Ты не Поттер.- Вы уверены?

Гарри решил сходить в Гринготтс через неделю после переезда на Тисовую улицу. Тогда интерес миссис Фигг немного поутихнет, а Дурсли успокоятся и придут в себя после угроз Грозного Глаза. И вот, наконец, настал долгожданный вторник. Дядя Вернон ушёл на работу ещё час назад. Тетя Петунья с Дадли уехали к Мардж ещё вчера. Гарри пытался перекинуть следящие чары с себя на табуретку. С мантии-невидимки он почти снял заклятье месяц назад и «доснял» в министерстве. Мальчику это показалось идеальной возможностью «потерять» её. Ох, какой Гарри устроил Дамблдору скандал: мало того, что крёстный сейчас лежит в коме, потому что его парализованного портключ перенёс на верхнюю ступеньку в Блэк-хаусе, и он скатился по лестнице, так ещё и какой-то Пожиратель сжёг адским пламенем единственную вещь доставшуюся ему от отца. И всё из-за молчания директора. Гарри заметил, что после его слов Дамблдор его чуть не заавадил, но сумел быстро вернуть раскаяние на лицо. Подросток тогда быстренько свернул трагедию, отвернулся к стене, а-ля несломленный одинокий герой справляющийся с болью. Но Гарри тогда понял, что Дамблдору мантия невидимка дороже Сириуса, потому что мантия поможет победить зло, а Сириус бесполезен «Свету». О да! Наконец получилось! И вот Поттер полностью свободный, а табуретка сияет как новогодняя ёлка, только не защитными, а следящими чарами. Способность видеть магию у Гарри появилась после «веселого» квеста с василиском. POV Гарри. Наверное, помогли его кровь и яд, а также слёзы феникса. Кстати яды на меня тоже не действуют, я уже молчу про амортенцию и другие подчиняющие зелья, все сжигает на…ен этот «коктейль Молотова» в моей крови. После того как на меня прекратили воздействовать внешне, я узнал много нового для себя. Мистер и миссис Уизли заботятся обо мне не только потому, что я друг Рона, а ещё и по приказу Дамболдора. Миссис Уизли, конечно, хочет женить меня на Джинни, но она, как и всякая любящая мать, желает лучшего для своих детей и к счастью не знает о том, какими меня пичкают зельями. Я впрочем, тоже не знаю, просто однажды взглянул на мир по другому и всё понял (и с помощью легиллименции тоже). Ребята кстати дружат со мной искренне. Да, они всезнающие, иногда раздражают, иногда тупят или упрямятся, но зато они верные и храбрые, добрые и честные, а идеальной дружбы ни у кого нет. Самое главное Дамблдор. Он опасен. Нет, он не злодей, но и не святой. Он просто совершил ошибку в воспитании Тома и теперь сделает все, чтобы исправить её. Он даже может пожертвовать собой, но самое опасное для меня он может пожертвовать мной и моими друзьями, не в первую очередь, конечно, но пожертвует. Не надо считать меня трусом, но я не собираюсь бросаться на амбразуру. Как только запахнет моей безвременной кончиной, я помяну Хвоста непечатным словом и «умру». Думаю, мне очень понравится «быть мёртвым» в России. Ну, впрочем, это всё фантазии, друзья никогда не согласятся, а я их не брошу. Меня вырвала из раздумий сова принёсшая «Ежедневный пророк», который я после прошлого года стал читать очень внимательно. Заголовок гласил: «ГАРРИ ПОТТЕР — ИЗБРАННЫЙ?». После прочтения пары строк текста, я отбросил этот бред. Сова ухнула, я достал деньги и расплатился за газету. Я посмотрел на часы: десять утра, отлично. Все на работе, Банк будет почти пуст. Закутавшись в мантию-невидимку, я трансгресировал к Гринготтсу. Этому я научился после четвёртого курса (противно зависеть от чего-то, даже от Кубка-Для-Победителя-Турнира-Трёх-Волшебников.)

***

Как я и предсказывал, в Банке было пусто, если не считать гоблинов. Магия гоблинов отличается от магии волшебников. У магов она как разноцветное свечение, зависящее от многих факторов. А у гоблинов это что-то тяжелое, что нельзя поднять слишком быстро или высоко, но можно использовать как молот и наковальню, для создания артефактов, что гоблины и делают мастерски. Я подошёл к Крюкохвату, поверенному Рода Поттер.  — Пусть золото течёт рекой, но никогда не смешивается с рекой из крови ваших врагов, ибо оно может заржаветь, не правда ли мистер Крюкохват? — если перевести на нормальный язык эта фраза будет значить «работайте на меня, но не смейте меня предавать».  — Истинная, правда, — «я согласен». — Но кто ты, тот, который помнит древние приветствия и чтит наш закон. Я никому тебя не выдам. Он не назвал меня человеком, потому что Мантия Смерти не только делает человека невидимым, но и не пропускает запах, звук, магию, ауру и даже тень, но только по приказу того в ком течёт кровь Певереллов и того, кого она приняла. Да я как-то раз наткнулся на сказки Барда Бидля, интереснейшее чтиво.  — Мы можем поговорить наедине? — спросил я.  — Да, конечно пройдёмте в мой личный кабинет. Мистер Крюкохват встал и направился к неприметной двери за кассой. Мы шли по лабиринту коридоров минуты три. По пути нам попадались двери различных стилей и расцветок.  — Не могли бы вы мне всё же сказать свою фамилию. Может у вас уже есть гоблин, заведующий вашим родом.  — Есть, — кратко сказал я, — это вы. Моё имя Гарри Поттер. У гоблина изумлённо округлились глаза. Он явно не ожидал от меня такой финт ушами. Вскоре мы подошли к ярко синей двери из мрамора. Мы зашли в самый обычный кабинет, гоблин сел за стол, а я в синее кресло напротив него. Как только мы зашли я снял мантию невидимку и положил её в карман.  — Что вы хотели, мистер Поттер, — Крюкохват уже пришёл в себя и тон у него был деловой.  — Я бы хотел провести проверку крови.  — Полную или частичную.  — А в чём разница? — мне действительно было интересно.  — В том, что при полной проверке показываются все Рода, к которым вы имеете отношение, все способности и Дары которые в вас есть. А при частичной только те Рода, которые вас признали и только действующие дары, — пояснил Крюкохват.  — Тогда я хотел бы провести полную проверку крови, — если уж проверять, так глобально.  — Полная проверка обойдётся вам в пятьдесят галлеонов, — сказал гоблин. Я кивнул и достал из внутреннего кармана кошелёк. С прошлого года ещё кое-что осталось, практически впритык.  — Одну минуту, я сейчас всё подготовлю, — сказал мистер Крюкохват, после того, как убрал монеты в ящик стола. Он стал доставать из нижнего ящика стола разные предметы: пергамент, по углам которого были нарисованы золотые руны, красивое серебряное перо, тоже покрытое золотыми рунами.  — Мистер Поттер, проколите пером палец, оно само высосет нужное количество крови, — произнёс гоблин, протягивая мне перо. Я сделал, как мне сказали, перо потеплело, и руны начали менять цвет. Как только руны стали чёрными, перо выскользнуло у меня из рук, подлетело к пергаменту и стало, что-то писать. Когда оно закончило, и руны вновь стали золотые, Крюкохват вновь положил перо обратно в ящик и протянул мне пергамент.  — То, что здесь написано, может понять только носитель крови, которой написан текст, все остальные только после вашего разрешения, — пояснили мне на вопросительный взгляд. Я опустил взгляд на пергамент и принялся читать. Когда я дочитал до конца, у меня пару раз дёрнулся левый глаз. Я помотал головой и стал перечитывать текст. Текст гласил: Я: Натаниэль Поттер-Блэк. Отец: Джеймс Чарльз Поттер. (Чистокровный волшебник в 29-м поколении из рода Поттер, из рода Блэк) Отец: Сириус Орион Блэк. (Чистокровный волшебник в 83-м поколении из рода Блэк) Мать: Дженнифер Керолайн Лавлейс. (Полукровка из рода Слизерин) Отец по магии: Альбус Персиваль Вульфрик Брайн Дамблдор. Рода: Поттер, Блэк, Певерелл, Слизерин, Гриффиндор, Дамблдор. Дополнительные вмешательства: кусочек крестража Тома Редла, соединение с душой и магией Гарри Поттера. Дары: многосущностная анимагия (ч. Б), парселтанг (А), оклюменция (А), легиллименция (А), некромантия (Б), некромагия (Б), Боевая магия (Б), целительство (Б). Я мельком пробежал глазами по списку сейфов и недвижимости, хотя и так было ясно, что я неприлично богат. Там еще был список живых родственников, но после Дамболдора я решил: меньше знаешь, крепче спишь. И на даты жизни я тоже не смотрел, а зря. Меня очень интересовало кто такая Дженнифер Лавлейс. Хотя если это моя мама, то возможно в младенчестве её удочерили Эвансы и назвали Лили, а Дженнифер это просто имя, данное при рождении. Впрочем, это неважно всё равно она мертва.  — А что значит многосущностная анимагия? — спросил я.  — Это значит, что у анимага много форм, — гоблин с интересом на меня посмотрел. Хм, мог бы и догадаться. Ладно, про крестражи я почитаю в библиотеке Блэков, я даже не подозревал, что Сириус был НАСТОЛЬКО близок с моим отцом. Хотя, думаю он тоже не знал, что я его сын.  — Мистер Крюкохват, я могу оставить пергамент у себя? — поинтересовался я.  — Да, разумеется, — ему было любопытно, но он сдержался. — Уже уходите?  — Да, мне уже пора, — сказал я, надевая мантию невидимку. — Отсюда можно Трансгресировать?  — Только с этим одноразовым пропуском, — он протягивает мне серебрянную букву «Г», на золотой цепочке.  — Спасибо, — поблагодарил я и трансгресировал. Я перенёсся прямо к порогу дома на Гриммо. Цепочка, как и подвеска на ней рассыпались мелкой пылью у меня в руках. Без проблем открыл дверь и зашёл внутрь. Я знал что фениксовцев в доме нет, там только Сириус в своей комнате и по утрам приходит лекарь, проверяя его состояние. Я поднялся на второй этаж и зашёл в комнату Сир… папы. Надо свыкаться с этим.  — Привет, папа. Ты наверно даже не в курсе, да, — мне надо выговорится, а коматозный отец это лучший слушатель. — Не знаю слышишь ли ты меня, но я хочу чтоб ты знал, что я твой сын. Выздоравливай. Я направился в ритуальный зал, который показал мне Си… папа прошлым Рождеством. Но сначала надо заглянуть в библиотеку, найти книги по анимагии. Мне очень интересно, какими животными я буду. Я собираюсь провести здесь все каникулы, и у меня есть много времени, что бы узнать это.