Договор

За стенами королевского замка было шумно: люди спешили по своим делам, не замечая никого вокруг, возможно, не желая обращать вообще свое внимание на тех, кто сам шел своей дорогой. Солнце слепило глаза, отбрасывая блики от разноцветных окон или ровной глади воды в стоящей неподалеку бочке. Жизнь кипела за стенами замка, но мальчишка, кутавшийся в черный безликий плащ и натягивающий на голову капюшон, вышел из-под крыла этого огромного здания не для того, чтобы тут же оказаться в объятиях толпы. Он спешил за город, туда, где тихо журчала речка и пахло полевыми цветами. Он спешил освободиться от духоты огромной столицы. Промелькнув тенью между несколькими палатками с фруктами и едва не получив по шее от мстительной хозяйки ларька с душистым хлебом, он наконец-то оказался на свободе, закрыв за собой потайную дверцу, ведущую прямиком из дворца в поле. Было бы трудновато пробираться через всю столицу, но помогли годы вылазок из замка и попыток спрятаться от бдительной стражи. Мальчишка глубоко вдохнул, втягивая в себя такой приятный, пахнущий цветами и речкой, воздух, наслаждаясь легким ветерком и более не собираясь скрывать своего лица. Столица, с ее пестрыми домами и крикливыми людьми осталась позади, напоминая о себе только звуком открывающихся ворот. Здесь была воля, ветер и трава. Паренек бежал по полю, сжимая полы своего плаща в одной руке и наслаждаясь легкими касаниями зелени к ногам. Добежав до речки, он остановился, оперся о колени и заглянул в чистую воду, строя рожицы своему отражению. Карие глаза смешно щурились, а прямой носик с едва заметной горбинкой морщился, иногда фыркая. Отражение смеялось вместе с пареньком, иногда показывая язык, а иногда упрямо поджимая свои тонкие губы. Светлые волосы были собраны в высокий хвост и сейчас свисали вниз, едва доставая до локтей, но их хозяин то и дело опускался к воде ниже, будто норовил коснуться кончиками прохладной воды. - Упадешь, - послышался тихий, но сильный голос, с мягкими нотками, тут же вызывая табун мурашек, пробежавших по телу паренька. Он подпрыгнул, осмотрелся и уперся взглядом в стоящего рядом с ним человека. Незнакомец выпрямился, как только это же сделал сам парень, улыбнулся ему и поправил свои темно-русые волосы, едва закрывавшие затылок. Челка лезла в глаза, и мужчина все время поправлял ее, убирая вверх. Крепкие руки с тонкими сильными пальцами иногда пробегали по ремню меча, перевешенного через плечо и сверкавшего своей рукоятью из-за спины. Темно-голубые глаза смотрели внимательно, но не более того, будто бы уже знали стоящего напротив. Паренек стал думать, что за ним прислали охранника. Император вечно отправлял своих людей за наследником, желая вернуть его во дворец. Но мужчина улыбнулся так открыто, как никогда не улыбались телохранители Леланда. - А ты кто? – мальчишка тут же поспешил задать волнующий его вопрос, но не забыв при этом отстраниться от незнакомца. - Я – бог, - с улыбкой произнес мужчина, скрестив руки на груди и все так же внимательно наблюдая за мальчишкой. - А… бог… И бог чего же? – сощурив глаза, паренек отошел еще на один шаг, не слишком доверяя стоящему напротив него человеку. Бог, видите ли. Мальчишка видел богов, пусть и только мельком, когда богиня Любви приходила к императору, но что-то этот мужчина совершенно не был похож на них. - Бог Жизни, сын богини Любви и Отца богов, - с тем же непоколебимым спокойствием произнес так называемый «бог», делая шаг в сторону отстраняющегося от него паренька. – И не бойся, Зефол, я тебя не трону. По крайней мере, в том смысле, о котором ты думаешь. Мальчишка сглотнул, со страхом глядя в голубые глаза напротив него. Сейчас в их глубине прыгали смешинки, будто раскрывая коварный план своего обладателя, но, как только они появлялись, мужчина тут же их прятал за внимательным выражением своего лица. - Жизни? Эти ты, типа, создатель всего? – не унимался Зефол, не веря в то, что этот человек мог зайти сюда просто так. Мало ли, зачем ему понадобилось подходить ко всеми известному наследнику целой империи. - Нет. Создают ее мои родители. Я лишь поддерживаю, помогаю, но не зарождаю, - тут же пояснил «бог», уже почти вплотную подойдя к отходящему от него парню. - Так не интересно, - уже с едва заметным страхом в голосе произнес принц, оглядываясь по сторонам и думая, куда бы он мог сейчас сбежать. Оставалось лишь одно: без оглядки бежать в сторону столицы, но против такого тренированного тела он навряд ли пойдет. Его поймают тут же, как он рванет в сторону. - Думаешь? - Да, - надувшись, бросил мальчишка, снова делая шаг в сторону от незнакомца. – Если ты бог Жизни, то ты должен что-то уметь создавать. - Это? – на руке мужчины тут же появилась маленькая птичка, с интересом посмотрела на парня, чирикнула и упорхнула, провожаемая двумя парами глаз. – Ну так это не то. Я создаю кое-что другое. - И что же? – все же примирившись с мыслью о том, что его приемную семью боги любят, а значит, ему никто из них не причинит вреда, Зефол сощурился, ожидая, что же дальше последует. Но мужчина только смотрел в карие глаза паренька, внимательно, но уже как-то нежно, тепло. В уголках его губ дрожала улыбка, едва сдерживаемая самим богом. Да, да. Это действительно был бог, заглянувший на землю ради интереса и оставшийся здесь на несколько лет. Люди ему понравились, а их жизнь привлекала. Как и сейчас… жизнь… мужчина поддался вперед и легко коснулся мягких, но тонких губ мальчишки, прикрыв свои омуты глаз и втянув запах парня, будто ощутил что-то небывалое доселе. Зефол удивленно смотрел на незнакомца, хотел было оттолкнуть его от себя, но ноги будто отказали, а губы предательски распахнулись, отвечая на этот первый в его жизни поцелуй. Парень вскинул руки и обнял мужчину за шею, целуя неумело, иногда ударяясь зубами о зубы бога, ощущая на своей талии крепкие руки. Они целовались долго, прижимаясь друг к другу телами, будто вжимаясь в чужое тепло, ощущая то, чего никто из них не чувствовал, никогда не знал. Бог отстранился первым, улыбнулся, глядя в осоловелые глаза напротив и не веря в то, что вообще ощущал. Биение сердца человека будто затягивало, заставляло судорожно сжимать руки на талии паренька, боясь, что тот исчезнет. - Нас с тобой, - выдохнул мужчина, снова улыбаясь, из-за чего Зефол едва смог удержаться на ногах. Их… а зачем было создавать их? До принца только сейчас дошел смысл сказанного, и паренек встрепенулся, хотел было отстраниться, но не смог, сильные руки не желали его отпускать. - Нас… Со стороны столицы послышались крики и возня, а после до паренька донеслась знакомая брань Вальда, которого Леланд отправлял на поиски своего непутевого наследника, если принцу следовало присутствовать на важной встрече. Зефол повернулся было назад, но никого не увидел, только отголоски последней фразы «Нас с тобой» звенели в воздухе, не позволяя усомниться в том, что только что здесь кто-то был. - Нас с тобой, - повторил паренек, перевел взгляд на подходящего к нему Вальда и лучезарно ему улыбнулся. - И откуда только в тебе это? Сказали же, что сегодня должен быть на приеме! Тебе уже восемнадцать, а не десять! – начал причитать воин, но тут же выдохнул, понимая, что против улыбки Зефола у него все равно ничего нет. – Ладно, идем. Пора бы уже тебя приводить в порядок, а не топтаться здесь. Кстати, что это ты шептал тут? Увидел кого? - Не-а, - весело отозвался мальчишка, улыбнулся генералу и первому советнику своего отца и поспешил за ним. Их… да. Действительно… Бог Жизни создал только что их. А наследник спешил к императору, даже не зная, что за ним наблюдают голубые глаза, скрывшиеся в тени векового дерева, на ветке которого сидит прекрасная женщина в легких одеяниях и смотрит на столицу огромной империи. - Дитя договора. Как странно звучит и как прекрасна сама суть этого. Дитя. Любовь, - прошептали пухлые губки и тут же улыбнулись. Женщина спрыгнул на землю и подняла глаза на стоящего рядом мужчину, тут же усмехаясь. – Увидитесь еще, не волнуйся. - Да. Я знаю, - прошептал мужчина, повернулся к женщине и кивнул. – Нам пора. - Пора, - эхом вторила ему богиня и рассмеялась, из-за чего воздух вокруг будто бы наполнился ярким светом. - Еще увидимся, - глядя на удаляющуюся фигурку Зефола, бог растворился в свете солнца, оставив после себя только пятачок распустившихся цветов. Дитя любви и дитя договора. Это будет прекрасным продолжением их жизни, но уже не этого рассказа. Конец