Сальватора

Магазинчик опустел. Девушка-кассир расслабленно выдохнула, мысленно поблагодарив за помощь парня по имени Джексон. Ей показалось, что именно так обращалась к нему его спутница. Ноутбук приветливо пропищал, оповещая о новом сообщении, и она, сгорая от любопытства, открыла почту. «Я не знаю, кто ты и зачем ты присылаешь мне этот бред, но в любом случае тебе придётся сначала найти меня, чтобы провести тест на отцовство. И не думай, что тебе так просто это удастся.» «Ты плохо спрятался, сладкий, я уже нашла тебя». Девушка напечатала письмо и, довольно улыбнувшись, вернулась к заполнению деклараций. Такой сдержанный ответ парня веселил её ещё больше, ведь в действительности он, должно быть, рвал и метал. — Ну, в следующий раз я спрячусь получше. Так понимаю, теперь вожу я, Ан Согым? Согым взвизгнула и вскочила, прижимая к груди планшет с бумагами. Напротив неё, облокотившись на стойку, стоял хмурый Мин Юнги, который махал смартфоном, на экране которого светилось её последнее сообщение. — Эм, привет? — с осторожностью спросила девушка. — Здравствуй, здравствуй, — хмыкнул Юнги. Парень стал озираться по сторонам, заглядывать под полки с продуктами, а потом наклонился через стойку к Согым, высматривая что-то у неё под ногами. — Что ты делаешь? — Ш-ш-ш, — прижал палец к губам Мин, — Ещё ребенка разбудишь. Он, наверное, где-то спрятался и уснул. — Какого ребёнка? — на автомате прошептала Ан, тоже начиная высматривать уснувшее дитя. — Нашего, естественно, — дёрнул бровью Юнги, максимально приблизившись к лицу девушки. — На-нашего? — Согым икнула от страха, а затем, выронив из рук бумаги, прижала их к лицу, осознав, что окончательно попалась. — Ага, того самого, что я тебе заделал по своей неаккуратности. Хотя, точнее будет сказать — в порыве страсти. Он подмигнул и запрыгнул на стойку, усевшись рядом с кассовым аппаратом. В магазинчике воцарилась тишина, нарушаемая лишь безмолвными смешками парня. Согым опустилась на корточки, собирая разлетевшиеся документы, и пыталась что есть силы не пялиться на Юнги. Сердце то и дело озадаченно ухало, не определившись как реагировать на ситуацию. Прошло около двух лет с их последней встречи. Всё это время девушка убила на то, чтобы освоить основные хитрости хакеров и найти одного парня под сладким прозвищем Шуга. На телефон Юнги пришла смс. Он внимательно прочитал её, а затем спрыгнул на пол. И засунув руки в карманы джинсов, обернулся к девушке. — Ну что, Соль, прогуляемся? Эта ночь так и навевает воспоминания… *** Тэхён тихо вошёл в квартиру, чтобы не разбудить ненароком АЁн. Днём ему было некогда выбраться даже в магазин, девушка требовала ежеминутного присмотра. Но медикаменты и бинты быстро заканчивались, поэтому Ким, взяв с собой Юнги, потащился в круглосуточную аптеку. На обратном пути они решили заскочить в небольшой магазинчик, где Юнги и стал вести себя странно, а потом и вовсе отказался возвращаться домой, сославшись на срочные дела. Тэхён не стал любопытствовать — это было не в его характере. Но отточенная интуиция подсказывала, что дело было в девушке-кассире из того магазина. Она показалась Киму смутно знакомой. В квартире всё было тихо, и только тусклая полоска света давала знать, что кто-то всё ещё не спит. Забросив продукты на кухню, Тэхён направился проверить состояние АЁн. В зале на диване, где в последнее время спал Юнги, сидел Чимин. На его коленях, прижав ладони к груди, спала девушка. Пак мягко поглаживал её волосы и нашёптывал что-то едва-едва уловимое. Заметив друга, он прижал палец к губам и кивком головы попросил подождать на кухне. Чимин осторожно приподнял Хиджун и уложил её голову на подушку, поправил плед и, не сдержавшись, поцеловал девушку в висок. Хи не проснулась, и Пак ещё некоторое время вслушивался в её умиротворённое дыхание. Он жалел, что так и не смог сказать ей, как сильно скучал, как сильно ему хотелось услышать её голос, просто прикоснуться и убедиться, что она реальна, что она действительно была в его жизни. Но открывшаяся правда ещё больше запутывала их отношения. Чимин решил, что обязательно признается ей во всём, когда они решат, что же делать дальше с тем фактом, что Хиджун — сальватора. — Сегодня просто ночь бывших подружек. Это ведь она, да? Та девушка, из-за которой всё это произошло, — спросил Тэхён, стоило Чимину закрыть за собой дверь. — Эта та девушка, из-за которой всё только начинается. Пора тебе снова взяться за исследования, чокнутый профессор Ви. Хиджун проснулась рано утром. Всё тело затекло от спанья в неудобной позе, а голова раскалывалась из-за истерики, случившейся накануне. Хи попыталась пошевелиться, но рядом раздалось недовольное сонное бурчание. Чимин полусидел-полулежал рядом, обнимая плечи девушки. Он хмурился во сне и что-то лопотал пухлыми пересохшими губами. Ким притихла, заворожено наблюдая за спящим парнем. — Значит, вот каково это — просыпаться рядом с тобой, — Хиджун улыбнулась и стала выбираться из ослабевших объятий. На кухне горел свет. Там в сковородках что-то скворчало, булькало и шипело. Пахло настолько вкусно, что голодный желудок Хи предвкушающе заурчал. У плиты копошился тёмноволосый парнишка, смешно высовывая язык, когда разбивал над раскалённым маслом очередное яйцо. Хиджун украдкой наблюдала за ним и боялась его испугать своим появлением. — Позавтракаешь сейчас или дождёшься, пока проснётся Чимин? Но сразу предупреждаю, что этот олух всегда встаёт только к обеду. Тэхён развернулся и очаровательно улыбнулся гостье. Ким растерянно засмеялась и, повиновавшись жесту парня, присела за стол. Перед ней тут же поставили тарелку с горячей глазуньей, тосты и чашку с каким-то супом. Пока Хиджун неловко расправлялась с аппетитным завтраком, она то и дело замечала на себе любопытные взгляды. Слишком любопытные. Тэхён не просто смотрел, а разглядывал, всматривался, прислушивался к каждому её вздоху и ели сдерживался, чтобы не пощупать и не повертеть девушку в разные стороны. — Феноменально, — заговорил сам с собой Ви, присев на соседний стул. — Значит, я ошибся в своих расчётах. Такое возможно вполне. Стоило разорвать РНК на другом гене и тогда… Но это могло повлиять на её зрение и внешний вид, а с виду она вполне нормальная. Странно. — Извини, ты сейчас про меня говоришь? — А? Что? Ах, да…нет, — пришёл в себя Тэхён, пытаясь прогнать стоявшие перед глазами цепочки нуклеотидов. — Хотя, про тебя, конечно, про тебя! Ты — сальватора! Он сделал руками неопределённый жест и вылупился на Хиджун, словно только что раскрыл величайшую тайну вселенной. — Да я уже в курсе. И что? Не можешь поверить, что существуют такие идеальные люди, как я? Хи спокойно продолжала жевать поджаренный тост. Реакция всё ещё незнакомого парня изрядно её веселила. И осознание того, что она сальватора как-то звучало теперь вполне гармонично и естественно. Это многое объясняло. Прекрасный иммунитет, идеальный слух, восприимчивость к запахам и невероятная способность к регенерации, которую Хи списывала на своё отменное здоровье и молодость. Быть идеальной не так уж и плохо, если подумать. — Я просто пытаюсь найти тебе научное обоснование, но для этого нужно провести кучу исследований. — Ты ведь Тэхён, верно? — перебила его Ким. Ви кивнул несколько раз, всё ещё погружаясь в мысленные расчёты генетических формул. — Чимин предупредил меня, что ты немного странный. Но ты мне нравишься, Тэхён. Люблю слегка сумасшедших людей. — Тебе нравятся жизнерадостные и тёплые люди, из которых струится жизнь, которые не сидят на месте. А такие как я лишь вызывают любопытство и желание раскрыть все тайны, в чём-то подчинить себе. Для этого ты и пытаешься изначально сделать наши отношения доверительными. Я не стою твоего любопытства, направь его лучше на саму себя, спасительница человечества. И Тэхён, поставив на небольшой поднос ещё одну порцию завтрака, вышел из кухни, оставив Хиджун в смятении размышлять над сказанным. Значит ли это, что Ви за эти несколько минут смог изучить её намного глубже, чем она сама за все девятнадцать лет своей жизни? — Я так понимаю, с Тэхёном вы уже познакомились? — в дверях появился зевающий Чимин. Его растрепанные волосы торчали в разные стороны, и Хиджун чуть не поддалась соблазну подойти и пригладить их. — Как ты себя чувствуешь? — Пак подошёл ближе, слегка прикоснувшись к оголённому участку кожи на плече Хи. — А как может чувствовать себя сальватора? Просто прекрасно, — Чимин улыбнулся горькому сарказму девушки. Выглядела она действительно хорошо и снова плакать не собиралась. Хиджун всегда была сильной и стойкой духом — парня всегда это восхищало. Что он мог сделать для неё, как защитить, если он всего лишь обычный парень, который не может справиться со своими эмоциями? — Не говори остальным, пожалуйста. Ты рассказал Тэхёну — этого достаточно. — Но Намджун должен это знать! Он должен быть готов защищать тебя! — От кого? От кого меня защищать? Этот эксперимент уже давно канул в лету. Никому нет до него дела. О том, что я сальватора больше никто не… — Хиджун охнула, — Джей знает. Он всё знает. — Тебе нужно перестать с ним общаться. Я никогда ему не доверял, а сейчас тем более, — Чимин взял её за руку и настойчиво сжал, призывая прислушаться к его словам. — Нет, ты не понимаешь! Он хотел, чтобы я узнала. Он готовил меня к этому. Боялся, что если правда откроется так сразу, то я не смогу смириться и понять! Джей поможет, он сможет мне помочь и всё объяснить, Чимин! — Это ты не понимаешь! Ты ничего не знаешь о нём! Он не просто охотник! Его цель не просто избавить этот мир от мортиферов, он ставит над ними эксперименты. Вместе со своими чокнутыми родителями! Ты знала, что его родители были одними из первых, кто стал работать в этом эксперименте? Ты знала, что они единственные из всех, кто остался жив? Убили не только твоих родителей! Убили всех, всех кто имел какое-либо отношение к работе над сальваторами, кроме них. Просто задумайся хоть немного! — Почему ты говоришь мне это только сейчас? Если ты всё это знал, то почему молчал? — Я узнал это не так давно. Всё это раскопали Юнги и его друг-журналист. За всем этим кто-то стоит. И нам нужно выяснить, кто именно. И нам следует защищать тебя. Если они вдруг узнают, что ты… ты… — Сальватора, Чимин, сальватора. — …сальватора, — выдавил из себя это слово Пак, — то не оставят тебя в покое. Я даже не уверен, позволят ли они тебе остаться в живых.  — Кто та девушка, что живёт у тебя? — резко сменила тему Хиджун, не желая больше думать о проблемах, которые могут и не наступить. — Кто? А! Это АЁн. Тэхён спас её от мортифера, но они оба сильно пострадали, и теперь она живёт у нас, пока восстанавливается под его бдительным контролем. — А что с тем мортифером? Вы нашли его? — Это был её брат — АИн, кажется. Она умоляла не убивать его. Именно поэтому мне пришлось прийти к вам за помощью. Один я бы не справился. С Юнги и Тэхёна в этом деле толку нет, — пожал плечами Чимин, смущённый резкой переменной темы разговора. — Погоди. Как ты сказал его зовут? — АИн, Кан АИн. А в чём дело? У Хиджун затряслись руки, и она с ужасом взглянула на Чимина. В лаборатории родителей Джея было множество колб с именами, и Хиджун была готова поклясться, что на одной из них было написано и перечёркнуто имя Кан АИн.

***

— А ты вроде как похорошела, либо у меня окончательно испортилось зрение. — Традиционно сомнительные комплименты, а я только-только начала верить в себя. Согым и Юнги шли по набережной реки Хан, потягивая прохладное пиво из жестяных банок. Ночь выдалась ветреной и прохладной. Длинные волосы Ан непослушно лезли в лицо, заставляя её то и дело фыркать и заправлять их за уши. Прогулка выдалась неловкой и молчаливой. Единичные вопросы, которые задавал Юнги, никак не позволяли Согым зацепиться за интересующую её тему. Парень словно специально не заводил речь об их общем прошлом. Хотя назвать несколько дней курортного романа общим прошлым можно было с трудом, с учётом того, что большая часть их знакомства проходила в плену шёлковых простыней в горизонтальном положении. Воспоминания то и дело мелькали у девушки перед глазами, заставляя всё тело покрываться мурашками, а щёки пылать. — Помнится мне, при нашей первой встречи ты была весьма самоуверенна. — А ты разбил всё моё самолюбие в пух и прах. Юнги сделал последний глоток и, смяв банку, метким броском отправил её в стоящую неподалёку урну. — Это, каким образом, любопытно? — Ты исчез… — пожала плечами Согым и попыталась повторить действия парня, но промахнулась, и банка с характерным жестяным звуком покатилась по камням вниз к самой реке. Юнги внимательно изучал девушку из прошлого. Черты её лица особо не изменились. Всё та же лукавая улыбка-ниточка, едва различимые ямочки на щеках и родинка над правой бровью. Разве что некогда короткие волосы развевались теперь длинными локонами, а в ушах теперь было по 2 серёжки. Весь игривый настрой у него улетучился сразу же, стоило выйти вместе с Согым в объятия ночной прохлады. За эти два года ему было некогда подумать о той девушке, что он повстречал на острове. Но теперь, когда она шла рядом, кутаясь в тонкую курточку, Мин многое осознал. Скольких женщин он встречал за это время? Скольких запомнил? А с кем из них ему хотелось провести больше, чем одну ночь? Юнги пытался, но так и не смог вспомнить ни одной. Все они были чересчур нежными или чересчур независимыми. В них не было того шарма, загадочности, толики дерзости и капельки пошлости, что он успел найти когда-то в Согым. И теперь, когда она украдкой бросала на него грустные взгляды, Юнги понял, что скучал. Просто скучал по тому безумию, что творилось между двумя незнакомцами. Впереди виднелся мост, а под ним крупная спортивная площадка, которая в эту холодную весеннюю ночь казалось совсем заброшенной и бесхозной. — Знаешь, с тех пор я начала усиленно качать попу, вспоминая твои слова, что подтянутая пятая точка — изюминка любой девушки. Жаль, что ты её так и не заценил, она у меня теперь, знаешь ли, самый сок. Ан засмеялась и бросилась к одному из тренажёров, принявшись усиленно размахивать на нём ногами вперёд-назад, элегантно и преднамеренно соблазнительно выпячивая свою накаченную задницу. — Что мешает мне сделать это сейчас? — Юнги ехидно прищурился, всматриваясь в раскрасневшееся лицо своей бывшей. Хотя бывшей ли? — Господин Шуга, вы забываете, что мы не на Чеджу, а погода далеко не плюс тридцать, — Согым подмигнула парню, слезая с тренажёра и снова закатившись в приступе смеха, — Да и мы два года не виделись. Считай практически незнакомцы. А я теперь с незнакомцами не сплю из принципа. — А мне тот опыт, наоборот, пришёлся по вкусу. Поэтому, извини, но свою игру ты уже проиграла. Теперь вожу я, как мы и договорились. И если не хочешь горячего ночного секса, как в старые добрые времена, то беги и молись, чтоб я тебя не догнал. Согым на несколько секунд затихла, пытаясь переварить всё сказанное. Но на лице Юнги сверкнула недобрая ухмылка, и она с громким визгом бросилась прочь от парня. Добежав до небольшого здания, что в летний сезон служило общественной раздевалкой, Ан спряталась за углом и принялась отчаянно хватать ртом холодный воздух. Адреналин и чувство предвкушения разливалось и горячило всё тело. Согым прекрасно понимала, что никуда не убежит. Да и не очень-то ей и хотелось. В конце концов, разве она зря потратила эти два года на поиски горячего парня Шуги, ночи с которым были лучшими в её жизни? — Так и знал, что ты сама уже дрожишь от предвкушения. Юнги прошептал эти слова у самого её уха, заставив перестать дышать и почувствовать, как почва медленно расплавляется под подошвами ботинок. — Шуга, ты ведь не серьёзно? — Согым сглотнула непрошеную слюну, не сводя взгляда с приближающегося лица парня. — Юнги. Меня зовут Юнги, — выдохнул Мин и жадно поцеловал потрескавшиеся губы девушки, сжимая её дрожащие плечи. Больше его не интересовали ни тайные эксперименты, ни расследование спонсорских отчислений и тем более личные любовные трагедии друзей. Юнги держал в своих руках девушку, которую желал во всех смыслах. И плевать, что они толком так и не знают друг друга. В этот раз он не собирался внезапно исчезать, потому что одной ночи ему будет явно недостаточно. Согым, опьянённая горячими поцелуями, не заметила, как Шуга взломал дверной замок, и они оказались внутри, оглушённые тишиной бетонных стен. Куртки уже давно валялись где-то у входа, а тонкие пальцы в нетерпении расстёгивали мелкие пуговицы на мужской рубашке. Влажный поцелуй в солнечное сплетение, первый вырвавшийся стон и слепые отточенные прикосновения к обнажённой коже. Юнги помнил, что именно нужно шептать на ухо, чтобы окончательно свести с ума, а Согым знала, что он любит, когда ему прикусывают кожу на шее. Идеальное сочетание: соль и сахар. — Здравствуй, персик, я скучал, — игриво прорычал Юнги, стягивая тонкое кружево трусиков и сжимая ладонями упругие ягодицы. — Я ожидала более восторженной реакции! Я что, зря столько трудилась в спортзале? — возмутилась Ан, отталкивая смеющегося Юнги. — Уж прости, но для этого нужно провести ещё парочку тестов. Согым вскрикнула, когда Юнги опустился и смачно укусил её за попу, тут же проводя языком по месту укуса. Он успокаивающе поглаживал бёдра девушки, останавливаясь за пару сантиметров до самых чувствительных точек, пока не услышал недовольных полувыдох-полустон, означавший, что Мин снова король положения. — Ты всё та же извращенка, — Согым упёрлась руками в стену, забыв про все рамки приличия. Хотя, о каком приличии могла идти речь рядом с Юнги? — Ещё какая! Мать твою, Юнги, если ты сейчас же не… — Тсс! Иначе твоё нетерпение всё испортит. Согым затихла, но прекрасно знала, что парень вскоре сорвётся сам. Длинные прелюдии — это не про них. А вот горячий спонтанный секс это то, что могло бы войти в привычку. — Знаешь, а давай правда заведём ребенка? Внезапный вопрос застал Согым врасплох. Она выбралась из крепких объятий парня, устало всматриваясь в темноте в его лицо. — Ты мне так замуж выйти предлагаешь? Или это эйфория после нашей близости? — Не знаю, просто подумал, что было бы здорово стать папашей. Тем более, что я плохо изучил твою брошюрку и забыл воспользоваться презервативом. — ЮНГИ! — заорала Ан, принявшись колотить парня кулаками. — Тише, тише! — Мин схватил её за руки, пытаясь отдышаться. — С одной попытки может и не получится. Согым облегченно выдохнула и расслабилась, прижимаясь к обнажённому мужскому торсу. — Но кто сказал, что я остановлюсь на одной попытке? Оба засмеялись. А Юнги навис над девушкой, любуясь её искренней улыбкой, и боялся даже подумать, на сколько таких попыток его сегодня хватит. Попа Согым действительно оказалась выше всяких похвал.