Ниагара

Алека разбудил вредный и очень упорный лучик солнца, светивший прямо в глаза. Вчера они, конечно же, забыли задернуть шторы, и это было совсем не удивительно, учитывая, что вернулись они только под утро. Магнус открыл портал из подвала на Стенли-стрит прямо в номер, но их сил хватило только на то, чтобы раздеться и смыть с себя кровь и грязь. А потом они повалились на кровать прямо в халатах и заснули просто мгновенно. С улыбкой Алек смотрел на макушку Магнуса, который уткнулся лицом ему в живот, крепко обняв за талию. Чем он там вообще дышал, было непонятно, но тревожить его не хотелось — пусть поспит, ему вчера здорово досталось. Перекошенное злобой лицо Эвангелии Харт всплыло перед глазами, сменившись бледным лицом Магнуса на грязном полу подвала. Вряд ли Алек когда-нибудь будет жалеть о ее смерти, хотя ему и было не по себе, когда Магнус без колебаний открыл портал куда-то в Тихий океан и сбросил в него тело. Амулет он выбросил туда же, вернее, попросил Алека сделать это. Тот до сих пор помнил чувство эйфории, накрывающее даже при простом прикосновении к его огромной мощи. Алек сам снял амулет с мертвой ведьмы и надел Магнусу на шею, ведь у него самого осталось слишком мало энергии для восстановления, да и Алеку делиться было нечем. Амулет вернул Магнусу силы в считанные секунды. В глаза вернулся знакомый блеск, а на щеки румянец. Уже через минуту он был на ногах и наводил в подвале идеальный порядок, убирая следы незаконной деятельности Эвангелии. И только после того, как ее тело было похоронено в водах океана, Магнус неохотно протянул амулет Алеку. — Это слишком большое искушение, Александр, — сказал он, и в его глазах желание обладать этой силой боролось со страхом перед тем безумием, которое на их глазах погубило Эвангелию Харт. Алек не мог не думать о том, сколько пользы мог бы принести амулет в правильных руках. Но он привык доверять Магнусу, его знаниям и опыту, и, если тот сомневался даже в себе, значит, амулету самое место на океанском дне среди рыб и водорослей. Алек осторожно отвел прядь волос с виска Магнуса, отмечая, что руна Союза все еще не сошла с ладони. Значит, для того, чтобы задернуть шторы, вовсе не нужно вставать с постели — достаточно просто взмаха руки. Металлические кольца неожиданно громко проехались по карнизу, и Магнус, заворочался, прижимаясь к Алеку еще ближе. Его горячее дыхание щекотало кожу живота в вырезе распахнувшегося халата, и это наводило на мысли, очень далекие от сна. Алек попытался прогнать их и снова задремать, но глаза упорно не хотели закрываться, наоборот, он давно уже не просыпался таким бодрым и отдохнувшим. И, если он сейчас же не смоется из кровати, то Магнуса все-таки придется будить, потому что член тоже проснулся и требовал внимания, причем, немедленно. Осторожная попытка высвободиться из рук Магнуса привела только к тому, что он перекинул через Алека еще и ногу. Тот еле сдержал стон, когда его член чувствительно потерся о мягкую ткань халата. Ну, и что, черт побери, он должен теперь делать? Воображение тут же некстати нарисовало парочку вариантов. — Сладкий, у тебя слишком громкие мысли, — сонный голос вернул Алека к реальности. — Прости, я не хотел тебя будить, — он виновато поцеловал Магнуса в макушку. — Спи. Если Алек и надеялся, что тот все-таки проснется и поможет ему справиться с его маленькой проблемой, то этим надеждам не суждено было сбыться. Магнус сладко зевнул, перевернулся на другой бок, сбросив с себя одеяло, и снова уснул. Алек уставился в потолок, стараясь не застонать. Это было в высшей степени несправедливо! А идти в душ, чтобы подрочить, как какой-то подросток, когда Магнус лежит на расстоянии вытянутой руки, казалось вопиюще неправильным. И все же, будить его только ради секса? Конечно, Магнус сам часто так делал, когда Алек отсыпался после дежурства, но ведь это не одно и то же. Магнус чуть не умер вчера, ему нужен сон. Алек осторожно вылез из кровати, стараясь не шуметь. Он собирался поступить правильно, а значит — душ и собственная рука, как бы тоскливо это не звучало. Со вздохом обернувшись на кровать, Алек чуть не влетел в стоящее у окна кресло, ударившись об него большим пальцем ноги. Но он даже не заметил боли, заворожено глядя на раскинувшегося на кровати Магнуса. Тот лежал на животе, обхватив руками подушку. Белый пушистый халат оттенял смуглую кожу, отчего та казалась еще темнее и бархатистее. Ткань сползла с одного плеча, открывая еще и часть спины до лопатки, которую так и хотелось прикусить, оставив свежую метку. Но дыхание у Алека перехватило совсем по другой причине. Магнус спал, согнув одну ногу в колене, и полы его халата задрались почти на поясницу, открывая взгляду упругие ягодицы. Алек сглотнул. Поза была настолько провокационной, что у него просто не было шансов. На негнущихся ногах он снова подошел к кровати, повторяя про себя, что не должен этого делать. Несколько раз. На последнем «не должен» он все-таки забрался на кровать между ног Магнуса и поддернул его халат еще выше, делая вид совершенным. Сердце колотилось где-то в горле, будто Алек делал что-то недозволенное и боялся, что его поймают. Он невесомо погладил гладкую кожу кончиками пальцев и замер, прислушиваясь, но Магнус продолжал безмятежно спать. Чувствуя себя каким-то извращенцем — это же ненормально, приставать к спящему человеку — Алек приложил всю ладонь и легко сжал, а потом, осмелев, провел по коже языком. Это простое действие будто сорвало какой-то стоп-кран у него в голове, теперь он просто не мог остановиться. Он целовал, ласкал, облизывал. Он даже прикусил кожу возле копчика, но Магнус что-то пробормотал во сне, заставив его замереть на секунду. Алек и сам не понимал, почему это так возбуждает, но ему совсем не хотелось, чтобы Магнус просыпался. Не сейчас. Ему было слишком любопытно, что еще он может себе позволить, как далеко сможет зайти. Алек и не подозревал об этой своей стороне, но Магнус всегда будил в нем новые, неизведанные чувства. Затаив дыхание, он провел пальцами по впадинке между ягодицами, пощекотал чувствительную кожу вокруг ануса. Магнус застонал и подтянул левую ногу еще выше к груди. Теперь Алек мог видеть и темные тугие яички и просто не мог удержаться. Наклонившись, он лизнул одно, второе, по очереди вбирая их в рот, а потом провел языком вверх, к анусу. Плоть Магнуса отзывалась на прикосновения, он заерзал на простынях, и Алек просунул под него руку, несильно сжимая вставший член. Раньше он никогда не делал ничего подобного, но сейчас у него просто сносило крышу от того, как мышцы Магнуса расслабляются под его языком, как он прогибается в пояснице, подставляясь под ласку, и чуть слышно стонет в подушку. Алек поднял глаза, чтобы убедиться, что Магнус все еще спит, и натолкнулся на совершенно не сонный золотисто-зеленый взгляд. Он застыл, виновато потупившись и пытаясь подобрать слова для оправдания, но в голове было совершенно пусто. — Сладкий, — простонал Магнус, привставая на локте, — ты же не собираешься сейчас остановиться, правда? — Как давно ты?.. — голос пропал, и фраза осталась незаконченной. — Не сплю? — догадался Магнус. — С самого начала. Одна из твоих фантазий была очень… вдохновляющей. На практике получилось даже лучше. — Но как ты?.. Нет, этим утром красноречие точно не входило в список его достоинств, но, к счастью, Магнус понимал его и так. — Руна, Александр. Она все еще действует. Как и обмен идеями для лучшего взаимопонимания. Алек вспомнил подвал, вспомнил, как ловил мысли Магнуса, как они без слов понимали друг друга, действуя почти синхронно, будто действительно были продолжением друг друга. У него появилось множество новых вопросов, но он не успел даже рта открыть. Магнус фыркнул и зарылся лицом в подушку. — Александр, ты, правда, хочешь сейчас поговорить о рунах? Подушка заглушала голос, но даже так Алек мог слышать искреннее возмущение. Он снова окинул взглядом бесстыдно раскинувшееся перед ним совершенство. Значит, это, действительно, была провокация, и Магнус все время просто притворялся спящим. Что ж, он за это заплатит. Бутылочка смазки прыгнула Алеку в руку с прикроватного столика, и он со щелчком открыл крышку. Магнус заинтересованно обернулся на звук и, почувствовав пальцы у входа, приподнял бедра. Он был так расслаблен после недавних ласк, что Алек даже не почувствовал сопротивления — мышцы легко впустили сразу два пальца и жадно сжали, затягивая их глубже. Магнус издал совершенно непристойный стон, который точно нужно было объявить вне закона, и подался навстречу. Все это вместе подействовало на Алека так сильно, что он вдруг оказался на грани оргазма, даже не прикасаясь к собственному члену. — Прости, — пробормотал он, вынимая пальцы и торопливо нанося на себя смазку. Магнус оглянулся и, одарив его шальной усмешкой, удобнее устроился на коленях, утыкаясь лбом в скрещенные локти — просто воплощение покорности. Алек сделал глубокий вдох, успокаивая дыхание, и толкнулся внутрь, в тугой, обволакивающий жар. Магнус всегда был громким в постели, но сегодня он явно решил устроить гала-концерт. Алек просто терял контроль от его криков, от горячей пульсации мышц, от бешеного ритма и того, как Магнус встречал его толчки на полпути. Подавшись вперед, он прикусил такую манящую лопатку в сползшем вырезе халата, одновременно обхватывая плоть Магнуса, и тот замычал в угол подушки, заливая руку горячим семенем. Его колени задрожали и разъехались в стороны, но Алек подхватил его под бедра, продолжая вбиваться в полностью расслабленное сейчас тело. Этого было мало, ему нужно было еще больше, еще глубже… Яркая картинка вспыхнула под закрытыми веками — сильная рука на бедре, яростные толчки внутри, каждый раз задевающие простату, нежная, знающая ладонь на члене. Все это было так реально, так зримо, Алек мог почти чувствовать все это. С хриплым стоном он скатился в острый, опустошающий оргазм и без сил рухнул на Магнуса. Алек не знал, сколько он так пролежал, он даже не был уверен, что был в сознании, настолько сильным было пережитое удовольствие. Но Магнус пришел в себя раньше и недовольно дернулся, сбрасывая его с себя. Он перевернулся на спину и лениво повернул голову, глядя на Алека. — Знаешь, сладкий, нам определенно нужно изучить эту замечательную руну более углубленно. Он потянулся, как кот, и протянул руку, погладив Алека по груди. — Ну, у нас на это есть целый отпуск, — отозвался тот. По-хорошему, нужно было вставать и идти в душ, чтобы смыть пот и сперму, но вместо этого Алек привлек Магнуса к себе, обнимая и укладывая себе на грудь. Тот зевнул и прижался ближе. Алек перебирал гладкие, без следа блесток пряди волос и думал о том, что отпуск начался не так уж плохо. А когда они снова проснутся, нужно будет обязательно пойти посмотреть, не растаял ли водопад.