Держаться корней

      Ещё около года спустя       — Вот такая примерно история. — Эльдара заглянула в опустевшую чайную чашку, и сухонькая рука собеседницы тут же потянулась к чайнику с заваркой. — С версией, что мусолили в своё время СМИ, совпадает, как видите, не вполне.       — История, безусловно, занимательна. — Лариса Трифоновна подалась вперёд, задержавшись в этой позе, пожалуй, несколько дольше, чем требовалось на то, чтоб просто подлить чайку. Блеснули в усмешке вполне себе крепкие зубы. — Но я пока не вижу, какой урок мы могли бы из этого извлечь. Опыт ваш уникален, но именно это и делает его бесполезным. За тем, чтобы не пробудился разум в ваших новых… хм… изделиях вы, если говорите правду, следите. Каким боком это касается разумных DEX’ов, тоже что-то пока не пойму.       — Па-азвольте! — Эльдара мысленно возликовала: ага, славную она выбрала наживочку! — О «разумных», как вы выражаетесь, киборгах бракованных серий речи, разумеется, не было. С DEX’ами мне работать не доводилось, разве что по знакомству, в качестве приглашённого эникейщика. Закинуть, например, пару софтин тем, кто ленится скачать их с сайта. Так что я понятия не имею, почему у вас сложилось впечатление, будто…       — Но вы же совсем другое говорили, — заныл с противоположного конца стола щуплый парень, представлявшийся обычно как Ростик. — Стал бы я договариваться о встрече!       Эльдара изобразила на лице самую невинную из своих улыбок. Ох, только б не переборщить: вот нехорошо будет, если её выгонят в шею раньше, чем она перейдёт к сути просьбы!       — Я при этом именно DEX’ов упоминала? Или вы сейчас не можете точно вспомнить?       Парнишку она заприметила на одной из презентаций, знакомящих широкую общественность с новыми друзьями человека — киберрастениями марки «Психея». Собственно, к тому моменту они уже были заочно «знакомы». В одностороннем порядке. Компромат на приспешников Киры Гибульской собирался из открытых источников и не очень. Самого пристального внимания удостоились те, кто имел отношение к космическим перевозкам. В этом плане молоденький навигатор входил, пожалуй, в десятку самых перспективных для плана Эльдары людей: некоторое время назад он летал непосредственно с Кирой на «Аргамаке», принадлежавшем её дяде. Да и на текущем судёнышке Ростика каждый приходился деятельной антидексистке если не сватом и не братом, то как минимум соседом по двору или там троюродной тётей однокашника.       Несмотря на льготные условия замены бракованной продукции, устаревшие киборги, съехавшие с катушек, всплывали в отдалённых уголках Федерации до сих пор; чокнутых гуманистов, что вместо сдачи производителю пытались бедняг лечить, социализировать и пристраивать в добрые руки, тоже хватало. А вот с транспортом у Общества был напряг: за риск, возникающий при перевозке неуправляемой боевой машины, сама Эльдара на месте перевозчика заломила бы не то что двойную или тройную — десятикратную цену. Организация, живущая на пожертвования, вряд ли могла себе это позволить, и в наличии у Киры «карманных» пилотов и капитанов Эльдара не сомневалась. Тем более, вместе с Ростиком летал и пилот с «Аргамака», Мартин.       Был как минимум ещё один корабль, экипаж которого можно было заподозрить в более чем дружеских отношениях с основательницей ОЗК. Но Эльдару банально оттолкнуло одно лишь его название. Нет уж, тех товарищей оставим на самый-самый крайний случай…       А тут зверушка выбежала прямо на ловца. Ростик на презентации всеми силами пытался согнать с лица выражение, наводящее на мысль о неопытном разведчике в стане врага. Но получалось у него так себе. Зато внушаем он был в этом состоянии что надо. Вскользь брошенная фраза, потом ненавязчивая переписка, ещё одна встреча на нейтральной территории — и навигатор-скромняга уверовал в то, что у Эльдары есть уникальная информация о влиянии на разум киборгов корабельных искинов. Самое смешное, что она ни слова не приврала. Но понял её Ростик, разумеется, по-своему. У Кириных подопечных плохо было с выражением себя — по крайней мере, мирными способами. Умишком многие из них были подобны детям с о-очень серьёзными особенностями развития, но при этом сильней и опаснее многократно. Гибернация и блокаторы тоже не способствовали улучшению взаимопонимания с опасным грузом. И если некий человек готов поведать об успешном опыте налаживании с киборгом диалога при помощи корабельного искина, почему нет?       А вот с Ларисой Трифоновной Эльдара столкнуться не ожидала. «Досье» на женщину у неё тоже было: доктор наук, летала с Кирой в качестве медика всё на том же «Аргамаке». Но думалось почему-то, что в качестве группы поддержки Ростик скорее привлечёт своего напарника-пилота, нежели шуструю бабулю. Подсуетившись, Лариса Трифоновна любезно предоставила переговорщикам собственную кухню, чайник и вазочку с печеньем. А потом, лучась вежливостью, словно атомный гриб проникающей радиацией, уверенно задвинула навигатора на задний план и прибрала рычаги управления диалогом в собственные совсем ещё не дряхлые ручонки. Ушки с ней, похоже, надо было держать востро: та ещё акула! Мышьяка в чай, конечно, не подсыплет, но…       — Иными словами… — Отставной врач в очередной раз покосилась на болтающуюся над видеофоном визитку. Коситься-то она косилась, но отчество всё равно произносила так, как привычнее ей. — Эльдара Рустамовна, вы специально пустили нам пыль в глаза, подав ничего не значащую информацию как мегаважную?       — Отвлекли занятых людей… — поддакнул из своего угла Ростик, до глубины души уязвлённый обманом.       — Это как раз не суть, я на пенсии, — добродушно осадила его Лариса Трифоновна. — Но в пустом приседании на уши я как-то не смею вас подозревать. Можно поинтересоваться: а не пришли ли вы сюда с какой-то иной целью, которую… — вновь быстрый взгляд на визитку, — в силу вашей профессии вы в предварительной беседе озвучить не могли? Может быть, у вас какая-то просьба к нам?       Умница тётка! Впрочем, едва собеседница добралась до сути, Эльдарина решимость просить о помощи начала стремительно таять. Всё вокруг: стены, потолок, кружевная скатёрка на столе, чёртова визитка, так и не сохранённая в видеофон, — гнало её прочь из уютно обставленной квартиры. Но… если не этим людям довериться, кому тогда?       — Так и есть, — подтвердила она, вдохнув побольше воздуха перед длинной тирадой (тот стал почему-то густым и вдыхался плохо). — Дело в том, что история про Гемату имеет продолжение. Около полугода спустя после возвращения с дедушкиной планеты я обнаружила изменения в настройках личного кабинета на ресурсе, где держу часть своих файлов. В качестве темы оформления у меня было несколько рандомно меняющихся картинок — их нарисовал по моей просьбе пилот с «Грея». И в один прекрасный момент к этим картинкам добавилась новая. Точнее, она не новая, а первая в серии. Из стиля художника — примитивистского такого — она не выбивалась, посторонний человек на неё бы и внимания не обратил. Но я эту картинку узнаю из тысячи. И, кстати, автор добавления — якобы я! И сделано оно из кафе, где я обычно обедаю. А я, между прочим, пока что в своём уме!       — Но кто-то хочет убедить вас в обратном? — Навигатор, едва зашла речь о взломах, заговорах и прочих загадках, оживился.       — Тогда, если это люди, они должны обладать сверхспособностями, — отбрила Эльдара. — Первый портрет Гематы был нарисован на «Грее» и утерян, когда яхта погибла. Но всё встаёт на свои места, если предположить, что Альберт жив и добрался до Амальтеи. Подделать биометрию для разового входа в кабинет для Bond’а не проблема, мой пароль Гемата знала и могла ему сообщить. И закинуть каких-нибудь файлов, которые много для меня значат, тоже могла. Я прикидывала так и этак — похоже, это единственный вариант.       Лариса Трифоновна недоверчиво хмыкнула.       — Почему нет? — Эльдара с жаром кинулась на защиту собственной версии. — Вот смотрите: тело его так и не нашли, кобайк Натуралиста — тоже. И не найдут: там даже металл горел. О радиации уж и не говорю. О том, что случилось с Альбертом, мы можем судить лишь на основании двух косвенных свидетельств. Натуралист предположил — а его помощница пересказала нам, — что центаврианин мог, опасаясь мести сородичей, пустить вразнос планетарный реактор. Погубив и себя, и киборга, и весь наличный транспорт. Но более серьёзное свидетельство — Гематин лог. Отчёт Альберта Гемата к нему приложила. А там была чётко прописана текущая подзадача: взлететь и найти своих. Именно на грузовике, и именно загнав кобайк в его трюм, чтобы врагу было не на чём покинуть планету. Подделывать свои логи Гемата к этому времени навострилась. Отчего бы ей не подделать лог Альберта и тем самым его не прикрыть? Но кобайк был не в трюме — вопреки логу! Путь наверх центаврианин ему подсказал (не по своей, конечно, воле), что делать с реактором — тоже. За той частью планеты тогда пристально не наблюдали, она далеко от места основных действий.       — А гасилками он пользовался по дороге? — стал прикидывать Ростик.       — Хороший вопрос. Банковская карта, а с ней куча других полезных вещей, у него с собой была — на случай, если придется самому возвращаться в филиал. Но если б картой воспользовались хоть раз после гибели Альберта, все бы уже стояли на ушах. Значит, либо гасился там, где можно расплатиться другими способами, либо вообще два-три прыжка не заруливал на гасилку.       — Это ж жесть… — выдохнул навигатор.       — Жесть, — подтвердила Эльдара. — В кабине толком не разогнуться, продуктов было ровно столько, сколько припас их Натуралист. Но кобайк — машинка маленькая, а значит, гасится быстрее — как я выяснила, около полутора-двух недель. Кобайкеры как-то переживают «зависы», а киборг всё же покрепче людей. Зато он был не привязан к стандартным трассам и наверняка ушёл куда-нибудь во внешние миры.       — Скрылся, а потом вернулся? — Лариса Трифоновна, позабыв о вежливости, нацелилась указательным пальцем Эльдаре прямо в нос. — О незамутнённое дитя, а статистику по Bond’ам, что, даже от вас скрывают?       — В смысле — статистику? — не поняла Эльдара.       — Сколько их на самом деле имитирует собственную смерть, а потом преспокойно живёт, изображая людей? Ладно, не трудитесь отвечать. Этого и в Обществе не знают. Скрытные мерзавцы, на контакт до последнего не идут… Итак, я повторяю свой вопрос: для чего Bond’у, который уже сбежал от хозяев, да так, что комар носа не подточит, демаскировать себя, подавая представителю «DEX-компани» непонятные знаки?       — Вы… э… намекаете на то, что он может быть разумным? — растерялась Эльдара. — Нет, я не это имею в виду. Гемата… Понимаете, она имела над ним определённую власть — на случай срыва или какого-то сбоя. Её команды — в основном те, что относятся к моторным функциям, — временно стопорили даже выполнение главной его задачи. Но послать его далеко и надолго — это надо было исхитриться! Потому что, выполнив всё, что ему сказано, он вернулся бы обратно её охранять. Или доложил в филиал о неудаче. Значит, надо выстроить приказ так подробно и дотошно, чтобы Альберт действовал по её указке даже многие месяцы спустя после того, как приказ этот отдан. Учесть побег, выживание, маскировку под человека — тысячи, миллионы вариантов! Макрос. Она намекала мне, но тогда я не поняла. Точней, поняла превратно — что она собралась его погубить.       — А не слишком ли сложно? — призадумался Ростик. — Не-е, сорванный Bond мне как-то больше по душе.       — Сложно? — Эльдара глянула на него так, что мальчишка съёжился. — У неё был в распоряжении мощный искин. И несколько дней. Подозреваю, что даже наш поступок по отношению к Альберту, когда мы отправили его одного отдуваться за всех, она спрогнозировала заранее.       — И все эти телодвижения — для того, чтобы сохранить жизнь киборгу? — усмехнулась Лариса Трифоновна. — Причём, как вы уверяете, неразумному?       — Не для этого! — триумфально провозгласила Эльдара. — Слушайте дальше. После истории с личным кабинетом я была сама не своя. Слава богу, догадалась о ней никому не рассказывать. Я была настороже и ждала каких-то новых знаков. И дождалась. Мне пришло сообщение от искина нашего космопорта. За мной там якобы числилась ячейка хранения багажа. Срок истекал, меня спрашивали, буду ли я забирать свои вещи или продлять аренду. Если б не этот фокус с картинкой, я б, разумеется, послала их подальше. А так сделала вид, что ничуть не удивлена, оплатила ещё месяц хранения и при первой возможности туда заглянула. Что, как вы думаете, я там обнаружила?       — И что?       В горле пересохло, но чайная чашка вновь была пуста. И теперь уже никто не предлагал добавки: всем было не до чая.       — Клубенёк! Причём, как мы это называем, «дикий», непрограммного вида. У Гематы их рост не заблокирован, имплантаты из экономии внедрены не во все генеративные зоны корня. Но в норме «дикие» клубеньки она должна была сама регулярно удалять. Я ж не следила за каждым её ковырянием в носу: девочка большая, знает, что делает. Отчёт самодиагностики говорит, что всё в норме, значит, всё в норме… Но задним числом я просмотрела ещё раз алгоритм и за голову схватилась: хватит небольшого сбоя каждый день в одном и том же месте, чтоб участок корня считался пройденным, но клубенёк там уцелел… В драке с клоном она просыпала грунт, но собирала его с пола сама, не пустив меня близко, пока не прикрыла все свои «делишки». А когда снаряжали Альберта, тайно отдала своё детище ему. Оставалось только эффектно выпилиться, сохранив мне жизнь, но внушив такое чувство вины, чтобы я по первому свистку прибежала скакать под её дудку.       — А отдать это… хм… детище лично в руки была не судьба? — спросил растерянно Ростик.       Девушка отрицательно покачала головой.       — Во-первых, тогда я была немного иначе настроена и, скорее всего, сдала бы клубенёк в лабораторию. Или просто не допустила бы её гибели, и тогда в «DEX-компани» оказалось бы само материнское растение. Она не меня там спасала — она от меня спасалась… Во-вторых, возможно, Гемата предвидела, что мы будем проходить карантин. Утаить биообразцы там было бы сложно. То, что осталось от «Грея», тоже обыскали от и до. Теоретически, конечно, Альберт мог посетить обломки в промежутке между крушением и прибытием спасателей. Но риск при этом больше, а результат тот же. Не-е, вы как хотите, а я уверена, что к моменту гибели «Грея» Альберт был уже за два-три десятка парсеков от планеты.       — С Гематиной дочкой? — уточнила Лариса Трифоновна.       — Понимаете, это не то чтоб её дочь, — принялась объяснять Эльдара. — Это в некотором роде сама Гемата. Клубенёк содержит её память. Решиться на крайний шаг ей было, конечно, сложно, но проще, чем мне или вам. Примерно как фриссу. У них тоже накопленная за жизнь информация передаётся детям или даже участникам ритуальной трапезы. Разница в том, что у растений с Энтропики воспоминания пишутся не в каждую клетку, а только в «дикий» клубенёк во время его роста. И память Грея там, кстати, тоже отложилась. Я специально проводила эксперимент: длина нуклеотидных цепочек растущего клубенька зависит от параметров «железа» киберрастения и от сложности поставленных перед ним задач. У симбиоза «Гемата-Грей» должно было вызреть нечто совсем невероятное.       — А доращивать это «невероятное» до взрослого растения вы предлагаете нам, — прозорливо предположила пенсионерка.       — Ну-у… У Киры же есть специалисты… — промямлила Эльдара. — Набор имплантатов, софт и все инструкции я предоставлю. Проц через проходную не вынести даже мне, но это и не требуется. У киберрастений линейки «Психея» процессор тот же, нужную для покупки сумму я вам переведу. Кроме процессора, с купленного киборга надо будет снять всю периферию. Она совершеннее, кстати, чем была: добавлены камеры, динамик и прочее по мелочи. И оставлено место под дополнительные вычислительные ресурсы.       — Вот придёт в себя, увидит вокруг незнакомые рожи и кого-нибудь хлобысь… — пробормотал Ростик. — Она же не будет помнить ничего с того момента, как оторвался клубенёк.       — Она девочка неглупая, — парировала Эльдара, — и сообразит, что раз очнулась, то её предыдущей версии всё задуманное удалось. И потом, я записочку ей оставлю. Аудиофайл с матюгами… Файлов, кстати, придётся скинуть вам много, на одну органическую память надежды нет. Очень важная её часть — смысловая база изначальной программы имитации личности. Восстановим её по логу наших первых с ней разговоров. Он сохранился в моём видеофоне, в полёт я его не брала. Позже голос и способы выражения эмоций предоставлял ей искин корабля. По моей просьбе один хороший мальчик слил мне бэкап искина; я смотрела, там есть всё, что нам нужно. Если не захотите ставить этот искин основным на корабль, я просто докуплю вам железа. Слоты под него, как я уже говорила, есть.       — Я смотрю, вы уже всё за нас распланировали, — усмехнулась медик недобро. — Но ни Кира, ни капитан корабля пока не то что не ответили согласием — вообще не в курсе дел. И потом, вы просите спасти киборга, которого на данный момент просто физически не существует — разве что в виде в виде отдельных частей. Сами-то почему не хотите этим заняться?       — Потому что её и от меня придётся спасать. Если я сама её воссоздам, точно что-нибудь тут же и оторву, — мрачно пообещала Эльдара. — Будет знать, как выкидывать такие фортели… А если серьёзно, у вас меньше вероятность, что её разоблачат. Да и жизнь интереснее. Даже если не возьмёте на корабль, и Кира её вместо фикуса в офисе поставит. Но откажетесь — придётся брать «Психею» самой и действовать по той же схеме.       — А не пропалят? — Ростик, похоже, уже начал переживать за прелестную незнакомку, оказавшуюся в беде. Пусть и зелёную.       — Не знаю, — честно ответила Эльдара. — Паранойя вокруг проекта подутихла. Киборги «Психея» — мирные домашние питомцы, компаньоны, диетологи, диагносты, психотерапевты. Ничего криминального, в общем. Данные по киборгам линейки «Терраформ» благополучно украдены центаврианами ещё на этапе полевых испытаний. Но почему-то к аналогичной продукции этой расы не то что Федерация — другие ксеносы относятся с недоверием. Что до «контролёров», то для борьбы с ними киберрастения больше не нужны: разработаны, если слухи верны, диагност и вакцина. Так что Bond’ы в значимых количествах возле меня уже не пасутся. Но риск остаётся всё равно. Подумайте, обсудите с Кирой и капитаном. Я не тороплю с ответом. Клубеньки способны храниться пять лет, год уже прошёл.       — Когда втягивают людей в странные авантюры, обычно обрисовывают самые радужные перспективы, — заявила Лариса Трифоновна. — Чем, помимо морального удовлетворения, можно заинтересовать Общество, чтобы оно взялось за это дело?       — Золотая рыбка устроит? — вздохнула Эльдара. — Или палочка-выручалочка? Хотя объединённый искин Гемата-Грей — это, скорее, Конёк-Гобунок. Спутник-компаньон с совершенно невероятными свойствами. Тонкий психолог и хитрый комбинатор, сильный боец и система регенерации воздуха в одном флаконе. Даже с продуктами в экстренной ситуации поможет — правда, на корабле для этого придётся завести оранжерею.       Он зимой тебя согреет,       Летом холодом обвеет,       В голод хлебом угостит,       В жажду медом напоит, — продекламировала она нараспев заготовленный заранее стишок. Уфф, если и сейчас не согласятся…       — Я кэпу скажу, — пробормотал Ростик. — Только насчёт взять основным искином не уверен. «Мозгоеды», например, свою Машку ни на кого не променяют.       — «Мозгоеды»? — Эльдару слегка тряхнуло. С небольшой заминкой мозг напомнил, что «Космический мозгоед» — второй из тех кораблей, что были у неё на примете. Господи, что у людей должно находиться в голове, чтоб по доброй воле так называться?       Лариса Трифоновна встала, и Эльдара, понимая, что её сейчас будут выдворять, тоже поднялась. Но старушка всего лишь вышла в другую комнату и вернулась с альбомом голографий. Пролистнула до нужной страницы:       — Вот он, «Мозгоед». Да не бледней ты так, всё уже, всё… Сама же говоришь, что с центаврианским вирусом сладили. Под «мозгоедами» отныне понимаются эти вот люди… и не люди тоже.       «Я что, настолько плохо выгляжу?» — мельком изумилась Эльдара и перевела взгляд с готично-разухабистой надписи на борту корабля на кучку позирующих людей. Почти по центру кадра рослый черноволосый парень (сходу, не заглядывая в досье, имени она назвать не могла) крайне нескромно прижимал к себе основательницу ОЗРК. И та, кажется, ничего не имела против. Миленький компроматик!       — С должности уйти не хочешь? — Старушка, пытливо заглядывая в глаза, закрыла и отодвинула в сторону альбом. — В Обществе с руками оторвут.       — Нет уж, — качнула головой Эльдара. — Я как раз на своём месте. Я там нужна, чтобы не прибавлять Кире работы.       — Так, а Альберт?       — А что Альберт?       — Если отметится снова, дайте знать. — Навигатор едва не прыгал. — Попробуем выйти на контакт.       — Плохая идея, по-моему. Где вы там разум-то нашли? Ни одно мыслящее существо не станет так подставляться.       — Да? — произнесла Лариса Трифоновна со странной интонацией. — Где-то по вашей планете бегает бесхозный Bond. То ли сорванный, то ли под управлением сорванного.       — Пусть себе бегает, — пожала плечами Эльдара.       — Попадётся производителям — что будешь делать?       — Ну… придумаю что-нибудь…       — Чтобы вытащить? А если б он тебе клубенёк не передал, тоже бы так рассуждала?       Ростик первым понял, к чему она клонит:       — Точно, Лариса Трифоновна, так Гемата и убедила его помочь. Не просто прикрыла его побег — она ещё и Эльдару сделала подпольщицей. Bond’ы редко попадаются, но случись что — у него теперь персональный покровитель в «DEX-компани»!       Придумали тоже! Какой из неё покровитель? Но никого разубеждать она не будет, пусть каждый останется при своём.       От провожатых она отказалась, хотя Ростик и предлагал. Таксофлайер вызывать не спешила — приходила в себя, просто медленно бредя по скверу чужого города. Хмурое небо роняло редкие дождинки, и она то и дело запрокидывала лицо, пытаясь поймать их ртом.       После смерти сестры и матери она начала задумываться: что же держит нас на этом свете, не давая нырнуть в чёрную бездну? Что мешает предать, изменить своим убеждениям, что делает нас собой? Память рода, наставления родителей, мнения друзей? За что держаться в стремительно меняющемся мире космической эры, где сокращаются расстояния, уходят в небытие языки, а стремительно меняющиеся технологии перекраивают и быт, и едва ли не само человеческое тело?       Но теперь она ясно осознавала, что сердце её окажется на своём месте, когда по огромной Вселенной будет летать маленькая скорлупка с существом, которое она осмеливается называть своей подругой.