Нас соединила не кровь

      Солнце выходило из-за горизонта, окрашивая Токио в красновато-оранжевые тона. Первые лучики красиво играли на синих волосах юноши, который со странным спокойствием сидел на краю многоэтажки, болтая одной ногой в воздухе. Любой бы вряд ли решился так рисковать своей жизнью, исключая, конечно же, людей, склонных к суициду. Но парень был не из робкого десятка, да и такая романтичная встреча рассвета была уже привычной.        Синие глаза с безразличием смотрели вниз, но конкретно ничего не разглядывали. Просто «серая масса», снующая по каким-то своим делам, совсем не интересовала Аято.       Во всем теле чувствовалась легкая усталость от ночной вылазки. Очередное задание Аогири, а ему мучиться от того, что на него одного свалили почти все дела, а точнее — убийства. На щеке всё ещё заживала царапина, но ещё несколько часов назад он еле шел. Быстрая регенерация — это одно из того, что Киришима считал превосходством над людьми.        Юноша и продолжил бы вальяжно восседать на крае высотки, но острое зрение заприметило бегущую девушку. Интерес? Вполне возможно, так как вчерашняя встреча довольно сильно врезалась в память.       Легкая ухмылка на губах Аято, и он уже стоит на твердом асфальте между двумя зданиями. Довольно темный проулок, но когда это гулей пугали такие вещи? Ритмичное постукивание каблуков, рваное дыхание, частое биение сердца — все это гуль чувствовал, как никогда прежде. Мог разобрать, не видя перед собой самой толпы, где именно находится «жертва».        Джун же совсем не догадывалась о таком наблюдении. С самого утра девушка была немного на нервах. Проспала, долго собиралась из-за всё ещё болевшей руки, спалила юбку, и теперь пришлось идти в бриджах, придумывая на ходу, как бы помягче сообщить об этом учителю. Тёмные волосы были распущены, а две передние пряди, как и обычно, красиво заплетены сзади.        Еще минута, и они были на расстоянии друг от друга меньше метра. Ловко выцепив Хараду из толпы, Аято с силой прижал ее к стенке, смотря, не заметил ли кто-нибудь то, что произошло. Чтобы Джун не закричала, юноша предусмотрительно прикрыл ей рот, а потому сейчас ей оставалось только удивленно хлопать ресницами.        Резко вскрикнув, Киришима отдернул ладонь и непонимающе посмотрел на знакомую:       — Ты чего кусаешься? Совсем что ли? — потирая руку, которая уже не болела (она и до этого не болела, так как это был скорее момент неожиданности), а исключительно ради показательности, спросил парень.        — Чего творишь? Я же… — в порыве злости выкрикнула девушка, но, резко вспомнив последние моменты их встречи, густо покраснела и опустила взгляд.        — Мне скучно… — протянул Аято. — Пошли гулять.        Харада немного опешила от такого и теперь удивленно смотрела прямо в синие немного суженые глаза.        — А… А школа? — единственное, что пришло в голову юной особе.        — Школа? — немного не понял парень, но после, чуть ли не рассмеявшись, продолжил: — Ничего с тобой не случится. Прогуляешь.        — Ну… А твоя? — Джун и сама не знала, почему так легко согласилась на то, чтобы не идти на занятия. Дурное влияние? Что ж, вполне возможно.       — Моя? Кто? — искренне не понял Киришима.       — Школа. Или ты частый прогульщик? — усмехнулась девушка, примерно понимая, что ее догадка, скорее всего, правильная.       — В каком-то смысле, — усмехнувшись, Аято пошел в своем направлении, а Харада только и оставалось идти вслед за ним, забыв об уроках, на которые она уже опоздала.       — Куда только смотрят твои родители? — смерив взглядом затылок юноши, улыбнулась юная особа, но, на удивление Джун, парень резко остановился.        — Они мертвы, — тихо, но вполне четко и даже как-то пугающе произнес Аято, остановившись.        От такого Джун была ни в силах произнести ни слова, а парень уже сто раз пожалел о таком откровении.        — Прости… — опустив голову, сказала девушка. — Но… я могу тебя понять.        Немного удивленно повернув голову, Киришима смерил взглядом юную особу. Она, казалось, сейчас расплачется: плечи чуть подрагивали, взгляд опущен, а потому слез было не видно.        — В смысле? — вполне спокойно спросил юноша. Как бы там ни было, слёзы его никогда не волновали.        — Не важно, — помотав головой, бодро улыбнулась Харада, впервые посмотрев без смущения Аято прямо в глаза.        — Ну, как хочешь, — выдохнув, парень пошел дальше. Он и сам не знал, куда хочет отправиться, но то, что Джун покорно следовала за ним, немало тешило самолюбие юноши.       — Куда хочешь пойти? — выйдя на одну из центральных улиц, спросил Киришима, так как его фантазия так и не решилась сгенерировать хотя бы одну идею. А потому теперь можно было и у спутницы спросить о ее желаниях.       — Ты украл меня с уроков, даже не зная, куда мы пойдем? — искренне удивилась девушка, а после, немного поразмыслив, все же ответила на вопрос: — Не знаю, куда бы прям хотелось, но можно пойти в торговый центр. Там как раз должно что-то быть в честь праздников.        — Никто тебя не крал, — недовольно заметил парень, а после повторил предложенный пункт направления: — Торговый центр, да?        В крупнейших общественных местах Токио, а также у входов центров CCG стоят датчики RC-клеток, чтобы уберечь большие скопления людей от нападения гулей. Именно поэтому нужно было выбирать «безопасный» ТЦ, а потому, определившись с нужным, Аято резко свернул в другую сторону. Школьнице же только оставалось успевать за ним.        Токио становился все более оживлённым. Пусть тысячи школьников и проводили основную часть дня в учебных заведениях, это не мешало столице быть, как всегда, помпезной, яркой и удивлять приезжих своей современностью. Токио всегда прекрасен. И ночью, когда зажигаются экраны, подсветка и множество других элементов, и днем, когда люди наполняют его оживленным спокойствием. Казалось бы, все куда-то идут, спешат, но все это настолько умиротворенно, что нет этой будничной суматохи. Все как по распорядку. Будто так и должно быть.       Высокое здание с яркой вывеской было не самым выделяющимся, но достаточно популярным среди молодежи. Каждый этаж его был в своей стилистике и со своим предназначением. Где-то были сугубо женские товары, типа косметики, одежды, украшений и тому подобное; где-то наоборот мужские, предназначенные для их увлечений; были и детские магазины, но больше всего было людей в игровой зоне с множеством игровых автоматов, других развлекательных «шатров», а также небольшими уютными кафешками, где играла легкая и расслабляющая музыка.        — Аято, — позвала Джун, внимательно рассматривая каждую мельчайшую деталь, а дождавшись того, что на нее обратили внимание, продолжила: — Спасибо тебе. Наверное, я бы никогда не смогла так проводить дни одна.        На девичьих губах расцвела улыбка, на что сам парень лишь удовлетворительно хмыкнул.        «Дарить подарки гораздо приятнее, чем их получать» — промелькнула фраза, сказанная когда-то его отцом. Тогда, будучи совсем ребенком, он не понимал, как может быть приятней что-то отдавать, нежели получать, да и сейчас не особо видел в этих словах смысл, но где-то внутри теплилось чувство, заставляющее дышать глубже и увереннее.        — Не придумывай, — тут же отмахнулся парень. — Если и не одна, то с кем-то обязательно бы пошла так гулять.        — Тем не менее я рада, что этот «кто-то» именно ты, — юная особа искренне улыбнулась и прошла чуть вперед, глядя на счастливых детишек, выигрывающих на мини-аттракционах. Киришима же так и остался позади, удивленно смотря сзади на знакомую.        — Глупый человек, — почти шепотом произнес он, но легкая улыбка была и на его губах.        Восхищенный вздох спутницы прервал размышления Аято, и он посмотрел туда же, куда был устремлен взор больших голубых глаз. Огромный плюшевый черный заяц с красивым белым бантом на шее висел на самом видном месте тира. Возле него же была целая толпа ждущих детишек и напряженных родителей, которые, дабы порадовать свое чадо, отдали достаточно много денег и теперь просто обязаны были заполучить хоть один из призов. Правда, как бы они не старались, выстрел не попадал в цель.        — Хочешь его? — поражаясь таким детским ноткам характера Джун, спросил юноша.        — Нет, что ты. Конечно же, это все обыкновенное выкачивание денег. Никто не сможет попасть в цель. В этом я уверенна, — тут же смутилась Харада и отвернулась, понимая, что не нужно было вообще ничего говорить.        Когда же она повернулась, то увидела идущего в направлении тира Аято, который только и бросил напоследок: «Я выиграю его». И это был уже не просто «долг» сделать приятное, а азарт и желание доказать, что он не кто-то там неспособный попасть в эту чертову цель.        — А? — только и вырвалось у Джун, и она тут же поспешила следом за юношей. — Может, не надо? — спросила девушка, когда Киришима уже с полной готовностью положил несколько купюр и принял из рук работника аттракциона довольно красивую на вид, но явно ненастоящую винтовку.        — Прошу, молодой человек, — подсуетился мужичок, которому не очень нравились отговоры юной особы.        «Сам ты человек», — чуть саркастически подумал парень, перед тем как выстрелить.       — Я же говорила… — расстроено произнесла девушка, глядя как пуля просвистела прямо возле мишени.        — Ничего-ничего. У Вас же есть еще попытки. Пробуйте, — тут же сказал мужчина.        Аято же немало разозлился. То, что в самом оружии были явные неполадки очевидно. Чуть встряхнув винтовку, он снова прицелился и выстрелил. Все смотрящие тут же зааплодировали, так как пуля попала прямо в цель. Еще несколько таких же попаданий сделали день не только гуляющей парочке, но и всем зрителям. В итоге, вручив призового зайца подруге, парень с чувством полного удовлетворения пошел в сторону кафе. Конечно же, никто и не заметил, что за простым жестом, Киришима, имея достаточную силу гуля, вправил оружие, чтобы оно было точным.        — Он такой милый, — протянула Джун, все больше прижимая к себе игрушку и зарываясь в пушистые уши носом.        — Тебе так нравятся игрушки? Я думал, ты вышла из этого возраста, — усмехнулся парень, выдыхая.        — Н-не говори так… — сразу же смутилась юная особа. — Просто мне всегда нравились зайчики и кролики. Они такие милые.        Парень чуть остановился и удивленно посмотрел на девушку. Вот он, самый главный «Кролик» Токио перед ней, но разве по нему скажешь, что он милый? Именно поэтому он не мог понять смеяться ему или раздражаться.       Устало осев на кожаный диванчик в кафе, Аято взглянув на Джун, которая неуверенно села напротив него, положив игрушку рядом.        Вскоре подошла официантка. Милая девушка лет двадцати учтиво представилась и стала ожидать заказа. Киришима сразу же сказал, что ему исключительно кофе без сахара и всяких добавок, а вот Харада более детально вчитывалась в меню, ибо довольно-таки проголодалась.       Остановив свой выбор на нескольких сэндвичах и соке, юная особа сделала заказ, а после того, как официантка ушла, повернулась к парню:       — Ты не будешь есть?        — Не голодный, — отрезал парень, по-собственнически развалившись на диванчике.        — Кстати, я заметила, в прошлый раз ты тоже только кофе пил, — вспоминая свой поход в кафешку с Чизу, произнесла Джун.        — А ты внимательная, — юноша чуть усмехнулся, но внутри немного напрягся. Иногда эта самая внимательность губила гулей.       — Я бы так не сказала, — девушка неловко улыбнулась. — Просто случайно запомнила.        Вскоре официантка принесла заказ и, уважительно поклонившись, удалилась.       — Слушай, Аято… Есть проблема… — кровь резко прилила к щекам Харады, а сама она не решалась посмотреть на своего спутника.        — Что такое? — зевнув, спросил юноша, заранее зная, что это какой-нибудь пустяк.        — В общем… Я с собой ни йены не имею… И мне… нечем платить… До сих пор будешь утверждать, что я внимательная? — голос у нее дрожал, а руки нервно теребили край рубашки.       — Нет, беру свои слова обратно. Ты полная дура, — устало вздохнул Киришима. — Я заплачу. Не переживай так.       — Я все верну! Честно! Просто я не планировала сегодня никаких растрат, — облегченно выпалила Джун и взяла в руки сэндвич. Что-что, а есть ей действительно хотелось.        — Вот я реально тебе поражаюсь… — усмехнувшись и прикрыв глаза, произнес Аято и расслаблено отхлебнул кофе. Ему немного непривычно было просто проводить выходной, как самому обыкновенному мирному человеку, но, признаться, ему даже нравилось. Нет этой обычной суматохи, вечного напряжения и ожидания нападения, нету бессмысленных убийств. Пусть гуль и жил этим, но его отнюдь не радовали все эти погони и драки. Он не видел в них смысла.        Размышления прервала сидящая напротив девушка, которая с усердием и крайней сосредоточенностью пыталась аккуратно взять бутерброд и подносила его к парню.        — Ты что творишь? — отодвинувшись немного назад, спросил Киришима, коему даже один вид человеческой еды был противен.        — Кормлю тебя. Мне неудобно, что ты, оплачивая это все, ничего не ешь. Так что открывай рот и не спорь, — решительно произнесла Джун, поджав губы.        — Да не буду я! — резко вскрикнул парень, от чего повернулись несколько людей.        — Да чего ты? Это ж просто маленький бутерброд, — проговорив последнее слово по слогам, школьница легко улыбнулась.        Упираться и дальше было бы слишком подозрительно, а потому Аято с легкой неуверенностью и огромным отвращением, чего, конечно же, не показал, откусил маленький кусочек.        — Чего мало-то так? — немного расстроилась Джун, но больше настаивать не стала.       «Тебе мало, женщина?» — зло подумал парень, всеми силами сдерживая рвотный рефлекс. Убежать в туалет сейчас был совсем не вариант, а потому пришлось терпеть.        — Говорю же, не голодный… — сдавленно ответил юноша. Ему, гулю, было сложно терпеть такое, ибо он не пытался жить как человек, а посему и питался исключительно «своей» едой.       — Ладно-ладно, прости, — Харада чуть улыбнулась, отпив немного сока.        Вскоре оба вышли из кафе и пошли в сторону выхода. Перед этим, конечно же, парню удалось-таки сбежать и прочистить желудок, что не могло его не радовать.        — Ты какой-то бледный… Точно все нормально? — взволновано спросила девушка, проходя мимо одного из магазинов.        — Да, все отлично, — произнес парень, краем глаза замечая нескольких мужчин, стоящих за углом. По запаху это были точно гули, но, будь они самыми обыкновенными, Киришима не обратил бы на них внимания. Но этих он знал, а потому поспешил чуть обогнать спутницу и вполне обыденным голосом попрощаться:       — Мне нужно идти. Думаю, не маленькая, сама домой дойдешь. Так что пока.        После Аято самой легкой походкой пошел в сторону назначения, оставив юную леди в полном замешательстве. В который раз удивившись непостоянности своего нового знакомого, Джун продолжила свой путь на первый этаж.        Сам же юноша, дойдя до гулей, в привычной немного грубой форме начал:        — Вы что тут забыли? Совсем с ума сошли в таком виде в этих местах расхаживать?        — Киришима-сан, мы пришли сказать Вам по поводу сегодняшнего задания. Татара-сан сильно недоволен, — неуверенно пролепетал один из них.        — А? Чем это? — удивления в голосе было не скрыть, но это удивление быстро переросло в раздражение. Мало того, что он тратил ночное время на эти так называемые задания, так еще и должен свою дневную жизнь убивать на разборки.        — Нескольким удалось сбежать… — начал первый, но его мысль тут же подхватил второй.        — И эти «несколько» присоединились к какой-то организации гулей и что-то им рассказали… Плюс ко всему, были замечены несколько «голубей», но они так же бесследно скрылись, пусть за ними и была послана погоня.        Аято тяжело вздохнул. Он недосмотрел… На него все и повесят…        — Сплошная неопределённость… Кто-то, что-то. Хотя, вам большего и не скажут, — парень посмотрел в сторону, задумавшись. Мало того, что он мало-помалу обрастал проблемами, так еще и чертово шестое чувство било тревогу. Ну, вот что могло произойти? Единственное, что действительно немного напрягало, это налёт «голубей», но это было слишком маловероятно.        — Так что нам делать, Киришима-сан?.. — посмел прервать размышления гуль, нервно сглотнув, когда на него перешел гневный взгляд синих глаз.       — Валите отсюда. Слишком много внимания привлекаете. С остальным я разберусь, — злобно рыкнул парень.        — К-конечно, — только и послышалось в ответ.        Только троица уже хотела разойтись по своим делам, как раздался пронзительный женский крик, оглушивший два этажа и достаточно сильно резанувший по чувствительному слуху гулей. Суматоха быстро переросла в панику, что лишь затрудняло понимание ситуации, а посему Аято решил выйти и лично посмотреть, что произошло. Лица каждого были искажены страхом, а детей так и вовсе прятали.        «Что за черт?» — пронеслось в мыслях у юноши, когда он наконец смог пробиться сквозь толпу и увидеть причину паники. В синих глазах на секунду мелькнуло неподдельное удивление, а после они потемнели чуть ли не до черного оттенка, сощурившись в раздражении.        В середине площадки, окруженный кругом людей, стоял мужчина. Он судорожно сжимал руки в кулаки, а глаза испуганно бегали от одного человека к другому. Казалось, у того от безумства пойдет пена изо рта. При этом он крепко держал возле себя Джун, возле шеи которой в опасной близости находился обыкновенный складной нож. Сама девушка подрагивала, словно осиновый лист, не зная, что делать. Она боялась, жутко боялась, но кричать в данный момент было бы фатальной и совершенно глупой ошибкой.        — Просто дайте мне уйти! — вскричал мужчина, от чего пленница зажмурилась.        — Успокойся и отпусти девушку. Не делай глупостей! — в ответ говорила полиция, но это мало помогало. На глаза преступника навернулись какие-то истерические слезы, но он всеми жестами, коими мог, показывал, что соглашаться не намерен.        «Он псих. Точно псих!» — повторяла про себя Джун, но успокоиться это не помогало, что абсолютно не странно.        — Эй, придурок! — раздраженно, но достаточно громко позвал Аято, медленно выходя из толпы. — Кончай концерт тут устраивать и отпусти ее!        Толпа то ли восхищенно, то ли боязливо охнула, а сотрудники правоохранительных органов напряглись.        — Лучше уходи отсюда, парень. Этот псих не в себе, — крикнул один из полицейских, но Киришима это полностью проигнорировал.        — Делай так, как они говорят! — снова вскричал мужчина, срываясь на визг. — Не подходи! Иначе я перережу ей глотку!!!        — Да заткнись ты уже, — уже тише произнес Аято, в мгновение ока оказавшись около него и с довольно большой силой ударив преступника по колену. Тот мгновенно разжал хватку и согнулся от боли, а после окончательно слег на пол, ибо получил все той же ногой от юноши по спине.        Конечно же, парню приходилось сдерживать и силу, и скорость, и желание забить его до смерти. Но и этих ударов хватило, чтобы мужчина потерял сознание. Девушка же быстро увернулась, отбежав на несколько шагов и в бессилии упав на плитку. На шее все же осталась маленькая царапина от ножа, но это было отнюдь не смертельно.       Сотрудники полиции мгновенно оказались подле мужчины и повязали его, а один из них подошел к юноше и вежливо попросил принять благодарность в спасении Джун и поимке ополоумевшего «покупателя».       Выслушав целую хвалебную оду в свою честь и отпустив с миром паренька, Аято подал руку Джун.        — С-спасибо… — все еще будучи в легкой тряске, ответила Харада, принимая помощь и вставая на ноги.        — Да не за что. С тобой все хорошо? — немного взволновано спросил юноша, на что юная особа ничего не ответила, а лишь крепко прижалась к нему, не мало удивив.        — Да. Спасибо тебе огромное. Ты ведь действительно меня спас, — почти неслышно шептала девушка, но Киришима отчетливо слышал каждое слово. Крепко приобняв подругу, он таким же голосом произнес ей на ухо:        — Не волнуйся. Я всегда буду тебя защищать.

***

       Через полчаса пара уже шла обыкновенным шагом по пустынной улице. Смеркалось, от чего Джун было немного не по себе, но она старалась этого не показывать. Все же каким бы опасным не был ночной Токио, он был в первую очередь прекрасным. И пусть до ночи было довольно долго, уже зажигались фонари, а улицы освещали борды, не перестающие работать ни на секунду.       — Что-то страшновато… — заворачивая на соседнюю улицу от своего дома, произнесла девушка, чуть больше прижимаясь к Аято. Подул прохладный ветерок, немного растрепав длинные волосы Харада, что дало парню вдохнуть их прекрасный аромат, что так ему нравился.        — Чего боишься? — удивленно спросил юноша, выдыхая.        — Ну, как же. Гули… — как само собой разумеющееся, произнесла Джун, поправляя выбившуюся прядь и мечтая поскорей бы добраться домой.        — А, ну, да… — осекшись, ответил Киришима.        — Что, стал героем, и уже ничего не боишься? — не без сарказма сказала девушка. На ее губах тут же появилась улыбка, а глаза с интересом посмотрели на друга.        — В каком-то смысле.       — Кстати, тебе не страшно было идти против того психа? Он же мог меня убить… — припомнила юная леди, съежившись от одного только воспоминания. Возле горла до сих пор чувствовался холодный металл ножа, царапина начинала саднить, в ушах стоял его голос, срывающийся на крик, а в нос бил устойчивый запах перегара.        — Не мог. По нему было видно. Хотя, он был в состоянии аффекта, а потому все же вероятность была, — рассуждал Аято так, будто это были абсолютно повседневные вещи. — Да и далеко бы он не сбежал в этом случае.       — Почему? Думаешь, его смогли бы догнать? — только и смогла спросить Джун, будучи в шоке от такого спокойствия.        — Не совсем. Он держал тебя параллельно себе самому. Значит в случае твоего убийства, то есть если бы он перерезал тебе горло, вся кровь была бы на нем. А человека, бегущего в крови, сложно не заметить и тем более не поймать. Чтобы таких неприятных последствий не было, нужно резать наотмашь от себя.       — Вот я сейчас промолчу о том, что мы говорим о моей смерти. Спрошу только одно: откуда ты это все знаешь?        — Много читал, — мгновенно соврал парень. Логично же, что его «книгой» была исключительно практика.        — Иногда ты меня пугаешь, — улыбнувшись, произнесла юная леди.        — И это нормально, — в таком же тоне ответил юноша.        Через минуту они уже оказались около дома девушки. Стемнело окончательно, но это было нормально для такого раннего времени, а потому улицу освещали лишь несколько фонарей.        — Мне это… пора… — тихо сказала Джун, хотя ей было уже немного грустно прощаться.        Аято еле заметно кивнул и пальцами коснулся щеки девушки. От холода она немного вздрогнула, но тут же к щекам прилила кровь от такой близости с парнем. Оба чувствовали дыхание друг друга, оба вполне хотели этого. И для Киришимы это был не очередной эксперимент, а какой-то внутренний порыв. Всего пара сантиметров разделяли их. Они смотрели друг другу в глаза, будто ожидая первый шаг, но его не происходило. Джун, тяжело дыша, прикрыла очи, чуть подаваясь вперед, но поцелуя не случилось.        — Тебе пора домой. Спокойной ночи, — Аято быстро отстранился и ушел куда-то в темноту, оставляя девушку в который раз одну.        Смущенная и немного растрёпанная юная леди, еще немного постояв на улице, развернулась и пошла домой. Она была искренне удивлена таким поступком парня, но в каком-то смысле понимала его.        Уже войдя в дом, она тихонько разулась и, заметив свет на кухне, вошла туда. Аккуратная маленькая комнатка была очень уютной, посередине стоял огромный стол, застеленный красной скатертью, а за ним сидел мужчина средних лет, попивая чай.        — Уже вернулась? Что-то поздновато, — улыбаясь, произнес он.        — Папа! — радостно воскликнула девушка, а после быстро села напротив. — Как задание? Я просто после школы пошла прогуляться с другом.        — Ничего-ничего. Просто будь осторожней. Ты прекрасно знаешь, что в такое позднее время гули вовсю снуют по улицам, — добро произнес мужчина, отхлебнув немного чая, а после устало откинулся на спинку стула. — Задание нормально. Правда, еле удалось сбежать от гулей, — легкий смешок. — В этот раз шли несколькими отрядами против Аогири. По идее в этот раз их главарем был «Черный кролик». Слава богу, с ним мы не столкнулись.        — Ты должен быть осторожнее, папа, — взволновано сказала Джун, хотя еще совсем недавно она сама была в опасности.        — Знаю-знаю, но долг зовет, — беззлобно ответил мужчина, а после, осмотрев дочь, добавил: — А это на шее что?        — Ах, это! — Джун тут же коснулась пальцами ранки. — просто нечаянно порезалась. Ничего страшного. Ладно, я пойду. Устала немного.        После девушка наверх в свою комнату, не вспоминая произошедшее за день.