Теперь я Молли

Северус прихватил губами сначала мою нижнюю губу, потом верхнюю. Я представляла наш первый поцелуй - было дело, ага - совсем другим. Мне казалось, что он будет напористым и жестким, а вовсе не нежным, как сейчас. Но, Мерлин, как же приятно... Я покрепче ухватила его за шею и провела языком по его губе. Хотела и по второй, но не успела - его язык тоже решил поучаствовать. А-ах!.. И вот я уже у него на коленях... И не могу понять - то ли сама вползла, то ли он меня притянул. Ну и неважно, потому что он так приятно гладит меня по бедрам, по талии, по спине. По голой коже, потому что платье задралось просто неприлично. М-м-м, снова по бедрам, по границе кожи и резинки чулка... И целует меня, целует... Я только держусь за него покрепче и целую в ответ. Вcе остальноe - пустое место, белый шум... Только две вещи - целовать и держаться. В голове шумит, пальцы дрожат... Сквозь шум я поняла, что он что-то говорит. Но не разобрала, что. Попытавшись сконцентрироваться, уловила одно слово - "наверх". Что наверх? Я открыла глаза - сама не заметила, когда они закрылись - и наткнулась на его взгляд. Такой черный, такой горячий. Да он хочет меня не меньше, чем я его! А наверх - это на второй этаж, я поняла. Вот ведь, а я и здесь была согласна, на диване. Но наверх так наверх. Я собралась с силами - а это было непросто: я ощущала себя то ли человеком без скелета, то ли куском теста - и сползла на пол. Та-ак, стоять на ногах, поправить платье, взять его за руку. Ох, как крепко меня держит! Да я-то никуда не денусь, не переживай. И уже почти на лестнице у меня случился небольшой приступ паники: а вдруг пока мы идем так далеко, аж в спальню, у него включится мозг со всеми его тараканами, и он передумает? И сбежит?! Надо срочно что-то делать! Я развернулась к нему всем корпусом, обхватила за шею, встала на цыпочки - да что ж он высокий-то такой! - и потянулась губами. Он не подвел: слегка наклонился и сам поцеловал. Так мы и поднимались - все время целуясь. "Как подростки" - мелькнула ехидная мыслишка и пропала. И друзей за собой позвала. В общем, когда мы добрались до кровати-стадиона, ни одной мысли не осталось - опять. Только откуда-то со стороны мозг отмечал происходящее, никак его не анализируя: как ловко Северус расстегивает "молнию" на моем магловском платье, как я пытаюсь справиться с его пуговицами... Я ведь как раз о них думала, когда учила заклинание для расстегивания, а сейчас, когда пора применять знания, у меня даже палочки нет. Наверное, она внизу осталась... Все это пролетало где-то в голове, но совершенно мимо сознания. К черту мысли! Ощущениям - да! Какой он горячий, какой тяжелый, как крепко меня держит... С меня одежду стащил вручную, от своей избавился заклинанием. Целуй меня, целуй, не переставай! Ой, кажется, я сказала это вслух... О-о-о... Если он немедленно не пойдет дальше, я все сделаю сама! Обхватила его руками и ногами, подалась вперед... Он все понял, мой догадливый... Да-а-а... Как же хорошо! Никуда тебя не отпущу! Только давай быстрее, что ж так медленно! Ну давай же, ты же тоже хочешь быстрее, я вижу! Да-да-да, вот так! М-м-м!.. Хочу так до бесконечности!.. Вдруг он еще ускорился и сбился с темпа... Замер, вцепившись в меня и с трудом переводя дыхание... Подожди! А я?.. Он отодвинулся в сторону и скользнул рукой прямо... Да-да-да! Вот здесь, здесь! Да мне все равно чем, лишь бы... А-ах!.. Да-а-а!.. Как там где-то было - я летаю, я в раю... Руки и ноги не слушаются, сил нет даже облизать губы. Потом почувствовала, как Северус разжимает мои пальцы. Оказывается, я вцепилась ему в шею, там, где она переходит в плечо. Больно, наверное, было. - Прости, - пробормотала и все-таки облизнула губы. Не знаю, понял он или нет, но привлек к себе и обнял. Как хорошо... Как он чудно пахнет... Я подняла глаза и поймала встревоженный взгляд. Что-то случилось? Вроде все хоро... А-а! Поняла. Он кончил раньше и теперь считает, что облажался. Ну иди сюда, мой хороший, я тебя утешу. Прижалась покрепче, прошептала: - Это было потрясающе! Правду ведь говорю! Не знаю, был ли у меня хоть раз секс лучше, чем этот. Даже горячий двадцатилетний греческий Дима меня так не радовал. Хотя дело не только в Северусе, подозреваю - не стоит сбрасывать со счетов знаменитый Моллин темперамент. А Северус, смотрю, расслабился, прижал меня покрепче. Ох, похоже, я как в той песне - умираю от нежности… - Мне уже давно этого хотелось, - призналась и потерлась подбородком о его плечо. - Отчего же так долго скромничала? - он фирменным образом выгнул бровь. Я даже возмутилась немного: - Я скромничала? А что надо было делать, чтобы не казаться скромной? Ведь ты же мужчина! Чуть было не ляпнула, что раз мужчина, то и должен был делать первый шаг, но сдержалась. Вдруг обидится? Но он понял недосказанное: - Это же только для тебя адюльтер, - так пристально глянул, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Вот, значит, как! - А для тебя что? - пробормотала я тихо-тихо, но он услышал. - А для меня твое внимание - большая честь, - он подтянул меня повыше и поцеловал. - Я ждал, пока ты решишься. Если бы ты передумала... это было бы твое право. Не хотел вмешиваться. Какой щепетильный, так его разтак! Я погладила его по плечам, провела ладонями по груди – и взвизгнула! Под моей рукой что-то пошевелилось! Он фыркнул: - Это просто татуировка, не бойся. Движущаяся картинка. Я вгляделась. Справа на груди была змейка, сжимающая и разжимающая кольца. Она открывала пасть и делала угрожающие движения в мою сторону, разве что не шипела. Никогда не понимала увлечения змеями! - Это какая-то защита? – в «Ведьмополитене» как-то видела статейку про магические защитные татуировки. - Она меня не цапнет? - Нет, не защита. Обычная татуировка. Ошибка молодости, - он пожал плечами и усмехнулся, а я все смотрела, как змеюка то распрямляет хвост, то закручивает его вокруг соска. Я зажмурилась – все-таки страшно! - и повторила ее движения языком. О! А вот и шипение, только не от змеи, а от хозяина. Он прижал меня к кровати, и… Как говорит одна моя подруга-театралка, антракт плавно перетек во второй акт. Северус крепко сжал меня, выдохнув "м-м-м", а потом отстранился и спросил: - Какое у тебя второе имя? Да Снейп просто топ один в хит-параде странных вопросов во время секса! - Катарина, - я впилась пальцами в его плечи. Пусть болтает что хочет, лишь бы продолжал! Рванулась вперед и услышала его шепот: - Да, Катарина! Обдумаю это позже, ах-х-х... Уже засыпая, я спросила: - Почему Катарина? Он косо посмотрел. Вижу, что не хочет отвечать, но интересно же, чем ему имя "Молли" не угодило. - Не хочу называть тебя, как Уизли. Что-то я весь вечер умираю от нежности. Я проснулась посреди ночи от того, что замерзли ноги. Не могу спать, если не укрыта хотя бы тоненькой простынкой - такая вот привычка. А тут почти все одеяло намотал на себя Северус, мне остался совсем небольшой уголок. И даже не снятые чулки не спасли. Я улыбнулась. Интересно, они ему понравились или просто не мешали? А теперь вопрос: как бы сходить в туалет? Надевать платье не хочется: еще проснется мой возлюбленный и решит, что я потихоньку сбегаю. Лишних простыней или нет, или они тоже где-то в коконе вокруг Северуса. Идти голышом страшновато - вдруг он проснется, а я тут в таком виде. Хотя что он тут еще не видел-то. Эх, была - не была! Возвращаясь, я сверлила Северуса взглядом: спит - не спит? Видно было плохо, упрятанные за лепниной светильники давали мягкий и рассеянный свет. В шаге от кровати я было выдохнула, но в эту же секунду распахнулись черные глаза, а из кокона выбрались руки. Конечно, я тут же вспыхнула. Вся. Проклятая белая кожа! Рыжие постоянно страдают больше других. Руки тем временем потянулись ко мне, сграбастали и подтащили к кровати. Глаза казались очень черными, то ли из-за освещения, то ли Северус был не против продолжить вчерашнее... хм-м... времяпрепровождение. Он окинул меня таким взглядом, что я бы точно покраснела, если бы было еще куда. Но я и так напоминала цветом спортивную форму своих оболтусов, разве что за исключением золота. - Как интересно, - пробормотал он, поглаживая пальцами мой лобок. Лучше бы молчал! У меня и так мурашки от его голоса, а уж теперь... - Давно хотел рассмотреть такое поближе, - тем временем продолжил он и говорить, и гладить. Не поняла. Что он там новое для себя увидел? Ни в жизнь не поверю, что... А-а-а! Моя, так сказать, "стрижка под ноль" оказалась новой, видимо. Ну да, носительницы панталон вполне могут не заморачиваться на такие мелочи. Ой! Кажется, осмотр закончен. Переходим непосредственно к процедурам... Я сидела на кухне Ракушки, пила чай и разглядывала штурвал на стене. Ну как разглядывала? Просто смотрела в то место, где он висит, а сама глупо улыбалась и вспоминала... Северус унесся в шесть утра. Ему нужно было аппарировать в Хогсмид, пешочком дотопать до школы, спуститься к себе и уже оттуда начать новый день. Как я поняла, ночные отлучки не были для него редкостью, но возвращаться нужно было до общешкольного подъема. Я все понимаю, взрослый одинокий мужчина... Но очень уж интересно, куда он таскается по ночам! И, главное, куда будет таскаться теперь. Утро прошло очень мило, хоть и впопыхах. Не было никакой неловкости, все было так естественно. Я поохала над синяками на его плечах. Серьезно, все плечи у бедного мужика усеяны синими точками - следами моих цепких пальчиков. И чего я так в него вцеплялась-то, прямо садо-мазо какое-то. А он сказал, что не будет сводить синяки, чтобы вспоминать о том, как они появились. О-о-о... Я положила голову на стол и почти замурчала. Ни за что бы не подумала, что он будет говорить такое. Хотя... полагаю, можно считать, что наше знакомство перешло на новый уровень. Я бы так еще долго сидела и мечтала, но в окно стала биться сова. Я удивилась - дом скрыт, как сова меня нашла - но потом узнала теткину птицу. Ну-ка, что там принесла эта нахалка. "Здравствуй, дорогая племянница! Надеюсь, ты как следует отдохнула и oтменно повеселилась, но пора и делом заняться. В среду идем к Мораг."