Я же не такой

В Хвосте Феи жизнь текла своим чередом. Все занимались обычными делами, и лишь изредка можно было заметить напряжение во взглядах товарищей, когда те ненароком поглядывали на дверь больничного отделения гильдии. Сама Полюшка помогала с исцелением пострадавших, и хотя она постоянно ворчала, было видно, что они ей не безразличны. Практически сразу после поступления раненых был оглашен строгий запрет на посещение больничных палат. Туда попускались только Мира и Эльза, которые помогали с лечением. Нет, дело было не в вечной неприязни Полюшки к людям, а в том, что сердобольные друзья целыми днями осаждали Люси с Нацу, пытаясь им помочь. Весь этот ажиотаж кончился тем, что врач перепутала лекарства и вместо обезболивающего скормила Нацу настойку от головной боли. В ту ночь крики Драгнила были слышны на другом конце Магнолии, а гневная Полюшка перестала и на метр подпускать «безответственных людишек» к дверям лазарета. Из-за полнейшей изоляции никто не знал, как продвигается лечение и идут ли друзья на поправку. Поэтому, когда из больничного крыла в один прекрасный день вышла не Эльза в костюме медсестры и не Мира с грустной улыбкой на губах, а Нацу собственной персоной, в здании повисла гробовая тишина. Драгнил стоял в дверях, весь забинтованный и потрепанный, с черными синяками под глазами, но с широкой лучезарной улыбкой на пол-лица. Он не совсем такой реакции ждал от своих товарищей, которые просто сидели на своих местах, замерев в самых непонятных позах, и с пораженными лицами глядели на него. Нацу даже подумал, что у парочки человек челюсть придется насильно отскребать с пола. Вид его друзей не совсем устроил Саламандра, и он, опершись на костыль, неловко прокашлялся. И тут из одного угла послышался вопль. - Нацу, ты живой! – Ромео бежал к нему навстречу со слезами на глазах. Этот крик словно послужил сигналом, со всех сторон раздались возгласы. - Нацу - мужиииик! – ревел Эльфман, зачем-то поднимая над головой свою старшую сестру. - Мы так волновались за тебя! - Полюшка нас и близко не подпускала! - А быстро ты все-таки поправился! Но громче всех заорала Кана: - Бухаем!!! – боевой клич был подхвачен, и со всех сторон просто слышался невнятный гул множества голосов. Нацу стоял и улыбался во все тридцать два зуба. Ему казалось, что это лучше всех дней рождений в мире. Но тут его подхватили на руки и насильно усадили на свободный стул, поставив перед ним кружку с напитком. Драгнил поморщился. Раны еще зажили не до конца, и от каждого неловкого движения он чувствовал дикую боль. К тому же Саламандр искренне надеялся, что друзья будут вести себя ну хоть немного потише, потому что… - Нацу Драгнил! – от этого голоса все замерли. Прямо позади несчастного дракона стояла Титания и источала настолько злую ауру, что все затряслись. - Какого ты здесь делаешь, а? Тебе Полюшка не ясно сказала, что тебе еще постельный режим неделю минимум прописан? Я, значит, из кожи вон лезу, чтобы он побыстрее поправился, а он тут гулянки устраивает, – настроение Эльзы с каждой секундой становилось все опаснее. - Эльзочка, может, ты не будешь так строго… - попытался кто-то образумить Скарлет. - Молчать! А вы, товарищи называетесь! Мало того, что человек еле ходит, дак вы его еще и спаиваете, – при этом она подняла кружку со спиртным и вылила его на пол. От такого действия Альберона поморщилась, но возражать не стала. Трудно спорить с разгневанной Титанией. - Эльзаааа, – подал голос виновник всего произошедшего, – там в палате так душно, я прямо задыхаюсь, вот я и вышел сюда хоть немножко воздуха глотнуть, – при обычных обстоятельствах Нацу бы не посмел перечить этой волшебнице, но сейчас его спасало то, что Титания вряд ли сможет накостылять и так больному человеку. – Ну можно я здесь чуть-чуть посижу? Мы недолго, и пить я не собираюсь, – тут Нацу сделал самую милую рожицу, на которую был способен. В наступившей тишине Эльза взглядом прожигала Драгнила насквозь, тот держался, все еще изображая из себя невинность. - Ладно, – наконец сдалась Титания. – Только смотри у меня, никаких драк! Это ко всем относится! – и все радостно закивали. После этого гулянка поутихла. Все просто сидели за столиками и разговаривали о жизни, хотя на лицах волшебников читалось облегчение. Их друг выкарабкался! И как Нацу это все время удается? Сам больной болтал с Венди, Ромео и Хэппи, когда к ним подошла Лисанна. - Нацу, – мило улыбнулась девушка. – Я так рада, что ты в порядке. - А! Привет, Лисанна! Ну а как же иначе, я ведь сын дракона! – и Драгнил задрал нос. Девушка в ответ только мило рассмеялась и присела рядом с убийцей драконов. Весь вечер эта компания провела вместе, но, когда на улице начало темнеть, Венди и Ромео отправились по домам, они же еще дети, хоть и полноправные члены гильдии. Вслед за ними волшебники начали расходиться один за другим. К полуночи в главном зале оставалось несколько человек. Миражанна вытирала стаканы за барной стойкой, где-то под столом валялась в хлам пьяная Альберона, а на втором этаже молча просиживал штаны Лексус. Хэппи, сославшись на какие-то дела, которые, по его словам, были абсолютно не связанны с походом к Шарли в гости, улетел, попрощавшись со своим лучшим другом. Нацу с Лисанной все так же болтали на разные темы, как вдруг девушка накрыла его руку своей. - Знаешь, Нацу, – еле слышно проговорила девушка, – когда ты ушел, я так волновалась, – легкий румянец покрыл ее щеки. – Я все думала: а что, если ты не вернешься? - тут она подняла к нему свое милое личико и заглянула прямо в его глаза. - Ну, ты чего, Лис, – его смущало поведение Штраус, и он вытащил свою руку из ее хватки. - Просто понимаешь, если бы ты не вернулся из-за того, что спасал Люси, я … я бы, – Лисанна замялась и не знала, как дальше продолжать. После того случая на задании (когда она услышала, как Нацу шептал имя Люси во сне), она долго размышляла и много плакала, но пришла к выводу, что все себе напридумывала. Мало ли чего не могло присниться убийце драконов. Он, может, Хартфелию отшивал в мире сновидений, а она уже расстроилась. Лисанна решила ни за что не сдаваться. Ведь, когда она видела заклинательницу вместе с Нацу, в ней просыпалось что-то отдаленно напоминающее дьяволицу Миражанны. Она не испытывала негативных чувств к Люси, они даже были хорошими друзьями, просто считала, что Нацу должен дружить именно с ней и ни с кем другим. Ведь они вместе высидели Хэппи, сколько моментов в детстве они проводили вместе. Тогда она не стеснялась смущать его, но теперь… И все же она решилась поговорить на прямую с Драгнилом. Намеков этот оболтус все рано не поймет. - Нацу, если бы ты погиб из-за Люси, я бы тебя никогда не простила, – твердо сказала Лисанна. Теперь осталось ждать его реакции. - Лис… - прошептал Нацу. У него было очень странное выражение лица. Сердце девушки забилось в два раза быстрее. Неужели он понял? Может, сейчас он ей признается? - Никогда не ожидал услышать от тебя такого, – холодный тон будто ледяным ножом вонзился в Лисанну. – Люси мой друг, а я всегда защищаю своих друзей. С этими словами Драгнил встал и направился к своей палате. Младшая Штраус пребывала в шоковом состоянии. Она не могла ничего понять. Нацу разозлился на нее? И потом, его слова… С одной стороны, он сказал, что Люси – «друг», но она никогда не забудет его глаза в этот момент. «Не ожидал от тебя…» - Из глаз Лисанны полились слезы. Соленые капельки скатились с ее белых щек. «Я разочаровала Нацу», - осознала девушка. Она обняла себя обеими руками и разрыдалась.