Талисман

Чимин суетливо ходит по квартире и собирает вещи для Чонгука. Родители альфы согласились взять малыша и Чон Минни к себе на несколько дней, чтобы дать время отойти Тэхену после родов и позволить Чимину немного отдохнуть. Округленный животик не позволяет много двигаться и проводить больше времени с Чонгуком, но Чимин честно пытался, хотя это давалось ему с трудом, особенно в последнее время. Юнги мирно сидит на диване, закинув ногу на ногу, и наблюдает за взволнованным омегой. Чонгук тихо стоит в коридоре с приоткрытым ртом и смотрит на родителей: шапка его съехала набок, куртка не застегнута до конца, а на ногах красуется только один ботинок. Шарф, который должен был красиво обвивать шею ребенка, наполовину размотан и одним концом валяется на полу. Альфа вздыхает и подзывает к себе сына, нормально одевая его. – Так, штаны теплые положил, перчатки запасные положил… Хм… Кофту забыл! – Чимин вновь скрывается в детской и выходит оттуда через две минуты, застегивая ранец сына. – Вроде, все… – Господи, Чим, он уезжает всего на неделю к моим родителям, а ты собираешь его так, словно на Северный полюс отправляешь, – вздыхает Юнги, завязывая Чонгуку шарф. В куче одежды малыш похож на пингвина, что невольно умилило сентиментального Чимина. – Он уже такой боольшой, – всхлипывает Чим и тянет руки к Чонгуку, трепля его за щечки. Омега пытается поднять сына на руки, но альфа ему не позволяет, отнимая ребенка у беременного омеги. – Нууу… Дай хоть сына обнять! – Потом, все потом, мы опаздываем, – тараторит Юнги и спешит на выход, обуваясь. Чонгук крепко держится за отца и машет папе, который утирает слезы и поджимает губы. – Маалыыш, – хлюпает он носом. – Поцелуй папу. – Чимин, – стонет Юнги, но Чонгук тянется ручками к папе и чмокает его в щечку, отчего сердце омеги не выдерживает, и он захлебывается слезами. – Он таакой пусяя, – хнычет омега, на что Юнги закатывает глаза. Чонгук утирает слезы папе и надувает губы. – Тебе нельзя плакать, а то мой братик тоже расстроится и будет тебя больно пинать, – Чонгук делает умный вид и кивает в подтверждение своих слов. Чимин на секунду замолкает, а после вновь всхлипывает. – Такой уумный, – хнычет младший. Юнги выхватывает из его рук сумку и мажет губами по влажной щеке омеги. – Все, успокойся, скоро вернусь, – Юнги выходит в коридор, где добавляет. – Будь осторожен, пожалуйста. – Угум, – кивает Чимин, пытаясь рассмотреть своих альфу и ребенка сквозь пелену слез. – Не забудь заехать к Хосоку и забрать Минни. – Хорошо, – кивает альфа и закрывает дверь, за которой вновь слышатся хлюпанья и рыдания. Альфа ловит непонимающий взгляд сына и пожимает плечам. – Вот такой вот у тебя папа, – улыбается Юнги и ведет сына к машине. Прорыдав около часа, Чимин бредет на кухню и открывает холодильник. Юнги не будет еще около трех часов, а это значит, что пришло время свободы, когда никто не будет следить за правильным питанием и распорядком дня Чимина. Омега облизывает губы и достает из холодильника шоколадный торт, что был припрятан Юнги от Чимина. Парень усаживается за стол, поглаживая свой животик, и вскрывает коробку, тихо ахая от восхищения. – Сейчас мы с тобой, малыш, наедимся, – хихикает омега и чувствует внутри слабое шевеление. Он ныряет пальцами в торт и отламывает себе кусочек, запихивая его в рот и с наслаждением постанывая. По телу пробежали мурашки от кайфа, а пальцы на ногах невольно поджались. И все же во время беременности Чимину для счастья надо мало: обнимашки 24\7, Юнги под боком и шоколад. А еще лучше, если все это совместить. Но альфа не позволяет Чимину есть много сладкого, переживая за состояние омеги и ребенка. Поэтому Чим уплетает торт с удвоенным удовольствием, облизывая пальцы. В коридоре слышится хлопок, а потом чье-то копошение. Чимин испуганно замирает и невинно улыбается, когда в дверном проеме появляется растрепанный Юнги. – Чимин! – рычит альфа, смотря на довольную моську омеги, которая вся перепачкана шоколадом. В принципе, весь Чимин был в сладости, начиная от ног и заканчивая волосами на макушке. Старший устало стонет и мочит полотенце, подходя к омеге. – Ну что, – надувает губы тот. – Я хотел торта… – Я вижу, – кивает Юнги и вытирает шоколад с коленок Чимина, пока тот облизывает сладкие пальцы. – А почему ты так быстро? – интересуется Чим и смотрит на альфу. Юнги сидит перед омегой на корточках и старательно оттирает того. – Отец сам приехал за малышами, – пожимает плечами альфа, после чего кидает грязное полотенце на стол и помогает Чимину подняться. – Пошли, я помою тебя. Когда с водными процедурами было покончено, Юнги помог переодеться омеге и усадил его на диван, включая какую-то семейную комедию. Альфа разместился рядом с Чимином, который тут же прижался к его боку, укладывая голову на его плечо. Ладошка Юнги уже неосознанно разместилась на пузике младшего, слабо поглаживая. Чим почти урчал, нежась от прикосновений, и это было так круто. Чимин и без того слишком нежный и ласковый, а во время беременности он был как младенец, требующий много внимания. Кстати, о младенцах. Юнги, конечно, не рассчитывал на еще одного ребенка, но видя счастье в глазах своего омеги, он пересмотрел все «за» и «против», и решил, что плюсов все же больше. Чимин с легкостью забыл ту крупную ссору, но вот альфа все еще корил себя за свое поведение, поэтому старался угодить беременному, как только мог. А Чимину много и не надо. – Юнгияя, – тянет Чимин и задирает голову, смотря своими ясными глазами на альфу. – А ты меня любишь…? – Что за глупые вопросы? – хмыкает Юнги и не смотрит на омегу, боясь растаять от взгляда карих глаз. – Просто… Я такой проблемный, – вдруг бормочет омега, пряча свой взгляд. Юнги непонимающе изгибает бровь и смотрит на мужа. – Откуда такие мысли? – вздыхает альфа. – Ты самый лучший у меня. – Правда? – тут же улыбается Чим, и Юнги все же смотрит в его бездонные глаза и невольно улыбается в ответ. – Правда, – шепчет альфа и целует Чимина. – Поэтому я тебя и люблю. – Ииа, – пищит омега и жмется к Юнги, на что тот тихо смеется и обнимает его крепче. Через полчаса Чимин уже мирно сопит, но Юнги не решается его переносить в комнату, боясь побеспокоить сон омеги, поэтому он осторожно укладывает парня на диван и аккуратно накрывает его пледом. После этого Юнги уходит в кабинет и падает в кресло. Окинув взглядом предстоящую работу, альфа замечает краем глаза рамку, в которой стоит фотография Чимина и Чонгука. Юнги невольно улыбается, вспоминая, как возился с маленьким Чонгуком, и понимая, что он определенно хочет еще одного малыша. *flashback* – Смесь на столе, записка на баночке, пустышка рядом с кроваткой, подгузники в столике, – тараторил Чимин, судорожно собираясь. Юнги стоял напротив с восьмимесячным Чоном и фырчал на все замечания омеги. – Сам разберусь, – хмыкнул напоследок Юнги, после чего дал пинка Чимину, который потянулся к малышу. – Иди уже, пока я не передумал. – Спасибо, родной, – улыбнулся омега, чмокая и его в щеку. Напоследок перекрестившись, омега поджал губы и помахал своим мальчикам. – Я скоро вернусь. – Да не торопись, – улыбнулся в ответ Юнги, наблюдая, как Гук вертит ручкой, прощаясь с папой. – Только осторожнее. Чимин широко улыбнулся и скрылся за дверьми лифта. Юнги закрыл дверь и пошел в комнату. – Ну что, парень, остались мы с тобой вдвоем, – Чонгук грыз игрушку и смотрел на отца, словно понимая его. Альфа вновь улыбнулся и приземлился на пол, усаживая сына рядом и включая телевизор. Чонгуки молчаливо и послушно игрался, лишь изредка теребя полулежащего Юнги за волосы. Тот смеялся и баловался с малышом. Пока отец был отвлечен документальным фильмом, Чонгук плюхнулся на живот и попытался ползти к двери. По началу у него это плохо получалось, но вскоре он уже отталкивался коленками от пола и передвигал тушку вперед. Оказавшись в коридоре, мальчишка повернулся к отцу и счастливо пискнул, но альфа даже не обратил внимание. Тогда Чонгук кинул в него свою игрушку, но в силу своей слабости, не смог попасть в цель. Однако Юнги вздрогнул от шума ударившейся игрушки об пол и посмотрел на Чонгука. Малыш сидел на попе и весело смеялся, размахивая руками. – Едрить, ты как там оказался? – удивленно вскинул брови альфа. Он подполз к Чону и взял его на руки. – Чимин не рассказывал, что ты уже ползать умеешь. Альфа улыбнулся и потерся кончиком носа об пухлую щечку Чонгука, но тут его чуткий нюх учуял не очень приятный запах. – Таак, где, твой папа говорил, подгузники лежат? – Юнги опустил сына на пол и стал придерживать его за руки. Ежедневная тренировка всегда идет на пользу малышу. – Пошли переоденемся, засранец маленький. Помыв и натянув на малыша чистые вещи, Юнги подхватил его на руки и повел на кухню. Чонгук начал кукситься и морщить носик, тихо хныча. Малыш хватался за отца и кусал палец. – Что такое? – обеспокоенно смотрел на него альфа, готовя ребенку смесь. Старательно взбалтывая молочко, Юнги пытался успокоить сына, покачивая его на руках. – Ну хватит уже… – Па… ПаааПа, – нюнил Чонгук, пока Юнги не вставил ему соску в рот. Чон начал с удовольствием тереться деснами о мягкую поверхность, перестав плакать. – Уф, ты, оказывается, тяжелый уже, – довольно ухмыльнулся Юнги, задумываясь о том, как Чимин таскается с малышом целый день. – И капризный до жути. Но Чонгук не слушал отца, с упоением кушая и почесывая тревожащие десна. Когда бутылочка опустела, Юнги поставил Чонгука на ходунки, а сам начал прибираться на кухне. Оказывается, пока он в спешке готовил смесь, то просыпал половину на пол, а вода была по всему полу. Чонгук бегал по квартире, иной раз наезжая колесиками на ноги отца, и громко визжал, хватая все, до чего только дотягивался. Альфа устало плюхнулся на диван, но Чонгук тут же заныл, протянув к нему руки. Юнги устало простонал и взял ребенка, вновь усаживаясь на пол и сажая малыша на колени. Юнги играл с ребенком около часа, до тех пор, пока Чонгук не начал зевать и тереть глаза. Альфа отнес малыша в комнату и укутал его в пеленку, принимаясь качать и усыплять. – Пааа…. Папапа, – чмокал губками ребенок, пока Юнги не всучил ему пустышку. Чонгук не мог долго уснуть, постоянно хныкая и морщась, но Юнги с мужеством выстоял, все это время качая малыша. Альфа не заметил, как пролетело время, и когда Чонгук уснул, на часах уже было семь вечера. Юнги осторожно положил ребенка на кровать, но тот так вцепился в его одежду, что и Юнги пришлось лечь рядом. Альфа вздохнул и принялся наблюдать за сыном, понимая, что работу он так и не сделает. Парень даже не заметил, как уснул. Проснулся он только после того, как Чимин прикоснулся своими влажными губами до его щеки. Увидев перед глазами нежную улыбку и сузившиеся глаза, старший подскочил на кровати, осматриваясь вокруг. – А где Чонгук? – Юнги зевнул и потянулся, смотря на мужа. – Я уже помыл и уложил его на ночь, – продолжал улыбаться омега, ластясь к альфе. Тот ухмыльнулся и потрепал младшего по волосам. – Как погуляли? Тэхен не сильно напился? – поинтересовался Юнги, заваливая Чимина на кровать и сжимая его в объятиях. – Не-а, ему каждые пятнадцать минут звонил Хосок и спрашивал, как у нас дела, – хихикнул омега. – А ты много выпил? – прошептал Юнги в ухо Чимина, слабо кусая его. – Хээй, я не пью, у меня ребенок! – Чимин пытался избежать прикосновений к чувствительной шее, но никак не мог. – Ты не позвонил ни разу, – продолжал шептать альфа, обжигая кожу омеги дыханием. – Я телефон дома оставил, – виновато улыбнулся Чим и судорожно вздохнул, когда губы мужа прошлись над ключицей. – Я сегодня устал. Чонгук в последнее время много капризничает, – вздохнул Юнги. – Ты у меня такой молодец… – Ты отлично справился, – подбодрил его Чимин. И тут же добавил. – Не хочешь завтра еще раз посидеть? Омега тихо засмеялся от ошарашенного взгляда альфы, а после извивался под ним, стараясь не разбудить сына своим хохотом. *flashback* Юнги вздрогнул, отвлекаясь от своих мыслей, когда услышал тихое пыхтение и топот ног. Чимин проснулся и сразу же кинулся к мужу, тихо хлюпая носом. Увидев заплаканное лицо омеги, старший тут же подорвался, заключая парня в объятия. – Что такое, малыш? – спросил взволнованный альфа. – П-почему ты ушел? – всхлипнул Чимин. – Мне приснился плохой сон… – Ох, прости, мне просто нужно работать, – виновато улыбнулся Юнги, заглядывая в глаза омеги и утирая его слезы. – Но я здесь, все хорошо. Я рядом. – Ой, – выпучил глаза Чимин, заглядывая за плечо альфы и смотря на его стол. – Можно я тебе помогу? – Да я сам… – Я хочу помочь, – воодушевился Чим, тут же забывая про кошмар. Юнги лишь вздохнул, наблюдая, как его пузатый муж усаживается в кресло и пододвигается ближе к столу, но так, чтобы не задевать его животиком. Чимин что-то бубнит под нос, поглаживая свое пузико, а потом пододвигает чертежи Юнги поближе, принимаясь вникать и рассматривать. – Чиминни, – отвлек его альфа, подставляя другой стул ближе к Чимину и садясь рядом. – Тебе нельзя напря… – Юнги, – нахмурился омега и поджал губы. – То, что я беременный не значит, что мне ничего нельзя. – Дада, – закивал альфа. – Я просто бес… – Лучше сделай нам чай и принеси бананов, – улыбнулся Чимин и погладил свой живот. – Чонмин и я хотим кушать. – Хорошо, сей.. Чонмин?! – удивился Юнги. – Ты уже имя придумал? Чимин смутился и отвел взгляд, прикусив губу и сдерживая улыбку. – Угу. – Вот же засранец, – усмехнулся альфа и потрепал мужа по волосам. – Сейчас все сделаю. Юнги собрался пойти на кухню, но тут его остановил Чимин, схватив за руку. – Юнгия, тебе не нравится? – расстроенно спросил омега. – Скажи честно… – Ты о чем? – удивился альфа. – Об имени, – занервничал Чимин, кусая губы. – Тебе не нравится? – Малыш, главное, что оно нравится тебе, – улыбнулся Юнги и чмокнул мужа в пухлую щечку. – Чонмин – красивое имя. Но не красивее тебя. Чимин смутился и пихнул мужа в бок. – Хэй, перестань, – омега покраснел до кончиков ушей, пока Юнги тихо смеялся. – Хорошо, мой миленький пончик, – Чимин возмущенно подавился воздухом, смотря вслед Юнги. Омега положил ладошку на живот. – Вот подрастешь, буду оставлять тебя с ним, чтоб знал, как вести себя с беременными, – бубнил Чимин, заговорчески улыбаясь. Юнги вернулся через несколько минут и застал работающего Чимина, который склонился над чертежом и, высунув язык (гребаная привычка), аккуратно выводил линии, пытаясь не накосячить. Старший невольно умилился, ставя перед омегой кружку с чаем и нарезанный банан, и сел рядом, помогая мужу. Чимин устал уже через минут сорок и начал отвлекать альфу, мешая ему и капризно отбирая карандаш. – Ну Юнгияя, – хныкал тот. – Ну пошли спааать… – Ох, хорошо, – вздохнул альфа, отодвигаясь от стола. Уже лежа рядом с пузатым Чимином и приобнимая, Юнги засыпал, слушая сопение омеги. Неожиданно Чим рядом зашевелился и закряхтел, переворачиваясь на спину. После этого все затихло, но тут раздался шепот. – Юнги? – тихо позвал омега. – Ты спишь? – Угуам, – невнятно произнес альфа, покрепче прижимаясь к Чимину. – А я сардельки хочу, – невинно сказал Чим, на что Юнги никак не отреагировал, но когда до него дошло, что любимые чиминовские сардельки продаются только на другом конце города, то он застонал, тихо хныча. – Очень хочу… – Мин Чимин, я тебя выебу, отвечаю, – прохныкал Юнги. – О, это даже лучше, – хихикнул Чимин. Альфа тут же посмотрел на смущенного омегу и вновь застонал, утыкаясь лицом в подушку. – Спасите…