Талисман

Остался последний и самый тяжелый год в академии. Последний курс дрочат, как только могут, оттого Юнги в последнее время страдает и почти не спит. Альфа сильно исхудал и осунулся, а в мешки под глазами скоро можно будет складывать вещи. Чимин, конечно, был очень недоволен и сильно ругался, но понял, что это бесполезно, ведь доходило даже до ссор, истерик, и однажды до выброшенного в Юнги обручального новенького кольца. Сейчас Чимин молча греется в растянутом Юнги свитере и обнимает подушку по ночам, пока старший что-то чертит, пишет, учит. На носу рождество, а в доме праздником и не пахнет. В эту квартиру они переехали всего месяц назад, но Чимин, не без помощи Юнги, обустроил ее, и теперь здесь уютно и тепло. Мягкий диван отлично вписался в маленькую комнату, несмотря на то, что занимал почти все место в разобранном виде. Юнги нравится – и хорошо, ведь тот любит поваляться в постели подольше, а на таком большом диване делать это приятнее вдвойне. Чимин не спорил. Да и как тут поспоришь, когда тебя прижимают к себе и пошлым шепотом убеждают, почему стоит взять именно этот диван. Правда омега вовсе не ожидал, что спать он будет на нем один. А для одного него диван казался большим и… Чимину, честно говоря, плохо без Юнги. Старший постоянно пропадает то в академии допоздна, то на полу с чертежами. Чимин почти уже не против, тем более, глаза альфы светятся, когда он занимается любимым делом. Эта любовь появилась совсем недавно, но альфа успел уже втянуться. Чим рад и счастлив, но любви все равно хочется. Особенно в такой праздник, как Рождество. Но, кажется, старший не собирается его праздновать, так как у них еще ни елки, ни подарков. Омега как-то ходил один в магазин, но видеть вокруг счастливые парочки или же радостные улыбки было, хоть и радостно, но все же немножко неприятно. Честно говоря, хотелось встать посреди большого торгового центра, прямо у шикарной елки, и зареветь, как маленький мальчик, чтобы хоть кто-нибудь обратил на одинокого омегу внимание. Однажды Чимин все же не выдержал и психанул, нервно натягивая одежду. Юнги словно не видел мельтешащего омегу, увлеченно кусая кончик карандаша. Чим фыркнул и швырнул в альфу тапок, благо реакция у того хорошая, и он вовремя увернулся. Изогнув бровь, Юнги поднял взгляд на запыханного Чимина. Тот стоял в полузастегнутых джинсах и помятом свитере и выглядел так по-домашнему и забавно, что хотелось завалить его на кровать и обнимать день напролет. – Йа! Ты меня хоть слышишь? – вскрикивает омега и застегивает штаны до конца. – Ну, да… – пожимает плечами Мин. – Ты говорил что-то про Тэхена и… – Это было за обедом, – вдруг обижается Чим и хлюпает носом. – А сейчас я сказал, что хочу сходить в магазин и купить, наконец, ебаную елку! Омега с психами вылетает из комнаты и судорожно надевает куртку, путаясь и не попадая в рукава. Показывать слабость перед Юнги совсем не хочется, но слезы так и напрашиваются. – Какую елку? – сильнее удивляется альфа, вышедший в коридор следом. Наблюдая за страданиями младшего, он все же походит к психующему омеге, помогая тому надеть куртку. – Завтра Рождество, олень, – срывается Чим и дергается, вырываясь из рук Юнги. Стремительно вылетев из дома, омега громко хлопает дверью и на ходу завязывает кроссовки. Юнги еще долго стоит и тупо пялится в одну точку, а потом бьет себя по лбу и тихо матерится. Юнги прекрасно знает, как Чимин хотел провести Рождество вместе, все же это первый праздник, который они проведут в статусе молодой семьи. А из-за своего стремления в учебе, альфа совсем забылся и даже не заметил, как стремительно пробежали полгода. Быстро одевшись, Юнги хватает перед выходом красную шапку омеги и выходит на улицу. Вокруг красиво, белый снег порошит землю, а морозный воздух пробирает до самых костей. Альфа не ожидал, что будет так холодно. Благо, младшего долго искать не пришлось. Видимо, он не решился идти в таком потрепанном виде и сел на лавочке почти у подъезда, тихо всхлипывая и жуя сопли. Юнги слабо улыбается и тихо подходит, натягивая шапку на голову омеги. Тот не поднимает глаз и делает вид, будто не замечает. Мин присаживается на корточки и смотрит на Чима снизу вверх, держась за его колени. Омега отводит взгляд и нервно кусает пухлые губы. – Ну и чего ты? – продолжает улыбаться Юнги. – Мог бы спокойно все объяснить. – Я уже неделю тебе объясняю, – не выдерживает Чим и возмущается, заглядывая в глаза старшего. Тут же становится стыдно за свое ребяческое поведение, отчего щечки омеги покрываются румянцем. – Прости, – просит альфа и проводит холодными кончиками пальцев по щеке омеги. – Мне еще не поздно реабилитироваться? – Не думаю, что сейчас можно найти хорошую недорогую елку, – тихо шепчет Чим и поджимает губы, на что альфа хмыкает и тянется вверх, оставляя на губах младшего слабый поцелуй. – Пошли, выберем ту, которая понравится, – беря омегу за руку, Юнги потянул его за собой. – Постой, – тормозит Чимин, вызывая недоумение у альфы. Омега под внимательным взглядом Юнги стягивает с себя шарф и обвивает его вокруг шеи старшего, плотно укутывая и смущенно улыбаясь. – Я боюсь, что ты замерзнешь. – Тогда снимай перчатку, – хмыкает альфа и сам стягивает с левой руки омеги нагретую вещь. Чим удивленно смотрит, как Юнги надевает ее на свою левую руку, а потом берет правой ладошку Чимина и засовывает в карман, крепко сжимая ее и переплетая пальцы. – Так ведь теплее? Чимин смущенно кивает и отводит взгляд, глупо и счастливо улыбаясь. В магазине сверкают разноцветные огоньки, люди торопятся, суетятся. Юнги не особо любит такие места, но ради Чимина можно и потерпеть. Тем более, младший с такой радостью выбирает подарки и украшения, что на душе спокойно и как-то по-особому тепло. Домой они возвращаются поздно, с тяжелыми пакетами и уставшим видом. Чимин что-то счастливо щебечет, а Юнги просто наслаждается атмосферой. Воздух не кажется уже таким злым и колючим, а теплая ладошка Чимина, кажется, согревает всего альфу. Младший резко останавливается и тянет Юнги за собой. – Мне надо в аптеку, лекарства купить, – объясняет Чимин и непонимающе смотрит на Юнги, когда тот дергает его обратно, заключая в объятия. – Подожди. Помнишь, ты мне обещал больше не пить их? – Чимин тушуется и слабо кивает, отводя взгляд. – Пусть это будет подарком на Рождество. – Но Юн… – старший не дослушивает, наклоняясь к губам омеги и выдыхая в них. – Я думаю, что твое сердце в порядке. Прекрати травить свой организм этой дрянью, – нежный поцелуй опаляет губы младшего, отчего тот сладко стонет и поддается ближе к Юнги. Поцелуй длится недолго, но этого хватает для того, чтобы подогреть желание обоих. – Хорошо, – выдыхает, наконец, Чимин, утыкаясь лбом в плечо Юнги. – Тогда пошли скорее домой, там должны елку привезти. Юнги улыбается и следует за возбужденным Чимином, все так же крепко сжимая его руку в своей. И все же Чим все такой же ребенок, наивный и доверяющий кому попало, верящий и радующийся любому пустяку. Но Юнги рад, что он именно его личный маленький Чимин. Его талисман.