В здоровом теле здоровый ххх

Воскресным вечером, после весёлого застолья в местной харчевне, Джин допоздна сидит на кухне и ложкой соскребает остывший рис с керамических стенок. Не поужинать второй раз, когда в холодильнике ждала любимая закуска, а в районе гостиной - голодный Рэпмон, вещь непростительная и крайне глупая. Вода из-под крана приятно холодит уставшее от криков и хохота горло... Только после того, как в желудок тяжело ухает последняя ложка пропитанного маслом риса, Джин бросает в раковину тарелку и направляется в свою комнату с твёрдым желанием славно выспаться. По дороге он краем глаза замечает приоткрытую в гостиную дверь: лидер и Юнги смотрят документальный фильм о корейской истории. Намджун активно комментирует ведущего и широко жестикулирует. Джин надеется, что его соседушка так и заснёт на руках лидера, и тогда вся комната останется на ночь в его распоряжении. Старший хён сладко потягивается и зевает: затёкшие на спине мышцы начинают расслабляться. - Всегда бы такие спокойные вече... ра. Его резко останавливает посторонний звук, шедший меж косяка следующей по коридору двери и стенкой: там, внутри запертой комнаты, пару секунд ясно слышатся слезливые всхлипы и какой-то странный набор слов, вроде: "Нет, пожалуйста, только не снова". Джин озадаченно замирает и в ужасе зажимает рот ладонью. “- Ты опять не туда свою палку засунул, дурак! Вот так надо было”. “- Подожди, не влезает!” “- Быстрее-быстрее... Ах, ты опять промахнулся”. “- Честно, у меня хорошо получается! Но когда играю с тобой, то всё время кривулька вылезает”. - Тэхён... с кем это он? - Джин прикладывается к щеколде и пытается заглянуть внутрь. Низкий голос, срывающийся на визгливый шёпот и эгьё, он узнает без труда. На щеках Сокджина играет лёгкий румянец, вызванный неловким смущением и интересом. “- Ай! Не бей меня!!!” “- Прости, я лишь слегка шлёпнул”. - Раз бьёт, значит, Чонгук-и, - шепчет про себя Сокджин и нагибается ещё ниже. Долг перед группой говорит ему резко вмешаться в гнездо разврата, но дружеский - оставить их наедине без свидетелей. “- Опять, опять! Давай, загоняй палку. Давай! Быстрее!” - Что за... Сокджин, впрочем, ничего нового, неудачно переступает с ноги на ногу и, несдержанно крякнув, наваливается плечом на замочную скважину. Та оказывается лишь притворно закрытой... От неожиданности он сшибает хлипкую дверь, падая лицом на деревянный пол, и разрывает нить звонкого общения между двумя заведёнными парнями. Сокджин боится поднять глаза и увидеть то, от чего прервал их. - Хён, ещё долго будешь лежать? - Вы о чём? - заикается Сокджин, уткнувшись лбом в переплетение узора на ковре. - Я бы предложил присоединиться, честное слово, - разносится сверху размеренный голос макнэ, - но втроём играть будет сложнее. - Чонгуки-а, бросай его, - с другой стороны кровати нетерпеливо зовёт младшего Тэхён, - давай ещё раунд в тетрис! До Джина наконец-то медленно, крайне туго, через "не хочу" доходит... и он сконфуженно прячет лицо в полу: - Ох, точно. Юнги же нашёл на балконе игрушку своей далёкой молодости... Но вы разве не на тренажёрах должны быть? - О нет, Джин-хён. Как выяснилось, нас с Тэхёном только одна игра может сблизить. - А я бы не сказал, что только одна, - про себя хихикает и жмурит глаза Тэхён, за что получает смачный хлопок по спине и шёпот в самое ухо: "Ну не при хёне же..."