After storm

Чья-то грубая ладонь легонько потрепала меня по щеке. Никакой реакции, я слишком устала и хочу домой. Второй раз ладонь была грубее… Ну как, со звоном пощечину залепила. Я стиснула зубы и повернулась на бок. Не хотелось смотреть ни на кого. Только вот рука так не думала. Длинные пальцы коснулись моего плеча и надавили на него. Я поддалась и снова развернулась лицом к свету, который ослеплял, не щадя глаза. Странно, но я не сопротивлялась. Пусть слепит. Так я хотя бы не вижу человека, нависшего надо мной. Судя по силуэту, это очередная девушка. Кто? Не знаю и не планирую узнавать. Две теплые, немного потные, но по прежнему грубые ладони мягко легли на мои щеки. Моей реакцией был лишь стон. Больше я ничего не могла из себя выдавить. Девушка надо мной начала наклоняться медленно и немного робко, будто разглядывала меня. Я прищурилась и распознала пару знакомых черт лица, прическа. От мысли, что это Хлоя, стало как-то легче, обстановка чуточку разрядилась. Но что-то было не так: не было татуировок, синего цвета на волосах, царапин и шрамов, хоть и небольших. Абсолютное чистое тело, несущественная вещь для Хлои. Прайс добро смотрела на меня, на ее губах появилось подобие улыбки. — Это все так странно. Ты молчишь, — тихо прошептала я. Девушка спокойно подняла брови и убрала руки с моих щек. От улыбки не осталось и следа. Она приподнялась так, что свет снова начал бить в глаза. Она и правда не проронила ни слова за все это время. Ее светлые волосы упали на лицо, она убрала их рукой. Ее голубые глаза смотрели не понятно куда. Что-то не так. — Скажи что-нибудь, — а в ответ тишина, — Прайс. — она молчит и смотрит в пол. Она медленно помотала головой. — Не можешь? Девушка встала, сложила руки на груди и отвернулась, постояла с минуту, а потом сделала пару шагов в сторону откуда-то взявшихся бумаг. Блондинка достала из рукава ручку и начала что-то писать. Через пару секунд ее писания по бумаге Прайс вскочила и быстро подлетела ко мне. Она вытянула руки и тыкнула мне бумажкой чуть ли не в самый нос. Я немного оторопела, но взяла листок и начала читать: «Сколько ты еще будешь тупить? Это все уже поняли. Я не могу говорить, немая я.» Я удивленно подняла глаза и открыла рот. Хлоя же просто начала кивать, поглядывая на меня. — Нет-нет-нет, как так возможно? Ты же говоришь, — на это она отрицательно замотала головой. — Погоди… Ты внутреннее Я Хлои, да? —девушка активно закивала. — Господи, наконец-то я что-то поняла в этом сне! — я вскинула руки к потолку, пока внутренняя Прайс снова застрочила по бумажке, а затем развернула ко мне: «Пиздец рада за тебя, может, мне объяснишь?» — Это сложно, давай, в другой раз, — выпалила я и встала, схватила за руки напротив сидящую девушку. — Как тут дальше идти? Я домой хочу, Хлоя, домой. Блондинка выдохнула и указала куда-то в сторону. Я кивнула и побежала, даже не смотря куда.

***

Аркадия Бэй… Маяк… И Рейчел, сидящая на камне. Точь в точь, как во снах Чарли. Видеть ее не хочу. А говорить мы будем сейчас либо о ней, либо о Хлое, от которой я только что ушла. Я кашлянула, дабы привлечь внимание русоволосой. Та повернулась сначала с удивлением, но потом на лице появилась улыбка. Эмбер встала с камня, подошла ко мне и обняла. Какое-то… странное ощущение. Такого не было раньше. — Так, я сразу спрашиваю, ты внутреннее Я или настоящая? — сразу спросила я, отстраняясь от девушки. Та подняла палец и выдавила из себя: — Настоящая, но без тела… — она подумала и быстро добавила, — пока что. — Фух, хоть кто-то настоящий. А то блин, Чарльз усыпляет, Макс… — Чарли сделала это из благих намерений! — кто бы сомневался… — Она вообще все старается сделать для того, чтобы мы все отсюда выбрались. — Да-да… — Я тебе серьезно. Это и Хлоя, и Кейт подтвердит…- сейчас мне очень захотелось либо ее заткнуть, либо самой оглохнуть. Очень захотелось. — …в общем, она прелесть. — Ага, — я выдавила из себя улыбку и посмотрела на русую. — Я совсем как влюбленная дура выгляжу? — я медленно кивнула. — Как тринадцатилетняя? —и снова. — А это при других очень заметно? — я отрицательно закачала головой. — Хоть что-то радует. А, думаешь, мы сможем с ней быть парой в настоящей жизни? — Почему нет? — мне уже искренне начинает это надоедать, но что поделать. — А вдруг она не захочет? — Рейчел посмотрела на меня, а затем резко отвела взгляд. — Знаю, это все так глупо. Но ты же знаешь, как прекрасно чувствовать на своих руках тепло близкого тебе человека, которого ты искренне любишь? Конечно, знаешь. Все это чувствовали когда-то, обнимая другого. А я…, а мне приходится сдерживать остатки этого тепла на кончиках пальцев. Хватаюсь за последнюю надежду, так сказать. Думаешь, я кому-то реально нужна мертвой? Нет, нахер я всем сдалась. Поэтому я боюсь… начать жить снова. Зона комфорта, такая хрень. Макс, мне страшно, что она меня оставит, как и все вы. — Не оставим, — улыбнулась я, на сей раз искренне, — правда. — Я надеюсь. Можно я еще поговорю о Чарли? — с надеждой спросила Рейчел. Видимо, ей было реально одиноко. — Конечно… Ты, может, не знаешь, но она пишет стихи, — я не знаю зачем, но я ляпнула это, уже не откатить, — они довольно-таки тяжелые. — При тебе она хоть раз писала? — с интересом узнавала все новое Эмбер. — Нет, но… — Значит, пишет ночью. Писать стихи по ночам — вдвойне странно, если этого не для кого делать. Я пробовала просто, — она мило улыбнулась и отвела взгляд. Что-то в ней есть. Точнее, я начинаю понимать Чарльз тогда, когда она только познакомилась с Рейчел. Ее невозможно заткнуть, но она невероятно милая, когда смущается. И я сто процентов уверена, что она об этом знает. — Рейчел… — Да-да? — Как мне идти дальше? — я немного смутилась, ведь, не удобно же. — А, — она махнула рукой в сторону. — Просто сделай пару шагов влево и радуйся.

***

Комната. Какого-то подростка, что не трудно понять по хламу. При чем такое ощущение, что я знаю эту комнату… Я повернула голову и увидела хозяйку этих «хором». Чарльз… человек, которого я хочу видеть меньше всего сейчас. Усыпить меня. Как она додумалась? Девушка медленно встала и повернула голову в мою сторону. — Привет, — ее губы легко дрогнули. А я лишь молчала в ответ. Мне нечего ей сказать. — Макс… это ради… — Я знаю, как и всегда, — я сложила руки на груди и насупилась. Еще и ради моего блага, ага. Чарльз сделала пару шагов в мою сторону и протянула ко мне руку. — Не трогай меня, Эндем! — я вскрикнула и отошла от подруги. В ее зеленых глазах, вроде как, появились слезы, но уже через секунду я поняла, что это лишь иллюзия. Чарльз выдохнула и села на кровать. Я ее задела. Задела фразой, тоном, тем, что назвала по фамилии. В общем, всем. — Хорошо, не буду, — выдавила из себя девушка, смотря в пол. Она уперла голову о руки, запускала пальцы в свои короткие рыжие волосы. А я… я просто смотрела на нее, больше мне ничего не оставалось, как стоять по среди комнаты, сложив руки на груди. Пустым взглядом я изучала помещение и понимала только одно — это комната типичного убитого подростка. Вроде, она непринужденная, но обстановка нагнеталась запахом недавно выкуренного косяка, полной темнотой и молчанием Чарли. Всегда неприятно, когда рядом с тобой есть человек, ты чувствуешь его присутствие, а он, зараза этакий, молчит и смотрит в одну точку. Мне стало немного не по себе, неудобно перед Чарльз…, но она сама виновата, заслужила. — Макс… — девушка медленно встала и пошла в мою сторону. Я захотела отдернуться, отойти в угол, сбежать от нее, но не смогла сделать и шага в сторону, я сама рвалась к ней, к этой большой и доброй сестренке. Именно поэтому, когда ее большие руки заключили меня в объятья, прижали к родному и такому знакомому телу, я просто вдохнула ее запах, — кофе, сигарет и какого-то одеколона, — и закрыла глаза от удовольствия. Мне ее не хватало. — Прости меня за все, пожалуйста, — красные концы рыжих волос немного резали глаза, потому что сочетание цветов, как оказалось, не лучшее. Высокая грубо сжала мою спину, но я не подала и виду, и выдохнула. Глубоко выдохнула, так, что ее мощные плечи задели каким-то образом мои, но только лишь на секунду — затем она встрепенулась и встала ровно. — Я правда перед тобой виновата, — она громко сглотнула, — за очень многое… — Ты меня прости, — я говорила это как можно искренне, но, почему-то, выдавливала слова из себя, будто признаться в этом было невероятным позором. На лице рыжей появилась дрожащая улыбка, которую я заметила лишь краем глаза, потому что по-прежнему прижималась к девушке. Казалось, одно резкое и неловкое движение может прогнать эту улыбку, разбить объятия, оттолкнуть от себя эту прекрасную девушку. — Чарли… прости меня, хорошо? — Мы обе неплохо накосячили. Просто забудем об этом и начнем жить заново, пойдет? — Эндем отстранилась от меня и посмотрела прямо в глаза своим веселящим и добрым взглядом, а я почувствовала, как к глазам подступают слезы счастья, но показывать их не хотелось, поэтому я быстро кивнула и снова прижалась к рыжей сестренке 185 сантиметров ростом и с татуировками, которые, наверное, что-то означают. Господи, как же я скучала по ней. Чарльз немного приподняла меня и поцеловала в щеку своими сухими губами. Затем нахмурила брови и отодвинулась, как бы я не сопротивлялась. — Ты плачешь? — Глупый вопрос, когда ты смотришь на мое заплаканное личико, — с улыбкой выдавила я. — Пора идти отсюда… — Согласна. После Вас, мисс Колфилд, — девушка выкинула правую руку в сторону. — Практически миссис Прайс, не путайте, — фыркнула я и сделала шаг в сторону.

***

— Макс? Макс? — я открыла глаза, но тут же сомкнула их — свет был слишком яркий. Родной голос перебился чьим —то смехом, визгом счастья. Я снова открыла глаза и увидела голубые… Прайс, засранка, как же я тебя люблю. — Макс, мы дома, — выдавила из себя с улыбкой девушка, — мы живы, Макс!