С чистого листа... алыми буквами

С момента страшного пожара прошло уже несколько недель. Сам Ваня не имел возможности связаться с кем-либо из знакомых, что бы узнать хоть какую-то информацию о Гроттер, поэтому терпеливо ждал, пока Таня сама найдет его. А что бы голову не затуманили невеселые мысли, парень поскорее занял себя строительством нового дома. Место он выбрал примерно на середине пути от его старого жилища до деревни, в которой он очнулся. Семья, приютившая его там, оказалась очень хорошей. Ваня быстро сдружился со Светой и ее отцом, Николаем (для друзей дядя Коля). Мужчиной он был веселым, отзывчивым и с золотыми руками. Поэтому с удовольствием помогал Ване в строительстве. Но сегодня Дядя Коля вместе с дочкой был занят своим домашними делами. Так что Ваня практически в гордом одиночестве, не считая мирно сопящего под боком Тангро и жующего неподалеку травку Тантика, спокойно обедал после проделанной тяжелой работы. Там его и обнаружил Глеб. Некромаг появился в вихре телепортационных искр на окраине поляны. И сразу устремился в сторону Валялкина. На секунду Ванька ему даже обрадовался, как никак, но все же Бейбарсов был ниточкой ведущей к Тане. Но заметив взгляд некромага, от которого любой другой человек уже давно сам себе могилку вырыл, да сиганул туда ласточкой, парень напрягся. Глеб пулей подлетел к своему сопернику и со всего размаха впечатал того в дерево. Жеребенок в испуге встал на дыбы, а дракон метнулся на помощь хозяину. Но Бейбарсову хватило щелчка пальцами, что бы вырубить назойливого зверя. Конь же благоразумно к магу приближаться не стал. — А теперь, ветеренарное недоразумение, мы с тобой серьезно поговорим. — некромаг давно уже не выходил из себя на столько сильно. Но сейчас он был действительно в бешенстве. — Таня умирает! И в этом виноват ТЫ! И твоя гребанная Многоглазка! Сказать, что Ваня был в шоке, так это ничего не сказать. Но парень быстро взял себя в руки и оттолкнул от себя Глеба. — Бейбарсов, что за бред ты вообще несешь? Что с Таней? И почему ты обвиняешь меня и Многоглазку? Это безобидное растение. Да я и никогда бы не причинил своей невесте вреда! И если уж кто и виноват во всем, так это ТЫ, чертов некромаг! Ты влез в нашу жизнь! Перевернул все с ног на голову! Она ведь столько раз тебе отказывала, неужели нельзя было уже просто оставить ее в покое! Она не любит тебя! — Ванька с трудом сдерживался, что бы не наброситься на оппонента. — Она светлая волшебница, и никогда не будет с таким, как ты! Последующей реакции некромага Валялкин совсем не ожидал. Бейбарсов просто рассмеялся. Искренне рассмеялся, будто Ваня ему убойный анекдот рассказал. — Глупый-глупый маечник. Ты ничего о ней не знаешь. Но сейчас у меня нет ни желания, ни времени, что бы открывать тебе глаза. Я здесь не за этим. Ты довольно долго гонялся за многоглазкой и многое о ней узнал. Как снять ее чары? — Ты серьезно думаешь, что я буду помогать тебе? Многоглазка помогла Тане увидеть, чего именно она хочет в жизни. И это не ты. Глеб сорвался с места и снова пригвоздил Валялкина к стволу. Удар был такой мощный, что у парня на секунду дыхание перехватило. А спина отозвалась неприятной болью. Синяки точно останутся, но лишь бы ребра были целы. — Ты реально идиот? Маечник, ты вообще слышал, что я сказал? Таня умирает из-за этой чертовой травки. Твое добродетельное растение не позволяет ей пробудить Дар Чумы. И эта убийственная магия разрушает Гроттер изнутри. Если барьер не падет, то Таня долго не протянет. — Я ничего не понимаю. Зачем Тане пробуждать силы Чумихи? Она столько лет с ними жила, и все было нормально. Глеб гортанно зарычал и перехватил Валялкина за шиворот. — Ты меня своей тупостью уже достал. Пойдешь со мной, и пусть Сарднапал с тобой разбирается. А то я еще прибью тебя ненароком. Две фигуры испарились в воздухе, будто здесь никого и не было никогда. Лишь два растерянных зверя метались по поляне, оставшись без хозяина.

***

Сарданапал даже не удивился, когда из телепортационного вихря ему прямо под ноги прилет Иван Валялкин. Академик лишь с укором взглянул на Глеба, мол можно было быть и помягче. Но Бейбарсов и виду не подал, что его хоть как-то волнует сей незначительный нюанс. Некромаг пересек комнату и примостился возле дивана, на котором, все еще без сознания, лежала Таня, и нежно взял девушку за руку. Может ему от данного тактильного контакта легче становилось, а может просто маечника побесить хотелось. Хотя скорее всего все и сразу. По крайней мере весьма гневный взгляд со стороны Ивана он точно уловил. Устраивать разборки Танин жених все же не стал. Глупым он никогда не был, и сразу понял, что есть проблема куда большего масштаба, чем в край обнаглевший некромаг. От созерцания не самой приятной картины Валялкина отвлек тихий голос академика. — Здравствуй, Ваня. Очень давно тебя не видел. Жаль только, что свидеться пришлось при столь печальных обстоятельствах. — Сарданапал жестом пригласил блондина присесть, — Думаю, Глеб в общих чертах уже посвятил тебя в суть проблемы. А теперь я расскажу немного подробней. Парень, сначала решивший остаться на ногах, понял, что разговор будет длинный и тяжелый, так что поспешил примоститься в предложенное кресло. Академик облокотился пояснице о стол и начал свой рассказ. С каждым его предложением Валялкин мрачнел все сильнее. Теперь парень действительно начинал винить себя. «Как он мог забыть, что за любое волшебство нужно платить? Многоглазка была для него спасительным маяком, надеждой на их с Таней счастливое будущее. И чудо произошло, она осталась с ним. Выбрала свет. Но цена оказалась высока. А расплачиваться приходится Тане.» — Ваня, — академик вырвал парня из глубоких раздумий. — Нам нужна твоя помощь. Необходимо снять действие цветка с Танечки. Тогда Глеб сможет закончить вытягивать из нее темный дар. И она снова будет с нами. Светлая и живая. Блондин поднял на Сарданапала уверенный взгляд и непривычно твердым голосом произнес. — Я помогу.