You must be near!!!

Многие из будущих солдат тосковали по дому. И Джон был не исключением. Он не так скучал по дому, как по Шерлоку и это так же его медленно убивало, но он все равно старался оставаться спокойным, а всю свою внутреннюю боль показывать на боях или на других тренировках. Сегодня их начали учить стрелять с автоматов по мишеням. Мишени, а то есть манекены, были действительно как живые люди и Ватсон просто не мог нажать на курок, отложив автомат и покинув тренировку. Осев на землю возле корпуса, где они жили, парень вздохнул. Это было просто невыносимо. Он просто сидел, обняв колени и положив на них голову, чтобы не видеть этого кошмара, который каждый раз мелькает перед глазами. Успокоить Ватсона смогли не сразу, но на тренировку он все равно не пошел. Вечером они развели костер посреди леса, который был по периметру всей базы. Блондин сразу же вызвался играть на гитаре, чтобы отдохнуть хотя бы душой от всего, что с ним происходило. Песня вышла даже слишком чувственная, что их старшина, волевой и сильный мужчина, просто опустил глаза, поджав губы, не в силах посмотреть на кого-то. Чтобы сменить атмосферу, юноше пришлось играть более весёлые и спокойные мотивы, а потом его научили некоторым военным, кстати, не менее красивым, песням. После всего этого, они уже пошли отдыхать, но Джон все равно чувствовал безумный холод внутри. Ему от всего этого хотелось заснуть вечным сном и никогда не просыпаться, но вновь и вновь, каждое утро, их будили, чтобы они снова выполняли свои обязанности. Письмо пришло ближе к вечеру, и парень был рад любой весточке от Шерлока. Читая письмо, он улыбнулся, когда нашёл ещё там книгу и дал себе обещание прочитать её как можно скорее, что и сделал буквально за два дня. До того, как отправить ответ, он нашёл здесь фотоаппарат, а благодаря тому, что Джон был уже в неплохих отношениях со старшиной, ему разрешили воспользоваться им. Блондина сфотографировали на фоне танка и Ватсон даже сквозь фотографию хотел передать теплую улыбку своему возлюбленному. " Любимый мистер Холмс, Я рад, что у тебя есть какое-то занятие, даже если это касается ускорения смертной казни. Действительно очень мило. Книга просто шикарная, прочитал буквально за два дня и остался доволен, мне очень понравилось. Сейчас нас стали загружать очень сильно, просто чудо, что я могу ещё писать письма, так как руки после этого просто отпадают. К письму прилагается фотография, которая была сделана тут. Пусть у тебя будет хоть частичка меня. И скажи, мне ведь идёт военная форма? Надеюсь, что за эти дни ты никак себе не навредил, иначе я просто не вынесу того, что сейчас слишком далеко. Лично твой сорт апельсинов, что мы так любим, Джон Ватсон." Шерлок был словно в забвении. Хоть он и писал Джону, что у него все хорошо, он просто не мог написать, что все даже слишком плохо. Что он бросил университет, почти не выходит из дома, не ест, не спит, вообще ничего. Просто существование, которое не несет за собой никакого особого смысла. День ото дня, все одно и то же, и как всегда гению даже не хочется побежать и найти себе приключений, чтобы избавиться от скуки. Ему не хочется ничего. Ничего без Джона... С каждым днем парень чувствовал как ему все хуже и хуже, но не находил ни в чем для себя утешения. Разве что кроме писем возлюбленного, которые хоть как-то держали его. Прочитав очередное письмо, Холмс, поджав губы, провел пальцем по фотографии, неотрывно смотря на своего любимого в форме на протяжении около получаса, замечая в нем абсолютно любые изменения лишь из фото... Это сводило с ума. Абсолютно... и постепенно Шерлок догадывался, к чему это может его привести. Сейчас от подобных мыслей было страшно. Но Холмс знал, что страх пройдет. "Любимый мистер Ватсон, Рад, что книга тебе понравилась. Долго думал, какую именно прислать и прекрасно то, что ты в ней не разочаровался, а совсем наоборот. Ох, мне очень жаль, что ты так устаешь, правда, я никогда не пойму всего того, что происходит в нашем военном подразделении... Тебе безумно идет эта форма, ты у меня самый красивый военный, правда. Нет, не волнуйся Джон, со мной все абсолютно в порядке, я работаю, сижу над делами и экспериментами. Как и всегда. Все хорошо, правда... Твой быстрый полет в горах Швейцарии на рождество, Шерлок Холмс" День за днём, а поездка в Афганистан все приближалась, словно пропасть, в которую Джон скоро упадёт и оттуда не будет пути назад. Но он смирился. Смирился так же, как и другие ребята, которые просто приняли свою участь, даже не задумываясь о последствиях. Только благодаря занятиям юноша не сходил с ума. Хотя он мог от отчаяния просто сидеть ночью в кровати, словно статуя, стеклянным взглядом смотреть перед собой, а любые комментарии по этому поводу от своих соседей он просто пропускал. Даже не задумываясь над их смыслом, что парню нужен отдых и если он будет сонный и не собранный, то за это могут дать нагоняй. И все же, блондину было плевать. Даже в таком растерянном состоянии он продолжал занимать одну из лучших позиций, что его очень подвело, вместе с его товарищем, который разделял эту самую позицию. Он как раз читал ответное письмо от Шерлока, когда к нему пришел старшина и отвел его в свой кабинет, где уже ждал его новый знакомый. - Вы побили все рекорды с военной подготовкой, так что я не вижу смысла держать вас тут двоих, так что… Был отдан приказ отправить вас завтра в Афганистан, где вы будете выполнять обязанности уже подготовленных солдат. Эти слова просто убили обоих. Они были подавлены, но не расстроены. Как бы они не старались тянуть этот срок, но время все равно было беспощадно к ним, а сейчас его ещё больше сократили и отправляют их на тропу войны уже завтра. Они ничего не сказали. Они, молча отсалютировали, и вышли из кабинета. Все так же молча. Ни говоря, ни слова, лишь глубоко вздыхая по пути. На вопросы их соседей по комнате они лишь говорили, что скоро встретятся, пусть немного подождут. Блондин просто не знал, как написать хоть что-то в этом состоянии. Это было угнетающее чувство, но он смог найти в себе силы. " Любимый мистер Холмс, Сейчас все более или менее хорошо. Меня повысили в статусе, и я теперь… солдат. Как бы мне того не хотелось, но завтра меня и моего товарища уже отправляют в Афганистан, так как уже не видят смысла нас держать тут, а там мы принесем больше пользы. Так что, я просто не знаю, как быть с доставкой писем. Это будет очень долгий процесс, ведь там особо и на месте одном нельзя будет долго стоять. Я тебя очень прошу, дождись меня. Чтобы не единой царапины на тебе не было, когда я приеду. Надеюсь, на твоё благоразумие и с нетерпением жду от тебя ответа, в котором ты скажешь, как у тебя дела. Твой военный врач, Джон Ватсон. " В один из дней, на удивление самого Шерлока, у него появилась гостья. Приехала Молли. Холмс, в надежде, что это почтальон, прибежал, распахивая дверь, и лишь разочарованно выдохнул. А девушка ужаснулась состоянию парня и быстро шагнула в дом. На протяжении часа она пыталась хоть как-то вернуть Шерлока в нормальное состояние, заставила того сходить в ванну, приготовила поесть и также заставила Шерлока есть. И сказала, что будет доставать каждый день, если Холмс, наконец, не возьмет себя в руки. И Шерлок собрался. Он не знал, насколько это, насколько еще хватит этого его второго дыхания. Нет, калечить он себя не собирался, это было слишком просто, да и физическая боль нисколько не заглушала моральную, так что в этом не было никакого смысла. Мисисс Хадсон сдавала квартиру в Лондоне на Бейкер стрит. И не в силах более выносить фантомов Джона дома, натиск воспоминаний, Шерлок переехал туда, к тому же оплата была не такая высокая, оттого что он помог женщине. Письмо от Джона повергло Холмса в ужас и он не мог написать ответ несколько часов, пытаясь, справится с истерикой, чтобы руки не тряслись... "Любимый мистер Ватсон, Я.... честно говоря, не знаю, что тебе на это написать. Но думаю, ты прекрасно итак понимаешь, что я чувствую. Ты никогда не был достоин подобного ада... Я дождусь, я клянусь, что дождусь тебя, во чтобы то ни стало. Без тебя все равно ничему нет смысла. Весь мир для меня стал абсолютно серым... Я отыскал нам с тобой прекрасную квартиру в Лондоне, которую сдает мисисс Хадсон и цена вполне приемлема. Думаю, тебе бы там очень понравилось. В университете я узнал, что тебе зачтут службу как практику военного врача, поэтому по возвращению, ты уже будешь с дипломом на руках. Я....даже не знаю, что еще написать, я искренне надеюсь, что у тебя все будет хорошо, прошу, береги и ты себя. Я с нетерпением буду ждать каждого твоего письма. Пиши лишь как сможешь, я в любом случае буду ждать. Я люблю тебя. Твой мастер дедукции, Шерлок Холмс" На следующий день, как и полагалось, им выделили вертолёт и постепенно начали перенаправление в Афганистан, где будут проходить все военные действия, но перед самой посадкой ему отдали последнее письмо от Шерлока, которое ещё могло прийти на базу. Прочитав его, он подавил приступ дикой боли и аккуратно свернул бумагу, затем положив её в карман на груди, где находилось сердце. Они ничего не говорили. Абсолютное молчание. Но оно не было давящим или угнетающим. Снова обычное смирение с их судьбой, так что, прикрыв глаза и откинувшись на спинку сидения, они так просидели целый полёт до самого Афганистана. Вот тут началась настоящая кровавая бойня. Как только они были на месте, им тут же вручили автоматы и отправили на поле боя, попутно объясняя всю стратегию. В первый же день. Автомат, пара слов, поле боя. Ничего больше. Джон видел много мёртвых тел. Было так же много раненных. Идти в наступление их пока никто не заставлял, а автоматы дали чтобы отбиваться, в случае опасности, а их главная задача - очищать путь от этих тел. Блондину досталась работа для живых и он буквально бегал за бинтами и нужными медикаментами, относя на себе ещё живых солдат в лагерь, где их можно было спасти. И он делал все, что было в его силах. Не сдавался, если он не смог спасти одного из раненных. Первый день. Самый ужасный день. Кошмар сбывается. Так прошла одна неделя. Много тел, крови, страданий. Так же прошла и вторая. Третья… Наконец, долгожданный перерыв. Обстрелы на пару дней закончились, и Джон смог вздохнуть спокойно, хоть это и длилось недолго. Они собирали вещи, чтобы отправиться на другое место, как вдруг было нападение террористов, которые принялись громить лагерь. Он увидел, как один из них хотел забрать жизнь его сослуживца. И, блондину не оставалось ничего другого, как взять автомат и… убить. Джон не задумывался об этом, пока не покинул лагерь вместе с выжившими. Только тогда он понял всю суть того, что он сделал, и это заставило его упасть духом. Ватсон был подавлен. Хоть он и спас жизнь, но отнял другую. Это было страшно. Он смог написать ответ только через два дня после этого, когда нашёл того, кто может отправить письмо в Англию и был просто рад этому. Найти бумагу было очень сложно, но Джон так же смог это сделать. " Любимый мистер Холмс, Идут недели сплошного ада. Никто из нас этого не заслуживает. Это страшно. Тут абсолютно все знают, на что идут. Все готовы к смерти, но продолжают бороться, ни смотря ни на что. Два дня назад я впервые убил человека. Отнял у него жизнь. Правда, этот человек так же хотел забрать жизнь у другого. Меня это убивает и я просто не знаю, что с собой делать. Но знаю, что это будет не последний случай. Если бы здесь не было войны, то пейзажи были бы очень красивыми. Красные пустыни, чистое и голубое небо. А видел бы ты звезды здесь. Это действительно нечто. Как ты там? Все хорошо? Миссис Хадсон ещё не сошла с ума? Вечно-тебя-любящий-солдат, Джон Ватсон. " Шерлок держался. Проходили недели, и он терпел боль внутри себя, как только мог. Раскрывал различные политические заговоры, которые ему давал Майкрофт, брался за любое дело, будь то даже мелкая кража. Он пытался жить дальше, в страхе, в боли, но дальше. Двигаться вперед, ради Джона. И каждый день ждал письма, не теряя надежды, хоть она и угасала, но Шерлок не давал ей совсем потухнуть. Он верил в то, что Джон справится. Но вот шли недели и Холмс совсем не смог выдерживать этого чувства, которое убивало его изнутри... -Простите за такое позднее беспокойство... - лепетала жутко взволнованная мисисс Хадсон, когда к ней зашел инспектор Скотланд Ярда. -Да ничего, это ведь моя работа, ну а в чем дело? -Я вообще привыкла, что Шерлок подолгу может засиживаться запертый, но прошли уже третьи сутки, а от него не звука...я боюсь как бы что плохое там не случилось... -Ладно, хорошо...стоп...Шерлок!? Господи, надеюсь это не тот Шерлок... - мужчина вздохнул и направился наверх. Ответа на стук не последовало, и он взломал дверь, проникая внутрь. В просторной гостиной у камина сидел прислонившись к стене худощавый парень, с отросшими черными кудрями, которые закрывали серебристые глаза. -Какого черта вламываться то? - он поднял взгляд и на лице появилась безумная, сумасшедшая улыбка - Лестрейд...ох, как же тебя время поменяло то...жениться собираешься, неплохо... - парень захихикал - Джон, это тот одноклассник о котором я тебе рассказывал... -Господи, что с тобой, Шерлок? Что за Джон?! - мужчина стал оглядываться, но никого не увидел. -Мой Джон...здесь, рядом со мной, ты его просто не видишь... - истерический смех, безумные глаза, глядящие в никуда и несколько кровавых точек на сгибе локтя. -Ах ты...придурок, до чего скатился! - Лестрейд присел около Шерлока, схватив того за подбородок и смотря в сильно суженые зрачки - Так, посидишь в камере отойдешь, а там поговорим, это статья черт тебя подери, Шерлок!!! Грег потащил Холмса в машину, увозя, а парень попутно всучил мисисс Хадсон письмо. А та уже знала, кому это отправить... Письмо сначала попало Майкрофту, а тот позаботился о том, чтобы его получил Джон. "Любимый мистер Ватсон, Война это всегда лишь смерть, Джон. Но я верю в то, что ты принесешь многим своим сослуживцам спасение и спасение для себя самого. Я верю в тебя всецело. Знаешь, я ведь никогда не был религиозен. Но я каждый день молюсь, чтобы с тобой все было хорошо. Любовь моя, не хватит слов и ручек, чтобы описать то, как мне за тебя страшно и как сильно я волнуюсь. Умоляю, береги себя. Я очень сильно люблю тебя. У меня все хорошо, мисисс Хадсон вполне терпеливая женщина и относится ко мне буквально как к сыну. Так что все в порядке. Не волнуйся обо мне, со мной, правда, все хорошо... Главное чтобы это было с тобой. Зависимый от одного военврача, Шерлок Холмс."