Амбивалентность

– Бродяга, ты уверен, что с ним ничего не случится? – не то, чтобы Джеймс струсил, но все же они еще никогда не заходили так далеко в своих шутках. Сириус резко развернулся на пятках, хотя в узком туннеле это было почти невозможно, и вопросительно сощурился, глядя на друга. – С каких это пор ты волнуешься за Нюньчика? – Сириус, даже для нас это слишком. Что скажет отец, когда обо всем узнает? Директор Дамблдор по-любому ему обо всем расскажет. – Сохатый, не парься. Это же Луни. Мы просто чуть-чуть припугнем Нюньчика, чтобы он не совал свой длинный нос в наши дела. Джеймс подумал секунды две и покачал головой вперед-назад в знак согласия. Бродяга отвернулся и пошагал вперед, стараясь контролировать свое лицо, чтобы на нем не расплылась глупая предвкушающая улыбка. Оборотень-Луни напугает Северуса, а он его спасет. Он станет его героем. Бродяга на секунду прикрыл глаза, не переставая шагать вперед, и представил, как благодарный Северус бросается ему на шею, послушно подставляя свои красивые чувствительные губы для поцелуя. С Ремусом он договорился еще утром. Сегодня было полнолуние, поэтому Луни сможет обратиться. И не навредит Северусу. В этом Блэк был уверен на сто процентов. Даже Джеймс не знал, что за последние полгода контроль Ремуса над своим вторым «Я» намного улучшился. Все потому что Ремус начал встречаться с оборотнем. Седой… или Сивый?.. Как-то так его звали. Сириус однажды видел в Хогсмите, как Луни сворачивает в переулок с каким-то большим по комплекции парнем. Очень большим и очень мускулистым. Первым делом Сириус бросился за ними, желая спасти Ремуса от этого «разбойника», потому что человек с такой внешностью и комплекцией просто не может быть хорошим. Ремми явно шел с ним не по своей воле! Но когда Сири добежал до того места, где они скрылись, там уже никого не было. Луни вернулся в Хогвартс, сияя неприлично счастливой улыбкой. Воровато оглядывался по сторонам, натягивал воротник повыше, чтобы спрятать шею в засосах и на все расспросы Блэка молчал, стыдливо опуская глаза. Молчал он месяц, пока Сириус не догадался рассказать, что не видит ничего плохого в отношении с мужчиной, и что сам влюблен в представителя своего пола. Слава Господу, что Ремус не стал спрашивать имя избранника Сириуса. И однажды, к несчастью Блэка, Ремус познакомил его с оборотнем, окрестив его «самым добрым и классным парнем на свете». Так вот, нихера Сивый не добрый. Когда Ремус отошел на минутку по делам, Сивый подошел к Сириусу и, схватив Блэка за шею, приподнял его, отрывая ноги от пола. – Я убью тебя, если узнаю, что ты тянешь свои руки к моему Ремусу. Он мой, запомни. И проследи, чтобы в Хогвартсе к нему никто не лез, иначе… - Сивый многозначительно замолчал, отпуская посиневшего Сириуса… Сириус погряз в воспоминаниях и не услышал слов Джеймса. – Бродяга… Сириус… Сири! – А? - Блэк собачьим жестом помотал головой из стороны в сторону и уставился на Сохатого. Джеймс выразительно округлил глаза и указал пальцем на фигуру, преградившую им путь. – Э… Северус?.. Ой! Нюньчик! А что ты здесь делаешь? – Блэк неловким движением поправил взлохмаченные волосы и вопросительно уставился на свою ожившую мечту, гордо выпятив грудь вперед. – Поттер, свали! – приказал Снейп, не сводя взгляда с Сириуса. – Что?! Нюниус, ты совсем охренел? – Джеймс выхватил палочку и направил на Снейпа. – Сохатый, опусти палочку. Ты это… эээ… иди, тебя, кажется, Лили искала сегодня. Я тут… эээ… сам ему наваляю! Джеймс, как только услышал заветное слово «Лили», пропустил мимо ушей все остальное. – Эм... ну я пойду! Джеймс ушел, оставив извечных врагов наедине. – Оборотень, серьезно? И это твой план? Сириус округлил глаза, смотря на Северуса как на привидение. – Откуда ты… – Я же легилимент… - Северус прикусил язык, поняв, что сболтнул лишнего. Но, кажется, Блэк не понял, о чем он говорит. – А… Ну-у… эээ – Повзрослей, Сириус. Этим ты ничего не добьешься.