон, Старкова твоя на крыльях безграничной любви летит. Последние слова были обращены к Максу, гневно раздувающему ноздри, готовому ввязаться в драку в любую минуту. Как и говорила Мещерская, через несколько секунд рядом с нашей четверкой возникла тощая блондинка, напоминающая рыбу: - Макс, ну, где ты ходишь? – пропищала она, вешаясь к парню на шею, словно не обращая на нас внимания. - Все, идите-идите, - пробурчала шатенка, устраиваясь на подоконнике и одновременно тяня меня за локоть, - Надоели. А ты молодец! – улыбнулась она Денису, - Мужик, хвалю! - Да ладно, - отмахнулся Василенко, снова превращаясь в беззаботного, веселого и абсолютно спокойного подростка, - Он реально достал уже. - Спасибо, - смущенно пробормотала я, заправляя выбившуюся из хвоста прядь за ухо, - А то я бы врезала ему…. - И была бы первой, кто это сделал, - глупо хихикнула подруга, - На это еще никто не решался, поверь мне! - Реально руки чесались! – воскликнула я, хрустя костяшками пальцев. Не знаю, что бы произошло дальше, если бы к нам снова не подошли. На сей раз это были две маленькие девочки. На вид им было по 6-7 лет. - Даш, а ты не знаешь, где Арина Карпова? – затараторила одна из них, выразительно смотря на Мещерскую большими глазами. - Привет, Надюш, - ласково пропела Дашка, - Вот она. Кстати, Ри, это Надя, - она кивнула в сторону той самой девчушки, заговорившей с ней, - А это Алиса, - мотнула головой в сторону другой девочки, стоящей рядом с так называемой Надей. - Тебя Виктор Николаевич зовет, - прощебетала Алиса, неотрывно глядя на меня. Затем ее глаза обнаружили дракона, видневшегося из-под рубашки, - Какой красивый медальон! – она восхищенно приложила ладошки к груди, и стала рассматривать его. - Спасибо, - улыбнулась я, - Ладно, ребят, я сейчас к Виктору Николаевичу, а когда приду, Даш, помогу тебе с текстом, - встав с подоконника, повернулась к Денису, - А ты, будь добр, никуда не ввязывайся! Только разборок с Морозовым тебе еще не хватало. - Есть, мэм! – заражающее засмеялся Джо, шутливо приставляя ладонь к виску. Подмигнув им напоследок, я направилась к кабинету Полякова. Миновав холл, дошла до массивной деревянной двери и постучала в нее: - Да-да, войдите! – из-за нее раздался голос Виктора, и я, получив разрешение, толкнула преграду. Переступив порог комнаты, я оказалась в сделанном в спокойных темных тонах кабинете директора школы-пансиона «Логос». Отсюда веяло уравновешенностью и некой решительностью, которой мне иногда не хватало. - Арин, садись, - он жестом пригласил меня присесть на кожаный диван, стоящий в углу кабинета. Молча пройдя к нему, я послушно села и сомкнула пальцы рук в крепкий замок. Подписав какую-то бумагу, Виктор Николаевич отложил ручку и встал со стула. Обойдя огромный письменный стол, он сел в такое же кожаное кресло напротив меня. - Виктор Николаевич, вы что-то хотели? – вежливо поинтересовалась я, мысленно запихивая недавнюю разборку куда подальше. - Я хотел поставить тебя в известность. Твой отец назначен главой попечительского совета школы, так что, он будет часто появляться здесь, и вы будете чаще видеться. - Круто. Пожалуй, это были единственные слова, которые я смогла выдавить. Но, мне на ум пришел еще один вопрос, который мне стоило задать. - Но…. Виктор Николаевич, я же буду здесь всего несколько недель от силы. Зачем на такой короткий срок устранять с должности другого человека? - Арин, - серьезно начал он, - Я в курсе сложившейся в вашей семье ситуации. И Стас сказал мне, что все это может затянуться на гораздо больший срок, чем пару недель. Тебе в любом случае придется остаться в «Логосе» до конца учебного года. Слушая Виктора, я просто не верила своим ушам. Разборки с каким-то строящим из себя большую цацу майоришкой могут занят почти 3 месяца! Это невозможно! - Это невозможно! – ошарашено пробормотала я, подняв глаза на собеседника. В его лице я искала хотя бы самого маленького намека на то, что все, сказанное им – всего лишь шутка, и через пару недель я буду дома, ходить в свою школу и гулять с Маей в парке возле нашего дома. Я просто не могла в это поверить. - Получается, так. Но, поверь, твой отец сам не рад этому! Если бы не было такого риска твоей жизни, Стас не стал бы отправлять тебя далеко от дома. Он очень переживает за тебя. Ты же знаешь, что ты самый близкий ему человек. И он действительно любит тебя. - Виктор Николаевич, неужели, все так серьезно? – прошептала я, сжимая пальцами переносицу. - Скорее всего, да. Нет, это какое-то сумасшествие. Это что-то, выходящее за грани реальности. Это то, во что не хочется верить. - Хорошо, - сухо кивнула я, - Спасибо за то, что сказали правду. Я пойду. Жалеющее посмотрев на меня, Поляков проводил меня взглядом до двери – я чувствовала его пронзительные глаза на своей спине. Выйдя из помещения, я закрыла дверь кабинета и, смахнув со щеки единственную слезинку, помчалась вверх по лестнице на второй этаж. Практически добежав до нашей с Дашей спальни, я с силой распахнула дверь, и, стянув с себя кофту с гербом школы, кинула ее на стул. - Ри, что-то случилось? – обеспокоено спросила девушка, вставая с кровати, на которой успела полежать. - Нет, ничего, не бери в голову, - отмахнулась я, падая на свое ложе. - Слушай, я хотела спросить у тебя…. Почему тогда в холле, ты сказала, что папа любит тебя больше, чем родная мать? Этот вопрос снова больно прошелся острым лезвием по моей душе, затрагивая самые неприятные воспоминания. Пытаясь сдержать себя, принялась находить нужные слова для достойного ответа: - Она бросила нас, когда мне было 7 лет. Давай, оставим этот разговор на потом, окей? Дай мне учебник и тетрадь. Послушно подав мне книгу, подруга легонько сжала мою руку, словно давая знать, что все будет хорошо. И самое удивительное то…. Что я ей верю. Все. Будет. Хорошо.