Любовь или...

Кенди была крайне раздосадована. Нормального разговора с мистером Альбертом у неё так и не вышло. Он просто не понимал, зачем ей отказываться от фамилии Эндри, и жить только своими силами. Он не внимал её уверениям, что так ей будет только лучше, что она желает идти своим путём. Нет, он был не против выбора собственного пути, даже поддерживал, но считал, что начинать этот путь, имея при этом в запасе деньги и власть их семьи, гораздо полезнее, чем совершенно без них. Человек, что долгие годы притворялся бродягой, и никогда при этом по-сути в бедности не жил, не мог понять причин по которым Кенди желала отказаться от фамилии Эндри. Под конец их диспута, мистер Альберт стал походить на обиженного ребёнка, который решил сделать любимой маме подарок и нарисовать картину, а когда показал её ей, то был наказан за то, что испортил обои в комнате. Видя это, Кенди пришлось отступить. Она не могла быть слишком резкой с ним. Уж чего ей не хотелось, так это выглядеть неблагодарной сволочью. Альберт спасал её не раз. Она была обязана ему жизнью. Поэтому Кенди была вынуждена сделать вид, что согласилась на уговоры мистера Альберта, и согласилась оставаться Эндри. Она решила, что поговорит об этом позже. А теперь предстояло нечто более важное. Тётушка Элрой решилась, наконец, официально представить Альберта высшему обществу. И потому он настаивал, что бы Кенди сопровождала его на этом великосветском мероприятии в роли приёмной дочери, и официальной наследницы всего состояния Эндри. Кенди была не в восторге. Она не любила подобные мероприятия. А уж выставлять себя на показ, не желала и вовсе! Но у неё не было выбора. Пока она носит эту фамилию, она обязана подчиняться некоторым правилам. Что ж, сейчас она подчиниться. А потом расторгнет с мистером Альбертом договор об опекунстве, и станет свободной, как птица. Эти мысли настолько занимали её разум, что ей пришлось завязать Нилу глаза, что бы он не заметил, что во время их соития она думает о другом. «Ах, какой же вы непонятливый, мистер Альберт!» - размышляла Кенди, покусывая губу Нила - «Мадам Элрой определённо совершила ошибку, дав вам в детстве волю. Надо было объяснить вам, что такое долг и обязанности ещё тогда...» «...Ну что за мальчишка! Ладно бы он был таким же, как я! Но нет, ему не понять, что значит зарабатывать себе на жизнь! А ещё гордо именовал себя бродягой!..» - её пальцы впивались в соски Нила, щипая и царапая их. «...Он просто всегда игрался со мной! И, что самое обидное, он даже не понимает этого! Он думает, что всё так и должно быть!..» - зубы Кенди сомкнулись на головке члена, слегка прикусывая его. «...Эх, но он ведь спас мне жизнь... Он не виноват, что его так воспитали. Он же действительно искренен по отношению ко мне...» - её пальцы погрузились в анус Нила, осторожно нащупывая простату, и стимулируя её. Решив, что на этом пора заканчивать думать о мистере Альберте, когда у неё сейчас другой мужчина, Кенди подняла взгляд. Только сейчас она заметила, какое восхитительное зрелище находится перед ней. Глаза и рот Нила были завязаны, лишая его двух органов чувств, и обостряя все остальные. Шею и соски покрывали небольшие засосы и кровоподтёки, постепенно набухающие синим и красным. Всё тело было напряжено, демонстрируя в полной красе бугры мышц на руках, привязанных к спинке кровати, грудную клетку, резко поднимающуюся и опускающуюся в такт тяжелому дыханию. Член был напряжен и возбужден до предела, казалось только коснись, и он разразится семенем, как вулкан. Ноги Нила были широко разведены, словно он был готов принять в себя не только её пальцы, но и нечто большее. С губ то и дело срывались стоны, приглушенные кляпом, но тем не менее отчётливо слышимые. К чёрту мистера Альберта! К чёрту всё! Как она вообще могла так долго думать о другом, не замечая этой красоты рядом с собой?! Тёмный зверь внутри неё пробуждался всё сильнее, рвался наружу, требовал дать ему воли. Кенди страстно хотелось впиться в шею Нила с ещё большей силой! Хотелось вгрызться в его тело, в его плоть. Рвать ногтями, слизывая кровь, текущую из ранок. Разорвать грудную клетку, достать до самого сердца, такого горячего, и яростно пульсирующего... Так, стоп! Кенди в ужасе закрыла глаза руками. Всё тело сотрясала дрожь, простыня под ней уже намокла от её возбуждения. Нет, она ещё не сошла с ума, что бы вытворять такое! Это всё результат нервного перенапряжения! Ей бы следовало успокоиться, а ещё лучше кончить. Тогда подобные мысли больше не будут досаждать ей. Не думая ни о чём больше, Кенди просто насадилась на его член, впуская его в себя полностью. И ему и ей хватило всего нескольких толчков, что бы достигнуть оргазма. Кенди чувствовала, как горячее семя Нила заполняет её до самых краёв. Зверь внутри неё, что-то бурча, вновь свернулся клубочком и заснул. Плавая на волнах экстаза, она освобождала разум от всех переживаний, забот и мыслей. Как же ей было хорошо! Освободив Нила от кляпа и верёвки, они просто тихо лежали, держа друг друга в объятиях, и наслаждаясь теплом. Проваливаясь в сон, Кенди услышала над ухом: -Что произошло между тобой и мистером Уильямом? -С чего ты решил, что между нами что-то происходило? - сонно спросила она. -Кенди, думаешь, я ничего не понял? Ты сегодня весь вечер была какой-то отстранённой. Ты явно витала мыслями где-то в другом месте, но не со мной. Хоть ты и завязала мне глаза, но даже так я мог почувствовать твоё настроение. Меня всё время преследовало чувство, что лаская меня, ты думала о другом... Так, что между вами произошло? Поняв, что Нил так просто не отстанет, Кенди вздохнула, и принялась отвечать: -Дядюшка Уильям решил, наконец, выйти в свет. -То есть, мы все сможем увидеть его лицо? - Нил был явно удивлён — И с чего бы это? После стольких лет отшельничества? -Так хочет мадам Элрой. Уильям с ней согласился. Через две недели устроят пышный приём, в честь этого события, на который соберутся все более или менее значимые люди города. -Да уж, это будет знаменательное событие! Всех давно уже гложет любопытство, а теперь они смогут его удовлетворить. Но что в этом не нравится лично тебе, Кенди? -Просто я должна буду присутствовать на этом приёме. Причём не в качестве гостьи, а в качестве его дочери, и наследницы всего состояния Эндри. То есть не только дядюшка Уильям будет широко представлен публике, но и я. -И в чём проблема? -Нил, как же ты не понимаешь?! - Кенди села и прислонилась к спинке кровати — Я не люблю подобное! Не хочу быть объектом для пристального рассмотрения, я не музейный экспонат! Да, я периодически бываю на подобных мероприятиях, но мне всегда удавалось при этом оставаться в тени. Меня никто не замечал, кроме Анни, Арчи и Стира. И это было удобно. А теперь все снова обратят на меня внимание. Я буду в центре события, как... Как во время той охоты... А я этого не хочу. -Ты боишься, что во время приёма случится несчастье? - тихо спросил Нил. -Нет, не боюсь. - так же тихо ответила она — Просто из-за этого я стану известна всему городу. Уверена, что репортёры из газет будут фотографировать не только дядюшку, но и меня. Нил, пойми, у меня сейчас вполне устоявшаяся жизнь. У меня есть эта квартира, обычная работа, которая мне нравится. Я живу тихо и незаметно. Но если все в городе увидят моё истинное лицо и статус, если это увидят на работе... Всё полетит к чёрту. Как будут реагировать пациенты на то, что им ставит укол сама мисс Эндри? И не в качестве сестры милосердия из военно-полевого госпиталя, как это делают дочери царя, а в качестве обычной медсестры из больницы. Как на это отреагируют коллеги? Они-то обычные люди, которые зарабатывают на жизнь в поте лица. Зарплата медсестры небольшая, они все живут в бедности. Все, кроме меня. Я просто стану изгоем... А моя домовладелица? Она чудесная женщина, относящаяся ко мне, как к дочери, но она не поймёт, почему я живу тут, а не в личном особняке. Для них всех моя нынешняя жизнь — просто блажь богатейки. -С чего ты решила, что они так будут относиться к тебе? -Я знаю, потому что однажды такое уже было. - Кенди грустно вздохнула, и натянула на себя одеяло до самого подбородка — У нас в больнице была медсестра. Она стала для меня идеалом, такой, какой должна быть каждая из нас. Строгая и к себе, и к окружающим. Самоотверженная, не боящаяся ничего. Она посвятила этому делу всю себя. Я мечтала стать такой же, но... Однажды она узнала, что я из семьи Эндри. Я никогда не забуду того, с каким презрением она посмотрела на меня. Она сказала, что считала меня такой же как она, а я оказалась зажравшейся богачкой, которая просто развлекается, подрабатывая медсестрой. С тех пор она больше не воспринимала меня всерьёз. Она считала, что для меня это всё просто игра. Когда я решила уйти на фронт... Краем глаза Кенди заметила, как при этих словах вздрогнул Нил. В его глазах явно читался страх за неё. -...Она остановила меня, и вызвалась на моё место. Я пыталась объяснить ей, что мне это необходимо, и что за меня, если со мной что-то случится в бою, не кому будет переживать, так как я сирота и у меня никого нет. Но она и слушать меня не захотела. Она сказала, что ей это гораздо нужнее, что у неё куча братьев и сестёр, и отец-пьяница. Что только так она сможет получить необходимый для неё статус, что бы потом устроиться на работу в лучшие больницы. Что ей это необходимо для выживания, в то время как для меня это просто забава. Что рано или поздно мне это надоест, и я вернусь обратно в свой круг общества. Она так и не поняла меня. Нил сел рядом с ней, и приобнял её за плечи. Кенди положила голову ему на плечо. -Она бы никогда не поняла тебя. - сказал Нил, поглаживая её по голове — Она из тех, кто считает, что богачи это просто кучка бесполезных людей, что целыми днями развлекаются в своё удовольствие. Она не понимает, что деньги не падают на нас с неба, и что мы не владеем бездонными колодцами полными благ. Для поддержания нашего статуса нужно огромное количество денег, и эти деньги нам приходится зарабатывать. Поэтому у нашей семьи много предприятий, банков и прочего. Со временем я тоже стану работать на свою семью, сначала помогая отцу, а потом и вместо него. А эта медсестра тебе просто завидует. Для того что бы выжить она тоже работает в поте лица, но если бы она заняла твоё место, то сразу бы бросила свою работу. Ведь зачем работать, если ты такой богатый? Она бы стала вести чисто праздный образ жизни, продолжая не понимать тебя... Кенди почувствовала, как Нил поцеловал её макушку. Было приятно, и как-то успокаивающе. -...Но в тоже время в кое чём она была права.... Кенди с удивлением посмотрела на него. -...Зачем ты пыталась сбежать на фронт? С чего ты решила, что ты одна и у тебя никого нет, Кенди? Даже если не считать меня, то у тебя же есть друзья! Подруги! Разве ты когда-нибудь была одна? Да, ты вполне самостоятельна, но ты никогда не была одинока! -Э... Это произошло после того, как я рассталась с Терри... - прошептала она. -А, ну тогда понятно! - усмехнулся он — И всё же я рад, что та медсестра смогла отговорить тебя. Ты могла бы погибнуть или покалечиться! И всё из-за такой ерунды. -Это не ерунда! - попыталась возразить она. -Нет, ерунда! Оно того не стоило. И не спорь со мной! - сказав это, Нил уложил её и сам лёг рядом — А теперь спокойной ночи, Кенди! Я люблю тебя. Кенди улыбнулась в ответ и закрыла глаза.