Точные координаты рая

Всю ночь Тейлора мучила головная боль, и спал он очень плохо. Но уже утром от боли осталась только небольшая тяжесть в ушибленном затылке, из чего Рэнди сделал осторожное заключение, что с головой у друга, похоже, всё в порядке. - Крепкая у тебя башка, моя медовая дылда, - заметил он, закончив водить пальцами перед глазами Тея. – Мне бы хватило на неделю в койку слечь. Смотри-ка, даже ссадины не осталось. - Там что-то относительно мягкое было, - припомнил Тей. – Деревяшка какая-то вроде, ящик, наверное. А у тебя просто тыковка большая, а мозги маленькие, болтаются там, как в погремушке. Вот и потряхивает, чуть что. - Ой, тебе зато череп жмёт, - хихикнул Рэндс, сбрасывая руку Тея со своих волос. – Смотри, не надо прям при нашем ковбое. А то начнёт тут… Не то, чтоб я его боялся, просто неохота среди такого дуба просветительской работой заниматься. По крайней мере, не сейчас. …Несколько дней на острове прошли как день сурка – ночевка на поляне, под натянутым от дождя тентом, еда из консервных банок, и бесконечное хождение по берегу – туда-сюда, в надежде увидеть судно или самолёт. Окружающая среда была относительно нормальной – не жарко, прибрежный ветер сдувал насекомых, разве что зимние грозы и в самом деле громыхали чаще, чем хотелось бы невольным жителям острова. К вечеру третьего такого дня Митчелл собрал маленькое совещание. - Ну так, - сказал он, оглядывая своих собратьев по крушению: насупленного, заросшего светлой щетиной Рэнди и невозмутимого Тея, гладко выбритого и причёсанного как на модный показ, - всё говорит о том, что сидеть нам здесь ещё хрен знает сколько. Поэтому я вот что думаю. Во-первых, не раскисать! («А кто раскисает?» - угрюмо пробурчал Рэнди). Будьте мужиками, ясно! Во-вторых… - Митчелл с досадой поскрёб москитный укус на загривке, и было видно, что следующая сентенция ему и самому не особенно приятна, - во-вторых, надо бы запасы поэкономить. Шоколад хранить, конечно, нет смысла, ему на такой температуре всё равно долго не прожить, а вот консервы давайте-ка оставим в покое. - Угу, - с самым серьёзным видом кивнул Тейлор. – Хорошая мысль. Только одно «но» - а есть-то, собственно, чего тогда? - Мистер Бенсон, я как-то, помню, со своим отрядом в пустыне потерялся, так мы две недели саранчу жрали, и ничего. Сытная, зараза, и даже довольно вкусная. Тей досадливо сморщил нос: - Про ваши военные подвиги я достаточно слышал, правда, только от вас. Здесь-то не пустыня. Вот мы, а вот остров, давайте по существу. - Вот именно, здесь не пустыня, - назидательно сказал Митчелл, с трудом прогоняя с лица выражение «весь в папашу». – Здесь всегда можно найти что-то съедобное. Остров довольно большой, как я понимаю, и вполне возможно, здесь когда-то жили люди. Тогда тут могут быть фруктовые деревья, батат, куры одичавшие, ещё там что. Я бывал на таких островках, их тут полно в округе. - А куда же люди делись? – поинтересовался Рэнди, выбирая яблоко из ящика. Митчелл пожал плечами: - Где свалили на крупные острова, а где и вымерли. - А каннибалов тут нет? - Да ну, откуда, - ухмыльнулся пилот. – Это же не Новая Гвинея. Там этого дерьма до сих пор… А здесь нет, здесь тихий народ. На этих островках племена жили – не больше пары сотен человек. Больше остров просто не прокормит. Рыбу ловили, моллюсков собирали, лобстеров… Куры, на островах побольше – свиньи, козы. Полупервобытный народ. Я общался с несколькими такими и на Тонга, и на Самоа. Один, Сэм, у меня даже помощником полгода проработал. Жил в деревушке на полсотни рыл, так, как последние старики перемёрли, молодёжь вся уехала на Уполу. Все одним катером. Так и бросили деревню. А во вторую деревню, соседнюю ихней – он рассказывал, - кто-то оспу притащил. Так тоже – пол-деревни померло, а остальных вывезли в госпиталя, и не вернулся никто. Вот, и стал остров необитаемым. Сэм этот говорил – одни тени предков бродят по лесу вокруг хижин. Рэнди поёжился и глянул на друга – очень выразительно. Тей в ответ пожал плечами и скептически заметил: - Ну, голод в нашей ситуации представляется мне более реальной угрозой, чем тени. Хотя я мало что знаю о необитаемых островах… («Как и я» - так же угрюмо вставил Рэнди). Мистер Митчелл, вы вроде как спец по чрезвычайным ситуациям, если вам верить… Действуйте, что ли, руководите, а мы уж за вами. - А чего тут руководить, - пилот явно рефлексиями не терзался. – Щас поспим, а с утра – пойдём потихоньку вглубь острова. Посмотрим, что тут есть. Воду пресную тоже неплохо бы поискать, а то у нас её не сказать, чтоб много. - А если мы людей встретим? - Так тем лучше. Наверняка и связь у них есть какая-то, и пожрать дадут нормально. Хотя… Скорее сами будут у нас тушёнку выпрашивать. Знаю я местных, ох, здоровы они клянчить, за халяву мать продадут. Немного помявшись, Тейлор спросил: - А оружие у нас есть? - А то, - самодовольно осклабился Митчелл. – И револьвер есть, и винтовка. Они всегда со мной в самолёте. На всякий, как говорится, пожарный. - И они у вас. - Конечно, а у кого же? Вам я стволы не дам, попростреливаете ляжки друг другу… Не вздумайте хватать, это не игрушки. Ладно, пойду, тушёнку разогрею. Завтра пойдём другую жратву искать. Я вроде там за мыском отмель видел, там наверняка лобстеров пропасть, а может, и ещё что есть. Пилот ушёл к костру, разведённому ими на берегу – подальше от кромки прилива, но так, чтобы его было видно с воздуха или проходящего мимо судна. Собственно, костров было два: большой сигнальный и маленький, у кромки леса, который служил очагом. Это была идея Митчелла, благо дров в лесу оказалось навалом, сухостой здесь никто и никогда не собирал, и он буквально валялся под ногами. Рэнди, убедившись, что Митчелл занялся поддержанием огня и их не слышит, проворчал: - Почему он с нами так себя ведёт, будто мы дети малые? - А мы и есть дети, - разговаривая не то с ним, не то сам с собой, сказал Тей. – По крайней мере, в таких условиях мы совершенно беспомощны. Посмотрим, что дальше будет, насколько он и в самом деле такой знаток экстремального выживания… Хотя, не такое уж оно и экстремальное. Еда есть, вода есть, не холодно, не жарко. Да и найдут же нас когда-нибудь. - А прикинь, если нет, - оживился Рэнди ни с того, ни с сего. – Прикинь, если не найдут? Одичаем тут… Шкуры носить будем… - Чьи – лобстеров, что ли? – Фыркнул Тей. Рэнди засмеялся и сделал вид, что кусает его за плечо. – Не одичаем, не бойся. Робинзон вон за двадцать или сколько там лет не одичал, а он вообще один был. - Не один, у него Пятница был. - Так и у нас есть, - Тей махнул головой в сторону Митчелла, сидевшего у костра, - и почти такой же дремучий. Дикарь дикарём, это ты его ещё недостаточно наслушался. - И не хочу, - Рэндс потянул зубами майку Тея, стаскивая её с плеча. – Слу-ушай, между прочим, крушение крушением, а ведь у меня скоро яйца звенеть начнут. Не хочешь немного покувыркаться? Отвлечься не помешает, а что может быть лучше, а?.. Тей снова покосился на Митчелла и смущённо закусил губу: - Ну вот, нашёл время. - Да ладно, что ему до нас, пусть сидит, с тушёнкой возится. Пошли в самолёт, перепихнёмся по-быстрому, и обратно? Тей, хорош ломаться, как барышня, мы с тобой где только не трахались. А помнишь, в поезде до Филадельфии?.. - Там дверь в купе запиралась. Вдруг наш летун нас потеряет, и попрётся в самолёт искать? - Да чего бы он попёрся-то? Он же типа суровый одинокий волк… Тей, пойдём… Или ты что – собрался меня до самого спасения на голодном пайке держать? А вдруг нам тут месяц сидеть, мне что – дрочить всё это время? - Тихо ты, - засмеялся Тейлор, прикрывая любимому рот рукой, - Глядя на тебя, и не скажешь, что ты такой темпераментный. - Ты зато. С виду горячий мачо, а на самом деле – бревно бревном, фиг расшевелишь. В первый раз вижу гомика, которого надо уговаривать пойти трахаться. - Ладно, - Тей, всё ещё посмеиваясь, взял друга за руку, - пойдём. Только быстро. За три прошедших дня они превратили самолёт в довольно комфортабельное подобие гостиничного номера. В нём было удобно пережидать грозу, тут же хранились продукты, в безопасности от той же воды или каких-нибудь вредителей. На двух сложенных друг на друга ящиках любовники и устроились. - Ты снизу, - заявил Рэндс, расстилая поверх деревянных планок сложенное одеяло. – Вот, смотри, какое я тебе местечко подготовил… - Лучше давай другое моё местечко подготовь, - ухмыльнулся Тей, стягивая джинсы. – И смазку найди, мачо… - А чего её искать, - довольный Рэндс жестом фокусника извлёк из кармана кофты маленький тюбик, - она всегда при мне. Кстати, наш дикарь её видел, и спросил, что это. Я ему сказал – клей. Ну, это-то его удовлетворило, а что – у мужика всегда всё должно быть с собой, клей, гвозди, отвёртка, пистолет… Он подтолкнул смеющегося Тейлора к ящику: - Давай, коротышка, падай… Удобная площадочка, как раз по росту. - Хорош трепаться, - Тей стянул с друга кофту, а за ней и цветную футболку, и дыхание у него уже сбивалось от возбуждения, хотя он и думал за несколько минут до того, что не хочет заниматься сексом. – Давай немножко поглубже… - Подождёшь, - жеманно сказал Рэндс, водя скользкими от крема пальцами между его разведённых ног, одну из которых он для удобства закинул себе на плечо, - гладкий такой… Дылда медовая… - Карим, закройся и воткни уже… Рэнди плотоядно ухмыльнулся и немедленно исполнил просьбу, заставив своего боттома охнуть в голос. - А ты как думал? – Рэндс двигался быстро, оба тяжело дышали, и Тей, зажмурившись, думал-не-думал, что кончит, пожалуй, и так, Рэндс как-то наловчился попадать внутри него точно куда нужно. Так и вышло – он разрядился первым, и сразу за ним – Рэнди, громко выдохнув и почти упав на него всем телом. В этот момент что-то негромко стукнуло, и откуда-то снизу и сбоку раздался бодрый голос: - А-а-а теперь тот, чьи тексты не дают вам покоя ни днём, ни ночью, ваш кошмар и ваш неземной кайф, Джа-а-астин Бии-ибер!!! - Твою мать! – Рявкнул Рэнди, сваливаясь с Тейлора и ящика на пол. Тей машинально прикрыл бёдра первым, что попалось под руку – цветной футболкой Рэндса. – Что это?! Тей осторожно нагнулся вбок – туда, откуда продолжал вещать голос, перечисляющий основные вехи биографии кумира подростков. Источника голоса Тей не нашёл, но сообразил – только сейчас – что это, чем бы оно ни было, явно не Митчелл. Вряд ли тот даже знает, кто такой Джастин Бибер, да и приколы подобного рода тоже с его натурой не вяжутся. Застукай он их тут друг на друге – уж не про Бибера начал бы. Рэнди, очевидно, подумал так же, и, как был голый, забрался за ящики. - А, вот он. Это мой старый плеер… Выключен был, вот и не сел. А видно, когда упал, включился. Фу ты… - Ты слушаешь Бибера? – Спросил Тейлор, который уже встал с импровизированного ложа и надевал шорты, откопанные им в сумке ещё утром, и валявшиеся на ней сверху. Рэндс кинул в него скомканной кофтой. - Ага, и твою тёзку Свифт заодно. Я выгляжу на двенадцать лет?.. Это, видно, Малика плеер брала. Она вечно его на внешний звук переключает. Вот же ёжик, так и импотентом стать недолго… - Хорошо, когда у тебя есть младшая сестра, - невинным тоном сказал Тей, - можно безнаказанно слушать Бибера, а если узнает кто – спереть на мелкую. - Коротышка, - угрожающе произнёс Рэндс, проводя рукой туда-сюда по ещё наполовину стоящему члену, - замолкни, а то я найду, чем тебе ротик занять. - Вот ты ненасытный… Из самолёта первым голову высунул Рэнди – он оделся, как всегда, молниеносно, и пока Тей ещё застёгивал рубашку, он уже обозревал окрестности на предмет местонахождения Митчелла. - Вроде не видно, - доложил он обстановку. – Выходим. Интересно, сколько времени мы тут игрались?.. - Минут пятнадцать-двадцать, - предположил Тейлор. – Вряд ли больше. Пойдём, ополоснёмся, а то наш Пятница заинтересуется, где это мы так вспотели, да ещё оба разом. В этот момент из-за кустов на уже протоптанной ими за три дня тропинке показался Митчелл. Выглядел он довольно мрачным. Тей посмотрел на Рэнди – и тот быстро ретировался обратно в салон, прошипев по дороге «Меня здесь нет». Тейлор, пожав плечами, спрыгнул на траву. - Мистер Митчелл, вы меня ищете?.. - Типа того, куда вы оба подевались? Еда готова. Найдите своего приятеля, да захватите там кукурузных хлопьев. Несладких. Добавим в тушёнку для сытности. Если хотите сладкого – выберите там сами, я это бычье говно не ем. Хмурясь ещё больше прежнего, пилот вытащил из-под навеса свою куртку и ушёл обратно к очагу. Как только он скрылся, в двери самолёта снова возник Рэндс: - Он меня не видел? - Вроде нет. Только если мы и дальше так будем, рано или поздно он нас застукает. Тут прятаться особо негде. - Да и хрен с ним, в общем-то. – Рэнди тоже спрыгнул вниз. – В конце концов, он что, не знает, что на свете существуют геи? - Знает, конечно. Он думает, что те фрики, которые на Прайде в Нью-Йорке трясут волосатыми жопами в розовых купальниках, и есть настоящие геи. А купание откладывается, кстати, наш Беар Гриллс нас к столу пригласил. - Ага, я слышал. Не ест он сладенького. Совсем не ест. Как будто это не он только сегодня утром две банки ананасового компота зарубал. - Так это он? Я думал, это ты, Карим. - Я как раз не ем ананасы, - иронически сказал Рэндс. – У меня от них сыпь. Так что это наш суровый воздушный ас. Ананасики любит, ути-пути. Эх-х… Хорошо потрахались, а, коротышка? Ну хорошо же? А ты не хотел ещё. Тей усмехнулся, возводя глаза к небу. Уже стемнело, и над островом загорелись крупные, как дождевые капли, тропические звёзды. Шумел ветер в кронах, пахло морем и травой, и если бы не копошащееся на задворках сознания назойливое воспоминание о катастрофе – это место вполне сошло бы за рай. Безмятежность их временного Эдема нарушил голос Митчелла, явление, в раю совершенно лишнее: - Ну где вы там? Хотите холодное есть?!