Rain on your wedding day.

•••

Они лежат прямо на полу - совсем не важно, что ноги мерзнут от холода, а пальцы рук превращаются в ледышки - Гарри не сдвинется ни на миллиметр. Луи тут, рядом, он хихикает, когда раскуривает очередную сигарету и ворчит, когда Гарри все же укрывает его пледом. - Кто бы мог подумать, что ты разобьешь мне сердце, а потом будешь лежать у меня дома и курить косяки. - Луи, - горько говорит Гарри, но Луи качает головой. - Технически, это студия Зейна. Но я так чертовски ненавижу огромный дом Дилана, мы там вдвоем, и зачем нам так много места? В голове Гарри всплывают отрывки: они хотели до жути огромный дом когда-то, с гостевой для Найла и Зейна, с тремя детскими и кучей игровых комнат, с уютной кухней, где Гарри мог бы готовить кексы... - Знаешь, лучше вот что, - Луи стаскивает с себя футболку, и Гарри словно ударяет током, - Я набил его в двадцать один. Он уродский, моя мама ругалась так сильно, но я просто набил его? - Луи тыкает на свою татуировку с оленем и кивает на Гарри. Тот, понимая, что от него требуется, стаскивает свою футболку тоже и показывает на татуировку бабочки. - Я даже не уверен, что хочу слышать историю, Г, это кошмар какой-то, - шутит Луи, и тот дует губы. - Она прекрасная. О свободе, и так сочетается с птицами, я набил их после месяца в Америке, Лу, они действительно хорошо смотрятся, они... Луи улыбается, нежно и как-то по-особенному тепло, склоняет голову на бок и у его глаз появляются морщинки. - Я знаю, Хазза, они смотрятся действительно хорошо. Гарри кивает и кусает губу. - А это? - Гарри проводит пальцами по руке Луи - по россыпи маленьких и различных татуировок - глобус, микрофон, маленькая кассета, чашка чая и куча других маленьких вещей, и Луи смеется, когда Гарри пальцами щекочет его руку. - Они даже не имеют какого-то определенного смысла, - уклончиво отвечает Луи, - Мы просто ходили в тату-салон с Зейном и ну, делали это. Гарри кивает головой и слегка улыбается, все еще не убирая руку, медленно проводит по татуировке веревки, и Луи вздрагивает. - Когда ты набил её? - Гарри поднимает взгляд и у Луи то самое нечитаемое выражение лица. Он молчит и высвобождает свою руку. - Тебе пора домой, Гарри, - говорит он. - Пожалуйста, Лу, я просто...Я набил якорь после двух лет, и я понятия не имею, почему я это сделал, ладно? Я не..Луи, - голос Гарри дрожит, и он на самом деле думает, что это тот самый момент. До свадьбы Луи остается чуть меньше гребанного месяца, и Гарри потеряет его навсегда. У него была надежда, маленький огонек в душе все те годы, но сейчас, глядя на то, что Луи счастлив с другим человеком, Гарри чувствует, что теряет Луи окончательно. - Я не могу, Гарри, не могу! - Луи дрожит от усталости и неразберихи, - Что ты от меня хочешь? Мы расстались, мы закончились еще тогда, когда ты купил свой проклятый билет... - Отпусти прошлое, хватит жить только им! Посмотри, вот он я, сейчас, - Гарри разводит руки в стороны. - Нет, Г, у меня есть жених и, блять, свадьба, я... - Отмени свадьбу! Просто, блять, отмени ее! Посмотри на меня и скажи, что ты ничего не чувствуешь, потому что ты не сможешь, Луи. С самого моего появления ты винил меня, но вот что, всегда были виноваты мы, оба, и если бы ты не хотел видеть меня в своей жизни, Луи, ты бы просто выгнал меня в тот день со своей гребанной кухни, но ты не мог. Луи обхватывает себя руками, чувствуя себя окончательно разбитым. - Пожалуйста, Лу, разве ты не видишь? Мы можем все наладить, мы поговорим, ты ведь все еще любишь меня? Скажи, что ты все еще чувствуешь что-то, потому что я не смогу прожить всю жизнь, зная, что у меня был шанс и я им не воспользовался. Гарри затихает, у него словно нет больше сил что-то говорить, и он разводит руками. Луи все так же молчит, и когда Гарри уже собирается уходить, Луи кричит, громко и надрывисто, словно это все он держал в себе долгие годы. - Это должен был быть ты! - он яростно стаскивает кольцо с пальца, ударяя им по столу, - Все то время, что я был с другими людьми, все то время, что я пытался жить, Гарри, а ты, блять, просто уехал и разрушил все, что между нами было! - Да, я разрушил! - кричит в ответ Гарри, и все это напоминает ту их ссору, в Донкастере, когда они виделись в последний раз, - Ты распланировал всю нашу жизнь, Луи, я чувствовал себя так, словно я скован, но я был готов на все, потому что я люблю тебя, я любил тебя тогда так сильно, что у меня болело сердце, но, Луи...Мы были детьми, и я хотел осуществить свою мечту тоже, как же ты не понимаешь? - его голос сходит на шепот. Луи смотрит не него, проводя рукой по лицу. - Зачем ты говоришь все это? Мы не можем изменить прошлое, я, блять, помолвлен. - Мы не можем, ты прав, но у нас есть будущее, Луи, почему ты... - Я помолвлен, Гарри! - еще раз говорит Луи, и Гарри хмыкает - горько, с безумной болью в голосе, так, что невозможно дышать. - Ты не любишь его, - Гарри делает шаг вперед, Луи - шаг назад. - Ты слишком часто берешь на себя ответственность распоряжаться моими чувствами, - шипит Луи в ответ. - Скажи, что ты ничего не чувствуешь, - внезапно Гарри оказывается так близко, что у Луи готовы подкоситься ноги. Он шумно дышит ему в волосы, и Луи ощущает запах парня, и, черт возьми, Гарри пахнет домом. - Скажи, что ты ничего не чувствуешь, - вторит Гарри, и Луи знает, что проиграл. Он знает, что это никогда не было выбором - Луи любил Гарри с его шестнадцатилетия, он любил того Гарри, в глупых мешковатых штанах и широких толстовках, и тот Гарри разбил ему сердце - он любит этого Гарри, в розовых рубашках и с пучком на голове, того, кто сидит на соковых диетах и носит золотые ботинки, и да, это не тот Гарри, которого Луи помнил, но это все тот же Гарри, которого он любил. Он не думает о том, что это неправильно, когда они целуются. Луи лишь думает о том, что Гарри на вкус как специи и роза, и это словно их первый поцелуй, хотя парень готов поклясться, что вкус Гарри не изменился ничуть. Луи проводит языком по его губе, медленно, слега прикусывая, а потом прижимается ближе, и руки Гарри цепляются за его спину. Это никогда не было каким-то выбором. - Я не могу так, - выдыхает Луи, - Гарри, я не могу. Гарри отшатывается и его глаза слезятся. - Пожалуйста, не говори мне этого, Луи, я же вижу, пожалуйста, ты не можешь, не сейчас, - и Луи подходит к нему снова, прижимая его к себе. - Я не это имел в виду, ты все такой же глупый, Гарри, - тот все еще напряжен, и, кажется, не понимает ничего на свете, пока Луи не выдыхает и не шепчет, - Я люблю тебя, Гарри. Тогда тот вздрагивает и вновь отодвигает Луи от себя. - Ч-то? - Гарри, я.. - Я хочу услышать это. Еще раз. Скажи, еще раз, - он как маленький ребенок, и Луи качает головой, словно не верит, что это происходит на самом деле. - Я люблю тебя, - говорит он, приближаясь. - Я люблю тебя, - целует в шею, куда-то между ключиц, - Я все еще люблю тебя. Гарри смеется, слегка волнительно и искренне. - И ты помолвлен, Луи. Когда реальность накрывает Луи с головой, он громко выдыхает, и Гарри замирает, испугавшись, что он все испортил. - Я должен поговорить с Диланом, я разорву свадьбу, - говорит Луи, и Гарри пронзает током. - Из-за меня? - практически пищит он, но Луи качает головой. - Из-за себя, Гарри. И ради него, потому что это не то, что сделает его счастливым, - Луи устало потирает переносицу и Гарри хочет прижать его к себе еще сильнее. - Я люблю тебя, - говорит Гарри, и произносить эти слова второй раз за день кажется каким-то волшебством. - Я люблю тебя тоже.

•••

- Я хочу разорвать свадьбу, - Зейн убирает телефон от уха и еще раз смотрит на имя звонившего. "Луи". Зейн действительно не сошел с ума? - А еще я поцеловал Гарри. Все идет не так, но я должен чувствовать себя счастливым? Это плохо? Я изменщик? Потому что у меня в груди те самые бабочки, которых ты рисуешь, когда видишь Лиама, клянусь Богом, Зейн, это они. О. - Зейн, не молчи, я делаю глупости? - Я не знаю, что тебе сказать? Я просто не знаю? - брюнет даже не уверен, говорит он или спрашивает. - Ты что, действительно его поцеловал? Мы оставили вас на час, что вы там устроили? Луи тихо и нервно смеется. - Я люблю его, Зи. - Я знаю, - вот и все. Луи иногда кажется, что это знали все. Может быть, у Луи настолько открыто сердце, что каждый второй может увидеть там Гарри. - Ты, может быть, дерьмо, но хоть раз в жизни ты должен сделать что-то для себя, бро. Так что давай, собери яйца в кулак и сделай это. - Общение с Найлом тебе вредит, - заявляет Луи, когда поднимается по лестницам их с Дилана дома и кладет трубку. Он может это сделать. Луи не намерен быть тем типом парней, которые изменяют своим вторым половинкам. На самом деле, Луи любил Дилана. Он помнит, как они встретились и помнит, как таяло его сердце, когда они делали что-то безумно-милое вместе, но никто не может его винить за то, что Гарри всегда есть в его сердце. Гарри, который любит его, Гарри, с которым у Луи самое длинное и запутанное прошлое, и...Луи хочет этого. Между кем-то другим и Гарри - это никогда не выбор. Луи не стучится - его не было всего день, и дверь открыта, но сейчас он не думает, что это странно. Ему не кажется странным даже то, что Дилана нет в своем кабинете, и он не замечает чужую женскую обувь у самого входа, и все становится ужасно-неловким, когда он открывает дверь спальни и видит Дилана. И он не один, а блондинка на его кровати, быстро натаскивающая на себя одеяло, определенно не его близкая подруга. - Ого, - все, что выдает Луи, и он чувствует обиду, может быть, боль, и даже злость. - В смысле, вау. - Я могу объяснить, - говорит Дилан, и Луи разворачивается, выходя за дверь, потому что это та самая сцена их дешевых американских комедий. - Я могу объяснить, - еще раз говорит Дилан, когда выходит уже полностью одетым, - Луи, это... - С девушкой? В смысле, я удивлен, - Луи поднимает брови. Он должен чувствовать разочарование, но этого нет, и он действительно не знает, как должен вести себя прямо сейчас, - Я шел сюда, чтобы сказать о расторжении нашей помолвки, и ты просто трахался с какой-то девушкой. - Мы не можем разорвать помолвку, ты с ума сошел, Луи, что о нас будут думать люди? И Луи поверить не может, что все это происходит с его жизнью. Это даже не смешная комедия, не постановка в театре или не слух, который он услышал в университете, а его жених словно действительно стал другим человеком. Луи хотел связать с ним свою судьбу. - Ты думаешь о людях, когда трахал какую-то девушку буквально на моих глазах? - все еще в неверии говорит Луи, и Дилан усмехается. - Ты трахаешься с Гарри и имеешь право говорить мне это? - Томлинсон толкает его в грудь так, что тот отшатывается. - Мне хватает смелости сказать тебе это в лицо, - кричит он, - И просто иди к черту, Дилан! Ты стал самым настоящим придурком с тех пор, как только и думаешь о своей работе. Я влюбился не в такого человека, - и это последние слова, которые он говорит, прежде чем вытащить кольцо из кармана и положить его на стол. Он чувствует облегчение и щемящую боль в груди одновременно, когда выходит из квартиры и достает сигареты. Луи понятия не имеет, что должен делать сейчас.

•••

Когда Луи выходит из квартиры, Гарри чувствует то-то предательски напоминающее счастье в своей груди. Он возвращается в квартиру и кутается в одеяло, еще раз прокручивая момент поцелуя с Луи, с его Луи, который готов все бросить ради него. Он готов разорвать свою помолвку, и даже если Гарри чувствует себя виноватым, ему все равно. Он любил Луи с того самого дня, как встретил его, и с каждым днем его чувства становились все сильнее и сильнее, так что тут нет другого выхода. Весь первый день Гарри спит, а потом принимает душ, натягивает свои лучшие джинсы и рубашку, и звонит Луи. Но его телефон выключен. И у Гарри в груди ничего не болит, Луи нужно время, верно? Он веселится с Найлом, игнорируя все его расспросы, звонит маме и идет в кафе, засыпая в конце дня с мыслями о своем бойфренде. Луи можно так называть, верно? И Гарри начинает сомневаться на второй день. Потому что Луи не звонит, его телефон все еще недоступен, и тогда он набирает Зейна. Тот, впрочем, помочь ничем не может - Луи исчез, словно его и не было никогда, и Гарри волнуется теперь по-настоящему. Третий день, и все, о чем может думать Гарри, это "А что если он передумал? Что если он увидел Дилана и понял, что с ним все будет не так, как с Гарри? Он никогда его не бросал, не променял его на несбыточные мечты, а что можешь предложить ты, Гарри?" и это заставляет его звонить Луи еще раз, и еще, но тот игнорирует его. Это сводит Гарри с ума, пока его телефон, наконец, не звонит, и он соскакивает с кровати, поднимая трубку. - Луи! О, Боже, я звонил тебе буквально миллион раз. Нервный смех заставляет его нахмурится. - Мы должны поговорить. Гарри громко сглатывает. - Пожалуйста, скажи, что это не тот самый телефонный разговор, в котором ты меня бросаешь, да? Это же не он? - так же нервно смеется Гарри, опираясь на дверь в его комнате. Ему нужно услышать от Луи хоть что-то, или он сейчас сойдет с ума. - Нет, Г, конечно это не то, - Луи вздыхает, и Гарри улыбается, словно все его переживания в миг уходят. Конечно, Луи бы так никогда не поступил. - Где ты? - На диване Ника Гримшоу. Докатился же, - ворчит он, и Гарри хихикает, - Я был у родителей, и это...не просто. Знаешь, я думаю, что нам нужно время в каком-то смысле, верно? - быстро тараторит он, - Гарри, это не то, что бросаю тебя, но нам нужно время, хорошо? Гарри молчит, потому что на самом деле он понятия не имеет, что должен сказать в этой ситуации. Какой же он, черт возьми, идиот. - Мы можем остаться друзьями прямо сейчас? - продолжает Луи неуверенно, и Гарри кивает, забывая, что это проклятый телефонный разговор и Луи его не видит. - Друзьями, - нервно фыркает Гарри и в конце концов громко сглатывает, - Это не значит, что ты исчезнешь и будешь игнорировать меня, правда? - Конечно нет, Гарольд, не говори глупостей, - они возвращаются к игривому тону, и Гарри смеется. Он может быть для Луи другом, если в конце концов это будет означать что-то большее.

•••