After storm

- Макс, ты почему ничего не ешь? Я вышла из собственных мыслей. Уже два дня я "вела себя странно", как считали девушки. Наверное, я до сих пор не отошла от того, что могло случиться. Я ощущала себя настолько плохо, что даже не трогала дневник. Это напрягало Хлою, она за меня волновалась. Конечно, они ничего не знали. Стал бы нормальный человек рассказывать людям, что их могли взять под арест? Нет, никогда в жизни. Вот и я не стала. - Макс? - переспросила Хлоя. - Всё нормально, просто не хочу. - Ты уже практически двое суток не ела, хотя бы немного... - Нет, - я встала из-за стола, - я не хочу. Простите, я отлучусь. Когда я начала подниматься по лестнице, то увидела Чарли, обхватившую голову обеими руками, и Хлою, выгибающуюся на стуле. Надо вести себя более естественно, хотя бы обнимать их по утрам. Я не хочу, чтобы они что-то напридумывали себе и волновались еще больше. Я села на свое излюбленное место у окна. Здесь было спокойнее всего, поэтому Чарли мне даже кресло сюда притащила. Оно было мягким, тёплым, и будто обнимало меня, тем самым успокаивая. Мне нравилось сидеть на нём по-турецки, сложив руки на груди, кутаясь в кофту или плед. Осень уже захватила всю улицу, деревья были золотистого цвета, а листья, медленно и завораживающе падавшие на мокрый от утреннего дождя асфальт, создавали атмосферу детской сказки, которая влечёт как родителей, так и студентов, спешащих на занятия, их преподавателей, работников различных служб, даже бездельников, прогульщиков и бездомных, сидящих около различных кафе. Наверное, на это можно смотреть вечно, жаль, что ни уставшая Чарли, кажущаяся забитой, ни Хлоя, которую сейчас заботит только то, что со мной происходит, не видят всего этого великолепия и не понимают, как прекрасно смотреть на осенний пейзаж за окном. В дверь постучались. Это Прайс, ставлю всё, что у меня есть. Дверь аккуратно открывается, и, конечно, я угадала. Просто я уже была в будущем, а потом отмотала время до этого момента, а никто и не заметил. Шучу, просто я привыкла за эти два дня, что Хлоя так заходит в комнату. Та взяла табуретку, стоявшую в углу, и, поставив её передо мной, села: - Мы можем поговорить? - немного взволнованно спросила девушка. Я уже практически сорок восемь часов не давала ей себя обнять, поцеловать или тому подобное. Не понимаю себя иногда. Поэтому я протянула ей руку, подняла её с табуретки, усадила в кресло легким толчком и залезла к ней на колени. Моя любимая улыбнулась. Впервые за это время. Я обняла её шею и прижалась к ней, чтобы она не смогла меня бросить. Хлоя обвила свои руки вокруг моей талии, и только после этого я ответила: - Конечно, о чём хочешь, кроме моего состояния. Она покосилась на меня: конечно, именно это ей и было интересно. После вздоха я поняла, что есть ещё какая-то тема: - Почему ты так поступаешь со мной? - жалобно спросила она, что было ей совсем не свойственно. - Ты о чём? - Ты же видишь, как я терзаю себя, как пытаюсь понять, что с тобой, хочу помочь. Но ты отвергаешь все мои попытки, это очень больно. Я не говорю обычно о том, что я чувствую, сама знаешь. Но сейчас мне невероятно обидно от твоего поведения. Я отвела глаза, сейчас мне стало неудобно перед ней, ведь я и правда всё видела. Когда я отодвинула голову, она обняла меня ещё крепче, чтобы я не посмела куда-либо уйти. - Я сама не понимаю, что со мной происходит. - Тебя будто подменили, но сейчас я вижу ту Макс, которая всегда была рядом со мной, - она положила мне одну ладонь на лицо и немного потискала за щёку, отчего я легко засмеялась. - Если не хочешь говорить, что такое, то хотя бы вот так улыбайся. Прошу тебя. Я улыбнулась. Если она хочет, то я буду это делать. - Прости, я вела себя, как сука... - Моя сучка, - ухмыльнулась Хлоя, - только моя. Мы просидели в обнимку ещё минут пятнадцать. Я, по обыкновению, уткнулась ей носом в шею. Когда я начала засыпать, девушка произнесла: - Красиво на улице, никогда не замечала, - я улыбнулась от её слов. - Кстати, ты хотела поговорить о Чарли. С ней что-то не так? - Я... Я не знаю, понимаешь, - вздохнула я, - в той реальности, которая случилась бы, если я ответила на звонок матери, Чарли частично призналась в убийстве. Молчи, сначала я говорю. А до этого я нашла в пустой комнате её старые фотографии, на которых есть её брат Чак. Он её старше на три года, вроде. Там же я нашла конверт с фотографиями, на которых было одно и то же название - "последний раз". В конверте было четыре карточки: Чак, родители Чарли, собака и какая-то девушка. На всех стояли даты, и, что меня насторожило, это всегда было двадцать первое число месяца. У Чака и девушки она просит прощения за что-то. Первый "последний раз" был в десятом году, а последний в двенадцатом. Хлоя, я ничего не понимаю, но я не верю, что она могла кого-то убить. Она ведь не могла? Ещё она говорила, что очень хорошо знает Джейка, потому что была с ним близка. Я поступаю сейчас как хрен знает кто, низко по отношению к Чарли, но я просто переживаю за неё... - Тихо, - оборвала меня Хлоя, - успокойся. Если тебе кажется это всё важным, то мы разберемся, я обещаю тебе. - Точно? - я посмотрела ей в глаза. - Да, иначе я не пират-Хлоя, - твёрдо произнесла она. Я переместила правую ногу так, что её ноги оказались между моих. - Я тебя люблю, - прошептала я и поцеловала её. Когда Хлоя совсем загорелась от поцелуя и начала прижимать меня к себе сильнее, я резко отстранилась и натянула шапку ей на лицо, из-за чего она меня моментально выпустила. Я воспользовалась этими трёмя секундами её слепоты и выбежала из комнаты, начала спускаться по лестнице, но Хлоя всегда была быстрее меня. Она в два прыжка оказалась рядом, сразу же прижала меня к стене и отвлекла долгим поцелуем. Во время него она взяла мои ладони в свои и раздвинула мои руки по стене над головой, отпустила и положила одну свою на спину, а вторую на ляжки. Через мгновение я почувствовала, что я уже не на земле: Хлоя держала меня на руках. - Опусти меня! - запищала я, но Прайс даже не думала выполнять мою просьбу. Напротив, она начала подбрасывать меня на руках и ловить. Хлоя делала это очень аккуратно, чтобы я не упала. Когда она прекратила, то понесла обратно в нашу комнату, бросила на кровать и нависла надо мной. Я немного подтянулась, но Прайс оказалась проворнее: немного наклонившись, она поцеловала меня. В этот момент я резко дёрнула её вбок. И вот наверху уже я. Сев ровно, я почувствовала, как её руки схватили меня за талию и тянут к себе. Я начала сопротивляться, а потом наклонилась и сама поцеловала Хлою в шею. Она вернула меня в ровно-сидячее положение и присела сама, лизнув меня за ухом, отчего я засмеялась и бросила её назад на кровать. - Лучше бы ты меня покусала, чем вылизывала, - отшутилась от неё я. - Обязательно, но в следующий раз. Она лежала, удовлетворённо глядя на меня. Я снова наклонилась и поцеловала её, но эта извращенка не упустила возможности засунуть мне в рот свой язык. Как всегда, в этот момент мы услышали с первого этажа: - Эй, я дома. Хлоя моментально отстранилась от меня, прислушиваясь к шагам внизу. - Убью, это ж надо так вовремя прийти, - недовольно произнесла она. Я улыбнулась, положила свои ладони на её ключицы и провела ими до спины, девушка снова потянулась ко мне, но я спрыгнула с кровати, игриво выпалив: - Потом продолжим! Я вышла на кухню, Чарли раскладывала какие-то продукты в холодильник. Когда она увидела меня, то с надеждой улыбнулась. Я обняла её, отчего Эндем, видимо, опешила. Она с удивлением посмотрела на меня, а я ей ответила: - Все хорошо, прости, что заставила волноваться, - она снова улыбнулась. - Кстати, твой день рождения через три дня, что тебе подарить? - Откуда ты знаешь, что через три? Мне ничего не нужно, честно. - Посмотрим, - весело сказала я. В этот момент спустилась Хлоя, всё ещё немного злая. Но когда она увидела, что я обнимаю Чарли, то вообще прошла мимо нас. Я отпустила красноволосую и подошла к моей девочке. Я обняла её за шею и тихо прошептала: - Не злись, потом обязательно продолжим. - Иди к Чарли, меня не надо трогать, - обиженно произнесла она. В последний раз она так обиделась, когда я ответила на звонок Кейт ещё в Аркадии. - А ну не дуйся. Ты можешь делать со мной всё, что пожелаешь. Я права? Девушка улыбнулась. Конечно права, конечно. "18.10. Дневник, я устала, но должна же я отметиться, что еще жива. Улыбаемся, Хлоя ревнует. Это даже приятно в какой-то степени. Только если бы ревновала она не к Чарли. Кстати, пират пообещал, что мы с этим разберёмся. Нет сил писать.

До новой записи, Макс Колфилд, Калифорния, Ричмонд, 20:40"