Точные координаты рая

Отели в окрестностях городка Нади росли, как бамбук – по метру в день. Да и кругом все острова, островки и бухточки были застроены гостиницами, бунгало и гольф-клубами. Солнечный берег Фиджи – место для туристического бизнеса привлекательное, как думал для себя Тейлор – не успели загадить ещё. Папаша Тейлора, мистер Норман Дж. Бенсон, отгрохал на острове Денарау свой «Санни Бэй Ресорт» еще лет двадцать назад, так что успел захватить одно из лучших мест. Теперь отель пользовался большой популярностью, потому как имел собственную лагуну, песчаный пляж и причал, а посаженные когда-то давно пальмы и плюмерии уже успели вымахать в настоящие тропические сады, океанский бриз шумел в их кронах, отовсюду гроздьями свешивались орхидеи, и территория отеля могла бы служить иллюстрацией к теологической статье на тему «Рай». Правда, для этого автору статьи пришлось бы не заглядывать на кухню и в прачечную. А Тейлор именно туда и заглядывал, ежедневно по долгу службы – он здесь пытался практиковаться в гостиничном бизнесе, – так что «Санни Бэй Ресорт» раем ему не казался, скорее, он чувствовал себя главой хогвартских гномов, бесчисленных и невидимых маленьких прислужников дорогих гостей. Когда Рэнди, его друг (а с некоторых пор – и любовник) приехал сюда на зимние каникулы, Тей поделился с ним этой мыслью, и Рэндс предложил ему ходить в одной набедренной повязке, как и полагается гному («С твоей-то фигурой, мама миа!»), а перед сном повадился говорить ему «Добби свободен», чем разрушал всю романтику. После окончания университета мистер Бенсон хотел было оставить сына работать в Калифорнии, поближе к себе, но Западное побережье Тейлору до такой степени осточертело, что он попросил отца – хоть куда, только не на долбанную Санта-Монику. Так он и оказался на Фиджи, в одном из самых больших и шикарных отелей сети мистера Бенсона. Тейлор прожил на острове уже четыре месяца, но на местном наречии знал всего несколько слов: большинство населения Вити-Леву, кроме жителей совсем уж диких деревушек, так или иначе говорило по-английски, а персонал отеля – тем более. Управляющий, мистер Ли, был китайцем (и владел английским на уровне выпускника Оксфорда), повара – в основном индусами, а в горничные мистер Ли предпочитал нанимать вьетнамок и таек. Поначалу Тейлор думал, что это обусловлено их кукольной внешностью – местные женщины, как и большинство полинезиек на крупных островах, отличались запасами жировых отложений, достаточными для полугода автономного подводного плавания. Но фигуры местных Венер были, как оказалось, ни при чём, а на вопрос Тейлора мистер Ли, посмеиваясь, ответил: - Это главная особенность туристического бизнеса на всех островах Океании, сэр. Никогда не берите на работу местных. Они настолько ленивы, что заставить их трудиться – это само по себе нелёгкий труд. Сегодня Тей собирался в дорогу с самого утра. Отец просил не брать с собой весь гардероб, на Самоа есть всё, что нужно, так что поклажа уместилась в один небольшой чемодан и рюкзак. Тейлор, не в пример многим богатеньким сынкам, умел обходиться малым – заслуга отца. Норман Дж. Бенсон сына никогда не баловал, несмотря на то, что Тей был ребёнком единственным и поздним. Строго говоря, Тей понимал, что отец вообще был бы рад не иметь детей, но раз уж так вышло, и дитя всё же наличествует – мистер Бенсон готовил наследника ко всяким жизненным ситуациям. Сам он поднялся если не со дна, то из слоёв, весьма близких к нему, прошёл через многое, и о возможных трудностях бытия знал не из кино. А сейчас он как раз открывал новый отель на Самоа, и наследнику полагалось быть на церемонии, которая должна была состояться послезавтра. Тей вышел с чёрного хода главного здания – настроение у него было так себе, и ему не хотелось приветливо и дружелюбно кивать головой гостям отеля, улыбаясь при этом, как на светском приёме. На гравийной дорожке его уже ждал маленький электромобиль – такими на Денарау пользовались все, и из соображений экологии, и потому, что здесь на обычных машинах просто негде было ездить. За рулём автомобильчика сидел водитель-вьетнамец, а на заднем сиденье устроился Рэнди. Тей фыркнул: это чудо опять умудрилось вырядиться во всё белое, только панаму голубую нацепил. Впрочем, он её тут же снял и принялся размахивать ею в воздухе. - Привет! - Рэнди, в отличие от Тея, был явно в отличном расположении духа. Впрочем, он не прекращал сиять с самого приезда, то есть уже почти две недели, с тех пор, как сменил залитый зимним дождём Лос-Анджелес на тропическое блаженство Фиджи. – Ну ты и собираешься, леденец, как барышня, я тут уже полчаса сижу. Ноготки накрасил, эпиляцию зоны бикини сделал? - Ты меня спрашиваешь, или о своих делах докладываешь? Тейлор уселся на заднее сиденье рядом с другом, с трудом уместив свои длинные ноги, и Рэндс немедленно полез целоваться, не стесняясь водителя. Перестав наконец кусать Тея за нижнюю губу, он сказал томно: - Ну конечно, апельсинчиков уже покушал, а я тут сижу голодный, на жаре, не ел ничего, и даже кофе не пил. - Умолкни, Карим. - Будешь называть меня Каримом – будешь просить своих тайчиков тебе минет делать. - Это твоя фамилия, я-то причём. Если хочешь, в рюкзаке есть ещё апельсины. - Хочу, - Рэнди немедленно зарылся в рюкзак в поисках фруктов, а Тей, глядя сверху на его блестящую русую макушку, тихонько опустил ладонь на тёплые мягкие волосы, ласково погладив своё недоразумение с почти высшим медицинским образованием. Рэндс смешно подёргал плечами, но было видно, что на самом деле ему приятно. Он вообще парень очень тактильный, только и знает обниматься. Полное имя Рэнди – Рэндольф Эллиот Карим, и этот самый Карим достался ему от отчима, продержавшегося в объятиях его мамочки дольше всех остальных. Звучало это, при внешности карамельного блондинчика Рэнди, несколько диковато, но Тею сочетание казалось забавным. А вот самому мистеру Эллиоту Кариму – нет, и он всякий раз делал вид, что дуется. - Вот закончу учиться, отправлю свою мамочку куда подальше и сменю эту идиотскую фамилию, - сказал Рэнди, хищно срывая кожуру с апельсина. – Этого её Омара уже и на свете, небось, нет, учитывая, что он крэк тянул, как воздух, а на мне его фамилия висит, как бирка в морге. Далеко ехать-то? - Рядом. Вылетаем отсюда, с острова. - Тут аэропорт есть? - Взлётная полоса. Я же везучий, как мне надо лететь, так в Нанди* отменили все частные рейсы: то ли австралийский премьер прилетает, то ли новозеландский… А рейс до Фалеоло у них раз в неделю. Придётся добираться на Самоа своими силами. Вскоре между пальм показалась большая открытая площадка и ряд ангаров – взлётно-посадочная полоса Денарау. Водитель направил электромобильчик в тень одного из ангаров, неподалёку от которого стоял маленький самолёт-амфибия. У самолёта ходили туда-сюда двое мужчин, и, видимо, пересчитывали какие-то ящики и мешки, лежавшие у шасси ровным штабелем. Рэнди уставился на летательный аппарат, долго его рассматривал, и по итогам осмотра сказал недоверчиво: - Мать моя в кедах, это ещё что за экспонат из музея авиации? - Ди-Эйч-Си-два «Бивер». Отличный, между прочим, агрегат. - Господи, он хоть взлетит? - Он летал, когда не только тебя, но и мамочки твоей ещё и в проекте не было. - Это и настораживает, моя сладкая лакричная палочка, - Рэнди обнял друга со спины, но теперь, чтобы видеть самолёт, ему приходилось выглядывать сбоку, Тей был на пол-головы выше. - Твой папаша уж для комфортного перелёта единственного сыночка мог бы и «Гольфстрим» свой выделить. - «Гольф» занят. Папа на нём своих друзей-рокеров везёт из Новой Зеландии. Да и не взлетит он отсюда, полосы не хватит. А Нанди закрыт, я ж сказал. У мистера Бенсона самолётов было три. Первый, новый реактивный «G500», сейчас был как раз на Самоа, уже доставил на церемонию самых дорогих гостей, и собирался во второй рейс в Окленд. Второй, маленькая четырёхместная «Сессна», находился в Калифорнии. А здесь, на Фиджи, имелся старенький DHC-2, возрастом чуть моложе самого Нормана Дж. Бенсона, но ещё вполне бодрый. «Бивер» базировался на Денарау постоянно, в большом отеле на островном государстве без самолёта никак. Выглядел старый работяга скромно, но презентабельно: новая краска, блестящий винт, и почти ежедневно он совершал рейсы на маленькие острова, где располагались туристические базы «Санни Бэй Ресорт», возил припасы и снаряжение для подводного плавания и сёрфинга, а также в его обязанности входило регулярное сообщение с островом Сент-Кристофер в архипелаге Тонга – крошечным коралловым атоллом, собственностью мистера Бенсона. Тейлору уже приходилось летать на «Бивере» - не «Гольфстрим», конечно, но терпимо, благо, Тея не укачивало нигде и никогда, ни в самолётах, ни в машинах, ни на воде. Скептицизм Рэнди в отношении маленького самолёта объяснялся ещё и тем, что тот летать вообще побаивался. Тейлор, глядя на насупившегося друга, хлопнул его по плечу: - Не дрейфь. Я сто раз уже на нём летал. Нормальная машина. Мне в ней только одна деталь не нравится. - Какая? - Пилот, - мрачно сказал Тей. - Важная деталь. Он что, плохо того – плохо летает? Всё время «бочку» сделать пытается? Если так, то я не полечу. - Нормально он летает, не в этом дело… - А кто из них там пилот? – Спросил Рэнди, вглядываясь в мужчин у самолёта. – Вон тот краснорожий? - Нет, это мистер Уилкокс, менеджер из «Санни Бэй», хороший дядька. - Значит, вон тот Индиана Джонс в стетсоновской шляпе? - Да. - Ну, уродом так-то не назовёшь, - оценил Рэнди. - Что он из себя представляет? - Бывший капрал ВВС, этакий типичный техасец, разудалый ковбой и коллекция всех возможных стереотипов. Редкостный мудак, между нами говоря. - А имя у редкостного мудака есть? - Дэвид Митчелл. Я думаю, ему хорошо за тридцать, но ведёт он себя, как студент колледжа. Я стараюсь с ним вдвоём не летать, задолбало его байки слушать. Какой он был отважный, когда служил, какие подвиги совершал, и сколько дамочек покорил от Аргентины до Японии. А в последнее время добавились ещё рассуждения о достоинствах его избранницы, это вообще аут, как начнёт, так хоть с парашютом прыгай. - Где это он тут избранницу надыбал? - Да тут в отеле и надыбал. Кристин Темплтон, ты её видел, она у нас спортклубом руководит, и всё время ходит, как по гимнастическому ковру. Я эту стерву терпеть не могу, и обсуждение её… выпуклостей мне уж совсем неинтересно. Вот я и стараюсь так подгадывать, чтобы одному с ним не лететь, чтобы инженер с нами был или инструктора по дайвингу – вот, самая ему компания. А я сажусь назад, включаю музыку и абстрагируюсь. - То есть, мистер Митчелл даже не подозревает, что ты на женщин не алё? - Подозревал бы, так наверняка бы поскромнее был в свой удали, - фыркнул Тей. – А то он в каждую беседу умудряется ввернуть «Бей педиков», даже если речь шла о качестве армейской тушёнки. А я ж всё-таки сын его босса. - Мудак – не мудак, но тупица уж точно, - Рэнди снисходительно посмотрел на «Индиану Джонса». - За четыре месяца только слепой не разглядел бы, что ты гей. Взять хотя бы твою любимую майку – камуфляж под зебру… Или вот ещё – ну какой стрейт в здравом уме будет постоянно таскать бусы из каури?.. - Как и положено мега-натуралу, мистер Митчелл никогда не замечает, кто во что одет. Может быть, он и заподозрил бы что-нибудь, если бы я пришёл в юбке. Такие, как он, уверены, что все геи ходят в колготках в сеточку и перьевых боа. - Ладно уж, - заметил Рэнди. – Нет такого натурала, даже самого натурального, кто хоть раз бы с дружком на пару не передёргивал. Всё в этом мире относительно. - Ему не скажи. А то выбросит тебя в океан в праведном гомофобском гневе. - А как ты думаешь, - мечтательно сказал Рэнди, - как он отреагирует, если я начну рассказывать, как в школе с капитаном футбольной команды переспал? Да-а, он был крут… Член, конечно, у него мог бы быть и побольше, но зато какое тело… Почти как у тебя. И такой же длинный. Только в отличие от тебя, моя медовая дылда, он мордочкой не сильно вышел, и грудь у него была волосатая. Сейчас женат уже. Как и положено идиоту. Ох, и тупой же он был, как флотский ботинок, одно слово – футболист. - Рэндс, - старательно придавая голосу укоризненный тон, сказал Тейлор, - ты всем своим парням рассказываешь о прежних бойфрендах? - Да не был он моим бойфрендом, - хихикнул Рэнди. – Разок перепихнулись в спортивном лагере. Потом год от меня шарахался, пятой дорогой обходил. Просто он вот так же, как этот твой ковбой, на каждом углу разорялся, как он педиков ненавидит. Ну, я ему и показал, кто из нас гей, а кто именно педик. - Карим, я тебя прошу, только не надо Митчелла соблазнять. - Вот тебе за Карима, - Рэнди чувствительно ущипнул друга. – Ёлки, как же ты втиснул свою тушу в эти джинсы?.. Тебе пора перестать насиловать беговую дорожку, а то станешь похожим на качка. Мистер Уилкокс увидел их у ангара и приглашающе замахал руками. Тейлор, аккуратно подцепив пальцем белую футболку Рэнди, повлёк его за собой. - Доброе утро, мистер Бенсон, - сиял менеджер. – Всё готово, через пять минут погрузим – и можно отправляться. - А куда все эти ящики? – Тей стукнул носком лофера одну из коробок. Уилкокс заулыбался ещё шире: - Это груз для Сент-Кристофер, мистер Бенсон-старший распорядился по дороге завезти туда кое-какие припасы. - Ничего себе – по дороге, - фыркнул Тейлор. – Крюк всего-то в семьсот километров. Нельзя было все эти грузоперевозки на другой день перенести? - Видите ли, сэр, мистер Бенсон-старший просил ещё забрать миссис Бенсон, а она как раз находится на Сент-Кристофер… - Тьфу ты, - не удержался Тей. – Только этого не хватало. Ладно, давайте, грузитесь, как закончите – мы подойдём. Они снова отошли в тень, где на капоте электромобильчика водитель расставил посуду и бутылочки из мини-холодильника: минеральная вода, холодный чай и лимонад. Тейлор, отпивая из запотевшего стакана, заметил: - Теперь понятно, почему Митчелл с такой рожей ходит. Оказывается, Каролину с собой волочь придётся. Тут мы с ним совпадаем во мнениях – лучше десяток орангутангов в самолёте, чем она. - Каролина – это твоя мачеха, которая мисс Мира две тысячи сколько-то там? Хм… Мы с тобой знакомы скоро два года, а я её ни разу не видел. - Вот сегодня и увидишь. Во всей красе. Сейчас десять, если мы полетим прямиком на Сент-Кристофер – будем там часам к двум, сто процентов она будет уже готовая. И сто процентов – устроит бенефис. - К двум часам? Даже моя высокохудожественная мамочка себе этого не позволяла, обычно к вечеру наклюкивалась. Она что – алкоголичка? - Я тебя умоляю. Каролина – бразильская модель, ей двадцать девять, из них половину она провела на подиумах, фотосессиях и в эскорте. Всё, что она умеет – красиво ходить, фальшиво улыбаться, тратить чужие деньги и бухать. Ходить и улыбаться ей больше негде, в модельном бизнесе она уж давно никому не нужна, денег ей отец тоже на руки не даёт, ну угадай, чем она целыми днями занимается. Её любимое занятие, когда Митчелл появляется на острове – пытаться влезть в самолёт в одних трусах. А он, понимаешь ли, за мужскую солидарность, для него жена босса – табу. Вот он и кривит рожу всякий раз, как приходится её забирать. - Человек принципов, - иронически подытожил Рэнди. - А чего молодая тётка на острове киснет? Ну и жила бы в Лос-Анджелесе. - Отец не хочет, чтобы она там отсвечивала. Она ему нужна четыре раза в год, по мероприятиям походить, а всё остальное время она как бы в гараже стоит. И заправляется под завязку. Последний ящик исчез в самолёте, забрался на своё место пилот, и мистер Уилкокс встал у пассажирской двери, как дворецкий: - Прошу, мистер Бенсон, мистер Эллиот. - Во, - одобрительно сказал Рэнди, забираясь по хромированной лесенке, - никаких Каримов. Вот это вежливый человек. Не то, что некоторые. – Сзади его шлёпнули по карману белых хлопковых штанов. - Привет, - сказал Митчелл, когда в самолёт забрался и Тейлор. – Устраивайтесь там. Если захотите пить – в термосе кофе, в холодильнике вода и сок. Он запустил винт, и Тей, перекрикивая его рокот, спросил: - Мистер Митчелл, мы летим через Нукуалофа** или прямиком на Сент-Кристофер? - Прямиком, - Митчелл, сдвинув на лоб шляпу, щёлкал какими-то тумблерами на панели приборов. – Там дозаправимся, выгрузимся, заберём мадам – и тоже прямиком, на Матарева***. Как раз опробуем, как там приводнение, должны были причал достроить. Мистер Уилкокс захлопнул дверь, мотор зарычал громче, и «Бивер» медленно поехал по отутюженному асфальту полосы. Тейлор почувствовал, как его что-то тихонько тычет в плечо – оказалось, это Рэнди успел сорвать где-то цветок стрелиции, и теперь изображает с его помощью птичью голову, постукивая ярко-оранжевым «клювом» по всем поверхностям в самолёте. - Не балуйся, Рэндс. - Я немножко. Мне так спокойнее. – Рэнди уложил голову Тею на плечо, и обхватил горячей ладонью его руки, сложенные на коленях. – Тей, если мы разобьёмся, хочу, чтобы ты знал – я тебя люблю. - Мы не разобьёмся, - мягко сказал Тейлор. – Но несмотря на это, я тебя тоже. Митчелл их не слышал – рёв мотора заглушал голоса. «Бивер» поднялся в воздух и, слегка накренившись на правый борт, взял курс на острова Тонга. ________________ *Нанди - международный аэропорт Фиджи. Фалеоло - международный аэропорт Самоа. **Нукуалофа - столица островного государства Тонга ***Матарева - один из крупнейших пляжей острова Уполу, Самоа