Отчаявшийся

Ну, по крайней мере – жив. Джон жив, и это единственное, что действительно важно. Джон жив, Джон жив… слова эти сливались в однообразный гул, пока не заполнили всю голову целиком, но и тогда легче не стало. Что за утешение такое – жив? Кто знает, в каком он состоянии? Кто знает, помнит ли Джон его? Захочет ли видеть? Как можно утешать себя тем, что он жив, когда это именно ты виноват в том, что случилось, - ты знаешь, что виноват, ты - и никто другой. И ничто другое. - Mea, mea culpa, - пробормотал Шерлок, невидяще уставившись в стену. Миссис Хадсон, кажется, что-то переспрашивала, что-то говорила, утешала, вероятно, - Шерлок не слушал. Не взглянув на квартирную хозяйку, он с усилием выпрямился и пошел по направлению к двери. - Шерлок! – он почувствовал руку на локте. – Шерлок, ты же в пижаме! Я все понимаю, дорогой, но тебе стоит… Миссис Хадсон осеклась, услышав смех. Шерлок смеялся – не как обычно, раскатисто и глубоко, но нервно и тихо, - и искренне. Ощущение дежавю охватило его – только это было никакое не ощущение. Déjà vu – уже виденное. Как будет по-французски «уже прожитое»? Déjà vécu? И сколько же раз еще придется испытать такое déjà? Два, три, десять? Дай Бог, чтобы этот раз был последним. Снова в пижаме, снова на поиски Джона, снова его окликают и удерживают, на этот раз миссис Хадсон вместо Майкрофта, но, в сущности, нет никакой разницы… Была разница – надежда. Слабая, колышущаяся от любого дуновения, как огонек спички, и все же надежда, от которой Шерлок не собирался отказываться. Джон, по крайней мере, был в этой Вселенной. Живой. Все остальное решаемо. Помня, как какое-то время назад он распахивал шкаф и видел в нем собственные сиротливо висящие рубашки и больше ничего, Шерлок, протягивая к дверце руку, затаил дыхание. И только потянув дверцу на себя, он осознал, что уже открывал шкаф этим утром – и видел там знакомые свитера, да, конечно, видел. Они были там. Их, правда, явно никто не касался несколько недель кряду, но они там были. Шерлок сгреб их в охапку сразу все и прижал к лицу, надеясь вдохнуть знакомый запах, - и почти его не почувствовал, только еле уловимый. Свитера пахли затхлостью. Сколько же времени Джона не было здесь? Сколько дней он… Все его существо рвалось к Джону, но он с каким-то изощренным упрямством не спеша чистил зубы, умывался и одевался. Не просто натягивал на себя одежду, именно одевался, выбирая рубашку, застегивая мелкие пуговицы все до одной, надевал брюки, продевал в них ремень – ему хотелось выглядеть хорошо. Боже. Боже, как будто Джону не все равно. Майкрофт приехал раньше, чем Шерлок успел выйти из дома. Они столкнулись на пороге спальни, и… неужели это был Майкрофт? Шерлок никогда не видел его настолько утратившим самообладание. Бледный, осунувшийся, он буквально налетел на Шерлока и обнял его. Когда в последний раз они обнимались? Шерлок помедлил и поднял одну руку, обняв Майкрофта в ответ. Спустя мгновение детектив, не выдержав, отстранился и тут же почувствовал, как на плечах сжимаются пальцы. - Где ты был? – Майкрофт встряхнул его, как будто Шерлоку было не тридцать девять, а лет восемь. – Где ты был, Шерлок?! Шерлок молчал. Говорить правду – все равно что в собственном сумасшествии сознаваться. Майкрофт его и здесь в психушку запихнет – тогда останется только просить, чтобы их с Джоном поместили в одну палату. Он заберет Джона обратно на Бейкер-стрит сегодня же. Майкрофт снова встряхнул Шерлока, напоминая о своем присутствии. - Мне нужно к Джону, - выдавил Шерлок. - Ты довел доктора Ватсона до психиатрической клиники, Шерлок. - Я знаю, - огрызнулся Шерлок. Неужели обязательно напоминать? - Мы не могли найти тебя полгода, а теперь что? Просто объявился в собственной спальне и все? - Майкрофт, когда я осознаю сам, что это было, я обязательно расскажу, - устало вздохнул детектив. – Даю слово. Но сейчас – я должен увидеть Джона. Показалось на секунду, что Майкрофт сейчас спросит: «Кто такой Джон?». Но он не спросил. Он сощурился: - Что ты имеешь в виду – когда ты сам осознаешь? Ты был похищен? Кем? - Пытался раскрыть одно дело, - сказал Шерлок, и, Боже, он был недалек от истины. – Но оно… оно раскрылось само. Майкрофт, я прошу тебя. - Ты уверен, что хочешь видеть Джона в таком состоянии? – осторожно спросил Майкрофт. - В любом, - выдохнул Шерлок. - Мы еще не закончили разговор, имей в виду. - Я воспользуюсь твоей машиной, - кинул Шерлок на ходу. - Я подожду здесь, - сказал Майкрофт ему вслед, но, конечно, никакого ответа не получил. Больница была белой. Снова этот белый – белый навевал такие воспоминания, что пришлось даже остановиться и заставить себя прекратить думать об этом. Не думать о том, что Шерлок чудом – каким-то чудом – сам только что освободился из клиники. Не думать о том, что вообще случилось. Не думать о тех образах и абстрактных монстрах, которые где-то на периферии его сознания все еще существовали. Не думать, наконец, что ждало его за дверью палаты Джона. Думать о том, что у молодой медсестры крупные проблемы в семье и она распродает мебель, чтобы выручить денег на лекарства для матери. Думать о том, что юноша, попавшийся ему на пути, очевидно страдает маниакальным синдромом… Тоже невеселые мысли, но лучше, чем вспоминать тот белый туман в собственной голове. - Простите, к кому вы? Только родственники вправе посещать… - затараторила внезапно возникшая перед Шерлоком девушка. - К Джону Ватсону, - отрывисто бросил Шерлок, борясь с желанием просто отодвинуть ее и пройти. – Холмс. Он надеялся, что фамилия произведет нужный эффект, и так оно и оказалось. Майкрофт наверняка навещал Джона, а ведь Шерлок куда больше годился на роль родственника. Годился… Они и были родными друг другу, пока Шерлок все не испортил. Он всегда немного опасался, что сумеет испортить их с Джоном отношения, их связь, их любовь – все-таки природная резкость, эгоистичность, зацикленность на работе… Он перебрал в уме все варианты, все исходы, и то, что произошло в реальной жизни – это было, пожалуй, единственное, чего Шерлок не учел. Но кто мог предположить?.. Кто в здравом уме мог предположить, что случится то, что случилось? Господи. Он уже стоял у нужной двери. Стоял, не решаясь сдвинуться с места. Краем уха он слышал, как ему сказали, что Джон сейчас там – в общей гостиной. Значит, хотя бы не буен, возможно, он… Нормален? Адекватен? Обрадуется Шерлоку? Да сколько можно гадать. Сколько можно оттягивать, переминаясь с ноги на ногу, как мальчишка перед кабинетом директора. Сделав два глубоких вдоха, Шерлок повернул ручку и вошел. Он увидел его сразу. Джон сидел на диване и расслабленно смотрел в окно. Рядом с ним никого не было. Двое мрачных мужчин играли в шахматы в другом конце комнаты. Пожилая женщина бормотала что-то, глядя в пустой угол. Услышав звук открывшейся двери, она единственная из всех повернулась и одарила Шерлока тяжелым взглядом. Ни мужчины, ни Джон даже не шелохнулись. Шерлок сделал шаг, потом второй. Идти было тяжело. Третий шаг, и он оказался у дивана. Только тогда Джон перевел на него взгляд и радостно улыбнулся. У него был совершенно нормальный вид. - Шерлок. - Это я, - подтвердил детектив, произнеся очевидную вещь. «Это я» - конечно, это он. Он ведь ненавидел говорить очевидное. «Это я». Джон узнал его - это же значит, что он здоров? Не может не значить! Джон видит Шерлока, слышит его, узнает… Джон вел себя, как будто они сидели на кухне и пили после очередного расследования чай. Конечно, именно это было неверно – Джон, увидевший своего Шерлока впервые за полгода, не был бы ни спокойным, ни расслабленным. Умом Шерлок это понимал. И он помнил Рейхенбах. Но все равно – Джон был такой привычный, что Шерлоку захотелось закричать врачам, что они ошиблись: Джон здоров. Джон внезапно нахмурился: - Второй Шерлок. Неправильно. Должен быть один. Должен быть один! - Джон… - Мне не нужно двух Шерлоков, - бормотал Джон, беспокойно озираясь. - Здесь нет двух, - беспомощно возразил Шерлок, понятия не имея, что делать. Не так он себе рисовал их встречу, не так. Он хотел обнять его, хотел поцеловать, но… Едва только Шерлок потянулся вперед, Джон отпрянул, и столько искреннего страха было в этом жесте, что стало очень, очень больно. Всю тоску, которую Шерлок все это время таскал с собой, он ощутил сейчас физически. И всю свою любовь ощутил тоже, и еще неизвестно, что было тяжелее. Груз, который не сбросить, который не с кем разделить. Шерлок не хотел сбрасывать эту ношу – ни тоску, ни тем более любовь; если такова была цена – он готов был смириться, готов был даже хоть на сотню ярдов не приближаться к Джону, если так будет надо, если Джон не захочет – он мог понять. Но оставлять его одного в таком состоянии, такого больного – это было чересчур. На это Шерлок не был способен. Так он и застыл, протянув одну руку Джону, глядя в его блестящие (от слез или от лекарств?) глаза – застыл, чувствуя себя куклой в дурацком спектакле. Открылась и закрылась дверь, и… - А ты что здесь делаешь?! - раздался полный настоящей ярости крик Гарриет Ватсон. Шерлок не успел ничего ответить, потому что Джон вздрогнул и умоляюще прошептал: «Не надо кричать». И Гарри осеклась, но смотрела она на Шерлока все с той же ненавистью, и он ее прекрасно понимал. - Доволен? – уже тише спросила она. – Убирайся, чертов ублюдок. Полюбовался на дело своих рук – и хватит. Ты волнуешь его. - Я… - Не приближайся к моему брату, - отчеканила Гарри. – Никогда. Вот что ты с ним сделал – мало тебе? - Гарри, я не… - но ему нечего было сказать в оправдание. Все, что он мог – это подняться и выйти. На пороге он обернулся, но никто не смотрел на него. Кажется, он потерял Джона навсегда. - Майкрофт, расскажи мне все, что было здесь в эти полгода. Шерлок поднялся по лестнице и, не снимая пальто, сел напротив Майкрофта. Хорошо, что Майкрофту хватило ума не садиться в кресло Джона. - Обязательно расскажу, когда ты расскажешь, что произошло с тобой. Майкрофт не спросил, как Джон – понимал, конечно, как все прошло, - и за то, что он ничем не помогал, ничем не мог помочь, Шерлоку захотелось ударить его. - Поверь, я бы рад объяснить, но сам не понимаю. Он знал – Майкрофту этого мало, но отчаянно надеялся, что брат сумеет прочесть по нему, что он говорит правду. - Не понимаешь? Ты? – Майкрофт чуть приподнял бровь. – Стало быть, твое исчезновение не было твоим же фокусом? - Зачем бы? – Шерлок откинулся в кресле. Он словно видел себя со стороны, ведущего бессмысленный диалог с Майкрофтом, в то время как нужно было думать, думать и думать. Джон. - Хочешь сказать, ты был там, где ты был – не по собственной воле? - Можно сказать и так. - Но это было не похищение. - Нет. - Шерлок, я ничего не понимаю. - Я тоже. Что было здесь? Что произошло полгода назад? Майкрофт вздохнул, готовясь отвечать. Он подбирал слова, и Шерлок нетерпеливо забарабанил пальцами по колену. - Джон проснулся и не обнаружил тебя в кровати. В тот день он поднялся рано, но тебя уже не было. При этом все вещи были на месте, следовательно, Джон решил, что ты просто куда-то ушел. В тот день Джон несколько раз звонил тебе, ушел на работу, вернулся, а когда понял, что тебя до сих пор нет – тогда начал по-настоящему переживать. Он ждал полтора дня. После того, как он обратился ко мне за помощью, а мои поиски не дали никаких результатов – ты был объявлен в розыск. Сначала внутри страны, а потом и в международный. К Джону вернулся тремор левой руки, - Майкрофт отвел глаза от бледного Шерлока и продолжил говорить, глядя куда-то в сторону. - Мы с миссис Хадсон, должен признаться, как и все остальные, практически потеряли надежду к вечеру пятого дня. Джон верил в тебя дольше всех. Неудивительно… Можешь себе представить, он даже тряс меня за грудки и требовал сказать правду о тебе, но, увы, это и была правда. Даже на пятнадцатый день Джон упрямо верил, надеялся, отрицая очевидное. Если спустя две недели человека все еще не могут найти, то он мертв с вероятностью 98 %. Джон только усмехался: ты всегда выделялся из толпы. Он, конечно же, вернется, говорил Джон. Ты, Шерлок, не возвращался. От того, как Майкрофт рассказывал обо всем – чуть-чуть холодно и деланно безразлично, - становилось еще страшнее. - А спустя месяц и четыре дня я заехал сюда, чтобы проведать Джона – совместные вечера вошли у нас чуть ли не в привычку. Как горе сближает, верно? – Майкрофт усмехнулся. – И, поднимаясь по лестнице, я услышал голос Джона из гостиной. Джон смеялся и говорил с кем-то, кто, казалось, был там и кого, я знал точно, там не было. Он говорил с тобой, Шерлок. Оживленно, выдерживая паузы… На одну секунду я позволил себе поверить, что там на самом деле мой вновь воскресший из мертвых младший брат. Но, конечно… Слышен был только голос Джона, да и тебе бы никак не удалось проскользнуть на Бейкер-стрит незаметно, чтобы я не знал об этом. Майкрофт снова прервался, а Шерлок сидел и все никак не мог полноценно вздохнуть – дышал урывками. - В тот вечер стало понятно, что Джона лучше не оставлять без присмотра. И я решил забрать его в больницу. Джон не возражал. Вернее, он спросил «Зачем?» - но не у меня, а у тебя. И ты ему что-то ответил, что-то убедительное, потому что он кивнул и сказал, что готов. Он видит тебя всегда рядом с собой и впадает в истерику, если ему говорят, что это не так. Ты был у него сегодня, ты понимаешь, о чем я говорю. Так что, Шерлок, не знаю, что ты делал эти полгода, но надеюсь, что это было достаточно важным и способно оправдать то, до чего ты довел нас всех, - закончил Майкрофт. - Сестра Джона сказала, чтобы я никогда к нему не приближался. - Она погорячилась, но понять ее несложно. Видя, что Шерлок практически растекся по креслу и явно не в состоянии поддерживать беседу, Майкрофт аккуратно поднялся. - Я оставлю тебя. - Спасибо. - И, Шерлок. - Что? - Не вздумай снова… - Нет. - Хорошо. Проходя мимо, Майкрофт легко коснулся его плеча и вышел. Все так же в пальто, Шерлок лег на диван. Просто рухнул и лежал, не в силах пошевелиться. Тяжело перестроиться – одна Вселенная, другая Вселенная, и ничего не понятно. Он сумел вернуться, но каким образом? Почему так быстро? Сила его раскаяния была настолько велика? Или это еще одна издевка со стороны мироздания? Похоже на то. Он-то думал, что сумел вернуться потому, что прощен, что ему дали возможность искупить вину, но на самом деле он оказался здесь только для того, чтобы беспомощно наблюдать за тем, как самый дорогой человек в его жизни медленно угасает – а в том, что он угаснет, не было сомнений. Шерлок не сдержал обещания. Он не знал и не хотел знать, почему его перекинуло обратно. Как это вообще происходит. И куда делся тот Шерлок, который жил в той Вселенной. Ну, то есть теоретически это было бы интересно Когда-нибудь потом. Точно не сейчас. Сосредоточиться ни на чем не выходило. Он ведь дома, в правильном мире, но все стало только хуже. Он лежал на их диване, но Джона опять не было рядом, и хотя Шерлок точно знал, где он – ему было туда нельзя. Джон при виде него волновался, а Джона нельзя волновать. А он собирался забрать его домой немедленно… Где-то в квартире звонил телефон. Шерлок думал проигнорировать звонок, однако что-то заставило его, чертыхнувшись, подняться с дивана. В пальто мобильного не было, на столе тоже, - он нашелся в спальне, и пришлось собрать всю силу воли, чтобы ответить, потому что звонила Гарри Ватсон. Она не стала бы звонить просто так, особенно после того, что сказала Шерлоку сегодня, но вот он – дисплей телефона со знакомым номером. Шерлок принял звонок. - Слушай, я никогда не смогу понять, что такого мой брат нашел в тебе, как он тебя терпит и все такое, но он хочет тебя видеть. Кажется, он даже осознает, что это именно ты во всем виноват, но все равно хочет, чтобы ты приехал. - Через пятнадцать минут. Ему потребовалось тринадцать с половиной, чтобы добраться до клиники. Прошло немногим больше трех часов с тех пор, как он ушел отсюда в полной уверенности, что все кончено. На этот раз Гарри встретила его и повела, не взглянув в лицо, в палату Джона. Шерлок шел за ней, чувствуя, как колотится сердце. Ладони вспотели, и шум крови в ушах – все признаки обыкновенного волнения. А еще дрожали ноги, так что Шерлок чуть не споткнулся, заходя в помещение. Гарри осталась снаружи, и Шерлок был ей глубоко признателен. Джон напряженно смотрел на Шерлока. Такой взгляд у него бывал иногда на месте преступления, когда он старательно пытался понять ход мыслей детектива. Но напряженность почти сразу сменилась печалью. - Ты прогнал моего Шерлока, - сообщил Джон негромко. - Прости, что? – Шерлок был очень рад, что Джона благодаря стараниям Майкрофта поместили в одноместную палату. Что бы сейчас ни произошло – лишних свидетелей он не хотел. - Мой Шерлок Холмс исчез. - Который из двух? Джон не стал возражать, когда Шерлок осторожно опустился рядом с ним на постель. - Оба. Мне нужен один, все равно какой. Сначала был один, - продолжал Джон. – Потом не стало ни одного. Потом один вернулся, а потом пропал, - нижняя губа задрожала. – Обещал, что не пропадет, и пропал. Но потом… Джон улыбнулся, глядя перед собой. - Потом Шерлок вернулся, и он был всегда рядом. А сегодня их стало двое, и оба исчезли. Мне нужен любой. - Но разве ты не предпочел бы того, который реален? До которого можно дотронуться? – спросил Шерлок, наклоняясь ближе и ближе, чувствуя, как щиплет глаза, а Джон смотрел на него – теперь с доверчивым интересом. Он был так близко, такой живой, несмотря ни на что – живой, что сил сдерживаться совсем не осталось. Джон должен был почувствовать человеческое тепло, ведь должен? Шерлок смял его, не обнял, - сжал до хруста в костях, не плача, а рыдая навзрыд, выплескивая всю боль, всю тоску и весь страх. Для него прошло два с лишним месяца, для Джона – полгода, но ведь все кончилось. Джон не отстранялся. Правда, не обнимал в ответ, но не отстранялся. - Правильный Шерлок никогда не бросит Джона. Ты правильный Шерлок? - Конечно, - прошептал Шерлок. – Никогда. Он уже говорил это, уже обещал, но на этот раз все совсем по-другому. Шерлок больше никогда не позволит себе подумать ни о чем… Да они вообще больше не будут ссориться! Джон снова улыбнулся ему, и Шерлок жадно его поцеловал, чтобы, как и всегда, выразить в поцелуе то, чего не мог произнести вслух. Это казалось странным – целовать Джона сейчас, когда он был так уязвим, когда он даже не отвечал. Но прижимался тесно, и это было лучшим, на что Шерлок мог рассчитывать. ___________________________________ - Он становится гораздо спокойнее в вашем присутствии, - сказал пожилой врач. - Естественно, - надменно ответил Шерлок. - Я бы даже сказал, что рядом с вами он практически здоров, - мужчина шел рядом, немного задыхаясь. На один шаг Шерлока приходилось три его шага. - Он не здоров. - Есть надежда. Сознание проясняется гораздо чаще, чем раньше. Естественно, полного выздоровления… сэр! Не слушая, Шерлок захлопнул дверь палаты перед носом врача. Ему не было дела до этой болтовни. Все, что нужно знать, он уже знал. И надеялся на все, на что можно было надеяться. Джон рисовал что-то на тетрадном листе, сидя прямо на полу. Он полюбил рисовать в последнюю неделю, и получалось у него, как признал даже Майкрофт, недурно. Услышав, что Шерлок вошел, Джон хмыкнул и поднялся на ноги. - У меня не выходит твой портрет, - пожаловался он. - А по-моему, отлично выходит, - не лукавя, ответил Шерлок. - Ужасно, - покачал головой Джон и раздраженно уставился на свои руки. Глядя на него, Шерлок помедлил, а потом - впервые за три недели - осмелился спросить: - Джон, ты еще видишь второго Шерлока? - Иногда, - Джон совсем не удивился вопросу. – Иногда вижу. Но мне кажется, он думает, что больше мне не нужен, и приходит все реже. - Он и правда тебе не нужен. - Вероятно, - легко согласился Джон и, подойдя ближе, поцеловал Шерлока. – Останешься на ночь? - Местные порядки вряд ли позволяют подобное, - ответил Шерлок, и, естественно, он планировал остаться. - Плевать ты хотел на порядки, - сказал Джон совсем-привычным-тоном. Сегодня Джон был по-настоящему нормален, как будто и не болел никогда, и Шерлок даже слегка растерялся. - Что? - Я люблю тебя. Где, черт возьми, Шерлок, ты пропадал столько времени? Ясный взгляд - внезапное исцеление? Конечно, нет. Конечно, полное выздоровление в один миг невозможно. Конечно, невозможно. Джон все еще был болен. Разумеется. Как говорили врачи – прояснение сознания? Самое прекрасное прояснение из всех. Завтра Джон может снова увидеть двух Шерлоков вместо одного, завтра может произойти все, что угодно, но пока… Пока Джон ждал ответа. Шерлок протянул к нему руки, обнял, уткнулся носом в макушку и забормотал что-то. Иногда связные предложения, иногда отдельные слова – он был уверен, что Джон его поймет. Никто не мог, кроме Джона. Они лежали на больничной кровати – по правде говоря, слишком узкой для двоих. Джон спал, а Шерлок смотрел на него, не шевелясь, - смотрел час, два, а потом и сам уснул, и впервые за очень долгое время он спал спокойно. ____________________ Мне не верится, но вот она – последняя глава. Не смогла я избавиться от своей любви к счастливым концам (а те, кому не нравятся хэппи-энды, могут считать, что финал здесь открыт). Я очень хочу сказать спасибо всем, кто меня комментировал, и всем, кто просто меня читал. Меня это здорово поддерживало, и я вас всех ужасно люблю, потому что именно благодаря вам я смогла его закончить – впервые в жизни закончить довольно объемный фанфик. Я-то вообще все время была уверена, что брошу его на полпути. ОГРОМНОЕ спасибо вам всем еще раз!