На шипах

Перевернувшись на другой бок, я натянула одеяло, полностью закрыв им плечи, и снова уткнулась лицом в подушку. Глубокий сон уже выпустил меня из своих объятий, и совсем скоро мне предстояло проснуться и снова уснуть. Это была старая привычка: не просыпаться сразу, а попытаться увидеть ещё один сон. Вот и сейчас я намеревалась увидеть в своей голове что-то очень приятное, как…. Чья-то сильная рука легла на моё плечо и принялась тормошить меня, одновременно произнося: - Принцесса, проснись! Проснись, кому говорю! Испустив раздражённый рык, который был заглушён подушкой в шёлковой наволочке, перевернулась на спину и, лениво приоткрыв, один глаз, пробурчала: - Чёрт возьми, Вадик, мы же с тобой договаривались, - приоткрыла второй глаз и, нахмурившись, добавила, - Что-то случилось? Я немного приподнялась на подушке и, опершись на локти, взглянула на сидящего передо мной крёстного. Он сам выглядел довольно заспанным и прищуривался, дабы сконцентрировать зрение. - Ты же знаешь, - ответил Вадим, при этом, улыбнувшись уголками рта, - Для твоего отца даже мои просьбы пролетают мимо ушей. Новости появились. Я окончательно уселась на кровати, откинувшись на её твёрдую спинку: - Надеюсь, приятные? Мельников пожал плечами: - Смотря, с какой стороны на это смотреть. Морозова убили сегодня утром возле ОВД. - Что? – едва выдавила я, непонимающе уставившись на мужчину, - Убили? Да ну, ты шутишь, Вадим! Морозова. Убили. Господи, кто услышал мои молитвы и принял их во внима-а-а.… Нет. Только не то, что я думаю. Ведь и Вадик, и папа конфликтовали с майором, и его смерть была выгодна им обоим. И мне тоже. «Ну, как об этом у него спросить?» Но я в любом случае не осуждаю их. Во-первых, крёстный и отец – очень близкие мне люди и терять их я не желаю, а во-вторых…. Морозов это заслужил за все свои злодеяния» Наверное, моё выражение лица было весьма специфическим, чем вызвало хмыканье моего собеседника: - Риш, - снова заговорил Мельников, - С тобой всё хорошо? - Да-да, - спешно закивала головой я, зарываясь пальцами руки в запутанные после снова волосы, - Просто…. Не хочу лгать. Меня кое-что смущает. И очень сильно. Вадим нахмурился: - Что именно? - Вадик, скажи мне одно. Только честно. Ты…. И папа…. Вы…? – я взглянула на крёстного самым обезоруживающим взглядом, который имелся в моём скромном «арсенале», - Только не ври. - Да. А сейчас нам нужно ехать в Пятницкий. Зимина хочет у тебя что-то спросить. Только не вздумай говорить о своих выстрелах. Глубоко вздохнув, отбросила одеяло и крепко обняла Мельникова. Вадим стиснул меня в своих объятиях в ответ и принялся заботливо поглаживать меня ладонью по спине, отчего в душе поселилось ощущение спокойствия и защищённости. Правда, вопрос это спорный. Но не будем о плохом. - Ладно, я тогда…. В душ пойду, - пробормотала я, оторвавшись от крёстного, одновременно поднимаясь с кровати, - А что на завтрак есть? - Иди, конечно, - утвердительно кивнул он, встав следом за мной, - Сейчас что-нибудь придумаем. Легонько ткнув Вадима кулаком в живот, я подхватила с тумбочки косметичку и, достав из чемодана необходимые вещи, вышла из комнаты. Спустившись босыми ногами по лестнице на первый этаж, миновала уютную гостиную и прошла по небольшому коридорчику к ванной. Там захлопнула за собой дверь и, положив вещи на невысокий столик, подошла к зеркалу. Закусив нижнюю губу, на меня смотрело моё заспанное и ещё не до конца проснувшееся отражение, с неимоверным бардаком из волос на голове и небольшими кругами под глазами. Видимо, вчера я смыла не все тени. Наклонившись над раковиной, повернула серебристый кран и, как только своеобразная мисочка из ладоней наполнилась холодной водой, плеснула её на лицо. Знаете, как в известных рекламах всякой косметики. Ледяная жидкость сразу же окончательно разбудила меня и я, проведя по лицу мягким полотенцем, заботливо повешенном на крючке рядом с зеркалом, скинув одежду, зашла в душевую кабину. После ежедневных утренних процедур, описание которых я любезно пропущу, дабы не утомлять читателя, сделало своё дело: теперь моё отражение было бодрым, причёсанным и готовым к подвигам. - Отлично! – я подмигнула сама себя и, прикоснувшись пальчиками к кулону на шее, вышла из комнаты. По коридору распространялся манящий запах чего-то съестного, видимо, приготовленного собственноручно Вадимом, ибо других посторонних лиц я в доме не видела. Обычно он заказывал еду в знакомом ресторанчике неподалёку или нанимал повара, дабы тот приготовил нечто вкусненькое. Скорее всего, крёстный решил не заморачиваться по этому поводу в выходной день и принял обязанности на кухне на себя. Однако насколько я знала, я могу рассчитывать на простенький завтрак: кулинарные изыски Вадик никогда не готовил. - Неужели ты надел фартук и встал у плиты? – желая подколоть мужчину, громко произнесла я, приближаясь к кухне, - Да уж, мне стоит здесь появляться чаще – такими темпами найдём тебе жену. Я не ошиблась: крёстный действительно кудесничал с помощью продуктов и электрических конфорок. Значит, без завтрака точно не останусь. - Ну, насчёт жены я ещё не готов говорить, - незамедлительно ответил Мельников, старательно посыпая готовый омлет свежей зеленью, - Готово! Выложив своё произведение кулинарии на две тарелки, он поставил их на массивный деревянный стол около стаканов с яблочным соком. - М-м-м, - протянула я, в предвкушении потирая ладони, - Вадик, я скучала по твоим холостяцким завтракам. - Конечно! – с нотками недовольства в голосе заявил новоиспечённый повар, занимая своё место на стуле, - Совсем про меня забыла! Хоть помнишь, когда заходила последний раз в мою берлогу? - Это всё Морозов, чтоб он на том Свете перевернулся, - недовольно пробурчала я, поднеся ко рту вилку с наколотым кусочком омлета и тут же проглотив его, - А ты совершенствуешься! Крёстный довольно ухмыльнулся и сам приступил к еде: - Только идиоты не прогрессируют в собственном развитии, - философски добавил он, - Ну, а я не идиот. Кстати, тебе тут уже минут 15 некий Дениска наяривает на мобильный, - Вадим предъявил моему вниманию мой Самсунг, покоящийся около его стакана, - Колись, кто такой? - Блин, я же забыла ему позвонить! – чертыхнулась я, мысленно ругая себя всевозможными словами, одновременно тянясь к сотовому через стол. Но мои попытки не завершились успехом: видя, что сейчас я дотронусь до аппарата, Вадим схватил его первым и, стиснув пальцами, приподнял руку над столом. - Нет, принцесса, - довольно протянул Мельников, поигрывая мобильным, - Рассказывай, что за тип. Насколько я знаю, из парней ты тесно общалась только с моим тёзкой – Вадимом Уваровым. А здесь Дениска! Я фыркнула: - Вот ты не можешь не подколоть, - сделала глоток сока, - Денис это…. Ну, как тебе сказать…. - Прямо и говори. Я же от тебя не скрываю, что угонами промышляю. - Вадик, угоны – это одно, а здесь совершенно другая ситуация. - Однако я начинаю вникать в её смысл по одному выражению твоего лица, Ариш, - хохотнул Мельников, всё ещё не выпуская телефон из рук, - У тебя появился ухажёр. - Молодой человек! – с недовольной интонацией поправила я, - Только не вздумай обещать оторвать ему голову, если что. - Стас уже сделал это вместо меня? Другого я не ожидал, - мужчина пожал плечами, - Но если что…. Ты знаешь – можешь ко мне обратиться. И не только по этому поводу. - Знаю, крёстный, - ответила я, улыбнувшись, - Теперь верни, пожалуйста, телефончик. Я уже собиралась потянуться за ним снова, но, встретившись с глазами Вадима, поняла, что чего-то не договорила. Он тоже, как и папа, просто так не отстанет. - Ему тоже 16, он из Москвы. Родители – предприниматели, - принялась монотонно перечислять я, осведомляя Вадика в том, что уже знал отец, - Не курит, не пьёт, только иногда ругается матом. С дурными компаниями не водится и мне он очень нравится. - Ну, вот! Молодец, принцесса, - одобряюще протянул мой собеседник с довольной улыбкой на лице. Через несколько секунд верный Samsung уже красовался на моей открытой ладони. Я несколько раз провела по сенсорному экрану пальцем и зашла в «Пропущенные». На дисплее появилось 6 пропущенных звонков от Даши, 7 от Дениса и 10 от Братишки. Здорово. Буду объясняться с ними битый час. Хотя, сама хороша – вчера даже не позвонила, что дома… Точнее, почти дома. А обещала. Но у меня было смягчающееся обстоятельство, о котором моим друзьям знать не обязательно. Эх, придётся врать. Да так, чтобы они не догадались. - Ты носишь его? – Мельников нарушил тишину, кивнув головой в сторону моей шеи, - Значит, не прогадал, объездив почти все ювелирные магазины. - Не прогадал, - прошелестела я, - Это мой талисман, Вадик. Очень надёжный. Кстати, - неожиданно всполошилась я, взглянув на телефон, - Нам пора! Хочу закончить со всей этой историей раз и навсегда. - Вот и отлично. Тогда сейчас поедем. Одевайся, Риш. Поднявшись со стула, я поставила грязные тарелки друг на друга и, взяв их в руки вместе со стаканами, отнесла к кухонной стенке. - Вадик, - обратилась к крёстному, - Я поставила посуду в раковину, хорошо? - Да, я потом закину её в посудомойку, как вернусь, - послышался из гостиной голос мужчины, - Ты скоро? - Иду-иду, - пробормотала я и, окинув взглядом кухню, вышла из неё. В коридоре, найдя свои сапожки на сплошном ходу, присела на мягкий пуф и, натянув сапог на одну ногу, принялась застёгивать противную молнию. Проделав ту же операцию со вторым, встала и подошла к вешалке, вмонтированной в стену около входной двери. Надев излюбленное чёрное пальто, я завязала на талии идентичного цвета пояс и проверила содержимое карманов. Тут же в коридоре появился Мельников, на ходу запихивающий пистолет за пояс джинсов. Он уже успел одеться, и был в полной боевой готовности. Как только мы вышли из дома, я тут же почувствовала на себе всю «приятность» холодного пронизывающего ветра и невольно поёжилась, когда поток воздуха прошёлся по моим распущенным волосам, взъерошив их. - Ещё и берет у папы в машине забыла, - тихо констатировала я грустный факт и запихнула руки в карманы пальто, - Слушай, крёстный, мы же потом за вещами вернёмся, хорошо? - Разумеется, - буднично протянул Вадим, наблюдая, как открывается автоматическая дверь гаража. Неожиданно он повернул голову в моём направлении и, запустив руку в карман синей дутой куртки, улыбнулся уголками рта, - Кстати, тут Стас просил тебе возместить моральный ущерб за вчерашнее действо. Держи, принцесса! Я едва успела среагировать и подняла руку быстрее, чем связка из двух ключей от Мерседеса Вадика оказалась бы на асфальте. Стоп. Ключей? От джипа крёстного? Вот это я и называю отличным началом выходного дня! - Вади-и-и-к, а как же гайцы? – глупо хихикнула я, поигрывая блестящими предметами пальчиками, - Антошин уже давно в ГАИ не работает. - Слушай, а как я тогда бы промышлял своими делами, не имея завязок в этих структурах? – мужчина довольно ухмыльнулся, увидев смятение на моём лице, - Никто не остановит, не парься. - Вот жучара! – цокнула я, - Ворота только не забудь открыть. * * * Господи, сколько времени я не сидела за рулём! Сколько времени не испытывала того приятного тепла, разливающегося в груди после очередного переключения скорости и звука усиливающегося рычания мотора. Mercedes покорно слушался меня, повинуясь самому малому движению баранки или нажиманию на педаль. Благо, за несколько недель в «Логосе» я не разучилась элементарному, и иномарка не тормозила движение на перекрёстках. Вадим сидел на соседнем пассажирском сидении совершенно спокойно, не нервничая и развлекая нас двоих забавными историями из жизни. К ОВД «Пятницкому» мы добрались за рекордные сроки. Возле ворот отдела копошилось немереное количество экспертов, обследующих каждый сантиметр территории, на которой, как я поняла, был убит Морозов. Рядом со знакомым синим Ford’ом красовалась багровая лужа крови, а на заднем бампере – мощная вмятина, продолжающаяся вплоть до ближайшей пассажирской двери. - Не хило, - сквозь зубы процедила я, когда мы остановились перед пёстро разукрашенным шлагбаумом, ожидая подходящего к нам ППСника. Крёстный в ответ промолчал, наблюдая за тем, как один из экспертов упаковывает найденные улики в серебристый чемоданчик. Как только лейтенант подошёл к (неизвестно, почему) пассажирской двери, Вадим опустил стекло. - Мы к Карпову, - холодным, не требующим сопротивления, тоном отрезала я, держа ногу наготове над педалью газа, - Он знает. Молча кивнув, видимо, осведомлённый о прибытии «гостей» служащий ОВД прошёл к будке дежурного и поднял шлагбаум над проездом. Джип мягко тронулся с места и, приятно заурчав, покатил во двор здания, прямиком к главному входу в отдел. Когда машина затормозила около патрульной «пятёрки», мы вышли из салона. Около лестницы, ведущей в коридор сего учреждения курило несколько сотрудников дознания, с которыми у папы были проблемы на службе из-за их неумелого разваливания дел по «пропавшим» вещественным доказательствам. Сухо кивнув им, я стала подниматься по ступенькам. Мельников следовал за мной, словно тень, не отставая от меня ни на шаг. - Ты зайдёшь со мной? – негромко спросила я, когда мы подошли к кабинету Зиминой, где, как сказал Вадик, должно состояться небольшое совещание, на котором моё присутствие требовалось обязательно. - Рин, мне появляться на глаза начальницы Стаса не хочется, - отказался от моего предложения крёстный, присаживаясь на одно место из ряда сидений для потерпевших, - Я здесь подожду. Если что – зовите, конечно. - Хорошо, - вздохнула я, - Вадим, спасибо тебе. За всё, что ты делаешь для папы, для меня. - Брось, принцесса, - отмахнулся он, - Перестань. Улыбнувшись мужчине, я несколько раз постучала в дверь начальника отдела и, услышав громкое «У меня совещание!», зашла в кабинет. - Ну, мне, думаю, можно зайти. И даже нужно, - издевающимся тоном нараспев проговорила я, затворив за собой дверь и делая несколько шагов к столу. Перед моими глазами сидела вся компания, возглавляемая Ириной Сергеевной Зиминой. На ней, как и на мне ранее, были видны некоторые признаки недосыпания и недовольства произошедшими несколько часов назад событиями. По левую руку от неё сидел следователь и в том числе майор юстиции Сергей Викторович Глухарёв, в отделе которого трудился покойный ныне Морозов. С правой стороны умостился Денис Антошин, представляя оперативников КМ. Отец же стоял около зашторенного окна, прислонившись к стене, поглядывая на всю картину со стороны. - Здравствуй, Арина, - наконец-таки произнесла Зимина, скрепив в замке пальцы рук, - Как тебе должны были передать, нам нужно, что бы ты ответила на несколько вопросов. - Здрасьте, - поздоровалась я, присаживаясь на соседний от Антошина стул, - Да, знаю. Вы говорите, говорите. - Что произошло вчера после того, как Стас забрал тебя из школы-интерната, в который ты училась последнее время? Я откинулась на спинку кресла и, пытаясь принять самый дружелюбный вид, заговорила, вспоминая события минувших дней: - Мы выехали из «Логоса» после десяти вечера. Точное время я не помню. Когда ехали по трассе и до Москвы оставалось минут 20, не больше, за нами привязался синий Ford Морозова. - Морозова? – бесцветным голосом переспросил сидевший напротив меня Глухарёв, - Откуда вы взяли, что именно Морозова? - А больше следить за нами было некому, - развела руками я, - Так вот, он вёл нас вплоть до города. На взъезде в Москву папа, - на этом слове Зимину передёрнуло, - Завернул на «пятачок» возле одного из складов заброшенных. Они оба вышли из машины, стали разговаривать, как у Морозова в руке оказался пистолет и он направил оружие на него, - мотнула головой в сторону отца и продолжила, - Меня, словно дёрнуло, и я вышла из машины, сама заговорила с майором, стала тянуть время…. Я видела, как папа печатал сообщение Денису, - в ответ на мою реплику, опер утвердительно закивал, - И понимала, что они приедут с минуты на минуту. Когда опера подъехали, Морозов отвлёкся и папа выбил у него ПМ. Вот и всё. - Вот видишь, Ирина Сергеевна, - излюбленным тоном победителя протянул папа, оттолкнувшись от стены и приближаясь ко мне, - Всё так же, как я говорил. - Подожди, Стас, - оборвала его начальница, - Арин, а куда потом ты отправилась? В отдел тебя твой отец не взял. - Потом Денис отвёз меня к моему крестному, и я ночевала у него, - ответила я, закинув ногу на ногу, - Собственно говоря, он приехал со мной и может подтвердить мои слова. Почуяв, что запахло жареным, следователь что-то записал во внушительных размеров блокнот и облегчённо выдохнул: - Ну, вот, Ириш, всё подтвердилось. Думаю, можно отпустить Арину – ночка выдалась сегодня, ай-яй-яй! - Мне нужны подтверждения всех, так как я не хочу, чтобы кто-то из сотрудников сел за убийство этой твари! – грубо прервала своего возлюбленного рыжая фурия и, смягчив тон, обратилась ко мне, - Позови его в кабинет, пожалуйста. Пожав плечами и бросив взгляд на отца, на чьём лице отчётливо читалась фраза «Зимина сейчас рухнет под стол и больше не вылезет оттуда», я встала со своего места и направилась к выходу из помещения. Оказавшись в коридоре, я, придерживая пальцами ручку двери, начала искать глазами Мельникова. Он действительно никуда не ушёл и сидел на том же стуле, играя в какую-то игрушку в телефоне. - Вадик, тебя Зимина требует мои слова подтвердить, - обратилась к крёстному я, слегка наклонив голову набок, - Ну, что я у тебя ночевала сегодня. - Мда-а-а, - мужчина приподнял брови, - Она будет в шоке. - А то! – хмыкнула я, - Давай, пошли, устроим нежданную встречу. Вадим положил мобильный в карман куртки и, прокашлявшись для порядка, последовал за мной. - Ну, вот, мой крёстный – Мельников Вадим Олегович, - объявила я, представляя сидящим в кабинете Вадика, держащегося вполне достойно для данной ситуации. Нет, обескураженное лицо Ирины Сергеевны нужно было видеть. На нём за считанные секунды отразился почти весь спектр эмоций, подвластных человеку – от ненависти до искреннего непонимания. - Мельников? Подожди, - стала шептать Зимина, выискивая на столе какую-то бумажку, - Подожди, подожди… Мельников, Мельников…. - Ирина Сергеевна, давайте, не будем переходить на личности, - так резко промолвил крёстный, что начальница ОВД вздрогнула и прекратила поиски, - Неприятность прошедших дней с вашей машиной улажена, и слава Богу. Перед вами уже извинялись за этот инцидент. И сейчас я здесь только для того, чтобы подтвердить слова своей крестницы. Да, она действительно ночевала в моём доме сегодня. Всё? Вопросов больше нет? - Вот это дела, - удивлённо присвистнул Глухарёв, - Стасик, а кто у тебя ещё в родственниках есть? - Кто надо, Серёня, - не остался в долгу перед колкостью следователя папа, - Тот и есть. Ирина Сергеевна, Ариша тебе больше не нужна? - Ннет, - отрицательно замотала головой женщина, - Я узнала всё, что нужно. - Вот и отлично! – расплылся в едкой ухмылке Вадим и, взяв меня под руку, обратился к отцу, - Стас, мы поедем? - Конечно, Вадик, вы свободно, - одобрительно кивнул он, - Рин, я тебе позвоню, как буду домой ехать. Побудь пока у Вадима. - Хорошо, пап. До свидания, - я попрощалась со всеми сидящими в кабинете и, перед тем, как выйти вместе с крёстным, оглянулась. Ирина Сергеевна всё ещё пребывала в шоке. Да уж, не каждый день к тебе в кабинет заходят влиятельные автоугонщики, а ты не можешь их задержать.