Болезнь Спока

— Черт! — Капитан, вы так предсказуемы, что я могу просчитать все ваши действия, — сказал Спок, сдвигая шахматную фигуру на верхнем уровне. — Мат. — Нет, это потому что ты… сидишь и играешь в шахматы с компьютером, когда тебе скучно, — пробормотал Кирк, убирая фигуры и расставляя их заново. — Еще раз. — Капитан, прошла половина Бета-смены. Вы должны вернуться в каюту и отдохнуть. — И еще Боунс убьет меня, если узнает, что я заставил тебя играть в шахматы. Но мне плевать, — возразил Кирк, продолжая выставлять фигуры. — Я не утруждаю себя, капитан, — сказал Спок. Он держал свое слово и не покидал постель. Это заставляло Спока чувствовать себя невероятно непродуктивным, но он знал, что доктор Маккой был прав. Ему не пойдет на пользу, если он перенапряжет себя до того, как окончательно поправится. Так что он спал, и когда Кирк пришел к нему в конце Альфа-смены, начал шахматный турнир с ним. — Это был тонкий вулканский намек на то, что я сосу в шахматах, если ты говоришь буквально, — сказал Кирк, сдвигая пешку. — Конечно я говорил буквально, — ответил Спок, отвечая своим ходом. — Конечно, — пробормотал Кирк, закатив глаза с усмешкой. Что бы он ни собирался добавить, его прервал такой широкий зевок, что Спок поднял бровь. Кирк, прикрыв рот одной рукой, другой махнул в его сторону. — Ты можешь обыграть меня только потому, что я устал. — Я упомянул, что вам было бы целесообразно отдохнуть. Кирк откинулся на спинку кровати и со стоном потянулся. — Сон это так скучно, Спок. Я… Ой! — Кирк потерял равновесие и с шумом упал с кровати. Обе брови Спока взлетели вверх. — Капитан? Вы пострадали? — Физически я в порядке. Однако моя гордость… — Кирк замолчал, не делая попыток сесть. — Черт, наверное, мне и правда надо пойти поспать. Я не смогу выиграть эту тупую партию, пока не высплюсь. — Не понимаю, как можно охарактеризовать шахматную партию как лишенную интеллекта. — Любой, кто играет против вас имеет шанс в семьдесят два процента ощутить себя “лишенным интеллекта” под конец, — ответил Кирк. — Сочту это за комплимент, капитан. Кирк фыркнул. На полу было какое-то движение, но Кирк не поднялся. Спок не обращал на это внимания, пока переставлял шахматы на тумбочку рядом с кроватью. Когда он закончил, и осмотрелся, то понял, что Кирк все еще на полу. — Капитан, вы уверены, что не пострадали? — Да. Я просто хочу полежать тут пару минут. Пол и правда удобный. Спок не прокомментировал это, так же, как ничего не сказал, услышав храп Кирка несколько минут спустя. Спок просто подавил желание закатить глаза… вулканцы не использовали этот чисто человеческий жест… и, свернувшись калачиком под одеялом, положил подушку поверх уха. **** — Хорошо, что вы вернулись, коммандер, — сказал Кирк, когда Спок вышел из турболифта на мостик. — Капитан, вы составляли мне компанию последние три дня, — сказал Спок, подходя к научной станции. — Между нами не было отсутствия связи. Кирк улыбнулся и откинулся в кресле. — Хорошо, что вы вернулись на мостик, мистер Спок. — Думаю, верным ответом будет “я рад вернуться, капитан”. Двери турболифта открылись. — Черт возьми, Спок, я с тобой разговаривал! — сказал Маккой, выходя на мостик. Кирк усмехнулся и отвернулся к главному экрану. Его плечи тряслись от беззвучного смеха. Маккой кинул на него взгляд, который люди называли “яростным”. — Мое присутствие было необходимо на мостике, — ровно ответил Спок, сосредоточив внимание на экране перед собой. — Прямо сейчас — не необходимо, — ответил Маккой. — Доктор, я был в вашем распоряжении последние три дня. Я высоко ценю ваши услуги, но, уверяю вас, я в порядке. — “Мои услуги”? Я что, по-твоему, проститутка? — отрезал Маккой. — Я не разрешал тебе покидать лазарет. — Я был не в лазарете. — Ты знаешь, что я имею ввиду, зеленокровный гоблин… — пробормотал он, закатывая глаза. — Я не давал разрешения покидать каюту. Спок посмотрел на Маккоя через весь мостик. — Я не болен. Моя температура вернулась к тридцати двум и восьми десятым. Я чувствую себя абсолютно здоровым. Я даже накопил избыток сна и способен бодрствовать дольше, чем обычно. — Ага, это просто замечательно, Спок, — ответил Маккой. — Черт, Джим, он проводит с тобой слишком много времени, и начинает вести себя также, как ты. Спок сильно нахмурился. У Маккоя была поразительная способность говорить людям вещи, которые действовали им на нервы. Он покинул лазарет лишь для того, чтобы озвучить, что Спок действовал как Джеймс Кирк. ...Действовал ли он так же, или нет? Определенно нет. Спок сосредоточился на одном из экранов и нахмурился, читая информацию с него. — Капитан, от звезды в следующем квадранте исходит необычное количество радиации. — Правда? Неужели, что-то происходит в этом месте кроме транспортировки руды и Ригелианской лихорадки? — Кирк подошел к нему и заглянул в экран через плечо. — Замечательно, — вставил Маккой. — Не знаю, как ты, но я хотел бы в отпуск. — Да-да, Боунс, после того, как закончится эта чертовщина с грузами, — ответил Джим, наклоняясь ближе. Спок отодвинулся в сторону. — Ваша близость к экрану не изменит показаний излучения, капитан. Кирк улыбнулся и откинулся назад. — К сожалению. Наконец-то появилось развлечение кроме игры в шахматы с тобой. — Он повернулся и практически упал в свое кресло. — Сулу, ложись на курс вокруг этой звезды. Спок, я хочу больше данных по ней. — Да дайте мне хоть одну чертову минутку… — начал Маккой. — Боунс, спустись в лазарет и приготовься при необходимости принять людей с ближайших планет с радиационным облучением. — Просто замечательно. Спок, не дави на него! — с этими словами Маккой повернулся к турболифту. — Я не “давлю его”, доктор, — сказал Спок, сосредоточившись на радиационной аномалии. — Ухура, свяжитесь с лотерианской группой на планете. Спок, мне нужно знать, вошла ли радиация в атмосферу. — Я рассчитываю расстояние, которое она прошла. Мне требуется время для анализа, — ответил Спок. Может быть, Маккой был прав, говоря, что он похож на капитана Кирка? Пока Спок не был рядом с этой эмоциональностью, сентиментальностью, безрассудностью, гиперактивностью, дерзостью… всем тем, что делало капитана Кирка капитаном Кирком… Спок вынужден был признать, что он очень… скучал по событиям, происходившим на мостике Энтерпрайз, когда Джим Кирк выполнял роль капитана. Не в его стиле было отступать и перебрасывать проблемы на других. Спок тоже стремился быть в центре событий — не руководя, но помогая — и он был очень похож на Джима Кирка в том смысле, что он расцветал во время заданий. Это было не очень достойно вулканца, но… — Капитан, я изучил показания. Кажется, часть излучения уже вошла в атмосферу. Эвакуация необходима немедленно, — сказал он, выпрямляясь. — Ухура, что со связью? — Там слишком много помех, капитан, я не могу на них выйти. — Черт. Сулу, придерживайся последнего приказа. Мы собираемся вниз. Спок посмотрел на своего капитана. — Сэр, я не думаю, что это разумное решение… — Замечание принято, Спок, а теперь шевелись! Спок оглянулся назад и, раздраженно подняв брови, секунду смотрел на Кирка, прежде чем кивнуть. — Да, сэр. У него нет другого пути. Он не хотел бы оказаться в другом месте. Его долг привел его на борт Энтерпрайз с Джимом Кирком на борту. Он мог пережить ригелианскую лихорадку, обязанности по перевозке грузов или отравление радиацией ради... друзей. Эти люди были частью его семьи, а Энтерпрайз всегда будет домом.