дым, градусы и ты.

Коннор с трудом продрал глаза к обеду, щурясь от полуденного солнца. Как только мозг начал обрабатывать и сопоставлять информацию, парень обнаруживает, что Троя в его постели нет. Судя по окружающей тишине, в квартире тоже. И это неудивительно, потому что Франте повезло и сегодня у него нет смены, в отличие от Сивана, который уже давно на работе. Коннор поднимается с кровати, зашторивает окно и набирает воду в чайник, попутно вспоминая прошедший вечер. Есть какие-то беглые пробелы в памяти, но вот как они оказались дома, он совершенно не помнит. Они сидели на лавке, а потом хоп – и сразу в его квартире... Черт, они ведь наконец поговорили о чем-то серьезном. А теперь Трой молча ушел. Однако не стоит поднимать волну переживаний раньше времени, ведь Коннор просто-напросто спал. С хрустом откусывая тост и отпивая из кружки утренний кофе, Франта смотрит, задумавшись, в одну точку. И что дальше? Убегать больше не прокатит. Они оба признали дерьмовость сложившей ситуации, к которой всё давно неизбежно неслось из-за их чувств. Да, они признали свои чувства друг к другу. А что может поделать Коннор? Ему сейчас нечего предпринимать, свой груз прошлого он уже оставил позади. Теперь всё дело за Троем. За его решением, за его головой. Но для Франты этот человек — по-прежнему тёмный омут, и отследить ход его мыслей кажется таким нереальным. Парень весь день отсыпается, пьет чай, лежит несколько раз в ванной по часу и слишком часто курит, поэтому выходит из дома лишь за очередной пачкой, ощущая себя протухшим яйцом. Трой так и не выходит на связь, что не смертельно, потому что даже Коннору необходимо отдохнуть и привести мысли в порядок, что уж говорить о том, на кого лег весь груз инициативы и решения дальнейшего развития ситуации. Но завтра на работу, они встретятся и всё обговорят. Или не обговорят. Зато станет понятно, всё ли в норме между ними. Франту потряхивает от нервов, пока он идет следующим утром до кафе, и все попытки успокоиться, почему-то, выходят напрасными. Ведь после такого разговора уже не выйдет общаться так же беззаботно, как раньше; теперь либо да, либо нет. И эта развилка ужасно пугает, как бы парень ни старался убедить себя в своем же равнодушии. Он уже дошел до той точки, когда не сможет просто сказать Трою "пока", будто его и никогда не было в его жизни. И вот внутри всё дрожит, Коннор заходит внутрь кафе, но видит у бара вовсе не Сивана, а Пэм, обсуждающую что-то с Алфи. Он спрашивает у напарницы, куда подевался Трой, а она отвечает, что тот попросил подменить его на два дня. Сердце Коннора, кажется, даёт трещину. Тропинка, указывающая путь к "всё будет хорошо", становится уже и зарастает мхом. Он с мучением заканчивает смену, которая длилась, наверное, вечность и еще чуть-чуть. Если Трой не пришел, значит видеть Коннора он не хочет, поэтому тот даже и не звонит ему. Но весь день думает сделать это, отчаянно сдерживая себя. По пути домой паника и нетерпение накатывают с новой силой, так что Франта всё-таки вытаскивает из кармана телефон. Еще с секунду сомневается, прежде чем нажать на кнопку вызова. На другом конце его встречают женский голос и извечные слова: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Совсем не удивительно. Коннор проводит еще одну спокойную ночь дома. Еще один спокойный день на работе, на протяжении которого не перестает слышать «абонент...бла-бла-бла». Психанув, он решает позвонить Кайле, может, потусоваться с ней и, разумеется, узнать, где Сиван и что с ним происходит. Однако его ожидает неприятный сюрприз: по-видимому, девушка засунула его в чёрный список, и все его звонки автоматически сбрасываются в самом начале. Это еще больше выбивает из колеи и раздувает полное непонимание происходящего. Неужели всё настолько плохо? Неужели Трой так резко решил прервать какое-либо общение, даже предварительно не поговорив с ним? Коннор, желающий добиться правды, набирает и Джею, но тот просто не отвечает. Блять, да что за хуйня? Парень бесится до красных ушей и постоянно сморщенной переносицы, смотрит какой-то фильм о психопате, начавшем убивать своих друзей, а после ложится спать, не имея ни малейшего понятия, чем займётся в свой завтрашний выходной, раз его "друзья" так деликатно и достойно решили послать его к чертям собачьим.

***

Очевидно заебавшись сидеть дома без должного общения уже третий день, Коннор посылает всё нахрен и, желая упростить в своей жизни хоть что-то, закрывает дверь своей квартиры ключом и поднимается на два этажа выше, к старому другу. — Какие люди, — улыбается Киан, открыв дверь. — Привет. Ты не против моей компании? — немного виновато начинает Франта. — Просто у меня уже который день нет планов, так что сидеть дома уже давит мне на голову. — Вообще-то, у меня Андрэа, но мы тоже ничем особо не занимаемся, и если ты не против её компании... Парень немного сомневается, но всё же решает зайти, потому что рано или поздно, в любом случае придётся это сделать. Познакомиться с Андрэей, смириться с обстоятельствами, забыть о них и мирно сосуществовать втроем. Девушка оказывается далеко непростой, с изюминкой, с задоринкой, или как ещё это называют, но с Коннором у них всё вполне неплохо складывается. Она ему нравится, поэтому он точно решает скрыть от неё такое недавнее прошлое (хотя кажется, будто уже прошло несколько месяцев). Они спокойно смотрят телик, играют в карты, потягивая пиво, а когда Андрэа отходит поговорить по телефону с подругой, Киан не теряет времени. — Спасибо, — тихо говорит он. — Не за что, — легонько улыбается Коннор. — У тебя всё в порядке? — интересуется Лоули, зная своего друга, как пять пальцев, чувствуя его странное настроение. — В полном беспорядке, если честно. — Как с Троем? — А хрен знает. Мы уже четвертый день не общаемся. — Что-то произошло? Это насовсем? — Понятия не имею, — глубоко вздыхает Франта. — Мы поняли, в какой западне оказались и что пора как-то это решать. Но он с тех пор не объявлялся, даже на работу не приходит. — Я тебя предупреждал, — пожимает Киан плечами, — а теперь тебе самому будет сложнее. — Да знаю я, — огрызается другой, — но давай не будем об этом, потому что тут не о чем разговаривать. И они молча заканчивают партию в дурака, потом возвращается Андрэа. Коннор ещё какое-то время сидит с ними, затем спускается к себе домой. Ему стало спокойней. Он как-нибудь смирится и привыкнет. Не стоило так отчаянно бросаться в водоворот жизни. Дома настолько скучно, что парень решает заняться незапланированной уборкой. Протёр пыль, прибрался в шкафу (сложив в отдельную стопку вещи Троя, которые, да, были в его шкафу) и уже выкатил пылесос, когда его телефон в кои-то веки разразился мелодией входящего вызова. Он отмечает про себя, как вовремя это произошло, потому что зазвони аппарат на полминуты позже, он бы не услышал его из-за гудящего пылесоса. Сердце резко сжимается, когда на экране высвечивается имя звонившего. — Да? — Привет, — начинает Трой, стараясь звучать как можно более беззаботно. — Чем занят? — Да ничем, прибираюсь, — отвечает Коннор, немного сбитый с толка. — Отлично. Я приду? — Конечно, зачем спрашивать, — нервно посмеивается Франта. Блять, дебил. Это раньше можно было не спрашивать. А теперь вы не общались четыре дня, потому что Сиван признал, что у него есть чувства вовсе не к своему парню. Пожалуйста, следи за языком. — Ладно, скоро буду, — однако тон Троя действительно стал порасслабленнее и в голосе чувствуется улыбка. — Приготовишь пасту? Я голодный. — Да, да... Жду тебя, — после чего оба положили трубки. Коннор волчком несётся к плите и ставит закипать кастрюлю с водой, заталкивает пылесос в кладовую и выбирает, что надеть, из-за чего порядок в шкафу вновь нарушается. Он делает в ванной укладку, выбегая каждые две минуты помешивать спагетти. Когда раздаётся звонок в дверь, парень только-только вытащил из воды макароны и начал готовить соус. Он бросается к двери, но, подбежав, останавливается. Глубоко вдыхает и лишний раз убеждает себя, что всё в порядке. Трой уже не впервые у тебя дома. — Привет, — улыбается Коннор, открывая дверь, и показывает Сивану рукой проходить внутрь. Тот садится на диван, а хозяин закрывается за ним. — Привет, — отвечает Трой, смотря на Коннора, и потирает правое запястье ладонью другой руки. — Я принёс вино, — кивает он на бутылку, которую уже успел поставить на журнальный столик. — Отлично, — отвечает тот и подходит забрать бутылку. — Пойдём на кухню. Сиван кивает и идёт за другом, который от нервов с чего-то вдруг начал накрывать на стол. — Помешивай соус, я пока расставлю всё, — указывает Франта и вытаскивает посуду из шкафчиков, пока гость, с лопаточкой в руках, подозрительно косится на него. Дело в том, что Коннор, в общем-то, никогда не запаривается над сервировкой стола, но Трой ничего не говорит, потому что сам ведёт себя не менее странно. — Чем занимался в эти дни? — Да ничем интересным, — отвечает парень, ставя бокалы на стол. Они толком не сказали друг другу ничего, но, даже стоя к нему спиной, Коннор чувствует по словам, что с Сиваном что-то не так. Они поужинают, и он уйдёт. Уйдёт насовсем. Потому что никак по-другому эта история не могла закончиться. Сейчас Франта со всей силой осознаёт свою наивность и жалкую веру в... да просто веру. — А ты где пропадал? — совсем уж понуро спрашивает он. — Были проблемы... Разбирался с ними, — никаких комментариев больше не следует. Коннор молчит и открывает бутылку вина, так и не рискуя развернуться и взглянуть на Троя. — Коннор, я... — парень замолкает, а Франта замирает с бутылкой в руках, уже наполнив один бокал наполовину. — Что? — вот сейчас оно и случится. Зачем тогда он приходил? Чтобы уйти так быстро? Даже не дождавшись ужина, о котором сам попросил? Коннор сжимает вино двумя руками, опасаясь уронить его на пол, потому что руки ужасно трясутся и в глазах немного плывёт. Ещё слишком рано, он ещё не готов. Да и когда вообще к этому можно, чёрт возьми, подготовиться? — Я... — голос Троя дрожит от сомнения. Да блять, ну что "я"? — Я расстался с Тайлером. В этой тишине даже слышно, как он сглотнул. И как Франта со стуком резко поставил бутылку на стол. Он с секунду находится в полном ступоре, не понимая, что теперь ему делать: поговорить об этом или... — Соус готов, — тихо объявляет Сиван, после чего пикает звук, оповещающий, что плиту выключили. Коннор медленно разворачивает голову и видит, наконец, Троя, который опирается поясницей об гарнитур и закусывает нижнюю губу, напряженно следя за каждым движением и каждой морщинкой хозяина квартиры. Франта приоткрывает рот, выбрав всё же поговорить, но в последнюю секунду меняет решение и сокращает этот жалкий метр между ними. Он останавливается, когда их лбы вот-вот должны столкнуться, давая этой паузой Трою время выбрать самому. Но тот комкает футболку Коннора в своем кулаке и моментально притягивает его к себе, отчаянно соединяя их губы. Поначалу в поцелуе столько горести и боли потраченного времени, но вскоре по телу растекается сладость от вседозволенности, потому что теперь можно. Франта пытается прижать другого еще ближе, но ближе уже некуда, поэтому Сиван вцепляется в его предплечья и подскакивает, усаживаясь на тумбу и попутно опрокидывая, наверное, кружку, которая докатывается до раковины и со звоном разбивается там. Коннор проводит ладонями по бёдрам парня, останавливая руки на коленках и сжимая их, пока Трой оттягивает его за волосы вниз, нависая сверху. Франта не потихоньку сходит с ума, потому что для него это слишком. Провести пальцами по рельефу скул, оттянуть зубами заманчиво-пухлую нижнюю губу, чувствовать грудной клеткой прижатое и бьющееся сердце напротив. Ощущать на своём затылке короткие ногти, дыхание, движущееся вверх по сонной артерии, холод на влажной мочке, слышать неразборчивый шепот. — Почему Кайла добавила меня в черный список? — бормочет Коннор куда-то в ключицы. — Тебя действительно это сейчас волнует? — быстро отвечает Сиван, ловя чужие губы, соскальзывает с тумбы и медленно утягивает Франту в сторону кровати, не разрывая тел и наталкиваясь на спинки стульев и углы стен. Стоит ли говорить о том, что этой ночью о нетронутом ужине никто и не вспомнил? Зато Трой проснулся под матерки Коннора о напрасно потраченных продуктах и пятью минутами позже отчитывал его за полное отсутствие романтики. Но утренняя сигарета на солнечном подоконнике их примиряет, пока Франта не может оторвать взгляд от контрастных бликов и теней на теле напротив, завернутого в белый пододеяльник. Так и прошло первое и далеко не последнее их полностью совместное утро.