After storm

Следующее утро было адом. Хлоя не могла прийти в чувство и спокойно себя вести, Чарли не хотела ни с кем говорить и просто лежала на диване. Как потом мне все объяснила Хлоя, когда я вчера уснула у нее на плече, она отнесла меня в нашу комнату, а, вернувшись, поговорила об этом всем с уставшей Чарли. Если тогда была просто вымотана, то теперь она убита. Не думала, что они будут переживать так сильно. Хорошо, что Хлоя не знает об угрозах в их адрес, тогда все было бы еще хуже. Супер-идиот-Макс. Мы практически не разговаривали до обеда. В конце концов Эндем позвала меня и Прайс, чтобы обсудить, что мы будем делать дальше. — Макс, что тебе будет если ты не поедешь домой? — строго спросила она. — Я никуда не поеду. — отрезала я. — Главное, чтобы нам не было с этого ничего. — Почему мы не можем поехать с тобой? — вступила в разговор Хлоя. — Вы мне навредите, как считают мои родители. Поэтому я должна приехать одна. Но без вас я никуда. — Мы можем жить отдельно. — предложила Чарли. — Нет, они все равно узнают. — У тебя есть другие предложения? — немного раздраженно спросила Хлоя. — Да. Я просто никуда не еду. И вы тоже. Чарли посмотрела на Хлою, а та сложила руки на груди и опустила голову. — Если все будет нормально, тогда ладно, я согласна. — произнесла она после недолгого молчания. — Вот и отлично, — сказала я, — я наверх, зовите, если что. Я вошла в комнату, взяла фотографии, сделанные за последние дни и начала их изучать. Главное — не фокусироваться, чтобы не попасть в прошлое. Хлоя за рулем, та самая ночь. Чарли в прихожей. А вот они валяются на полу. Здесь — придуриваются. Я сижу и улыбаюсь. Хорошо, что они рядом. Я была около окна, поэтому, когда встала, увидела машины полиции и людей в форме, которые шли к нашему дому. В тот же момент я бросила все фотографии в сумку и ломанулась на лестницу, откуда прокричала: — Копы! Прячьтесь, быстро. Чарли моментально среагировала на мой крик и встала около двери с… пистолетом?! Хлоя держалась за ручку двери, а мне велела хотя бы немного подняться по лестнице. Как только я исполнила приказ, дверь начали выламывать, но Хлоя резко открыла ее, только все пошло не по плану — никто не упал. В дом моментально вбежали несколько мужчин, лишили Чарли пистолета одним ударом по рукам и бросили ее на пол, приказав положить руки за голову. Двое других заломили руки Хлое так, что она вскрикнула от боли, и бросили на пол рядом с подругой. Мне было больно на это смотреть. Офицер повернулся ко мне и спросил: — Максин Колфилд? — Да. — робко ответила я. — Передайте спасибо Вашей матери за помощь в поимке наркоторговцев и убийцы, — отдал мне честь офицер. — Теперь пройдите с нами в отделение и дайте на них показания. Нас завели в какую-то комнату. Чарли и Хлоя были в наручниках. Эндем сидела тихо, будто понимая, за что ее задержали. Я не могла думать, что она кого-то убила, ее оклеветали, я уверена. Прайс смотрела только на меня и, когда поворачивалась в ее сторону, улыбалась. Точнее, дела подобие улыбки. Простите, что вы здесь… В комнату зашел офицер и какой-то человек в белой рубашке и очках. Мне сразу вспомнился Джефферсон. Я подсела ближе к Хлое, чтобы меньше волноваться.  — Здравствуйте, я Марк Ленсли, следователь. Говорить будет только Максин Колфид. Итак, Макс, Вам известно о какой-либо противозаконной деятельности Чарльз Эндем и Хлои Прайс? — Нет, — твердо отвечаю я.  — Предупреждаю, Вы не должны мне врать. Это не обернётся для Вас ничем хорошим.  — Ответ прежний, сэр. Следователь откинулся на спинку стула. Он немного нервно щелкал пальцами правой руки. Прошло примерно полминуты, после чего он привстал и посмотрел на меня сквозь стёкла своих очков:  — Как давно вы находитесь в Ричмонде? Я двинулась ещё ближе к Хлое, а она немного закрыла меня плечом, как бы защищая от допроса. Сейчас я понимала, что я могу как спасти девушек, так и окончательно подписать им приговор. Я не хочу больше ошибаться.  — Около трех дней, сэр. В висках пульсировала кровь, я чувствовала, что он специально нагнетает обстановку. Что же, надо быть спокойной. Он положил ладонь на стол, постучал по нему и задал свой следующий вопрос:  — Как давно вы знакомы с Хлоей Прайс? — он уверенно окинул нас взглядом.  — Не могу сказать точно, — невозмутимо ответила я.  — Повторяю вопрос, как давно…  — Я не могу сказать точно. По-моему я это уже говорила, не так ли? — Ленсли слегка прищурил глаза, удивлённый моей дерзостью.  — Назовите приблизительную дату. Хлоя немного двинула локтем, чтобы задеть меня. Я немного успокоилась:  — Больше семи лет, наверное. Следователь ухмыльнулся.  — То есть вы были знакомы, когда были ещё детьми? Я кивнула, сразу получив новый вопрос:  — Была ли у мисс Прайс предрасположенность к наркотикам?  — Никак нет, мистер Ленсли, за это я могу ручаться. Я услышала, как сидевшая в отдалении Чарли прокашлялась. Я увидела её лицо в тусклом свете лампы, и мне вспомнилась проявочная. Даже передернуло.  — Что насчет мисс Эндем? Как давно вы знакомы?  — Визуально — эти три дня, но Хлоя много рассказывала мне о ней, — соврала я. Казалось, что мы с Чарли знакомы целую вечность.  — Как же Вы тогда можете быть уверены в чистоте совести Чарльз, с чужих слов, если Вы знаете её всего пару дней?  — Но я уверена, она невиновна, она хороший человек, — попробовала спокойно возразить я, но мой голос дрогнул, выдав меня. Я хочу в это верить. — Гм, ладно, оставим это… И в каких отношениях вы состоите с подозреваемыми?  — Чисто дружеских, сэр, — улыбнулась я. — Сейчас я зачитаю протокол с обвинениями, Вы можете меня прервать, если что-то покажется Вам ошибочным. Итак, Чарльз Эндем, прозвища: Псина. Задержана 15.10.2013. Задержание произошло по подозрению в убийстве, незаконном хранение наркотических средств и их продаже, незаконном хранении оружия. Чарльз Анна Эндем является совершеннолетним лицом, несущем ответственность за свои действия. Психических отклонений не наблюдается. Чарли просто сидела молча все это время, не паникуя, просто опустив голову. Неужели она и правда совершила все это?  — Далее, Хлоя Прайс, прозвища: неизвестно…  — Бульдог… — тихо буркнула она, надеясь, что ее не услышат.  — Мы впишем это в протокол, мисс Прайс. Задержана 15.10.2013. Задержание произошло по подозрениям в незаконном хранении, употреблении и продаже наркотиков. Хлоя Элизабет Прайс является совершеннолетним лицом, несущим ответственность за свои действия. Психических отклонений не наблюдается, — следователь выдыхнул. — Протокол составлен верно? Все молчат. Конечно, никто ни в чем не признается. Но если они сейчас ничего не скажут, их проблемы будут больше.  — Простите, — тихо говорю я, все поворачивают головы на меня, - сэр, я отрицаю хранение и продажу наркотиков обеими девушками.  — Мы рассмотрим ваше показание. А теперь этих двоих в камеру, а Максин может быть свободна до среды, суд будет 17 октября.  — Можно поговорить с Максин? — гордо произнесла Хлоя, вставая со скамейки. — Нет, только перед судом, либо во время посещения. Я взяла Хлою за руки и посмотрела ей в глаза. Там появились слезы. Она наклонилась, чтобы поцеловать меня, но в этот момент ее оттащили те двое полицейских, и повели в сторону двери.  — Макс, я тебя люблю! Это было последнее, что я услышала.  — Долбанная наркоманка, совсем с ума сошла. Простите ее, в тюрьме ей мозги промоют, — обратился ко мне офицер. Мне искренне захотелось прописать ему в челюсть. Я повернулась к Чарли, которая ждала двух полицейских, чтобы те отвели ее в камеру. Поймав мой взгляд, она как обычно спокойно сказала:  — Не бойся, я присмотрю за Хлоей, с ней все будет хорошо, — я улыбнулась от ее слов.  — За собой тоже присмотри. Держитесь там. Я попробую вас вытащить.  — Меня не сможешь, а вот свою девушку — вполне. Главное, это придумать как. Я в тебя верю. В этот момент в комнату вошли полицейские и взяли Чарли под руки, та высвободилась из их хваток, показав, что дойдет сама. Когда она проходила мимо меня, то чуть слышно шепнула:  — Береги себя, может, еще встретимся. Я вышла из полицейского участка. Я не плакала, я ничего не чувствовала. От меня отняли две мои живые части. Даже не отняли, а оторвали. И теперь все внутри изливается кровью, но боль не чувствуется, потому что она слишком сильная. Я достала мобильник и послала СМСку маме: «Никогда больше не ждите. Макс». Постояв еще минуту, я двинулась в сторону дома. Дверь оказалась открыта и я собрала кое-какие вещи, взяла немного денег и написала еще одно сообщение: «Кейти, встреть меня, скоро буду в Орегоне». Скоро я вас вытащу, все будет хорошо. Я стою в аэропорту Сан-Франциско. Билет уже куплен. Досмотр пройден, главное, это успеть на завтрашний самолет назад. Вот мы уже в воздухе. Я проспала практически весь путь. Еще полчаса и я встречу Кейт. Эта мысль, как бальзам на душу. Честно? Я полетела только ради этого. А еще я хочу ей все рассказать, хоть это и глупо. Вот я и в Орегоне. Столько людей встречает своих друзей, родственников. Я глазами ищу Кейт, еще старомодную прическу. Вот она. Я с места срываюсь и бегу ее обнимать.  — Макс! Я тебе так рада!  — Я тоже тебе рада, — улыбаюсь я.  — Что такое? Что-то случилось. Это утверждение. — Поехали к тебе домой, там я все расскажу.  — Вот ты сейчас смеешься? — Кейт сидела с чашкой в руке уже минут пять и смотрела на меня, как на психопата. — Нет, хоть и считаешь меня сейчас придурком.  — Я просто не верю в подобное. Я задумалась. В окне я увидела улицу с большим количеством людей.  — Я могу тебе сказать, что произойдет за окном в ближайшие тридцать секунд. — Хм, ладно, тогда я поверю, — сказала Кейт, ставя чашку на тумбочку. Макс, ты же обещала себе, больше никаких перемещений во времени. Но сейчас все будет нормально. Я уверена. Я стою у окна тридцать секунд, как и договорились. Парень падает с велосипеда, к нему подбегает девушка, дает пощечину, уходит, а его закрывает машина, но видно, как он встает. Все, запомнила. Я вытягиваю правую руку, напрягаю. Снова эти проклятые ощущения. Вот Кейт снова встает рядом, а я говорю:  — Тот парень упадет с велосипеда, к нему подбежит вон та девушка, даст пощечину, уйдет, а его закроет машина, но будет видно, как он встанет. Все происходит точно так, как я сказала, и я вижу, как лицо Кейт теряет усмешку и превращается в удивленное:  — Ты можешь… — Да, теперь ты мне веришь?  — Конечно верю. Но как тебе это поможет вытащить из тюрьмы девочек? — заинтересованно спросила Кейт.  — Фокусировка на фотографиях. Мне надо будет предупредить их о звонке моей матери заранее, чтобы они не дали мне ответить, а лучше вообще выключили телефон, вот так я избавлюсь от этого звонка, — легко разъяснила я. — Как думаешь, сработает?  — Возможно, не я твой компаньон в путешествиях во времени, — улыбнулась девушка, - но, если хочешь, я могу поехать с тобой. — Да, хочу, — улыбнулась ей я.  Всю ночь мы провели болтая о какой-то хрени, но меня это успокоило, как ни странно. Я даже не сделала записей в дневнике. На утро мы уже были в аэропорту, готовые к вылету. Правда до рейса было еще полтора часа. Полет прошел незаметно, а вот дорога из Сан-Франциско до Ричмонда — немного взволновано. Кейт пыталась меня успокоить, но я начала сомневаться в собственном плане, ведь я помню, как вышло в первый раз.  — Макс, в Аркадии Бэй ты была Супер-Макс, значит ты смогла, и здесь сможешь. Я в тебя верю, сделай это ради них, да прибудет Бог с тобой. Я улыбнулась. Хорошо, что я ей не рассказала про нас с Хлоей, иначе бы она хотела сжечь меня на костре, наверно. От этой тупой мысли мне стало смешно. Чувство юмора у тебя зашибись, Макс… Мы приехали к временной тюрьме, месту, где ожидают суда. Кейт сказала, что подождет меня в коридоре, обняла и пожелала удачи. Я вошла в комнату для разговоров с заключенными. Там уже сидели Чарли и Хлоя. Когда я зашла, они обе улыбнулись, как идиотки и проводили такими взглядами прямо до стула. На обеих уже была оранжевая одежда, видимо, офицер настоял. Итак не послушные волосы Чарли были еще больше растрепаны, чем обычно, а у Хлои отобрали ее любимую шапку.  — Ее можешь снимать только ты, — добро сказала она, увидев, куда я смотрю.  — Этот офицер назвал тебя долбанутой наркоманкой.  — Да пошел он, — резко отрезала Хлоя.  — Голубки, Макс вроде не за этим пришла, — вмешалась Чарли. — Да, простите, — я достала фотографию Чарли с пиццей, которую я сделала в тот вечер, - вот. Девушки вопросительно посмотрели сначала на меня, а потом на фотографию. — И?  — Хлоя, не тупи. Это шанс вас спасти. До нее дошло, что я имею в виду. Она вздохнула:  — Ты уверена? — Да. — Хорошо, что нам надо сделать?  — Сейчас ничего. Чарли смотрела то на меня, то на Хлою. Конечно, она не понимала, о чем мы.  — Чарли, ты потом все поймешь, честно, — улыбаясь, произнесла я, —, а сейчас ответь мне на один вопрос. Ты убивала кого-то?  — Не собственными руками, — пробормотала она, отводя взгляд.  — Хорошо, хоть честно. Я взяла Хлою за руку и начала фокусироваться на фотографии. Послышались голоса, шумы, вспышка, Чарли снова идет с коробками пиццы в руках. Мы садимся есть, я тихо говорю:  — Сейчас мне позвонит Кейт, я поговорю с ней, а потом отберите у меня телефон, перепишите ее номер и выкиньте телефон к чертям, ясно?  — Опять? — недоумевает Хлоя.  — Только чтобы спасти вас. Звонит телефон, а я возвращаюсь во вторник, 16ое октября. Чарли и Хлоя курят в саду. Время как раз то, когда я пришла к ним в камеру. Супер-Макс, ты жжешь. Но больше никаких использований сил. И надо будет поговорить с Чарли. Но не сегодня. И не завтра. Нужно поймать момент, как в фотографии. «16.10. Дневник, я опять косячу. Точнее, пользуюсь силами. Я не хотела, но ситуация меня вынудила. И во время этой ситуации я спросила у Чарли, убивала ли она кого-то? Она ответила слишком не однозначно, что меня напрягает. Я не верю, что она могла такое сделать. Зато я встретилась с Кейт в альтернативном исходе событий, теперь надо будет ей написать, чтобы мы встретились. Никак не могу понять, кого Чарли мне напоминает. Еще я увидела, что я правда важна Хлое и Чарли. Они расстроились из-за того, что мне велели ехать назад к родителям. Хотя, расстроены — это очень мягко сказано. Чувствую, мне надо больше фотографировать, чтобы спасать шкуры этих двоих. Потому что без Хлои я не могу уснуть, а без Чарли дом не будет домом.

До следующей записи, Макс Колфилд, Калифорния, Ричмонд, 19:59.»