Прожект 'как бы его обозвать'

Отсмеявшись, сосед Танака хлопнул по плечу вокалиста и, вытирая слезы, пробасил: - Да ты буйный, парень. Соно, получив контузию, вежливо промычал что-то вроде: "Ах, молодость", и стал печально смотреть на Анзи, думая о том, что он сам сейчас выглядит так же глупо с одним плечом выше другого. Анзи грустно улыбался ему в ответ, а сосед продолжил: - Наскочил такой шустрый, я не понял ничего - кто такие, откуда взялись, чем меня колотят? Зажигалкой чиркнул, чтоб посмотреть, а тут вообще пиротехникой на меня пошли! Ну я халат скинул, да убрался оттуда, пока жив... Ох и свирепый! Хина гордо приосанилась: - Это он меня спасал! Никого и ничего не пожалел! Соно приуныл, вспомнив в который раз про то самое "ничего", и присосался к кружке с чаем, силой мысли пытаясь превратить его в виски. Тут его палка, прислоненная к столу, упала на ногу Аяме: - Ай. А где у вас туалет? - Дамских не имеется, - отозвался сосед, отчего клавишник скривился, - а вообще - дверь с табличкой "Осторожно, горные работы". Аяме, буркнув: "Спасибо" рванул с места, но сразу же остановился и подозрительно осведомился: - Ремонт делаете? Сосед моргнул пару раз и отрицательно мотнул головой, а остальные опять начали ржать. Аяме скрылся за дверью, а бабуля внезапно всех озадачила: - А где еще один мальчик? Йо? - Ставлю всю свою ударную установку на то, что он сейчас рыщет по вашей кухне в поисках еды, - ответил Ю, - Ну что за человек, сказал же ему - иди к соседу. Хина испуганно ойкнула и как-то виновато посмотрела на барабанщика. Тот поперхнулся. - Что? - Я в бутылку из-под питьевого йогурта налила 96%-ый спирт... - Да ну, - Соно махнул рукой и обмакнул печенье в чай, - Наш хомяк хоть и хомяк, а спиртягу с едой не перепутает. Тут до него, видимо, дошел смысл слов, потому что он крайне оживился. - Слушай, а если туда воды добавить - внутрь можно будет принимать? - он заметил взгляды Анзи и Ю, направленные на него, и тут же начал оправдываться, - Я так, чисто теоретически спрашиваю. - Чисто теоретически ты и одеколон свой можешь пить, - сказал Анзи. В дверь позвонили. - Пойду открою, - Танака вышел из кухни и уже через пару мгновений вернулся с…Йо, выглядывающим из-за плеча соседа. - Йо! – заорал прежде всегда спокойный Анзи и вскочил, собираясь сказать все, что он думает о нетерпеливых басистах. - Анзи! – закричал в ответ Йо, пожирая взглядом печенье в плетеной корзиночке. - Йо! – заорал гитарист еще громче. - Анзи! – пробасил Йо в ответ, все еще глядя на печенье. - Анзи! – рявкнул гитарист, уже жалея, что не разбился в подвале. - Йо! – проорал басист и, наконец, обратил на Анзи внимание, - Чего? Соно подкинул в воздух печеньку. Та улетела за шиворот к Акане. - Это еще чего? – с подозрением спросил басист, проследивший всю траекторию полета печеньки. - Кричали женщины: «Ура!», и в воздух чепчики бросали, - пояснил парень и, как ни в чем не бывало, допил остатки чая. На минуту повисло молчание. Все обдумывали сказанное. - Куда теперь? - спросила Акане, вытряхнув последнюю крошку из кофты. - Я спать хочу, - сказал Аяме, появившись в дверях и потирая глаза кулачками. Его сонливость как-то сразу перенеслась на других - Анзи и Ю широко зевнули, Соно пробормотал, что пахал сегодня как трактор "Беларусь" на частном огороде, а потому нуждается в отдыхе не меньше других, Хина и Йо так и вовсе положили головы на стол и мирно посапывали. И только Акане идея лечь спать не казалась такой уж заманчивой. - Давайте тогда я всех у нас в квартире размещу, - сказала бабушка, - А пока спать будете - приготовлю что-нибудь к ужину, негоже вас голодных отпускать. Все неспящие согласно кивнули. Анзи и Ю потащили похрапывающего Йо к выходу, Соно молча взвалил на плечо Хину и пошел вслед за ними, Акане легкими пинками погнала засыпающего Аяме, а бабушка, наскоро попрощавшаяся с соседом и поблагодарившая его за все, замыкала шествие. Добравшись до квартиры перед всеми встал вопрос - а где, собственно, разместиться? Апартаменты были маленькими даже для четырех человек, а уж что говорить о восьми! Бабушка сразу ушла на кухню, поэтому в решении проблемы участия не принимала. - Давайте положим Йо под диван, он же здоровенный и ему сейчас все равно, - предложил Соно, целясь Хиной в тот самый диван. Анзи и Ю, просевшие под тяжестью басиста, проскрипели что-то невразумительное вроде: "Да хоть в окно", но Акане не позволила. Распихав всех по креслам и кушеткам, она шикнула на Соно, который было жалобно ругнулся, пытаясь вытащить нижнюю половину тела из-под Хины и Йо, и зарылась в шкафу в поисках пледов и подушек. Анзи, лежа на кушетке, качал головой, наблюдая за живой пирамидой Соно-Йо-Хина, сваленных на "том самом" диване. Аяме сопел в обе дырки, привалившись к Ю, который сосредоточенно клевал носом. - Акане, ну хочешь я с тобой в школу пойду завтра? Подружкам покажешь... Я ног не чувствую... - ныл вокалист, отрабатывая на Йо приемы боя с тенью. Девушка фыркнула и кинула в него подушку. Подушка угодила в басиста. Соно буркнул: - Из него сыпется! - но тут же затих, разглядывая предмет, выпавший из кармана Йо. - Чего там? - спросил Анзи, перевернулся на бок и едва не провалился в яму, - Акане, у тебя все кушетки с углублениями? Из шкафа выбралась гора одеял, утвердительно кивнувшая. - Ага, это Хина, в детстве прыгала...., - гора помолчала и добавила, - ....ну и я потом тоже. - "Питьевой йогурт, жирность 2,5%",- прочитал Соно и, крайне оживившись, даже смог вытащить правую ногу из-под Йо, - Это же тот спирт, про который Хина говорила! - Соно, не вздумай..., - начал было Анзи, но вокалист его перебил. - Я же молодой парень. Весь в соку, можно сказать. Чего мне свою молодость гробить, распивая чай? Это тебе хватает чашечки кофе. А мне подавай бокал хорошего алкоголя, чтобы вокруг происходил водоворот событий, кружились люди, завязывались романы! - и он, увлекшись, стал подбрасывать вверх бутылочку. Это было его роковой ошибкой, поскольку бутылочка то ли по недосмотру Хины, то ли по любопытству Йо оказалась полузакрытой. И от удара об потолок открылась окончательно. Несчастный вокалист на себе прочувствовал, ЧТО ТАКОЕ 96%-ый спирт. В комнате началась суматоха. Акане беспомощно бегала по комнате туда-сюда в поисках воды для Соно, извивающегося как червяк и орущего сплошные нецензурные фразы. Йо спросонья молотил кулаками куда ни попадя. Ю пытался оторвать от себя Аяме, который от страха вцепился в барабанщика бульдожьей хваткой. Хина ревела во весь голос и пыталась вытереть вокалиста его собственной курткой, чем делала только хуже, поскольку куртка тоже была вся проспиртована. А Анзи даже не мог никому помочь, потому что впервые за всю жизнь ржал громче, чем Йо. Помощь страдающему населению пришла быстро и в лице бабушки, прибежавшей с большим кувшином. Дав родственного подзатыльника Хине, от которого та икнула и мигом прекратила реветь, она вылила воду из кувшина на Соно, который сориентировался и пошире открыл рот. Йо при виде бабушки успокоился сам по себе, но для подстраховки ему вручили здоровенную булочку. Самым сложным было отцепить трясущегося Аяме от Ю, но бабушка справилась и с этим, просто намекнув клавишнику, что куртка Ю битком набита красными муравьями. - Ну, теперь можно и поспать, - сказал Анзи, наконец оторжавшись и вытирая выступившие слезы. Однако, как выяснилось, сказать проще, чем сделать. Во-первых, всех, кроме Соно, сразу начали со страшной силой жрать комары, налетевшие из приоткрытой форточки. Вокалиста они не трогали, скорее всего потому что, вероятно, не очень любили спирт. Во-вторых, Йо смачно чавкал булкой. И в-третьих, Ю, видимо, простудился в сыром подвале, поскольку его молодецкий храп по-другому объяснить было невозможно. Спать, конечно, в такой обстановке было просто невозможно. Каждые три минуты Аяме тихо ввизгивал, когда его кусал очередной комар, и тихо бормотал: "Уйди, нехороший муравей". Каждые тридцать секунд раздавалось чавканье, умолкавшее только на десять секунд - именно столько требовалось басисту, чтобы проглотить очередной пережеванный кусок. Все это происходило под аккомпанемент рулад, выводимых носом Ю. Анзи промучался около получаса, но, в конце-концов, не выдержал и вскочил, решив предпринять хоть какие-то действия и заручившись поддержкой Акане, которая тоже не могла уснуть. С храпом Ю ничего сделать не удалось. Вначале Анзи положил подушку на лицо барабанщику, но тот начал задыхаться, не просыпаясь. Тогда Акане накрыла его голову носовым платком, но опять же ничего не получилось, потому что от храпа платок взлетал и обратно уже не возвращался. - Ладно, будем решать проблемы в порядке очереди. У вас средство от комаров есть? - прошептал Анзи. Акане пожала плечами и побежала рыться в ящиках, где почти сразу же обнаружились две бутылочки. Первую гитарист и девушка разделили на двоих, облившись с головы до ног, а второй попрыскали в воздухе. Тут же обнаружился один побочный эффект - Ю совершенно перестал храпеть. - С удачным завершением работ, коллега, - важно сказала Акане, понизив голос, - Под одно только чавканье мы вполне заснем. И она плюхнулась в кресло. Анзи вернулся на свою кушетку, надеясь, что больше ничего не случится. - Надежда умирает последней, - оптимистично сказал он сам себе, когда спустя две минуты Соно начал петь во сне. Еще через десять минут Анзи поймал себя на том, что лежит на спине, вытаращив глаза на потолок - вокалисту явно снился акустический концерт в стрип-клубе, потому что после романтичной Dolce с подвываниями шепотом следовали Sex Bomb, Cry me a River ("Cry me a riv... Е-е Оу-оу А-ах") и, почему-то, заглавная тема к аниме One Piece в жанре блюз. Йо, не просыпаясь, отодвинулся подальше от Соно, Ю шарил рукой по полу, видимо, ища тапок, а Анзи пытался не слушать мурлыкания вокалиста и придумать, как его заткнуть. Спирт сделал свое дело, а по опыту гитарист знал, что любое воздействие на пьяного Соно абсолютно бесполезно. И тут спящий соловей заорал их традиционную кричалку перед Hiai to Melancholy и начал буйно размахивать руками. Первый получил Йо, но с булкой в зубах он был недосягаем, хоть и пытался подкрикивать во сне. Ю, словив по носу, почти сполз на пол в поисках какого-нибудь оружия. Анзи хотел спросить у Акане веревку, но потом вспомнил, что в этом доме их не держат, а больше идей не было. Кидаться на амбразуру (на Соно) было скорее опасно. Акане то ли хихикала, то ли кашляла, надышавшись репеллента, бабушка предусмотрительно заперла за собой дверь, а потому пребывала в спокойствии у себя в комнатке. В итоге всех спас Аяме, проснувшийся после очередного дикого вопля вокалиста. Начав в панике метаться по дивану, он передавил всех, кто попался на пути, и в итоге с криком: "Я так хотел жить!" упал на Соно. Тот продрал глаза и обнаружил у себя на груди кого-то маленького и по-женски плачущего. Ловко приобняв незнакомку за плечи он заплетающимся языком начал разглагольствовать о супергероях, спасении мира и разнице между латексным костюмом с плащом и доспехами Железного человека. Аяме ревел в два ручья и безуспешно пытался вырваться, а Анзи и Акане на пару давились смехом, уткнувшись лицами в подушки. Через несколько минут монолога Соно, заметив, что эффекта нет, рявкнул: "Успокойся, женщина!" и начал вытирать лицо Аяме футболкой рядом сопящего Йо. Подслеповато прищурившись в полумраке, он вгляделся в заплаканное лицо своей жертвы (Акане даже задержала дыхание) и вынес вердикт: - Однако, плакать тебе не идет. Аяме, который даже если не разглядел, то все равно догадался (по запаху), в чьи руки попал, шмыгая носом проныл: "Дурааак" и вырвался на волю, поспешно отступая к стене.