Я же не такой

POV Нацу Люси такая милая, когда спит - я уже не раз это замечал. Но теперь меня преследует чувство, что я могу потерять ее навсегда... Вот она лежит прямо передо мной, нужно только протянуть руку, и я смогу почувствовать шелк ее волос. Но я не решусь этого сделать. Я боюсь причинить Люси боль, особенно сейчас, когда она в таком состоянии. Ну вот, она опять стонет во сне и пытается перевернуться на бок. Теперь я вынужден коснуться ее бархатной кожи, чтобы вернуть ее на место. Полюшка говорит, что у Люси много переломов и внутренних кровоизлияний. Еще все пришли к выводу, что в той гильдии был маг целитель, как Венди, потому что без волшебства Люси бы не дожила до сегодняшнего дня. Как будто меня может волновать то, что они подлечивали Люси. Все ради того, чтобы причинить ей больше боли. Вот она, такая беспомощная, хрупкая - хочется прижать ее к груди, отгородить от внешнего мира. Но я не могу этого сделать, уж слишком я безответственный, совсем не подхожу на роль защитника. Ой, кажись, Эльза идет, ну все, сейчас будет плохо. End of POV Гулкие шаги, которые услышал Нацу, действительно принадлежали Титании. Она целенаправленно приближалась к палате Люси, потому что была уверена, что именно там найдет Драгнила. Эта розоволосая бестия решила, что раз он может ходить, лекарства ему не нужны. И вместо того, чтобы лежать в постели и приходить в себя, как наказала Полюшка, просиживал целыми днями над кроватью Люси. Он и спал там же, скрючившись на стуле и иногда облокачиваясь на Хартфелию, которой было и так тяжко. Никакие угрозы и уговоры не помогали, и Титании приходилось каждый день насильно вытаскивать его из чужой палаты. Терпение у Скарлет было не резиновым, а точнее, его вообще не было, но она не могла толком взъесться на Драгнила, когда видела его рядом с Люси. Ей даже не потребовались разъяснение Миры, чтобы понять, что происходит. Тем не менее пареньку надо было лечиться, и уж Эльза-то сможет его заставить. Она распахнула дверь. На койке у окна мирно покоилась Люси, она слегка морщилась во сне, но в целом выглядела умиротворенной. Эльза оглядела помещение, Нацу нигде не было видно. «Не может быть!», - пронеслось у Титании в голове. – «Чтобы Нацу - да покинул свой ежедневный пост? Что-то тут нечисто. Она медленно зашагала к кровати Хартфелии и, когда стояла почти вплотную, резко наклонилась и вытащила за ухо вопящего Драгнила. - Провести меня вздумал, Саламандр? – глаза Эльзы метали молнии. – Да еще таким детским трюком? - Я-я? Д-да нет, ты что, п-просто... – заикаясь, начал дракоша, но тут с кровати донесся сдавленный стон. В считанные секунды, позабыв свою ссору, оба волшебника оказались у койки Люси. - Люська, ты что-то сказала? – тихонько спросил Нацу. – Ты меня слышишь? - Нацу? – девушка распахнула карие глаза. – Где я? - Все хорошо, - поспешил заверить ее Саламандр. – Мы в гильдии, в Хвосте Феи. Краем глаза он заметил, что Эльза покинула комнату. Он мысленно поблагодарил ее. - Как я сюда попала? - прохрипела Люси. - Ты чего, совсем ничего не помнишь? - Смутно. Помню, как меня наказывали и того человека в маске, – нерешительно ответила Хартфелия, когда она произносила эти слова, спазм прошелся по ее телу, а лицо изображало ужас. – Потом какая-то вспышка и тепло. А дальше все обрывается. - Ну, ничего, может, это и к лучшему, – в глубине души Драгнил был рад, что Люси не помнила его в роли убийцы. И хоть он расскажет ей все, увидеть и услышать - это совсем разные вещи. Люси попыталась привстать с кровати, но Нацу тут же уложил ее обратно. - Тебе нельзя подниматься. Обезболивающее, под действием которого ты находишься, не дает нормально функционировать мышцам. Заметив решительный взгляд друга, Люси сдалась. - А знаешь, ты неважно выглядишь, – просипела Хартфелия и попыталась улыбнуться. «Видела бы ты себя», - подумал Драгнил. – «Хотя ты в любом состоянии красивая. Все-таки, я так счастлив, что ты вернулась», - но вслух он этого сказать не решился. Блуждающий взгляд Люси резко сфокусировался на щеке Нацу. Она протянула руку к нему, но Саламандр испуганно отстранился. - Что это? Не тупи, Нацу, я все равно узнаю. Огненный волшебник тяжело вздохнул и позволил девушке убрать прядь волос с его лица. От уха до глаза тянулся ровный ряд чешуек дракона. - Что с тобой произошло? Нацу не ожидал услышать столько страха в её голосе. - Это так, ничего страшного… - пробормотал он в отчаянной попытке отложить объяснения на потом. - Нацу Драгнил, или ты мне сейчас же расскажешь, откуда это появилось, либо я за себя не ручаюсь, – грозный тон прикованной к постели пациентки позабавил Саламандра, но отвечать все же пришлось. -Ну, я вроде как разнес целую гильдию, и вот небольшие последствия, – развел он руками. - Не смеши меня, для такого драконоубийцы, как ты, вынести загнившую шайку магов - это раз плюнуть. Последний раз ты переходил в такой режим из-за Эфириона, но, к счастью, остаточного эффекта не было. А теперь… всего лишь из-за меня… - на глазах у Люси выступили слезы. – Зачем? - Ну, как же, – отводя взгляд в сторону, ответил Нацу. – Ты же моя… мой друг и товарищ из гильдии. Я же не мог тебя бросить. Люси улыбнулась. - Спасибо, но больше так не делай, пожалуйста. - Хорошо, – пробормотал Драгнил, а про себя добавил: «Для тебя - все что угодно, Люська». - Нацу, а ты можешь со мной посидеть? – шепот девушки вывел его из раздумий. - Э-э-э-э, – Саламандр замялся. Хоть он и проводил здесь все время, пока Люси была в отключке, теперь ему было немного неловко. - Просто мне очень часто снятся кошмары… про то место, – поспешила пояснить девушка. – И мне страшно засыпать одной. - Ну, раз так, то конечно, – почесав затылок, ответил Нацу. – Только… - Я подвинусь, а ты ложись рядом, – сказала Хартфелия, словно прочитав его мысли. POV Нацу Черт, как же это странно - лежать в объятиях Люси, когда она сама этого захотела. Никто не выпинывает с кровати и не орет в ухо. Зато очень тепло и мягко. И этот знакомый аромат цитрусовых. Интересно, она всегда так пахнет? Я прямо таю. Пожалуй, можно немного поспать… End of POV Когда через полчаса Эльза вернулась в палату, она застала там милейшую картину: Люси с Нацу лежали, обнявшись, и оба тихо посапывали. Улыбнувшись собственным мыслям, Титания вновь вышла из комнаты, не решившись нарушить такой покой.