На шипах

Крепко сжимая в руках букет в прозрачной шелестящей обвёртке, я повернула голову к окну. За стеклом почти мгновенно пролетали пейзажи Подмосковья: пустынные, не запорошенные снегом поля сменялись небольшими посёлками, а посёлки – вереницами деревьев, чьи голые ветви торчали во все стороны, служа домами для большого количества ворон. В Инфинити работала печка, и я расстегнула пальто уже после нескольких минут пребывания в машине. Хорошо, что в школе после встречи на чердаке переоделась в любимые джинсы и водолазку, иначе чувствовала бы себя сейчас не очень комфортно. Собственно говоря, после признания Дениса я…. Я буквально парила по школе, что не укрылось от взгляда папы и, сложив несколько частиц одного паззла в голове, он пришёл к выводу, что у меня появился поклонник. Так что, почти несколько мгновений назад закончился допрос с пристрастиями, и я спокойно наслаждалась ездой в семейном кроссовере. Отец, правда, добился от меня немногого и, успокоив его тем, что Денис просто ухаживает за мной, и ничего такого у нас не было, я чувствовала себя ещё лучше, ибо смогла скрыть всю правду. Конечно, наступит момент и придётся рассказать всё, но он явно наступит нескоро, в этом я уверена. Переводя взгляд от деревьев за окном, я остановилась глазами на боковом зеркале. За нами упрямо следовала пара ярко горящих фар, предположительно, легковушки. Папа, видимо, заметил их тоже: он настороженно вглядывался то в зеркало заднего вида, то в боковое «ушко». - Думаешь, «хвост»? – негромко спросила я, по-прежнему наблюдая за следующей за нами машиной, - Если да, то кто? - Скорее всего, - голос моего водителя был на удивление для сегодняшнего вечера серьёзным и даже слегка холодным. Чёрт, снова работа. Даже здесь. И кому понадобилось за нами следить? И именно сегодня. – Риш, взгляни на номер и назови его, пожалуйста. Выполняя просьбу, я снова стала вглядываться во тьму. Прищурившись, сфокусировала взор на чёрной комбинации букв и цифр на белом фоне, освещаемой фарами. Проговорив увиденное вслух, взглянула на отца. - Отлично, - злобно прорычал он, увеличивая скорость, - Только его не хватало. Всё сразу стало ясно. Это был Морозов и никто иной. Пока я продолжала гипнотизировать взглядом боковое зеркало, папа что-то набирал в телефоне, удерживая руль другой рукой. Он снова оставался практически спокойным, если не брать во внимание, что количество километров, проезжаемых Infiniti, перешло рубеж сотни. Неожиданно он снова заговорил: - Значит, так, Риш. Сейчас мы ведем его к Москве, и где-то на въезде я остановлюсь – нужно поговорить с человеком, раз он так желает. Ты же сидишь в машине и не выходишь из неё, чтобы не случилось, - увидев моё ошеломлённое лицо, добавил, - Не бойся, ребята уже выехали. - Ты писал Антошину, - мгновенно догадалась я, вспоминая об одном из оперативников отдела, но тут же выкрикнула, - Да ты с ума сошёл! Ты выйдешь к нему один?! А если он выстрелит?! Папа хмыкнул: - Нет, не выстрелит, так как для него это обернётся не очень хорошими последствиями. Он уже подписал себе смертный приговор, угрожая тебе, поэтому…. Но он не успел договорить, ибо я перебила его: - Ты его убьёшь? Наши взгляды встретились, и я невольно вздрогнула. Пожалуй, не следовало выражать в одной фразе то, что держала в себе несколько лет. Да, я догадывалась, что что-то нечисто. Догадывалась по деньгам, появляющимся у нас в доме, по машине, вещах и возможности содержать две квартиры – нашу и бабушкину с Лёней. Хотя машину можно «опустить» в данном вопросе – с её покупкой помог Вадим, ещё один одноклассник отца, его лучший друг и по совместительству мой крёстный, скостив цену у покупателей, но она всё равно была высока. - Пока не решил, но Морозов заслуживает этого. Он угрожает тебе, толкает наркоту по городу, прикрывает наркош и наркодилеров, подставляет сотрудников, и это не весь «послужной» список. Только Зимина нихрена не догадывалась об этом. До недавнего времени, пока у майора не случился конфликт с Глухарём. Тогда-то всё и всплыло. - Да уж…, - мрачно подытожила я, шморгнув носом, - Повезло, ничего не скажешь. Снова взглянула в зеркало: легковушка по-прежнему шла за нами, иногда моргая фарами, призывая остановиться или же съехать на обочину. Вдали замаячили огни уличных фонарей и светящихся окон. Ночью у города открывалось второе дыхание, и он жил другой жизнью – клубной, шумной, полной развлечений и алкоголя. Однако не все его жители поддерживали её и ломали систему. Собственно как и мы. - Пап, - я снова начала незавершённый разговор, - Ты не подумай ничего, но…. Я знаю. - Что знаешь? – сразу же насторожился, - Ну, говори, чего ты. Я закусила нижнюю губу и, переборов сомнение, мгновенно выпалила: - Про крышевание и остальное. Не всё, конечно…. Я просто слышала несколько раз, как ты говорил по телефону с кем-то об этом. Да и ты сам просил меня передать Вадиму документы в прошлом году, помнишь? Когда у Зиминой его люди по ошибке тачку угнали, и она чуть ли не войну угонщикам объявила? – я говорила внятно, мысленно моля, чтобы меня не перервали, - Он еще пошутил тогда, мол, вот, «закрыть» хотят, а всё не получается. Я тогда не поняла смысла, и ему пришлось мне рассказать. Но, знаешь…. Мне всё равно. Мне действительно плевать на всё это и я не буду вас осуждать. В машине возникла гнетущая тишина, в которой я чётко слышала биение своего сердца, колотящегося так, что, казалось, оно возьмёт и выпрыгнет из груди. Потёрла пальцами лоб. Всегда так делаю, когда волнуюсь и ожидаю чего-то. В тот момент я ожидала любой реакции отца – криков, ругани, молчания, просьб замолчать и тому подобного. Но не этого…. - Я знал, что ты когда-то догадаешься об этом, - подал голос мой водитель, иногда переводя взгляд на зеркало заднего вида, - Но всё равно оградить тебя пытался. Да, я не буду оправдываться, в моей работе было и есть то, что ты назвала. Да, и в деятельности Вадика тоже. - Это понятно, - прошелестела я, - Тогда я прошу только об одном – не переходи за рамки. Даже сейчас, когда мы остановимся. - Ты только недавно говорила, что мне не нужно выходить одному вообще. - Я просто знаю, что тебя не переубедить. Папа слегка улыбнулся и снова стал наблюдать за Морозовым. Он не отставал, почти дышал нам в задний бампер. На въезде в город показались склады, заброшенные здания и пустыри. Перед одним из складов был своеобразный «пятачок», окружённый старыми бетонными столбами для опор и какими-то металлическими изделиями. На этом «пятачке» отец затормозил и, поставив Инфинити горизонтально входу в здание, вышел из салона, снова предупредив меня. Только мне от этого стало не легче. Оперов во главе с Дэном на горизонте не было видно, и по моему телу прошла волна дрожи. Было действительно страшно, и за себя, и за отца. В тот же момент из синего Ford’a вышел Морозов. Вживую он был ещё гаже и противнее, чем на фото. Его лицо тут же исказила издевающаяся ухмылка, которая, как я тут же поняла, была лишь отвлекающим манёвром, пока его рука что-то доставала из кармана пальто. Нет. Нет… - Нет,- рыкнула я, не веря своим глазам. Майор стоял, направив дуло боевого пистолета на отца, и что-то втирал ему с презирающей физиономией. В мозгу тут же составилась логическая цепочка. Обычно у папы ПМ находится либо в кобуре, либо сзади за поясом брюк. Учитывая то, что сегодня был фестиваль, кобуру он не одел, я бы увидела. Значит, пистолет сзади. Пока он потянется за ним, Морозов успеет выстрелить, а папа же без бронежилета, который обычно опера надевают на задержание, и…. В то, что могло случиться, я просто отказывалась верить и судорожно искала решение сложившейся проблемы. И оно пришло само собой. Решение уже две недели покоилось на дне моего серебристого чемодана, под сумкой с фотоаппаратом. Стараясь не терять попусту время, я мгновенно покрутила колёсико с правой стороны моего сидения, и оно стало накреняться назад. Положив букет на приборную панель, с силой налегла на него, заставляя буквально лечь на задний ряд, и перелезла во вторую часть салона. Мысленно благодаря создателей за то, что багажник отделяется от салона лишь спинкой заднего ряда сидений, наклонилась и начала расстегивать молнию чемодана двумя руками. Словно чувствуя моё состояние, грёбанная «собачка» не захотела тронуться с места с первого раза, и мне пришлось несколько раз дёргать её, заставляя двигаться. Наконец-то справившись с этой задачей, я, светя включенным экраном мобильного, начала лихорадочно перерывать одежду в поисках Макарова. Неожиданно кожа руки почувствовала леденящий металл, и я крепко сжала находку. Не проверяя «магазин», я щёлкнула затвором и, приведя в порядок вещи, потянулась к ручке двери. Слегка надавив на неё, толкнула вперёд и, захлопнув дверку, скрестила на груди руки, спрятав ладонь с пистолетом за ворот пальто, делая вид, будто я недовольна тем, что происходит. Да чего врать – действительно была недовольна. Абсолютно не соображая, что я сейчас делаю и что мне потом будет от отца, обошла машину и, встав в стойку около капота, процедила сквозь зубы, стараясь нагнать на себя спокойствие «аля я Стас Карпов»: - Что здесь происходит? – мои глаза встретились с глазами Морозова. Злыми, отчуждёнными, смотрящими, словно сквозь меня. - Арина, - моё полное имя прозвучало из уст моего водителя предупреждением, - Я же просил тебя. - Ничего, Стас, - злорадно рыкнул майор, не сводя прицела, - Пусть посмотрит и узнает, чем занимается её ненаглядный папочка. Сдерживая себя, чтобы не наброситься на эту суку, стала тянуть время: - Вы мне расскажите что-то новое? Кажется, я всё знаю. - Не вешай мне лапшу на уши! – рявкнул мужчина, - Как ты можешь всё знать, если он, - махнул пистолетом в сторону отца, - всё от тебя скрывает? Я равнодушно пожала плечами и лениво пропела: - Мне лапшу на уши не вешают, дорогой товарищ майор. Я мучное не люблю, от него поправляются быстро. Папа, явно оценив шутку, едва слышно хмыкнул и напрягся. Как и я, собственно. Морозов же , переводя взгляд с меня на отца, выдавил: - Но ты далеко зашёл, Карпов, и даже не…. Договорить работнику юстиции не было суждено. Послышались приближающиеся моторы машин, которые стремительно набирали скорость, приближаясь к вожделенному «пяточку». Понимая, что сейчас будет несладко и, намереваясь сбежать, Игорь слегка поднял дуло пистолета и…. Снова не успел. Два последующих выстрела из моего оружия раздались как раз вовремя, отозвавшись глухим эхом от стен склада. В тот момент мне казалось, что мой разум затуманился. Мне было всё равно, какие последствия меня ждут. Я не могла позволить случиться убийству или ранению отца. Уже потеряла двух близких людей, и мне этого хватило по горло. Не хочу. Опустив мигом потяжелевшую, словно сделанную из свинца руку, я стояла около кроссовера, молча наблюдая, как Морозов падает на асфальт, начинает задыхаться и закатывать глаза. Его рука, выпустив Макарова, стала судорожно расстёгивать пуговицы пальто и пиджака, предоставляя всеобщему обозрению чёрный бронежилет, в который вошли пули. - Сука, - прошипела я, сплёвывая на землю, словно заправский убийца. Папа, взглянув на меня, тут же подлетел к лежащему майору и поднял его пистолет. Я подошла к ним на негнущихся ногах и хотела снова навести на него оружие, но оказалась в руках отца: - Риш, что ты творишь? – он потряс меня за плечи, стараясь привести в чувство, - Какого чёрта? Я снова не выдержала и выкрикнула: - Нужно было позволить ему убить тебя?! Взглянув на меня, папа прижал меня к себе, успокаивающе поглаживая по спине и целуя в макушку. Обвив его руками, я едва не разрыдалась, вовремя вспомнив, что сейчас подъедут оперативники, а при них слабой я никогда не показывалась. И действительно, сзади зашуршали шин, раздался визг, а затем приглушённые стуки дверей легковушек и шаги по асфальту. - Нихрена себе, - послышался свист Дениса, подошедшего ко мне со спины, - Стас, ты его грохнул что ли? На этих словах я развернулась, по-прежнему сжимая в руках ПМ, и глухо ответила: - Это не он. Да и Морозов не сдохнет так быстро. - Рин, ну, ты… - Всё, хватит! – рыкнул отец, предрекая все дальнейшие разговоры на эту тему, - Юра, Дима, этого, - мотнул головой в сторону майора, - В машину. Сейчас в отдел разбираться поедем. Денис, а ты отвезёшь Ри к Вадиму, она скажет тебе адрес. - Пистолет, - еле выдавила я, - С ним что? - Вадик знает, что с этим делать. Отдашь ему - Хорошо, - я мотнула головой и, кое-как запихнув металлическое изделие в глубокий карман пальто, направилась к передней пассажирской дверце. Антошин проследовал за мной, только двинулся немного дальше, к багажнику и, открыв его, вытащил наружу чемодан. В тот момент я забрала с панели цветы и, снова сжав их руками, направилась к Hyundai’ю оперативника. Как только мы с Дэном оказались в салоне, с места тронулись и остальные машины. Обогнав нас, они умчались по направлению в центр. Я назвала оперу адрес моего крёстного и, откинувшись на спинку сидения, постаралась успокоиться. Как я говорила, Вадим Олегович Мельников – закадычный друг отца со времен школьной скамьи, мой крёстный и убеждённый холостяк. В девяностых он организовал гараж на пару с несколькими ребятами, превратив это место в одну из самых лучших станций техобслуживания автомобилей в Москве. Через несколько лет он открыл ещё двё, оборудовав в них автомойки, и стал полноправным хозяином точек. Только на месте Вадику всё не сиделось, и он стал промышлять, да-да, автоугонами и стал криминальным авторитетом в нашем районе. Разумеется, об этом знают только несколько человек. Перебивание номеров и отгон легковушек происходит ночью, несколько раз в месяц. Как мне стало известно, банда Мельникова угоняет не все машины подряд, а только те, за которые страховые компании не отдают несколько миллионов их владельцам в случае пропажи автомобиля. У них заключён какой-то контракт, если я не ошибаюсь. Об этой неизвестной странице жизни крёстного я узнала несколько месяцев назад, когда передала ему документы по просьбе папы. Вадим тогда что-то сказал по поводу того, что его чуть не посадили, а я не врубилась в смысл. Вот и пришлось ему всё объяснять. Об этом мы, правда, не разговариваем, но иногда я всё-таки прошу его оставить криминальную деятельность и вплотную заняться его СТО. Ведь если едва не обвинили, то могут всё сделать в следующий раз. - Арин, не переживай, - в сознание ворвался голос Антошина, - Всё нормально будет. - Ага, если Морозов не скажет, что это я в него выстрелила, - пробормотала, невольно поёжившись, - Вот тогда будет весело. - Даже если он и скажет это, ему никто не поверит, - стал уверять меня опер, заруливая в поворот, - Всё, кажется, приехали. Машина затормозила около двухэтажного невычурного коттеджа, ограждённого забором в рост взрослого человека. Денис несколько раз посигналил, и мы стали ждать. Через короткий промежуток времени калитка приоткрылась, и из неё вышел Вадим, на ходу натягивая на себя дутую синюю куртку. Завидев крёстного, я немедля вышла из легковушки и бросилась к нему. - Привет, принцесса, - произнёс он, потрепав меня по макушке, - У Стаса не получилось тебя завезти? - Ты знал, что ли? – пробормотала я, поднимая на него непонимающий взгляд. - В доме расскажу. Подойдя к седану, Вадим пожал руку Антошину и вместе с ним направился к багажнику за моими вещами. Проделав эту процедуру, мы попрощались и направились к обители Вадика. Как только я переступила порог, почувствовала валящую с ног усталость и сонливость. Видимо, эхо сегодняшней разборки. - Вадик, - обратилась я к крёстному, стаскивая с себя сапожки на сплошном ходу, - Папа сказал, ты знаешь, что с этим делать. – На этих словах вытащила из кармана пальто пистолет и протянула его мужчине. - Стас порядком разленился, - хохотнул Мельников, стаскивая с себя куртку и принимая оружие, - Разучился, что ли, от своих орудий труда избавляться? Кстати, Риш, ты голодная? - Не, мне сейчас и кусок в горло не лезет, - прохрипела я, в буквальном смысле валясь на диван в гостиной, - И это не его Макар. Он мой. Направляющийся ко мне Вадик застыл на месте, но тут же взял себя в руки и, сев рядом, спросил: - Как твой? - Перед тем, как отправить меня в «Логос», - начала я, - папа дал мне его. Так, на всякий случай. Надеялся, что он не понадобится. Сегодня, по дороге домой, мы заметили «хвост» за собой – синий Ford. Как оказалось, за рулём был Морозов, и он хотел расправиться с кем-то из нас. А, может, и с двумя. Только не успел, - замолкла и, сглотнув, продолжила, - Отец к нему вышел, а он направил на него пистолет. Я вышла следом из машины, держа в рукаве ПМ. Когда опера подъехали, их папа смской предупредил, Морозов в него выстрелить хотел, только я его опередила. Всадила две пули в броник. Может, ребро перебила. Чёрт, Вадим, я совсем не соображала, что делаю в тот момент, - я закрыла лицо ладонями и стала шумно вдыхать воздух. В душе творилось чёрт знает что. Да и в голове тоже. Казалось, что это страшный сон и, стоит мне открыть глаза, никакого чертового Морозова никогда не будет. Жаль, что это не так. - Вот это дела, - нарушил тишину собеседник, - Рин, - его рука опустилась на мои плечи и притянула к себе, - Не переживай, слышишь? Пистолет никто не найдёт, Богом клянусь. А Морозов и вякнуть ничего в твою сторону не посмеет – Стас об этом позаботится. Да и я тоже, если потребуется. - Ты его не знаешь, - замотала головой я, - Это такая сволочь, что…. - Уж кто-то, а я его знаю. Приходилось уходить пару раз от него. Он тогда в другом отделе работал. - Ох, ты всё ещё промышляешь этим? - Ариш, я уже выбрал свою дорогу и просто так с неё не свернуть, - словно маленькому ребёнку стал объяснять Мельников, поглаживая меня по спине, - Но скоро всё закончится. Тем более, я уже не молодой по ночам за тачками бегать. - Вот и славно, - я впервые улыбнулась за несколько последних часов, - Ладно я это.… В душ пойду, хорошо? А ты можешь мои вещи отнести наверх? - Ты ещё спрашиваешь, - крёстный поднялся с дивана и приподнял чемодан за ручку, - Ты нужное только возьми отсюда. Я поднялась следом и, выудив из серебристого хранилища одежду с косметичкой, направилась прямо в коридор, где, как хорошо помнила, находилась ванная. Стянув с себя вещи, я встала под тёплые расслабляющие струи и блаженно закрыла глаза, чувствуя, как вода приятно скользит по моему телу. Простояв так около пятнадцати минут, вытерлась полотенцем и, надев хлопчатую футболку с шортами, вышла из комнаты. Вадик уже сидел на диване, явно ожидая моего появления. - Принцесс, да на тебе лица нет, - заключил он, поднимаясь с места и подходя ко мне, - Давай, пойдёшь спать? Я как раз Стасу позвоню, скажу, что с тобой всё в порядке. - Спасибо, крёстный, - я усмехнулась, - Кстати, почему меня отвезли именно к тебе? - Твой отец полагает, что около вашего дома слежка, иначе Морозов бы не вычислил, что ты в «Логосе». Так что, тебе сегодня не рекомендуется там появляться. - Хорошо. Тогда…. Спокойной ночи, Вадим, - я поцеловала его в щёку, - Только рано не буди меня, хорошо? - Договорились. Спокойной ночи, принцесса. Я абсолютно не понимала, откуда взялись силы, но я добралась до своей спальни ни разу не упав, и не ушибив что-то. Ноги сами донесли меня до уютной кровати, на которой я заснула, едва моя голова прикоснулась к подушке. В то же самое время в гостиной. Как только крестница поднялась на второй этаж и скрылась в комнате, Вадим достал из кармана джинсов мобильный и набрал закадычного друга. Стас не заставил его ждать и принял вызов через несколько противных гудков. - О, Вадик, ты вовремя. Я только сам хотел тебе позвонить, - из трубки послышался усталый голос подполковника, - Как Арина? - Спать легла только что, - отрапортовал мужчина, приближаясь к небольшому бару под телевизором. Открыв стеклянную дверцу, взял из него бутылку начатого коньяка и направился в кухню. Там, достав пузатый стакан на небольшой ножке, плеснул в него немного янтарной жидкости и, сделав глоток, добавил, - Я думал, она в обморок упадёт. Про пистолет я знаю. Никакая собака не найдёт. - Да уж, после такого можно и с ума сойти, - мрачно произнёс на том конце воображаемого провода Карпов, - Не сомневаюсь. У меня к тебе дело. - На сто миллионов? – Мельников сделал ещё один глоток, - Я весь во внимании. - От броника Морозова мы избавились, так что Зиминуха ничего не узнала про стрельбу. Донесли до неё только то, что он угрожал Рине, и она требует от него перевода в другой отдел. Думаю, тебе не нужно объяснять, что с переводом всё усугубится. Помнишь, ты говорил, что у тебя в банде пацан есть, на голову немного повёрнутый? - Есть такой, Лёхой зовут. - Так вот, сейчас ничего с переводом решаться не будет. Морозова отпустили домой, со слежкой, разумеется, и к восьми сказали прийти в ОВД писать заявление по собственному. Ровно в восемь он будет в Пятницком. И на пути в отдел его нужно…. - Я понял, - отрезал Вадим, ставя пустой бокал в раковину, - Пьяный водитель, стандартная программа? - Да, всё так, - согласился Станислав, - Бутылку с водкой и пару стаканов не забудь. Я бы сам, да поймут, если застрелят или просто тачка сшибёт…. - Я всё понял, - снова повторил собеседник, - Утром жди результата. До завтра. Отключившись, угонщик ещё несколько секунд гипнотизировал глазами экран, но, словно очнувшись, стал набирать другой номер. Судьба майора юстиции Игоря Морозова уже была предрешена.