Friends are difficult to make

Со смешанными чувствами облегчения, радости, грусти и даже немного меланхолии МинХён закрыл последнюю страницу книги. Он всегда испытывал такие эмоции, дочитывая очередной том, облегчение - потому что наконец может перестать переживать за главных героев, радость - от того, что испытал что-то новое, грусть - потому что это был конец, меланхолия - потому что прочитанная книга как жизнь, и сложно сразу же взять и открыть новую страницу. Посмотрев вокруг, МинХён с удивлением обнаружил, что за окном уже стояла глубокая ночь, а его сосед, укрывшись одеялом с головой, чтобы свет от лампы не падал в глаза, мирно спал. Мину сразу стало стыдно за то, что снова забыл обо всем на свете, и очень неловко перед ДжонХёном, который, наверно, теперь считал его чокнутым, и он бы его не винил. Но, несмотря на это, МинХён не мог ничего с собой поделать, чтение книг стало для него своего рода зависимостью, которую он не мог побороть. Любовь к литературе ему привила бабушка, еще когда он был совсем маленьким, она его учила, что лучший способ забыть о проблемах - это погрузиться в новую историю. С тех самых пор, каждый раз, когда ему было грустно, одиноко или просто скучно, он начинал читать очередную книгу, и так незаметно для него, чтение стало неотъемлемой частью его жизни. Посмотрев на часы, МинХён ужаснулся - 2 часа ночи, завтра на занятия, а сна ни в одном глазу. Он уже хотел перевернуться на другой бок и попытаться все-таки заснуть, когда услышал тихий стон с соседней кровати. Сначала, он подумал, что ему показалось, но стон повторился, потом ДжонХён начал метаться на кровати из стороны в сторону, сбросив с себя одеяло. -Нет, хён, пожалуйста, нет, этого не может быть, только не ты…- он бормотал во сне, продолжая крутиться.- Не уходи… Сначала МинХён не знал, что ему делать - притвориться, что ничего не слышал, или же попытаться помочь, когда он увидел, что по щекам брюнета начали катиться слезы, он не выдержал. -Все в порядке, я здесь,- МинХён, сев рядом с соседом, начал мягко повторять, пока ДжонХён полностью не успокоился. Укрыв парня одеялом, он пошел спать, решив для себя, что не будет ничего рассказывать об этом своему соседу, сильно сомневаясь, что тому будет приятно это услышать. Когда на следующее утро МинХён проснулся (что стоило немало усилий), ДжонХён уже был в душе. Мин все еще хотел извиниться за свое поведение, поэтому решил дождаться парня, чтобы вместе пойти на завтрак. Когда он переоделся и убрался на своем столике, его сосед как раз вышел из ванной. -Слушай, эммм,- замялся МинХён.- Я вчера немного зачитался и не давал тебе нормально заснуть. Прости, мне очень жаль, впредь обещаю, что не буду читать по ночам и не буду мешать. -Ничего страшного, ты мне не мешал,- с улыбкой ответил ДжонХён, хотя оба прекрасно понимали, что это было далеко от истины, но как МинХён догадался, парень просто не хотел начинать их ‘совместное проживание’ с конфликта, что он определенно оценил и пообещал себе, что такая ситуация больше не повторится. Пока ДжонХён переодевался, МинХён, не зная чем заняться, начал рассматривать вещи соседа, стоящие на прикроватном столике. Особенно его внимание привлекла фотография, которую парень взял в руки, чтобы рассмотреть получше. Она была сделана примерно года два назад, на ней были трое парней: в центре стоял ДжонХён, он выглядел моложе, но не сильно изменился, только выражение лица было абсолютно другим - он широко улыбался, а в глазах плясали озорные огоньки; слева от него расположился миловидный парень, судя по всему, немного помладше, его волосы были песочного цвета, длинная челка, падающая на глаза, и очень яркая улыбка; справа же находился парень постарше, и МинХён почему-то подумал, что это, возможно, и был тот хён, которого его сосед звал во сне. Внезапно фотографию вырвали из его рук, а самого его толкнули так, что он потерял равновесие и упал (слава богу, на кровать, так что он не ударился). -Никогда больше не трогай мои вещи!- практически прорычал ДжонХён, бережно убирая фото в верхний ящик тумбочки. -Прости, я…- начал было МинХён, но его сосед, явно не желавший ничего слушать, быстро вышел из комнаты, при этом громко хлопнув дверью, заставляя растерянного парня вздрогнуть. Он все никак не мог понять, чем же он так разозлил ДжонХёна. Ну да, он взял фотографию без разрешения, да, это было неправильно и даже грубо, но ТАКАЯ реакция… это уже перебор. Когда МинХён пришел в столовую, их стол уже был в полном составе. Заняв свое место рядом с ДонХо и напротив своего соседа, он уже хотел было извиниться за этот инцидент с фотографией, но ДжонХён ТАК на него посмотрел, что это желание быстро пропало. Теперь уже настала его очередь злиться – какого черта этот парень так себя ведет? Если он настолько сильно, прям смертельно, его обидел, почему ДжонХён не мог сказать, чем именно и не забыть об этом?! И как можно вообще есть в такой обстановке? Это же настоящий кошмар! В данный момент МинХён просто возненавидел эту школу и ее распорядки. Согласно правилам, за столом, который рассчитан на шесть человек, садятся жители соседних комнат, типа это способствует ‘созданию и укреплению дружеских отношений’. И кто придумал этот идиотизм – что если ты будешь проводить сутки напролет с одними и теми же людьми, вы сразу станете друзьями до гроба? Раньше, когда за их столом сидели трое, они просто старались сохранять что-то наподобие нейтралитета, совершенно не обращая внимания друг на друга - за весь месяц никто из них не проронил ни слова. МинХён не общался с ними вовсе не потому что они ему не нравились, скорее даже наоборот, он их в какой-то степени уважал (ДонХо- за несгибаемый характер и умение постоять за себя, а Рена- за его способности и успехи в учебе), он просто не знал, о чем с ними можно поговорить. У МинХёна всегда были проблемы с общением, а если еще и быть инициатором разговора… Но сейчас, когда почти весь стол был занят (оставалось лишь одно свободное место, так как Рен жил один и вряд ли кто-нибудь захочет подселиться к блондину), повисшая в воздухе гробовая тишина создавала гнетущую атмосферу, а из-за взглядов, которые парни метали друг на друга, обстановка казалась еще более напряженной. МинХён понятия не имел, что произошло между парнями из соседней комнаты, но судя по тому, с каким раздражением ДонХо смотрел то на Рена, то на Арона, а последней направлял не менее ‘добрый’ взгляд на своего ‘сокомнатника’, легко можно было понять, что теплые соседские отношения им создать пока также не удалось. От такой обстановки у МинХёна даже начало сводить живот, хотя глядя на остальных парней и на то, как они ковыряли еду палочками, было понятно, что и у них особого аппетита не наблюдалось, а атмосфера давила на них не меньше. Единственный, кто, казалось бы, не замечал никакого давления, был Рен. Блондин спокойно ел свой завтрак, абсолютно не замечая настроения окружающих его ребят, чем в очередной раз поразил МинХёна до глубины души. Как вообще человек может быть таким? И вообще он человек, потому что временами он больше был похож на какого-то робота? За весь месяц, что МинХён учился в одном классе с Реном, ел с ним за одним столом, жил в комнате напротив, он ни разу не видел у парня каких-либо эмоций на лице, только полное безразличие. Тяжело вздохнув, МинХён решил все-таки хотя бы попытаться сосредоточиться на еде, хотя, как бы он не старался, один вопрос продолжал лезть ему в голову: неужели так будет всегда?