Болезнь Спока

Спок потер пальцами виски и начал медленно массировать их круговыми движениями, стараясь сдержать нарастающую головную боль. Это движение было нелогично, но пульсация в лучшем случае отвлекала его, а в худшем — причиняла боль. Он сложил руки на столе, уперся лбом в ладонь и закрыл глаза. Странно, что у него вообще болела голова. Боль, безусловно, не была незнакома ему. Он провел слишком много лет в кресле первого офицера на корабле под командованием самого нелогичного человека в Звездном Флоте, чтобы быть непривычным к боли. Это был небольшой побочный эффект от работы с капитаном, который не верил в существование безвыходных ситуаций. Он мог перечислить десяток серьезных ранений, полученных им в предыдущие три месяца: ожог кислотой, перелом руки, временная слепота... и это было лишь началом списка. Так почему же из всех этих вещей именно головная боль выводила его из строя? Это было нелогично. Спок поднял голову с рук и взял свой PADD. Он сделал для капитана половину звездной карты, и, хотя не было необходимости заканчивать ее к определенному сроку, Спок предпочитал выполнять такие обязанности заранее. Если обнаружится какая-либо ошибка, начав выполнять задачу раньше, он сможет вовремя ее исправить. Эффективность всегда была лучшим выбором. Он продолжал вносить изменения еще десять минут, пока не столкнулся с еще одной неопровержимой истиной: его головная боль мешала работе. Вероятность ошибки увеличивалась с шести до десяти процентов. Спок тихо вздохнул и отложил ручку. На дисплее высвечивалось время — 2300. Почти все уже спят в этот час. Медицинский персонал занят вспышкой болезни, поэтому они сейчас работают круглосуточно. Кирк отпустил его с мостика в 2147, сказав, чтобы он закончил свои обязанности пораньше и отдохнул. Они работали на чистом адреналине последние пять дней, пытаясь уйти от космического шторма. Для него это не было серьезным неудобством, но стресс остальных членов экипажа был заметен. Несколько планет пострадало от штормовых волн, и Энтерпрайз должна была помочь им с восстановлением. Космический шторм стих, но команда была рада когда на горизонте замаячила увольнительная. Спока не привлекало увольнение на берег. Мысль о непрерывной медитации была гораздо заманчивей. Вулканский транс был гораздо лучше неприятностей, которые капитан Кирк найдет на планете во время отпуска. Спок откинулся назад и прижал два пальца к вискам. Это не помогло, боль не утихала. Кто-то звонил в дверь. Спок поднял голову, положив руки на стол. — Войдите. Ухура вошла в комнату. Ее лицо застыло в нечитаемой маске, что не сулило ничего хорошего в плане ее настроения. Спок насторожился и поднял бровью надеясь услышать объяснения от нее. — Кирк только что получил приказ от Звездного Флота. Помнишь Джемму VII? — спросила она, сняв сапоги и пнув их подальше. Спок кивнул. — Астероид рядом с Катрин IV. Жизни нет, класс N, много плутония и драгоценностей. — Да, — сказала Ухура, растянувшись на постели Спока и уставившись в потолок с каменным выражением лица. — Как выяснилось, буря задела Джемму и это отразилось на производстве. А горнодобывающая промышленность в приоритете. Брови Спока сошлись на переносице. — Энтерпрайз не предназначена… — Для добычи руды, я знаю, — перебила Ухура. — Мы будем грузовым кораблем следующие три недели. Спок, словно разделяя эмоции четырех сотен людей на борту корабля, почти застонал от этой новости. Грузовые перевозки означали, что увольнительная откладывается. Хотя Спока не привлекал отдых на берегу, для него это была неделя без суеты, таймлайна и с минимальным количеством людей вокруг. Но как бы то ни было, он просто принял новости, смотря, как Ухура кладет руку на глаза. — Это наш долг — помогать планетам Федерации при необходимости, — напомнил Спок. Ухура посмотрела на него взглядом, в котором Спок распознал сильное раздражение. — Я знаю это, Спок, не цитируй мне Устав. Спок поднял бровь, прежде чем подняться на ноги. Его головная боль и не думала проходить, и он чувствовал себя сильно уставшим. На мгновенье ему показалось, что мир качнулся вокруг него. Приступ прошел быстро, но Спок успел схватиться за стол. — Спок? Спок вопросительно посмотрел на Ухуру. — С тобой все в порядке? — У меня закружилась голова на секунду, — признался Спок, — но сейчас я чувствую себя удовлетворительно. Возможно, здесь слишком тепло, и мое тело не может это компенсировать. — Я как раз хотел спросить об этом. Тут жарко, как в печи. Девяносто градусов* еще можно вынести, но сейчас тут жутко душно. — Ухура отвела прядь волос с лица. — Я повысил температуру до ста пяти градусов**, — ответил Спок. — Я чувствовал себя замерзшим ранее. Однако изменение температуры не дало заметного эффекта, и я могу изменить ее на комфортную тебе. — Его голос замер на вопросительной интонации. Ухура села, внимательно глядя на него. — Спок, ты уверен, что ты в порядке? Ты выглядишь уставшим. Спок поднял бровь, глядя в зеркало. Он был бледнее, чем обычно, а на лице начал выступать пот. Возможно, в комнате действительно слишком жарко, чтобы он мог компенсировать это. Обычно ему было комфортно при девяносто трех градусах***. Несмотря на то, что его тело реагировало как на перегрев, ему было непривычно холодно. Он сожалел о сорвавшемся отпуске, несмотря на всю логику. Но он все еще мог войти в медитативный транс, чтобы сбалансировать организм. — Я рассматривал варианты отдыха, когда ты пришла, — сказал он, шагая к термостату и регулируя температуру. — Мой первый приоритет — звуковой душ, а потом сон. — Хорошо. Когда ты спал последний раз? — спросила Ухура, поднимаясь с кровати. — Три целых семь десятых дня назад, — автоматически ответил Спок, когда Ухура обняла его. Он позволил себе наклониться вперед, чтобы ее тепло охватило его. — Спок, — произнесла она назидательным тоном. — Сон не был необходим, — приглушенно ответил он. — Он необходим каждому, и ты это знаешь, Спок. Не борись с тем, что логично. — Спок коротко вздохнул и она отпустила его. — Иди в душ и в постель. Спок снова поднял бровь. Он был уверен, что вопрос читался на его лице: ты присоединишься ко мне? — Думаю, я смогу тебя согреть, — ответила Ухура, возвращаясь к кровати. — Логично, — ответил Спок. — Я вернусь через восемь и три десятых минуты. Как выяснилось, через восемь и три десятых минуты он едва смог дойти до кровати от усталости. В последнюю минуту они решил принять традиционный, а не звуковой душ, и из-за горячей воды его тело налилось тяжестью. Все что он хотел — забраться в постель и спокойно спать до утра. Пульсирующая боль в голове не уходила, и крепко заснуть так и не удалось. Когда он проснулся, было три часа ночи, и его желудок бурлил. Он снял с себя руку Ухуры, которую она перекинула через его бок, и опустил ее к себе за спину. Нажав рукой на глаза, и вцепившись пальцами в воротник рубашки, он медленно вздохнул, восстанавливая контроль над собой. Но как бы то ни было, он понял, что настало время для визита к доктору Маккою. И Спок был уверен, что доктор будет доволен собой минимум месяц.