Музыка моей души

С того момента, как я научилась чувствовать музыку, на гимнастике стало намного легче. Правда тренер просила девочек соблюдать максимальную тишину на моих прогонах, дабы ничего не отвлекало меня. Когда настало время межшкольных соревнований, я выступала первым номером. Мне было очень страшно. А вдруг в этот раз я снова буду наедине со своей тишиной? Вдруг тренер забудет указать мне, когда стоит начинать упражнение? Другие девочки были абсолютно спокойны. Я же повзрослела слишком рано. Страх и волнение, присущие обычно только взрослым перед чем-то очень важным, вгрызались в сердце. И вот, я встаю в начальную позу, обняв обруч руками. Это упражнение я целиком и полностью хотела посвятить своей маме, поэтому музыку мне поменяли – в начале она выражала счастье и беззаботность, а позже переходила в глубокую грусть и увядала, затухая. Тренер машет рукой, подавая сигнал, символизирующий то, что начинает звучать моя музыка. Я уже легко чувствовала эти неуловимые людям вибрации, которые исходили от всего зала, резонирующий под ногами звук... Но вначале я стояла, прикрыв глаза на несколько мгновений. Позволяла тончайшим нитям звука наполнить меня. Твердо стоя на ногах, я каждой клеткой тела впитывала окружающую меня музыку. И вот, она звучит внутри, и я начинаю. Мое тело похоже на механизм, но, тем не менее, я действительно выражала эмоции, которые переполняли меня в этот момент. Я знала, какое движение за каким следует, но раньше я делала их без чувств, как марионетка, но теперь… Для меня не существовало ни зала, ни судей, никого. Я настроилась на единственно верную волну, и позволила ей подхватить меня и нести по течению. Последние движения: поворот в пассе, риск, и во время прыжка шагом поймать обруч. Я точно рассчитываю время и… Обруч оказывается в руке в последний момент, когда я уже перестаю «слышать» музыку, я опускаюсь на пол, и скручиваюсь клубочком, обнимая предмет. Риск был выполнен грязно, и я это прекрасно понимала. Но в этот момент вся автоматизированность пропала, я дала эмоциям, которые так долго таились внутри меня, выйти на волю. И вот что из этого вышло. Я была чрезвычайно расстроена, ведь раньше все получалось идеально. Уходя с ковра, я жестом сказала «спасибо» судьям, залу, поклонилась и быстрым шагом, почти на бегу, устремилась к тренеру. Елена Андреевна, вместо того чтобы ругать, сказала мне, что я сделала все отлично, при этом ее руки дрожали, но я хорошо рассмотрела каждое слово. Она плакала. Я только сейчас поняла, почему - пресловутые слёзы счастья, о которых я писала ранее. Елена Андреевна обняла меня, тепло улыбаясь, говорила что-то девочкам, но по губам читать я не могла. Позже мы наблюдали за выступлениями других девочек, я сделала еще и мяч, в этот раз без ошибок. Когда мы наблюдали за награждением, я не надеялась занять хоть какое-то место. Веры на этих соревнованиях не было, так как у нее были контрольные в школе, и мне было очень сложно сориентироваться. Да и сестра после смерти мамы проявляла все меньше энтузиазма в занятиях. Я догадывалась, что к чему, ведь вскоре на ее плечи ляжет ВСЯ забота обо мне, и осознавала, как Вере сейчас тяжело. Поэтому за ковром я стояла рядом с Еленой Андреевной, которая обнимала меня за плечи, все еще вытирая слезы. Мне даже нравилось, что мы можем спокойно общаться, никому не мешая, поэтому мы в подробностях обсудили мое упражнение, комментировали других девочек и строили догадки, кто же займет первое место. Когда рука Елены Андреевны указала на меня, я улыбнулась, ведь понимала, что глухонемой гимнастке не стать лучшей. Ответив, что шутка получилась смешной, я устремила взгляд на пьедестал. Его заполняли девочки в прекрасных ярких купальниках, они смеялись и перешептывались, судя по быстро меняющимся выражениям лиц. Осталось первое место по результатам общего зачета, и Елена Андреевна легонько толкнула вперед девочку, стоящую рядом. Она, подпрыгивая, побежала на пьедестал, а я опустила взгляд вниз. Ведь даже если ты догадываешься о том, что проиграл, поражение от этого менее горьким не становится. В последний момент, когда давали сертификат и маленький сувенир, девочка смутилась и посмотрела на Елену Андреевну и что-то сказала ей. Я же стояла, пытаясь не расплакаться. Было жаль потраченных сил, и хоть я знала, что эти старты всего лишь начало, обидно было по-настоящему. От грустных мыслей меня оторвала тренер, которая взяла меня за руку и потащила к пьедесталу, поставила рядом с Юлей (так звали девочку, которая вышла первой), и девушка-организатор вручила мне такой же диплом и маленькую коробочку с подарком. Я ничего не понимала, пока не заглянула в свой листок и листок Юли. По результатам мы обе заняли первое место. До сих пор не понимая, что все-таки происходит, я поклонилась, и, улыбаясь, осмотрела зал. Многие просто хлопали в ладоши, некоторые с откровенным непониманием уставились на меня. Я догадывалась, о чем они думают, но мне было абсолютно на это плевать. Ведь впервые в жизни я добилась чего-то своим трудом. Совсем не вовремя я вспомнила о маме. Как она была бы счастлива, увидев меня здесь! Но пусть люди подумают, что я плачу от того, что я очень рада. Ведь настоящих моих чувств они никогда не узнают.