За кадром

Он вышел в темный, мокрый от дождя переулок. Фонарей здесь совсем нет, тьма непроглядная. По памяти знал, что слева - мусорные баки, справа - стена с узким проходом. Никто сюда и не сунется, ведь об этом месте, об этом секретном способе сбежать с очередной пьянки от глупых фанаток, методично напивающихся под одобрительные крики уже нетрезвых парней, знал только он и организатор сегодняшнего баттла. В этом клубе они проходят часто, и он не в первый раз так делает. Сегодня был просто бомбезный вечер. Он наконец-таки уделал мелкого сопливого педика, вечно возникающего в его сторону. Пацан получил свой поединок и остался ни с чем. Мирон унизил его конкретно, ведь таким злым он еще не был никогда. Он и сам не знал, что на него нашло, но захотелось втоптать в землю паршивца из Риги. Вынул сигарету, чиркнул зажигалкой. Внезапно за мусорным баком послышался шорох. Взбесившись окончательно, Федоров подскочил к месту звуков и замер. На грязном асфальте, почти в луже, сидел, прижав колени к груди, уперевшись спиной в стену дома, Василенко. Насквозь промокший от дождя, он тупо смотрел вперед. Потом поднял измученные глаза на подошедшего и спросил: - Оксанчик, ты ли это? Мир не ответил. Он резко схватил парнишку за шиворот, поставил на ноги и отвесил первый удар в ухо. Денис лишь усмехнулся, будто не почувствовал боли. Тогда Окс просто сорвался и начал жестоко херачить его по всем частям тела, лишь стараясь не дать упасть. Лицо Джонни превратилось в сплошное кровавое месиво, но он продолжал безвольно сгибаться под тяжелыми ударами. Кровь лилась отовсюду, раны и ссадины раскрасили тело. Он начал падать, но поднимался, и вновь падал. Федоров не мог остановиться. Последний удар пришелся под дых. Дэн упал, закашлялся кровью и тихо произнес: - Какого хуя я тебя люблю?... Мир застыл в ступоре. Потом резко развернулся и пошел прочь из заветного места. В голове было только окровавленное тело Василенко.