Насильно мил не будешь

Стоило Поттеру войти в спальню, как его настиг удар. Будто бладжер прилетел в затылок. Парень упал на колени, схватился за голову, скорчился. Боль неизведанной ранее силы растекалась вязкой патокой по телу, проникала в каждую клеточку тела. Перекатывалась ленивыми волнами, не давая вздохнуть. - Ты убил их. — Я дал им то, чего они больше всего желали. - Ты убил их.  — Нет. Они обманом заставили меня, связали клятвами. - Ты убил их.  — Я защитил себя и Северуса. Давление немного ослабло. Боль собралась в одном месте в груди, долго ворочалась, как медведь в берлоге. - Связь с темным волшебником разорвана. — Я победил Волдеморта в честном поединке. - Тот был не единственным темным рядом с тобой. Двое из троих мертвы. — Альбус был темным? Он же был на стороне Света. - Свет не всегда добро, Тьма не всегда зло. Ты должен это знать. — Северус! Боль поднималась выше, отчаянно запульсировала в голове, билась о стенки черепа. - Много боли. Много потерь. Много лжи. Много отчаяния. — А меня еще считают счастливчиком. - Обман раскрыт, клятвы утратили силу. Ты будешь свободен. — Когда? - Когда окончательно расстанешься с прошлым. Гарри распахнул глаза, внезапный приступ прекратился так же неожиданно, как и начался. — Гарри, ты живой? Бля, Мерлиновы подтяжки, ты орал, будто тебя Круцио приголубило. Поттер повернулся на спину — все тело ломило, догадка Рона имела право на жизнь. Он хватал воздух как русалка, выброшенная на берег. — Все нормально. — Нормально? У тебя был какой-то припадок, ты себя покалечил! — В смысле? — Ты на руки свои посмотри. Гарри с трудом поднял левую руку и ужаснулся — предплечье было обезображено кривыми порезами. Края каждого были опалены, раны сочились сукровицей. — Восемь обетов, вот же выблядки. Гарри рассмеялся, тут же закашлявшись и сплюнув кровяной сгусток на пол. — Ты это, полежи тут, я за мадам Помфри сбегаю. Рон с громким топотом скрылся из спальни, Поттер и не думал подниматься, все равно сил бы у него на это не хватило. Поморщившись, он вытащил палочку, максимально сосредоточился и взмахнул: — Экспекто патронум. Олень вышел полупрозрачный, его силуэт мерцал и искажался, но на вторую попытку Гарри не решился: — Северусу Снейпу. Я жив, со мной все хорошо. Ты свободен. Патронус мигнул и исчез. Продержавшись в сознании еще несколько долгих минут, чтобы чары патронуса достигли цели, Гарри с облегчением провалился в темноту. *** Гарри пришел в себя, разбуженный голосами. — Я требую объяснений, Северус. У тебя с Гарри абсолютно одинаковые раны, но вы были в разных местах, в этом я уверена. — Мне нечего тебе сказать, Поппи. — Ужасный день, просто чудовищный! Альбус мертв, мистер Поттер второй раз за сутки оказывается на больничной койке, ты со своими советами. Еще и общенациональный траур, уж не знаю, как Поттеру сказать… — Что сказать? — Министр скончался сегодня утром, — голос ведьмы стих до шепота, — бедный мальчик. — Шеклбот мертв? — Еще не было официального заявления. — Мадам Помфри, — Гарри отвлек медсестру от распространения новостей. — Не будете ли вы так любезны, оставить нас с профессором наедине? — Мистер Поттер! Мне нужно… — Со мной все хорошо, мадам. Пожалуйста. Ведьма сердито глянула на строптивого пациента, но сдалась, ушла, процокав каблуками. — Все получилось, Сев, отныне мы оба свободны. — Ты понимаешь, что натворил? — Северус присел на край кровати и шипел не хуже кобры. — А если бы ты ошибся? Это было глупо, опасно, нерационально… — Я знаю. Перестань, история не терпит сослагательного наклонения. Мы победили. Снова. — Победили. Вязь Непреложных рвалась по живому. — У меня тоже. Есть еще кое-что — у меня было что-то вроде видения. — Ты теперь вместо Сибиллы видишь будущее? — Не будущее, Сев. Я видел Магию, она говорила со мной. — Это галлюцинация, ты сильно ударился головой. С магией нельзя разговаривать, это энергия. — Я знаю, что я видел. Отката не будет, Магия признала мое право на месть. — Гарри, с тобой точно все в порядке? — Как никогда. Я знаю, кто я, кто ты, и я прекрасно помню, что люблю тебя. *** — Гарри, мы с Роном так соболезнуем тебе. — Ага, мама тоже передавала соболезнования. Гарри сидел и смотрел на неразлучную парочку бывших друзей. Они сидели на кухне особняка Блэков, пили чай, поданный Критчером. Несмотря на усталость, он решил не затягивать с раздачей долгов: вчера состоялись похороны директора Хогвартса, сегодня хоронили Министра Шелкбота. Осталось совсем немного, эти двое. — Знаете, с возрастом жизнь видится совсем по-другому. — Ты о чем? — Гермиона напряглась. — Раньше я был наивнее. Старался видеть в людях добро, верил, что они могут меняться. Взять, к примеру, вас двоих. Вы вместе, так счастливы. Продали друга за обещание лучшей жизни и привилегии. — Никого мы не продавали, — Рон покраснел так, что веснушки стали яркими, опустил глаза, избегая встречаться с парнем взглядом. — Ты, Уизли, продался Дамблдору. Что он тебе пообещал? Деньги? Славу? — Должность. Вместо мадам Хуч. — Профессор Уизли, — горько рассмеялся Поттер. — А ты, Грейнджер, за пост в Министерстве прогнулась? — Чтобы ты знал — Кингсли сам предложил. И только потом попросил уговорить тебя на брак. — Всегда считал тебя умной ведьмой. А ты такая дура! Вас обоих использовали. Но это я бы мог простить. Но никогда не прощу то, что вы оба участвовали в попытке убить меня. — Ты бы не умер. — Девушка не выдержала, все равно Поттер обо всем догадался. — В тебе столько силы, что нам хватало за глаза, а тебе хоть бы хны. Магия должна служить во благо, а не киснуть в тощем теле депрессивного подростка. Слышал бы ты себя, скулил хуже Плаксы Миртл — Северус, Северус. Разбазаривал великий дар впустую! — Ага, вся слава тебе досталась, а мы ненужные придатки к заднице великого героя? Ты не заслужил всего этого — наследство, титул, положение, богатство, — все для победителя. Гарри не мог поверить, что те, кого он долгие годы считал преданными друзьями — предали его при первой же возможности. Не задумываясь, обманывали, притворялись, проявляя сочувствие и заботу. — Жаль, что вас Северус не слышит. А он еще уговаривал меня не заводить этого разговора, спустить все на тормозах. — Так ты снова с этим ублюдком? Добряк Снейп? Не смеши. Небось, это он надоумил тебя, тварь двуличная. — Как ты мог, дружище? Он же Пожиратель! Долбанный угрюмый сыч. — У каждого свое мнение. Для вас лжец и манипулятор Дамблдор — герой, а для меня лучше Снейпа нет никого в мире. Не мне вас переубеждать, если вы слепы и глухи к доводам разума. Что же, вынужден вас огорчить — я знаю о том, что вы вместе с Альбусом и Кингом откачивали из меня волшебство. Знаю и о деньгах, полученных за сведения обо мне. Хрен с золотом, оставьте себе. С этого момента — знать вас обоих не желаю. Побледневшие Гермиона и Рон не поднимались с мест, удивленно смотрели на парня. Первой подскочила девушка: — Да как ты посмел?! Разрекламированный герой, где бы ты сейчас был, не передавай я тебе подсказки? Пускай ты убил Волдеморта, но всю работу сделала я! Ты не видел дальше своего носа, приходилось тащить тебя, а потом и вовсе зациклился на своем любовничке. Думал, никто не видел, как ты бегал к нему в подземелья трахаться? Война побоку, ты ноги раздвигал перед старым уродом. Придумал себе любовь! Кем ты станешь, если я порасскажу Скитер, что для тебя член Снейпа оказался важнее жизней борцов из Ордена? — Рассказывай на здоровье. Гарри быстро проколол палец, на своем запястье начертал руну: — Эльсендо фините морте. Эльсендо скоре морте. Гарри ожидал, что тонкие нити оборвутся. Два последних, почти незаметных ответвления, они откачивали совсем немного, как черпали ложкой из океана. Нити натянулись до предела, стали осязаемыми, завибрировали, стали ритмично мерцать. Они одновременно лопнули с тонким звоном, намного тише, чем толстые канаты директора и министра. Гарри почувствовал легкий толчок в грудь, в этом месте потеплело. — Что ты наделал?! Долбанный придурок! Гермиона с ужасом смотрела на Гарри, Рон хлопал глазами, не понимая причины гермиониного крика. — Ты как никто другой должна знать — все имеет свою цену. Директор и министр задолжали мне гораздо больше, их Магия наказала строже. — Это ты убил их? — Уизли почувствовал новость, за которую Скитер родную мать продаст, а галеоны отдаст ему, Рону. — Я никого не убивал. Их покарало само Волшебство, которое, как они думали, можно обмануть. Вы тоже наказаны, по деяниям и кара. Убирайтесь отсюда оба. Уизли, гордо вскинув голову, прошел к камину, зачерпнул Летучего пороха: — Нора. — Он разжал пальцы, порох высыпался ему на туфли, но ничего не произошло. — Не понял… — Верни! — Грейнджер кинулась на Поттера как разъяренная кошка. — Сделай все, как было. Гарри перехватил ее за руки, развернул к себе спиной: — Ты сама сделала свой выбор, Грейнджер. Забирай своего жениха и убирайтесь из моего дома. Добби! Проводи гостей за дверь и проследи, чтобы столовое серебро не попалось им на глаза. Появившийся эльф улыбнулся Гарри и последовал за колоритной парой до самых дверей. *** — Сев, через неделю закончится траур по Кингу. — Я помню. Северус поднял руку и переплел пальцы с пальцами Гарри, поцеловал его в темную макушку. — Я буду совершенно свободен. — Ты и сейчас не особо занят. — Мерлин, ну что ты такой недогадливый. Я тебе тут намекаю, что хочу предложить руку, сердце и другие органы на твое усмотрение, а ты тупишь. — Вообще-то, я хотел сделать тоже самое, но в более официальной обстановке. — Зачем нам официоз? Красоваться не перед кем. — Ну, мы хотя бы будем одетыми. — А мне так больше нравится. И вообще, когда это у нас было как у других? — С этим, пожалуй, я соглашусь. — Только одна проблемка — шафера-то у меня нет. Кроме тебя никого не осталось. Может, Добби позвать свидетелем? — Ну, уж нет, на нашей свадьбе не будет шафера-домовика. Позови Невила, вы же неплохо общаетесь. — Он немного побаивается меня. — С чего это? — После того, что случилось с… Ну ты понял. Они же лучшими друзьями считались, и тут бац, исключены оба из Хогвартса. МакГоннагал лично трижды обоих проверяла — ни капли волшебства, чистые сквибы. — Н-да, опасный ты человек, Гарри Поттер. Мне нужно хорошенько подумать, прежде чем связываться с тобой. — Сев! Ну я же рассказывал тебе. Я только оборвал связь, как ты учил, а оно само… — Мерлин, прекрати оправдываться. Пусть они будут благодарны, что живы остались. Вот разлюбишь ты меня и куда от тебя бежать придется? — Не смей даже в шутку говорить такое!!! Сев! Мы через столько прошли вместе, неужели ты допускаешь хоть малейшую возможность, что… — Гарри. Заткнись, а? — Как ты мог вообще… Северус обманчиво ласково положил руку ему на шею, затем резко потянул на себя и поцеловал. Единственный способ заткнуть Поттера — занять его рот поцелуями, ибо другое иногда дает осечку. А потом можно не только целоваться, чтобы отвлечь наверняка. — Давай уедем из Британии. Насовсем, начнем с чистого листа, только ты и я. Северус кивнул: — Через неделю. Куда захочешь. — Мне все равно, лишь бы с тобой…