Поверь мне

С самого утра Карл был как на иголках. Вчера, после ухода Марка и Мета, он еще очень долго не мог уснуть. Он прокручивал в голове все то время, которое он и Кристофер провели вместе. Карл придумал столько разных речей и разнообразных развитий событий, что лишь под самое утро смог уснуть. Ну как смог, он начал дремать, пока его не посетила мысль о том, что возможно это вовсе и не его Кристофер. Ну мало ли совпадений в жизни бывает. Вот только все эти мысли утомили его окончательно, и он уснул, отмечая, что солнце уже всходит. Занятия Марка начинались в шесть вечера, что не могло не радовать. Это означало, что он безо всяких проблем сможет отвезти его, а потом забрать с утра заказанный букет и в надежде, что это его Кристофер и он его простит или хотя бы даст ему второй шанс, они поедут в один из лучших ресторанов, столик в котором он еле сумел выбить.

***

День одного из лучших юристов филиала, несмотря на то, что это был омега, прошел как всегда бурно и не без историй. Он был уже не молод, но альфы по-прежнему ухлестывали за ним. Это очень удивляло Кристофера, так как он понимал, что омега, которому уже далеко за тридцать, может рассчитывать разве что на роль любовника или же супруга, но весьма не молодого альфы. Но не первое, не второе его не устраивало. Он уже давно принял решение, что если судьба разлучила с его природным, то быть ему одному до конца жизни. И все бы ничего, если бы не одно но: Кристофер очень любил и хотел детей. Наверное, это единственное, о чем он жалел. Ему стоило решиться на искусственное оплодотворение, и тогда его жизнь не была бы так печальна, а вечера такими одинокими. Но и в этом случае он не мог переступить через себя. Единственный человек, которого он хотел бы видеть в чертах внешности и характере своего ребенка, ― это был Карл ― его природная пара и тот, кто отказался от него ради своей семьи. Сейчас Кристофер прекрасно понимал благие намерения и чувство ответственности, которые тогда управляли Карлом. Вот только много лет назад этого понимания не было, и он ненавидел своего природного за то, что он отказался от него; ненавидел за то, что он даже не смог переступить с ним ту последнюю черту, благодаря чему он сейчас бы мог быть не таким одиноким. С этими мыслями Кристофер набрал номер своего брата, уточняя время, во сколько ему приехать забрать его из университета.

***

― Марк, точно в семь? ― наверное, уже в сотый раз задал этот вопрос Карл. ― Пап, не зли меня! Я же сказал тебе! И от того, что ты меня переспросишь еще с полсотни раз, время не изменится, вот только я могу на этот урок уже не попасть, ― хоть Марк и любил своего отца, но сегодня он его достал по самое не могу. За сегодняшний день Марк получил больше сотни сообщений от Карла и это после того, как он наорал на отца, когда тот раз в пятый позвонил ему во время урока. Карл засыпал его разными вопросами, начиная от того, что любят омеги и заканчивая всяческими уточнениями о личности Кристофера. Омега понял, что его отец что-то задумал. Это разве что полный баран не поймет. Однако он все еще не мог понять, почему тот из кожи вон лезет и донимает его, ведь все хорошо. Они встретятся, поговорят и все наладится. Почему взрослые все усложняют своими беспочвенными страхами? Вот за что эта прелесть жизни свалилась на его белокурую голову? ― Прости, просто я… ― Карл понимал, что достал сына своими вопросами и что терпение Марка уже на грани, но он не мог ничего с собой поделать. Он чувствовал себя неопытным школьником перед встречей с любовью всей своей жизни. ― Пап, это твой природный? ― Марк задал вопрос, ответ на который уже давно знал, так как однажды случайно услышал рассказ Карла Мету. После этого он стал больше наблюдать за отцом и вслушиваться в их разговоры. Он не осуждал своего отца, потому что понимал, что жизнь дала ему шанс встретить своего истинного, но совесть обрекала на страдания, не зависимо от того, какой выбор тот сделал бы. ― Да, ― все, что сумел ответить Карл. Он понимал, что его сын уже не маленький и что нет смысла скрывать от него правду. Вот только ему было стыдно за себя, за свою трусость и свои ошибки, которые он совершил по своей наивности и глупости. ― Приезжай без двадцати семь. Без десяти он всегда заходит в класс, ― сказал Марк и вышел из машины. До урока оставалось меньше пяти минут, а это означало, что юному омеге надо поспешить, если он не хочет опоздать, а его отцу, в свою очередь, надо ехать за букетом, который уже ждал в магазине.

***

Дорога в магазин ― за букетом и обратно к университету ― пронеслась как в тумане. Карл не помнил ровным счетом ничего, так как все его мысли кружились вокруг встречи с Кристофером. Карл подъехал к университету к половине седьмого. Он сидел в своей машине, которую припарковал недалеко от входа в здание. Альфа еще раз окинул взглядом букет из ирисов, который лежал на пассажирском сидение рядом с ним. Это были любимые цветы Криса, и он надеялся, что ими же они и остались. От цветов его отвлек яркий свет, источником которого были фары только что подъехавшей машины. Карл одернул рукав и взглянул на часы, которые показывали без пятнадцати семь. Альфа продолжал сидеть в своей машине и наблюдать за тем, что происходит в машине напротив. Вот Кристофер выключил фары, заглушил мотор и, немного повозившись, вышел из машины, поставив ее на сигнализацию. Карл выскочил из своей машины в мгновение ока, прихватив букет, и на автомате поставил машину на сигнализацию. ― Кристофер, ― Карл окликнул омегу, когда тот поднимался по ступенькам к главному входу в здание, освещенному фонарями. Услышав голос, который уже не слышал много лет, но который по-прежнему был самым родным и любимым, омега остановился. Он продолжал стоять спиной к зовущему, боясь повернуться, боясь разочароваться, что ошибся. Но еще больше он боялся того, что этот голос действительно принадлежал Карлу ― его природной паре.