Договор

На место спокойного вечера пришла ночь, околдовав своими чарами всех солдат и уведя их с собой в объятия сна. Часовые иногда проходили возле палаток спящих товарищей, проверяя свою территорию или перебрасываясь пошлыми шуточками с теми, кто еще не решался уйти спать. Напряжение чувствовали даже те, кто завтра навряд ли выйдет в бой - просто не сможет держать меч в руках из-за полученных ран, но каждый, кто утром уже должен будет пойти против Криала в последний, как все надеялись, бой, спали тяжелым, беспокойным сном, ворочаясь и заставляя часовых нервно прислушиваться к шуму в лагере. А в палатке короля никто и не собирался идти спать. Сальфе и Вальд остались стоять возле входа, оглядываясь и лишь иногда перебрасываясь фразами, чтобы быть уверенными – все в порядке. Призрак сам вызвался быть ответственным за происходящее внутри, а вот Вальда выставил Леланд, бросив виноватый взгляд и натянуто улыбнувшись ему, но ничего не сказав. Да и зачем? Воин сам все отлично понимал. Этот разговор был не для его ушей. Кристо остался с королем. Возможно, у него как-то получилось уговорить правителя оставить его возле себя, а, возможно, сам мужчина отлично понимал, что его мужу лучше быть рядом. Так ему было спокойнее. Да и что бы он делал, если бы Даан все же решился бы нарушить свое слово и напасть на него? Сила договора помогла бы справиться с магом души. А Даан… нет, это ничтожество не достойно того, чтобы его называли именем великого природника. Аф. Аф из рода Рахабов, один из великих магов духа. Леланд даже не удивился, когда узнал его имя: оно подходит предателю. Аф – имя посланника бога Смерти, несущего с собой всепожирающее пламя. Он являлся одним из тех существ, которым обычно пугали детей. Этот Аф сейчас сидел в одном из кресел, напротив Леланда, и потирал затекшие руки. Он больше не использовал маски, и король с лекарем смогли увидеть настоящее лицо человека, который едва не уничтожил их жизнь. Он был красив, да, этого нельзя было отрицать даже в силу всех обстоятельств. Его яркие голубые глаза в обрамлении длинных ресниц смотрели цепко, будто вытягивали из тела саму душу, оголяли ее. Красивые, но холодные глаза. Тонкие бледные губы всегда были сжаты или искривлены в подобии улыбки, а орлиный нос сморщен, выдавая презрение обладателя ко всему происходящему. Открытое, волевое лицо, с едва заметным шрамом над правой бровью. Короткие волосы, цвета самой тьмы, затянувшей его в себя. Да… он был красив. Но только эта красота становилась ничтожной под гнетом его ненависти. Она искажалась, поддавалась жуткой тяге к разрушению, становилась уродливой, отталкивающей. И это портило само отношение к Афу. Его уже нельзя было назвать безобидным стариком – внешне ему было не больше тридцати пяти лет. Настоящий возраст Леланд знать не хотел. Кристо положил руку на плечо короля, ощущая, как тот напрягается просто от присутствия мага в этой комнате. Все же он никак не мог справиться с мыслью о том, что этот человек едва не уничтожил всю его семью. Аф, наоборот, будто чувствовал свою власть над этой ситуацией: его поза была расслаблена, но лицо искажено маской презрения. Руки он положил на колени и откинулся на спинку кресла, наблюдая за королем и его лекарем, прикрыв глаза и чуть сощурившись. Будто в этой ситуации именно он был хозяином, но никак не Леланд. Природник накрыл руку Кристо своей и уже уверенно посмотрел на врага, не ощущая более такой давящей силы с его стороны. Возможно, Аф использовал одно из своих заклинаний души, возможно, просто его аура сама по себе настолько сильна, но в голубых глазах шевельнулось какое-то едва уловимое удивление. Неужели король угадал и Аф просто использовал свою силу? Все же… предатель есть предатель. - И о чем же ты хотел поговорить? – уже спокойно спросил Леланд, контролируя свои эмоции, заставляя себя не желать смерти тому, с кем он сейчас разговаривает. – Надолго моего терпения не хватит. Ты учти это. Маг растянул губы в довольной улыбке и, впервые за то время, что они находились в палатке короля, с его лица сошла уже привычная маска презрения. Впервые вообще за то время, что они остались втроем, Аф решился показать свое настоящее лицо без гнева, злобы и ненависти. Нет, не просто снял иллюзию, а сбросил маски. В глубине глаз плескалась давно забытая боль, а руки судорожно сжимали подлокотники кресла, выдавая его волнение. Леланд тут же подобрался, готовясь, что маг в любую минуту захочет броситься на них, возжелав собственную свободу, но он лишь закрыл глаза и тяжело выдохнул. - Я хочу предложить тебе, король Аквилии, сделку, - на губах снова появилась тень усмешки, но она тут же исчезла, сменившись уверенно сжатыми губами. – Я предлагаю тебе Криал на блюдечке. - С чего бы это? – недоверчиво сощурился король, вжавшись в спинку своего кресла. Он убрал свою руку с руки Кристо и положил ее на колено лекаря, несильно сжав его. Мальчишка понял все без слов и теснее прижался к Леланду, так, как вообще возможно было в такой позе: он присел на подлокотник кресла короля, оперся на локоть о его спинку. Так ему было спокойнее, а муж мог не волноваться насчет того, что с парнем за его спиной могло что-то случиться. – Почему я должен верить каждому твоему слову? Может, ты и в этот раз решил нас предать? - Не вижу в этом смысла, - ядовито улыбнулся Аф, поддался чуть вперед и подмигнул королю. – Вы ведь, ваше величество, сами отлично знаете, что Касдей не Таон - его народ не боится, не боготворит. Так что его легко можно сдвинуть. А я могу ускорить процесс вхождения Криала в Аквилию. - И чего ты хочешь? – настороженно произнес Леланд, ощущая, что сейчас он на минном поле: любое движение равносильно смерти. - Отпусти меня, - как само собой разумеющееся сказал Аф, пожал плечами и снова откинулся на спинку кресла, расслабленно откинув голову и улыбнувшись уже вполне человеческой улыбкой. – Я тебе Криал, а ты мне свободу. Повисло тяжелое молчание, нарушаемое только потрескиванием факела и шагами часовых где-то в лагере. Мотылек, залетевший в палатку через отверстие для выхода дыма, поддался искушению и полетел в сторону яркого пламени. Еще секунда и факел вспыхнул ярче, поглощая в себя свою жертву. Этот звук сжигаемой свободы когда-то ночной бабочки разрезал тишину в палатке – Леланд поднялся с кресла, сжал кулаки и зло посмотрел на Афа. - Отпустить тебя? Так просто? Ты думаешь, я отпущу того, кто едва ли не уничтожил мою семью, едва ли не уничтожил королевство?! - взревел король, уже делая шаг в сторону мага, но его остановил Кристо, потянув мужчину за руку к себе. Леланд вздрогнул, но успокоился. И правда, незачем показывать этому человеку свои эмоции. – Я и без тебя завтра получу Криал. Зачем мне заключать с тобой эту бесполезную сделку? Криал уже пал. Касдей не смог долго держаться без поддержки Лозье, а тот еще даже не добрался до Цитадели. А народ и вовсе не поддерживает нового короля. Зачем, скажи мне, твоя сделка? - Потому что у Касдея есть маги и он воспользуется ими завтра! – едва ли не выкрикнул Аф, также вставая со своего места, чтобы оказаться с Леландом на одном уровне, хотя это ему не помогло – король был выше него едва ли не на полголовы. – И преимущественно это маги души, потому что Цитадель именно их держит крепче остальных! У Криала есть козырь, и он воспользуется им в последней битве! Король не сдержался, он рассмеялся в голос, из-за чего стоящие на страже Вальд и Сальфе даже заглянули в палатку, не понимая, что такого могло случиться, если, как они знали, между магами был довольно серьезный разговор. Кристо помахал им рукой, показывая, что все в порядке и они могут быть спокойны, из-за чего друг короля снова нахмурился, но все же вернулся на свой пост, а призрак лишь пожал плечами, будто ничего и не произошло. - Ты думаешь, я этому поверю? Ты говоришь с королем Аквилии и главой Цитадели, - с презрением бросил Леланд, не сдержавшись и все же подойдя вплотную к Афу, глядя прямо в его глаза. – Если козырь и есть, то он мне безразличен. Криал уже и без твоей помощи мой! Вальд! Воин тут же оказался в палатке, осмотрел стоявших друг напротив друга магов и хмуро потоптался на месте, ожидая, когда же король соизволит сказать, чего он от него хочет. - Отведи-ка его к палачу, - растягивая слова, будто смакуя их, произнес Леланд, все еще не отрывая взгляда от мага души. – А завтра я собственноручно приведу в исполнения приговор: предателя ждет подобающая смерть. Проследи, чтобы наш гость получил должное его статусу обслуживание. Сальфе, вошедший в палатку, чтобы помочь Вальду, поймал на себе злой взгляд Афа. Все же призрак тоже был в некотором роде предателем, но лишь благодаря королю его обошло стороной наказание. Убийца не сожалеет о своем решении перейти на сторону королевской семьи. Это было правильно. Мага увели. Даже не так. Его уволокли, надев на руки и ноги тяжелые кандалы из металла, не поддающегося действию магии. Ведь никто не хотел, чтобы предатель снова сбежал. Теперь Леланд этого не позволит. Король подошел к Кристо и обнял его за плечи, прижимая мальчишку к себе и зарываясь носом в его отросшие рыжие локоны. Волосы лекаря теперь были чуть ниже лопаток и по утрам огненной волной обрамляли спящее личико парня. Мужчина иногда подолгу лежал на походной кровати, прижимая к себе свое сокровище и поглаживая его по плечам или спине, с наслаждением пропуская сквозь пальцы этот огонь. - Леланд, - осторожно начал лекарь, теснее прижимаясь к королю и зажмуривая глаза, - а если он все же прав? Ведь мы не можем точно сказать, что все маги пришли в армию для защиты королевства. Кто-то же мог уйти на сторону врага даже против правил Цитадели. Мужчина тяжело вздохнул, с сожалением отстранился от мужа и щелкнул мальчишку по его носу, тут же улыбнувшись тому, как парень смешно морщил и потирал ушибленное местечко. - Нет. Это невозможно, - король покачал головой, снова уселся в свое кресло и притянул ближе лекаря, усадив того к себе на колени. – Я проверил всех: от стариков до маленьких детей, удостоверившись, что те, кто не согласился присоединиться к армии, просто не мог этого сделать из-за своего физического состояния. Так что… если у Касдея и есть козырь, то он никак не связан с Цитаделью. Поверь и не волнуйся, Кристо. Мы уже победили. Мы просто не можем проиграть. Зефол, закончивший уже с поручением Кристо и решивший, что допрос шпиона должен быть уже закончен, топтался возле входа в палатку короля, не решаясь войти внутрь. Проблема была лишь одна: придя раньше нужного, мальчишка заметил Сальфе и Вальда, которые уводили шпиона, наверное, в их импровизированную передвижную тюрьму или сразу к палачу. Это обычное дело – преступник и его конвоиры. Зефол больше заинтересовался самим шпионом, увидев в нем довольно знакомые черты, а после, когда воины скрылись за одной из палаток, вспомнил, кого же именно напоминал ему этот человек. Генерал Криала, первый советник Касдея. Наконец-то осознав, кого именно он видел, ученик Кристо впервые за все то время, что был подле короля и его лекаря, почувствовал жуткий страх. Он не хотел больше терять тех, кто стал для него семьей. Он потерял маму и отца… потерять Леланда и Кристо в этой войне… А в том, что теперь будет и такое развитие событий, парень не сомневался. Этот генерал… Зефол, не знавший до войны, что такое магия, ужаснулся самой ауре этого человека: она просто уничтожала любое сопротивление ей. Пойти против него было невозможным. И это пугало больше всего. Когда мальчишка заметил возвращающихся Сальфе и Вальда, не смог подавить вырвавшийся вздох. Он волновался. Ведь была возможность того, что этот шпион элементарно не будет так уж следить за собственной репутацией и перережет горло своим конвоирам. Когда призрак подошел почти вплотную к мальчишке, тот вздрогнул, даже не заметив этого. Все же убийцу он боялся, даже, возможно, намного больше, чем того генерала. Но Сальфе, остановившись возле него, по-доброму улыбнулся и подмигнул ему, растрепав и так еле уложенные волосы. Зефол поморщился, но страх, скопившийся у него внизу живота, исчез, сменившись едва уловимым весельем в глубине еще по-детски открытых глаз. Вальд, подошедший следом и уже скрывшийся за пологом палатки, только усмехнулся этой маленькой идиллии, ведь даже призрак смог найти общий язык с общительным учеником Кристо. Это уже не в первый раз поражало закаленного в битвах воина. - Ваше величество! – мужчина осмотрел палатку короля, будто надеялся найти в ней еще одного незапланированного шпиона, но, не найдя оного, перевел взгляд на сидящего в одном из кресел Леланда и его лекаря. Мысль об идиллии снова промелькнула где-то на задворках сознания, утягивая вместе с собой мысль о том, что он дико соскучился по Томасу, оставшемуся по приказу своего короля в Аквилии. – Аф у палача. До утра о нем можно не вспоминать. Леланд с сожалением отпустил Кристо, который тут же решил слезть с колен мужа, как увидел входящего призрака. Следовало приказать подать на стол поздний ужин и разойтись по своим палаткам. Утром… лекарь пытался не думать о том, что будет утром. - Хорошо. Утром, перед боем, я сам снесу к чертовой матери его голову, - зло бросил маг, поднимаясь со своего кресла и хмуро осматривая вошедших в палатку людей. – Зефол, а ты не должен был оставаться у себя? Мальчишка тут же покачал головой, обошел стоящего перед ним Вальда и оказался прямо возле короля. Парень в очередной раз подумал, что все же не зря Леланд слывет отважным и мудрым правителем – это можно было заметить в глубине его черных глаз, сейчас едва сощуренных. - Я… видел того шпиона, о котором вы недавно говорили, - бросив быстрый взгляд на удивленного Кристо, Зефол не решился долго молчать, зная, что его могут просто отправить назад в свою палатку и более не пускать сюда, где «взрослые дяди решают важные вопросы». – Я помню его еще с той… резни. Это генерал Криала, правая рука Касдея. Король всегда прислушивался к нему. Я помню, что один раз, еще до того, как они разорили нашу деревню, я видел, как они вдвоем проезжали совсем недалеко. Выглядели вполне себе хорошими друзьями. - Вот как, - от этих простых слов Зефол весь сжался, даже не решаясь поднять голову на короля. Казалось, что сейчас он готов был уничтожить всех вокруг, приведя в исполнение любой приговор, даже если бы он касался того же Кристо. – Значит, эта сволочь решила еще раз предать и того, кто ему доверял. Голосом короля действительно можно было едва ли не сталь резать. Он был в гневе. Каждый в палатке это ощущал, понимал и отлично знал, что лучше не противиться тому, что решит сейчас сделать Леланд. Но тот лишь развернулся к Кристо, который даже не дрогнул от направленного на него взгляда. - Я с еще большим удовольствием отрублю ему голову, - едва ли не прорычал маг, вновь обернулся к воинам и кивнул в сторону карты, лежащей на столе за его спиной. – Пора приступить к обсуждению кое-какого плана. Мне кажется, он будет уместен с учетом последних новостей. Аф точно хотел смерти Касдею, поэтому нужна осторожность. Нужно быть как можно более осторожными. Сальфе, стоящий ближе всех к королю, согласно кивнул, подходя ближе к карте и оборачиваясь к замершему Кристо и Зефолу. Они оба понимали, что здесь им не место. Воины приступали к своей работе, собирались спасать королевство, а они могут спасти только их жизни завтра, когда это понадобится. Лекарь, положив руку на плечо своего ученика, едва заметно улыбнулся и кивнул на выход из палатки. Мальчишке дважды ничего не нужно объяснять, он все отлично понял. Они ушли к себе, оставив Вальда, Леланда и Сальфе над картой, растянутой на небольшом столике. В мирное время на нем бы поставили поднос с ароматным чаем, но не сейчас. Сейчас мужчины должны были решить, кто пойдет на смерть первым, а кто закончит битву, стирая свободное королевство Криал с лица этой самой карты, объединяя границы и создавая одну, великую Империю. Именно этим должна была закончиться война, именно так все должно было обернуться. Касдей, как и Таон, сам виноват, что начал эту битву, сам привел своих воинов, не желая отступать. И теперь… утром, когда солнце уже окрасит самые потайные уголки стоящего неподалеку графства, начнется последняя битва. Для ее начала уже все готово. Чуть погодя, когда Леланд вернулся в постель к Кристо, заворачиваясь в одеяло и прижимаясь к теплому телу мужа, лекарь не выдержал, развернулся к королю и сощурился, пытаясь разглядеть его лицо в темноте палатки. Зефол только недавно заснул, до этого все время ворочаясь и спрашивая у Кристо едва ли не через каждую секунду, что будет утром. А целитель не мог ответить. Он сам не знал. - Что произойдет утром? – шепотом спросил парень, чувствуя, как напряглись руки Леланда у него на талии. Нет, мужчина не хотел говорить об этом сейчас. Он не хотел говорить об этом вообще, собираясь отдохнуть в объятиях любимого человека. – Скажи, молю. - Не выходи из лагеря, - спокойно произнес король, сильнее прижал лекаря к себе и зарылся носом в его рыжие локоны. – Просто будьте с Зефолом здесь, рядом со стенами графства. Лечить вы сможете и отсюда. Но не смей соваться на поле битвы! - Но как же ты? – не выдержал Кристо, сел на лежанке, заменяющей им во время этих походов постель, и отбросил от себя руки короля. – Ты-то будешь там! А если я не успею? Если не смогу вовремя помочь? Как… как было с Нэми! - лекарь пожалел о том, что вспомнил иллюзорника. Вина тут же царапнула в груди, сжимая сердце когтями воспоминаний. Нет, он не хотел снова терять кого-то из дорогих ему людей просто из-за чертовой войны, начатой совсем не ими. - Я буду в порядке, - улыбнулся Леланд, притянул мальчишку к себе и вновь зарылся носом в его волосы, пахнущие сейчас травами и землей. – Со мной будет Сальфе и Вальд, а еще несколько тысяч моих людей. Я буду в порядке. Не волнуйся. - Леланд… - Я боюсь, что Аф мог сказать правду. Поэтому не показывайся завтра на поле битвы. Прошу, - спокойно произнес король, а после добавил, уже не уговаривая, а приказывая: - Спи. Кристо повиновался, устроился под боком короля и уткнулся в его грудь, слушая, как гулко бьется сердце, ощущая, как эта родная мелодия убаюкивает его, заставляет хотя бы на те несколько часов, что им остались до начала битвы, ощутить себя в безопасности, в спокойствии. А Зефол, проснувшийся от гневного шепота Кристо, теперь не мог сомкнуть глаз, смотрел в темноту палатки, на одну из стен, где-то чуть выше стоящего напротив его кровати шкафчика с травами. Последняя битва. Мальчишка зажмурил глаза и повернулся на другой бок, упираясь коленями в натянутую тканину палатки, чувствуя, как легкий ветерок врывается в едва заметную дырку в этом полотнище и холодит ему ноги. Умрут многие. За свободу, за собственные убеждения. Утром, едва встало солнце, Леланд уже стоял возле Афа, прижатого двумя воинами к земле. Пришло время исполнять собственный приказ до того, как начнется битва. Маг смотрел на короля со злостью, гневом, обидой. Пусть в его глазах и промелькнул совсем недавно едва уловимый страх, но он исчез тут же, как мужчина занес свой меч над головой предателя. Аф только дернулся, тихо зашипел от боли в плече, на которое слишком сильно коленом нажал один из державших его воинов, но не подал виду, что ему действительно страшно, что он не хочет расставаться с собственной жизнью. Леланда понял: Аф знал, что этим все закончится, к этому все шло с того самого момента, как он поступил в Цитадель, как он ушел от любимой девушки, как Андрис убил его семью, желая удержать сильнейшего мага души подле себя. Все шло именно к этому. Мужчина закрыл глаза, выдохнул и едва заметно улыбнулся, а в следующую секунду королевский меч опустился ровно между головой Афа и ошейником, одетым палачом ради собственного спокойствия. Голова скатилась чуть в сторону, а кровь хлынула на траву, окрашивая ее в мерзкий алый цвет. На казни присутствовали только Кристо, Вальд, Леланд и два воина, проверенные королем не в одном бою. Больше никому не следовало видеть этого, больше никто не должен был знать, что Аф, сильнейший из магов Цитадели, закончит свою жизнь от меча будущего императора. Для всех остальных Леланд должен был остаться героем битвы, но не палачом. Король стер тряпицей кровь с меча и обернулся к Вальду. Тот все понял. Пора. Кристо подошел к мужу, обнял его за плечи и, поднявший на носочки, осторожно коснулся его губ своими, благословляя на верную победу. Ведь ему придется быть здесь, принимать раненных, обрабатывать их раны и тут же переходить к тем, кто еще на поле битвы, наполнять их силой и молиться богине Любви, чтобы она оберегала его любимого от мечей врагов. Зефол, стоявший возле палатки лекаря, не зная, где сейчас Кристо и Леланд, только провожал уходящих на бой солдат, кусая губы и сжимая кулаки. Его место битвы здесь, рядом с Кристо, и от них зависит, сколько воинов вернется домой. Битва началась. Не успели Кристо и Зефол подойти ближе к стенам графства, как с поля битвы послышались крики и взрывы огненной магии. Все началось, а солнце только недавно встало. Зефол смотрел на лес, за которым находилось поле битвы, и сжимал рукав мантии Кристо. Лекарь тоже смотрел туда, сосредоточившись на связи договора и отслеживая каждую рану Леланда. Пока только он сам убивал, но никто даже не смог до него дотянуться. Это радовало. А еще было ясно, что у Касдея не было магов, что бы там не говорил Аф. Со стороны войск Криала не было видно ни волн иллюзии, ни ударов природников, лишь крики подпаленных воинов и бранные слова полководцев, долетающие даже до этих стен. Война. Последняя битва. Когда в битву вступили маги души, собираясь закончить все победой Аквилии, Кристо почувствовал это: едва уловимый отзвук такой же силы со стороны Касдея. Да… у него были маги, точнее, маг. Лекарь вскинулся, пытаясь разглядеть сквозь деревья, что творится на поле битвы, но был отброшен тут же мощной волной магии. Да, там был лишь один маг, но очень сильный. Такой же, каким был Аф. Глаза мальчишки тут же расширились от понимания того, что, возможно, они могли убить невиновного, в очередной раз поддавшись игре предателя, не преминувшего встать против своего бывшего короля в очередной раз. Нет. Нет! Этого не могло быть! Зефол едва смог удержать Кристо от опрометчивого желания рвануть на помощь мужу, крепко обняв его за талию и прижавшись всем телом к худому, но все же не лишенному силы телу лекаря. - Он справится. Я знаю, он справится, - только и шептал паренек, крепче прижимаясь к целителю, зажмурив глаза и отвернувшись от леса. – Он справится. Да, справится. Кристо это знал, но все равно боялся. Сила, идущая со стороны поля битвы, душила, заставляла встать на колени, подчиниться непонятной доселе мощи. Но, так же резко, как появилась, эта сила исчезла, оставляя после себя только ощущение чего-то потерянного, будто упущенного из рук счастья. Кристо было забеспокоился, дернулся в руках Зефола, но за тишиной последовал победоносный клич и со стороны войск Аквилии, поднялись в небо огненные всполохи, переплетенные с воздушными потоками, создавая прекрасные картины, среди которых был и герб теперь уже империи – василиск, свернувшийся, подобно кошке, спящий, пока его не пробудит враг. Победа. Кристо лишь растянул губы в улыбке, подхватил своего ученика, поднимая его над землей, и рассмеялся, звонко, чисто. В этом смехе было столько облегчения, столько радости за вновь выигранную войну. Теперь, уж теперь-то даже Лозье не будет противостоять им, зная, что под крылом Аквилии находятся воины Криала! С ними Радчеру не тягаться. Они победили. Это главное. Леланд убил Касдея – об этом Кристо узнал даже раньше, чем то, что почти никто не погиб. Начавшуюся было битву прекратил сам король Криала, решив, что он сможет сам победить мага-природника. Эта ошибка обошлась ему не только жизнью, но и позором среди своих солдат. Никто не был против магов, но король попытался победить нечестным способом, что само по себе претило воинам. Он попытался подчинить себе Леланда, не зная при этом, что душа уже императора, разделена надвое. И именно из-за этого Кристо почувствовал силу Касдея даже стоя в нескольких километрах от самого мага. Мага души, как оказалось. Вот для чело Аф крутился рядом с королем – он пытался его научить своей силе, но это оказалось бессмысленным. Сила не подчинялась тому, кто не мог сам подчинить себе человека и без магии. Но в тот момент Кристо уже было все равно. Леланд был цел, Касдей побежден, а это значило и их победу в войне. Король не двинулся сразу в путь, назад в столицу, он вечером того же дня устроил пир, выпивая с обычными солдатами вино из обычных глиняных кружек, не морщась от того, что это вино совершенно плохого качества, да еще и разбавленное. Он был счастлив! Как и все его солдаты. А счастьем нужно было делиться! Сейчас, когда генералы Криала сразу после битвы принесли присягу новому императору, Леланд более ни о чем не волновался, прижимая к своему боку Кристо, смеясь, радуясь очередной победе в вечной войне королевств. Пусть эти сражения никогда не закончатся, но хотя бы на какой-то срок они свободны от балласта доспех, мечей и чужой крови. На следующий день, когда все почти были собраны и готовы двинуться в Аквилию в любую минуту, к лагерю прискакал вестник Лозье, неся с собой ту новость, которую Леланд с надеждой ожидал увидеть лишь по прибытию в столицу. Но чертов трус решил расправиться со всем сразу, осознавая, что более не сможет сражаться против сразу двух армий сильнейших королевств. А ведь Леланд еще официально не объявил объединение и создание империи - об этом знали только Вальд, Сальфе и Кристо. Да еще несколько сотен генералов Криала, но это был совершенно другой вопрос. Лозье готов был признать свое поражение только в том случае, если Леланд не пойдет на его страну ответной войной, желая отобрать и у Радчера свободу. Король плюнул на это, не желая ввязываться в битву с идиотом, который готов был отдать жизнь и всего своего народа ради того, чтобы доказать, что он сам может противостоять великому королевству. Вздернуть бы такого на ближайшем суку! Леланд вместо гневной речи просто кивнул посланнику, сказав, чтобы Лозье сам явился через неделю в столицу для подписания мирного договора. Молодой император устал от битв, а народ был изнурен войной, не желая больше отдавать своих мужчин королям, которые более не собирались их возвращать в семьи. К черту Лозье! Правитель Радчера рано или поздно сам уничтожит себя, но Леланд к этому не будет причастен. И это, возможно, было лучшим решением из всех. Что бы там ни было, но свобода и спокойствие народа Аквилии было важнее любых побед. Война закончилась. Это поняли сразу, как только король с войском вошел в столицу под ликование народа и радостные крики. Теперь жители королевства могли лишь надеяться, что молодой правитель сможет удержать этот шаткий мир между вечно сражающимися странами. Хотя и сам Леланд на это надеялся, но не подавал виду. Он был правителем, главой, тем, на кого теперь надеется народ Аквилии. На следующий же день, когда Лозье наконец-то прибыл в столицу, было объявлено об объединении Криала и Аквилии с общим центром. Теперь не было двух раздельных королевств, теперь была империя, простиравшаяся на многие километры с запада на восток, заняв большую часть континента, получив в свое распоряжение северо-западные берега Фримо и полную свободу от других королевств. Свобода – это все же звучало достойно. Да и теперь загнанные когда-то в угол маги Криала могли спокойно поступать на службу в Цитадель, а дети – учиться магическому искусству. Империя Аквилии теперь стала действительно сильнейшим из государств на этом континенте. Мир восстановился. Пришло время уходить воинам на покой, оставив свои мечи висеть на стене, пылиться и только напоминать о былой славе. Уходил и Сальфе. Для убийцы и призрака в спокойное время не было никакой выгоды оставаться там, где в его услугах более не нуждаются. Леланд попробовал его остановить, но мужчина только улыбнулся, забираясь на лошадь и устраиваясь в седле. - Знаете, ваше величество, - с усмешкой произнес убийца, слегка нагнувшись, будто хотел сказать какую-то тайну. – Я тоже когда-то был связан договором. Таким же, каким сейчас связаны вы с Кристо. Это были самые лучшие времена. Я никогда не забуду ее улыбки, не забуду того счастья, что подарила мне та, кого я называл своей женой. Но у меня до сих пор незаконченное дело: ее убили, меня лишили части души. Я не успокоюсь, пока мои враги не падут от моего меча. Вы ведь отлично меня понимаете. Леланд смотрел в смеющиеся глаза призрака и едва мог поверить в то, что сейчас говорит этот хладнокровный убийца. А ведь и правда. У всего есть свое начало. Всегда что-то бывает неминуемым рычагом, способным завести механизм судьбы. Сальфе не оказался бы рядом, не помог бы императору с его возлюбленным спастись, убить Афа, если бы не эти ужасные события. Пришел бы другой призрак и закончил бы дело, и маг души победил бы своих врагов, уничтожив Аквилию и Цитадель. - Леланд, - своим голосом Сальфе вырвал мужчину из раздумий. Король поднял глаза на убийцу и улыбнулся ему, - Помни обо мне – единственное, чего я прошу. Глядя на вас с Кристо я вспомнил то, чего лишился из-за смерти своей души. Я не жалею, что остался на твоей стороне. Помни, а я приду к тебе, когда понадобится моя помощь. - Буду помнить, Сальфе, - уверенно произнес император Аквилии, поправив мантию с василиском на спине и гордо подняв голову. – И ты помни, что тебе здесь всегда рады. Убийца уехал, оставив Леланда стоять у ворот в королевский дворец, смотреть вслед удаляющейся фигуре призрака, ставшему ему другом. Да, он будет помнить, это он точно знал. А через месяц произошло то, чего не ожидали ни Леланд, ни Кристо. Лекарь вбежал в Большой зал, где император с советниками обсуждал очередной вопрос о соединении отдельных отраслей с Криалом. Мужчина недоумевающе посмотрел на своего мужа, на что получил лишь лучезарную улыбку и счастливый взгляд. Кристо, не слишком обращая внимание на советников и их косые взгляды, утащил императора с собой, провел по саду, в самую его глубину, где в беседке сидели двое: женщина и мужчина. - Это… Леланд! Это мои родители! Понимаешь! Я нашел их! – Кристо едва ли не светился от счастья, сжимая руку мужчины в своей и прижимаясь к нему всем телом, не зная, как выразить свою радость от этого события. Сидящие в беседке люди поднялись, вышли на свет солнца, до этого прятавшийся в кронах тенистых деревьев, и поклонились императору. Леланд только смотрел в такие же серые глаза, как и у Кристо, и сам улыбался, чувствуя всепоглощающую радость в душе его мужа, ощущая, как нить договора едва ли не звенит из-за его счастья. - Рад знакомству, - мужчина поклонился, зная, что не эти люди должны падать перед ним на колени, а он сам, благодаря за то чудо, что они ему подарили. Мать Кристо только улыбалась, пряча слезы и прижимая сжатые в замок руки к груди, а отец строго осмотрел Леланда, будто оценивал выбор собственного сына, а после, кивнув, сам улыбнулся. Все было до банального просто: после осады столицы и тщетных поисков Кристо (ведь он в то время уже был личным лекарем принца), родители целителя отправились вместе с беженцами в Энтелей, надеясь, что, возможно, они просто опоздали, а их сын уже ушел в вечно державшее нейтралитет во всех битвах королевство. Но стоило им лишь потерять надежду, как пришла весть о том, что рыжий лекарь теперь всегда подле принца, защищая его и помогая восстановиться после болезни. И с души спал камень, до этого тянувший вниз безутешных родителей: их дитя живо, оно в порядке и ему ничто не угрожает рядом с наследником престола. А после началась война и уже не было возможности вернуться назад в Аквилию, пришлось ждать и надеяться на лучшее. А после победы королевства и провозглашения империи, они вернулись назад. И рады, что не задержались более ни минуты в Энтелее. Кристо улыбался, прижимаясь боком к телу императора, смотрел на своих родителей и радовался, что все закончено. - Теперь точно мир, - шепнул ему на ухо Леланд, с улыбкой наблюдая за тем, как мать его мужа, усадившая их двоих в беседку, рассказывает о их странствиях и всех переживаниях, выпавших на доли этих людей. - Да, - так же тихо шепнул Кристо, сжимая руку мужчины в своей. Теперь действительно мир. Через несколько лет, на пиру, в честь четырнадцатилетия Зефола, Леланд объявил его наследником Аквилии и приемным сыном императора. Собственных детей у него не будет, а мальчишка за эти годы стал ему родным, да и Кристо хорошо его воспитывал, заставляя парня, одаренного в области целительства, трудиться не покладая рук. Уже через два года под наставничеством императорского лекаря Зефол стал едва ли не наравне с самим Кристо разбираться в травах и лечить людей. Пареньку только не хватало усидчивости, но муж императора, пусть и неофициальный, закрывал на это глаза, понимая, что мальчишка еще не дорос до того возраста, когда следовало бы забросить все игры и начать серьезно относиться к своей жизни. Сейчас он еще был свободен. Советники были против этого нежданного назначения, ведь император еще даже не женат! Но Леланд ничего не хотел слушать. Это было его решение, и в нем он был уверен. В середине пира в зал вошла богиня, но, несмотря на свой обычный вызывающе-открытый наряд, не привлекла к себе внимания. Взгляды просто проходили сквозь нее, не задерживаясь более секунды. Она была на этом празднике жизни не ради каких-то лизоблюдов, чешущих языков только ради собственной выгоды, она пришла сюда, чтобы кое-что передать. Кристо, увидевший ее первым, тут же поднялся со своего места, а Леланд, желавший было подняться следом, был остановлен самой богиней. Женщина только улыбнулась и взяла лекаря под руку, отходя в сторону от смеющейся толпы. Что-то сказав парню, Любовь исчезла, оставив после себя лишь легкий сладковатый аромат и ощущение счастья. Леланд после весь вечер пытался узнать у Кристо, что же ему сказала богиня, но парень только улыбался, и пожимал плечами, не желая рассказывать секрет. Он и так скоро станет известен, так зачем раскрывать все карты? Парень только прижимал палец к губам императора и, улучив момент, целовал его под смеющиеся взгляды сидящего рядом Зефола. Счастье. Это действительно было оно.