Дух охоты. Часть 4

Меня всесильем при рожденьи Господь Бог отравил, А я страдаю как последний дурак; Я умираю в пустоте неразделенной любви — Я жду тебя, о, мой возлюбленный враг! Канцлер Ги «Единственный враг»

Open up your eyelids Let your demons run (Открой глаза И выпусти своих демонов.) Black Rebel Motorcycle Club, «Beat the Devil's Tattoo»

Oh let's go, let's strike a light We're gonna blow like dynamite I don't care if it Takes all night Gonna set this town alight, c'mon (Давайте же вдарим светом, Взорвёмся, как динамит. И не волнует, если это Займет всю ночь, Мы подожжём этот город, давай!) Def Leppard «Rock of ages»

      Немая сцена затягивалась: я изо всех сил цеплялась за Вельхеора, хотя он пока никуда и не рвался, просто напрягся так, что стал напоминать мраморную статую; Алукард апатично прихлебывал из чашки; Майк, смекнув, чем все может обернуться, трепетно прижимал самое дорогое, то есть ноутбук, к груди. А посреди этого театра абсурда стоял Артем и переводил алчный взгляд с Алукарда на Вельхеора и обратно. Я прямо видела шестеренки в голове Разрушителя, которые нетерпеливо вращались с почти слышимым жужжанием, готовясь запечатлеть сцену мечты детства: Годзилла против Мотры. Гаденыш мелкий, выпороть и коленями на горох!       Когда степень накала достигла своего предела, и уже, казалось, сам воздух начал звенеть от напряжения, по кухне разлилась веселенькая мелодия с чьего-то смартфона. Сработала она не хуже пистолетного выстрела…       Вель рванулся вперед, не обращая никакого внимания на мои попытки его удержать, Артем разинул рот в немом восхищении, а Майк, проявив нехарактерную для себя ловкость, убрался с дороги разъяренного Вельхеора, перемахнув через барную стойку вместе со своим драгоценным компьютером.       Казалось, Алукард даже глазом не моргнул (а, может, и моргнул, за очками все равно не видно), ни один его мускул не дрогнул, но мгновение спустя Вельхеор был остановлен буквально в шаге от учителя сверкающим стволом Кассула, который уперся Велю прямо в лоб. Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что и в ребра рыцаря смерти тоже кое-что уперлось: непроницаемо черный клинок, который Вельхеор непонятным образом выхватил из воздуха. — Могу я узнать, — Вель первым нарушил молчание. — Зачем ты явился в мой дом? Если хочешь умереть, есть способы попроще. — Да, например, угрожать рыцарю смерти с оружием в руках, — проговорил Алукард, снова прихлебывая из чашки. Рука с Кассулом даже не дрогнула. — Чудесный сорт чая. Где брал? — Китай, провинция Юньнань. — Надо будет запомнить, — Алукард осушил чашку из тонкого фарфора, поставил ее на барную стойку и, наконец, взглянул на Веля. — Чтоб ты знал, я не убивать тебя пришел. — Ты пришел, чтобы я убил тебя, — согласно кивнул Вельхеор. — Очень хочешь подраться? Что ж, я уважу твое желание. — А можно вы на улицу выйдете? — бесстрастно осведомился Майк из-под барной стойки, где расположился с удобством и уже что-то активно печатал. — Круто! — тем временем радовался Артем. — Подождите, я сейчас музычку из Mortal Kombat подрублю! — Так, все, — решительно объявила я. — Закончили этот цирк. Алукард! — Да, дорогая? — Убери свою пушку. Немедленно. Вельхеор, руки прочь от моего учителя.       Вампиры постояли еще несколько секунд в задумчивости, а затем зримо расслабились. Клинок в руке Веля растаял черным дымом, а Кассул исчез под полой красного плаща. — Вот ты кайфообломщица! — обвинил меня Артем. — С тобой я потом отдельно поговорю. — Ты ничего не забыл? — спросил Майк у Разрушителя, протягивая руку из-под стойки. — Забудешь тут, — проворчал Артем, а затем достал из заднего кармана брюк портмоне и, отсчитав несколько купюр, протянул их Тортику. — Селин, ты лишила меня штуки баксов! — Это что еще за тотализатор?! — возмутилась я. — Прости, я бы тебе тоже предложил поучаствовать, но ты долго торчала в ванной. — И почему же у Майка ставка сыграла? — неожиданно поинтересовался Вельхеор. — Мы же не подрались. — А я на Сэл ставил, — зевнул Тортик.       Алукард с Вельхеором неожиданно дружно заржали, а Артем насупился еще больше. В кухню заглянул Вик и обвел всех удивленным взглядом. — Что, тоже смертоубийства ждал? — мрачно поинтересовалась я у него. — Если ты про тот идиотский тотализатор, то я в нем не участвовал. — У тебя просто денег нет, — фыркнул Артем. — Есть. Я неплохо подзаработал, обыгрывая тебя в шахматы, — парировал Виктор. — Ой, да ну вас всех, — махнул руками Разрушитель, покидая кухню под новый взрыв хохота. — Ладно, я бы тоже выпил чаю, — сказал Вель некоторое время спустя, утирая слезы. — А я бы чего покрепче, — выдал из-под барной стойки Майк. — Не вопрос. Да вылези ты уже оттуда! И иди я тебя обниму. — Ни в коем случае, — покачал головой Тортик. — Я не обнимаюсь с незнакомыми дядями. — Расслабься, Майк. Нет у него никакой амнезии больше, — вздохнула я. — Да? Тогда обнимай.       На кухне началась возня: Вельхеор терзал Майка, попутно раздавая распоряжения Виктору, какой виски тащить из бара, вернувшийся Артем лез с расспросами к Алукарду и, захлебываясь от восторга, рассказывал про встречу Веля и Бальзы, а я… Мне впервые за много дней было удивительно хорошо и спокойно. За шкирку оттащив Разрушителя от Алукарда, я сделала то, о чем раньше даже не помышляла: обняла своего учителя.       Он дернулся от неожиданности и замер, не зная, кажется, как реагировать на такую вопиющую фамильярность. — Обними меня в ответ, — подсказала я, и руки в белоснежных перчатках робко опустились на мои плечи. — Для первого раза неплохо. Спасибо тебе. — За что это ты его благодаришь? — на наши объятья обратил внимание Вельхеор, и ему это явно не понравилось. — Он сейчас сам все расскажет. Правда? — я подняла голову, заглядывая Алукарду в лицо. Оно как всегда оставалось непроницаемым. — Пожалуй, да.       Мы переместились в гостиную, где уже жарко пылал камин. Каждый присутствующий получил от Вельхеора стакан с виски. Даже Алукард, который сперва пробовал отказаться, но сдался под тяжестью уговоров Веля (пей, если хочешь, чтобы я тебе доверял!). Пьяным я учителя еще не видела. Забавное будет зрелище… — Итак, — громко объявил Вельхеор, встав по центру гостиной. — У меня снова гости, некоторых я увидеть не ожидал, а некоторых хотел бы лицезреть только в гробу (Алукард в ответ на это улыбнулся и, приподняв шляпу, слегка ему поклонился). Тем не менее, я решил побыть в этом веке добрым и радушным. Так что за ваше долголетие, парни. И за мою вечную жизнь!       Я прыснула в стакан с алкоголем. Вель был в своем репертуаре. — А теперь я бы хотел услышать, почему это ты передумал меня убивать, — Вель залпом проглотил виски и вопросительно уставился на Алукарда. — Я этого никогда особо и не жаждал, — усмехнулся учитель. — Эй, а как же Генеральная Ассамблея? — встрепенулся Артем. — Тот видосик до сих пор по даркнету гуляет. — Это был приказ, ничего личного. — Но Вельхеор ведь был невиновен. — Я не обсуждаю приказы, я их исполняю. — Отличное оправдание отсутствию мозгов, не правда ли? — съязвил Вель. — Да, ты прав, — неожиданно согласился Алукард. — Я люблю убивать. Но мне не чужды некоторые моральные принципы. Из-за этого я и оказался в несколько затруднительной ситуации. — Что ж, — Вельхеор уселся на диван рядом со мной, обнимая меня за плечи. — Мы жаждем подробностей. И Алукард начал свой рассказ…

***

      Когда рыцарю смерти пришло приглашение на ту самую Генеральную Ассамблею, он изрядно удивился. Нет, это мероприятие часто включало в себя и суды, но вот казни… Да и зачем звать его, Алукарда? Чтобы просто спустить курок? Это сделает любой, а он рыцарь смерти, профессиональный охотник, мощнейшее оружие на службе у Ассамблеи. Хочешь нарезать хлеб — возьми нож, а циркулярную пилу не трогай.       Мнение вампира изменилось, как только он узнал, кого ему предлагают казнить. Вельхеор… Старый соперник. Когда-то, во время изначальной войны, Алукард гонялся за ним. Затем Вель стал перебежчиком, предал клан и, чтобы защитить свою ближайшую семью, вынужден был вступить в ряды рыцарей смерти. После этого корона Алукарда изрядно поблекла, а затем и вовсе венец самого лучшего охотника перешел к Вельхеору.       Поскольку тогда еще никаких «интернетов» не было, список разыскиваемых зачастую просто болтался на ветру у зданий представительств Ассамблеи, и охота велась по принципу «кто успел, тот и съел». Сколько раз Алукард скрипел зубами, обнаружив, что выбранную жертву уже выследил Вельхеор, и не сосчитать. Наверное, самым любимым грехом рыцаря смерти было тщеславие, а тут появился какой-то выскочка и буквально выпихивает его с трона! А Вельхеор, известный любитель подливать масла в огонь, еще и не упускал случая позубоскалить над свои оппонентом.       Через энное количество времени сложившаяся ситуация стала вызывать у Алукарда головную боль и нестерпимое жжение чуть пониже спины, и он решил действовать радикально.       Выследить самого Вельхеора оказалось непростым делом. Еще сложнее было застать его врасплох, но Алукард на то и Алукард… Загнав наглого выскочку в соляные шахты где-то в Румынии, рыцарь смерти буквально припер его к стене и… Предложил договор.       С тех самых пор они начали работать в паре. Представители не успевали вывешивать новые списки, а Изначальная война довольно быстро подошла к концу, ибо все, кто еще осмеливался идти против воли Ассамблеи, были вырезаны под корень, а у остальных резко проснулось чувство самосохранения. Имена Алукарда и Вельхеора боялись произносить вслух…       Потом в вампирском обществе грянули реформы. Изрядно поредевшее за столетия войны поголовье кровососов резко задумалось о выживании вида. Казнь как меру пресечения отменили, и Алукард вынужден был уйти на покой. Больше они с Вельхеором не общались. И тут пожалуйста…       Рыцарь смерти был крайне удивлен сложившейся ситуацией. Нет, убивать людей формально запрещалось и раньше, но все же оступившихся не казнили… А тут кто-то протащил новый закон чуть ли не быстрее, чем Алукард передергивает затвор… И первым, попавшимся на эту удочку стал Вельхеор.       Умом Алукард понимал, что закон был принят персонально для его старого соперника. Правда тот факт, что Вель убивал людей, вызывал сильные сомнения, но работа есть работа. Кроме того, наконец стало ясно, зачем приглашали Алукарда: никто не думал, что Вельхеор добровольно явится на собственную казнь.       Алукард посетил Генеральную Ассамблею и, поболтав с несколькими Представителями, выяснил, что Вель в последнее время стал крайне неугодной персоной для вампирской элиты. Подробностей ему никто не рассказывал, но они были и не нужны.       Дальнейшие события известны всем: приговор был приведен в исполнение, затем прошли символические похороны… А потом началось самое интересное.       Дочь бывшего Председателя Ассамблеи смылась из столицы, да не одна, а в компании с бывшей женой Вельхеора. Подозрительно? Еще как! Ведь девчонка даже не стала задерживаться ради похорон, хотя при этом слухи о ее отношениях с Велем уже до мозолей натерли уши Алукарду. Хотя и без слухов все было ясно, как божий день: девчонка была единственной, кто противился казни Веля. Двое старых вампиров едва удержали ее от вмешательства в процесс. После этого она окончательно утвердилась в поле зрения Алукарда.       Рыцарь смерти долго об этом размышлял, а потом стал невольным свидетелем одного разговора. Новый Председатель Морриган был так раздосадован звонком Итании, что забыл о всяких предосторожностях. Так Алукард узнал, что Вельхеор невероятным образом выжил, провалялся в коме много дней, а затем пришел в себя и ни черта не помнит. Впрочем, последнее обстоятельство даже обрадовало Морригана. Он тут же прикинул перспективы использования ничего о себе не помнящего Веля в своих целях.       Однако, радовался он недолго. Итания убедила его, что даже с амнезией от Вельхеора будет больше проблем, чем пользы, и в Ялту была отправлена Ольга, чтобы доделать работу за Алукардом. Селин тоже надлежало убрать, ведь она укрывала «опасного преступника».       Алукарду это крайне не понравилось. Такого в его практике еще не было, так что он отправился вслед за Ольгой. Добить Вельхеора должен он сам, и никто другой. А девчонка… Ее старому рыцарю неожиданно стало жаль.       Естественно, коллега Алукарда со своей задачей не справилась. У нее были шансы, основанные на внезапности, но она слишком заигралась с жертвой, и в самый неподходящий момент Вель все вспомнил.       Дальнейшие события были известны. Ольга бежала, радуясь, что ей сохранили жизнь. Правда, как мы знаем, это была лишь небольшая отсрочка. Этот ее поступок навел Алукарда на одну мысль…       Когда он пришел на побережье и увидел Селин, швыряющую в скалы какие-то диски, сердце старого вампира дрогнуло. Он знал Вельхеора довольно долго и видел в нем некое отражение себя. Да, они были чем-то похожи, и Алукарда крайне удивлял тот факт, что существо, подобное Вельхеору, можно так полюбить.       Бедная, глупая девочка… Она должна была умереть, но Алукард почему-то этого очень не хотел. И решение пришло само собой.       Разговор с Морриганом вышел довольно коротким. Рыцарь смерти рассказал ему, что Ольга не справилась с задачей и позорно бежала, а Вельхеора добил он сам. На приказ устранить Селин Алукард предложил Председателю сделку: поскольку убийство дочери Андрея Евгеньевича не останется без знатного скандала, рыцарь смерти возьмет ее в ученики. Зачем убивать девчонку и портить отношения с монополистом рынка крови, когда она может быть под постоянным контролем Алукарда и даже приносить пользу. В обмен на это Алукард согласился выполнять некие поручения личного самого Морригана. У старого упыря оставалось немало врагов…       Так началась карьера Селин. Она моталась с Алукардом по всему свету, казня преступников а иногда и просто неугодных Морригану вампиров. Рыцарь смерти был весьма доволен своей первой ученицей, пока однажды…       Новая власть весьма быстро снесла Морригану крышу. Поста Председателя Генеральной Ассамблеи ему вскоре стало мало, и он решил прибрать к рукам донорский центр Андрея Евгеньевича. Ему бы долго пришлось ломать голову над тем, как изящнее всего это провернуть, если бы один из его рыцарей смерти не наткнулся случайно на Виктора Светлова.       Морриган быстро разобрался, что к чему, навел справки и понял: в его руках оказался просто сказочный козырь — сын самого кровавого вампира тысячелетия, похожий на него, как две капли воды. Это ли не подарок судьбы?       План был очень прост: убить Виктора, выдать за Вельхеора, обвинить Селин и всю ее семью в укрывательстве, ведь парень очень удачно жил все это время в Москве, под боком у Андрея Евгеньевича. Морриган готов был танцевать от осознания собственной гениальности.       Естественно, Председатель поручил эту задачу Алукарду, не подозревая, что тот уже успел настолько привязаться к своей ученице, что оказался готов пожертвовать своей многовековой карьерой, чтобы сохранить ей жизнь.       Рыцарь смерти не пошел убивать Светлова. Он отправил вместо себя Селин, прекрасно зная, к чему все это приведет. Даже если бы девчонка все-таки убила Виктора, Алукарду было совершенно плевать на незнакомого парня, пусть даже сына самого Вельхеора.       План сработал идеально. Почти. — Да-да, знаем, — высказался Артем, который до этого аж полчаса сидел молча, слушая рассказ Алукарда. — Упырь какой-то заснял Селин и Виктора, приняв того за Вельхеора. — К сожалению, да, — кивнул Алукард. — Я не убил его достаточно быстро. — Теряешь хватку, — не преминул вставить Вель. — И что же было дальше? — спросила я, ущипнув вампира за бок, чтобы не лез с глупыми комментариями. — Дальше, насколько мне известно, постарался твой друг, Майк, и видео дошло до Представителей гораздо позже, чем могло, что не может не радовать. — Но все-таки дошло., — раздраженно буркнул Тортик. — Но почему ты не рассказал мне все сразу? — спросила я Алукарда. — Потому что Морриган твердо решил убрать тебя с шахматной доски. Ты же наследница всего состояния своего отца. И от этого я не мог тебя защитить. Вся моя надежда была на Вельхеора. Вот только ты, дорогая моя, добровольно бы к нему не поехала. — А с чего ты взял, что он стал бы меня защищать? Ты же думал, что у него амнезия. — Ох, милая, так думала только ты, — рассмеялся Алукард. — Я охотился с ним много веков. Поверь, он никогда не был излишне сентиментальным по отношению к вампирам. И когда я навел на тебя пистолет, — рыцарь смерти изобразил движение рукой, уставив в меня указательный палец. — Бах! Наш Вель мог десять раз сбежать, но он предпочел спасать тебя.       Алукард как никто другой умеет показать мне, какая же я на самом деле дура… — В общем-то я собирался приехать следом и все рассказать тебе, но возник ряд проблем. Сначала ты узнала про метку, потом Морриган пришел в страшное бешенство. Конечно, я мог шантажировать его тем, что убивал по его приказу неугодных ему вампиров., но это и меня загоняло в яму. Хотя Морриган терял куда больше меня в том случае, если бы правда открылась Представителям. Так что мне удалось прижать ему хвост ненадолго. Пока то видео все же не всплыло на поверхность.       Майк поморщился, как от зубной боли, но ничего не сказал. — А дальше ты знаешь. На меня самого объявили охоту, и не представляешь, сколько нашлось желающих… — Эй, они же узнали, что я жив, — снова встрял Вельхеор. — Да, и что? — Это я должен был стать целью номер один, — насупился Велик. — Нафиг ты кому сдался, когда есть я? — О, скоро армия моих фанатов прибудет сюда, и я с радостью разделю с тобой их обожание, — усмехнулся Алукард. — Так и скажи, что нужна моя помощь по спасению твоей задницы. — Или ты переоцениваешь мое желание задержаться в этом бренном мире, или я переоценил свои возможности и выпил слишком много виски, — Алукард задумчиво покрутил в руках бокал. — В любом случае, спасать мы с тобой будем не свои жизни, а вот ее, — палец в белоснежной перчатке указал на меня. — Вы сидите тут, на своей Аляске, а в мире вампиров назревает государственный переворот. Кому-то не нравилась прошлая власть, кому-то не нравится нынешняя. Но донорский центр в любом случае является камнем преткновения. — Вот мы и подошли к самой важной части нашего разговора, — неожиданно серьезно высказался Артем. — Миклош Бальза ушел живым отсюда и скоро притащит к нам маленькую армию рыцарей смерти. — Не притащит, — возразил Вель. — Он ушел живым, но не целым. Не стану вдаваться в подробности, просто поверьте, что у Бальзы одно желание: найти нору побольше и зарыться в нее поглубже… — Это неважно, видео все равно всплыло, — напомнил Майк. — Ошибаешься. Это дает нам преимущество по времени. Им придется сперва найти нас, так что в запасе есть несколько дней. К тому же сомневаюсь, что они будут действовать как единая армия, скорее перегрызутся между собой за право убить меня или Алукарда. — Сюда не так просто добраться, — добавила я. — Скоро полярная ночь закончится и рейсы возобновятся, — не согласился Велик. — У нас в любом случае не больше недели. — И что мы будем делать всю эту неделю? — фыркнул Артем. — Заниматься проприоцепцией? Боюсь не поможет против орды рыцарей смерти. У нас даже козыря никакого нет. — Я ваш козырь, — безапелляционно заявил Вель. — Ты, конечно крут, — не стал спорить Тема. — Но их куда больше. — И что? Думаешь, я не смогу защитить свою женщину, сына и… ну и тебя, маленькое недоразумение, от кучки рыцарей смерти? — Так уж и кучки? — усомнился Виктор. — Селин, ты же рыцарь смерти. Сколько таких, как ты, в распоряжении у Ассамблеи? Я задумалась. — Что-то около сотни в непосредственном доступе. И еще сотни две разбросано по всему миру. — Три сотни прекрасно обученных вампиров, — присвистнул Витя. — Да они всю Америку завоюют, если захотят. — Это, мягко выражаясь, почти не матерясь, — хрен раскидистый, — заключил Артем. — Вы все думаете не о том, — прервал нас Алукард. — Вельхеор прав, прибывать они будут по одиночке или небольшими группами. Вот только не рассчитывайте на игру по правилам. Барроу — изолированный город. Бальза уже обрубил связь с внешним миром. И я скажу вам, как рыцари смерти будут действовать, — вампир сделал небольшую паузу. — Они будут уничтожать город и жрать людей. Они разрушат здесь все до основания, пытаясь добраться до своей цели, а потом сожгут остатки. С учетом того, что стоит на кону, такие меры вполне оправданы. — То есть у нас неделя на то, чтобы эвакуировать местных жителей, — заключил Вель. — Это невозможно, — покачала я головой. — Расстояние до ближайшего населенного пункта не меньше тысячи километров, при этом дорог нет, самолетов тоже. Даже если шериф вызовет вертолет из Анкориджа, это практически ничего не даст. — Эй, — Вель щелкнул меня по носу. — Для меня нет ничего невозможного. — Ты что-то придумал? — встрепенулась я. — Есть один вариант. И примерно через., — Вель взглянул на наручные часы. -… сутки мы узнаем, сработает он или нет. — Отлично, — фыркнул Артем. — А поделиться не хочешь? — Нет, пусть будет сюрприз, — Вельхеор растянул улыбку до ушей. — И чем нам заниматься ближайшие сутки? — поинтересовался Виктор. — Надо к чему-то готовиться? — Выспись хорошенько, — посоветовал ему Алукард. — Если у тебя были какие-то давние мечты, попытайся их реализовать. Другой возможности может не быть. — У меня была одна мечта, — проворчал Тема. — Только Селин все обломала… — Мечта, говоришь? — заинтересовался Вель. — Да. Я столько информации нарыл про тебя и Алукарда, как вы охотились… И теперь мечтаю, наконец, узнать, кто же из вас круче! — Что ж, — Вель встал с дивана и сладко потянулся, а у меня внутри все похолодело от плохого предчувствия. — Мечты сбываются! Алукард, пойдем выйдем!

***

— Алукард сказал, где твоя мать? — поинтересовалась я у Виктора. — Она сама сказала, мы разговаривали по телефону. С ней все отлично. Он вел себя, как истинный джентльмен, и, кажется, она положила на него глаз, — Вик устало вздохнул и покачал головой. — Почему ее тянет на таких… Эх. Ладно, с Алукардом у нее больше шансов. — Я бы не была так уверена. Не знаю даже, способен ли мой учитель на нежные чувства… — А как же ты? — хмыкнул Виктор. — Ты просто магнит для монстров. — Сама в шоке. — И сейчас мы, наконец, узнаем, у кого яйца больше. — Брысь отсюда! — рявкнул на нас Артем. — С чего это? — возмутилась я. — Здесь лучшая точка для съемки. Хотите поболтать, валите обратно в дом!       Мы с Виктором решили не спорить и отошли подальше. Чем ему приглянулся именно этот сугроб среди сотни таких же, было неясно, но глаза Разрушителя горели фанатичным огнем в предвкушении зрелища, и вставать у него на пути было опасно…       На мысе было довольно светло, поскольку в небе висела полная луна. Кроме того, полярная ночь плавно подходила к концу, и горизонт едва заметно светился, намекая на то, что солнце уже где-то близко.       На снежной косе, наметенной северными ветрами, в ста шагах друг от друга стояли Вельхеор и Алукард. Все мои попытки препятствовать этой дуэли были зарублены на корню. Оказывается, драки хотели все, кроме меня да и Майка, которому просто было пофиг, и поэтому он остался в доме.       Сперва я взывала к Алукарду, как к наиболее разумному из этой парочки, но учитель ответил, что потеряет лицо, отказавшись от прямого вызова на бой, а затем ехидно пообещал не убивать Веля, просто немного покалечить.       Вельхеор и вовсе легкомысленно отмахнулся и пообещал укатать рыцаря смерти в снег за пару минут. На мое заявление о том, что я вовсе не хочу, чтобы моего учителя укатывали в снег, он удивленно приподнял бровь: — То есть, за него ты больше переживаешь, да?! — О, боже., — я закатила глаза и махнула на вампира рукой. — Когда ты протрезвеешь, тебе будет стыдно. — Да брось! Мы просто немного развлечем Артема. Парень же мечтал на это посмотреть. Никто никого не собирается убивать всерьез, ведь так, Алукард? — Если только случайно, — учитель сверкнул своей акульей улыбкой и стволом Кассула поправил шляпу на голове.       В общем теперь мне оставалось только стоять и смотреть. А уйти в дом к Майку мне мешало… Любопытство, да. Я еще не видела в бою Вельхеора с его новыми фишками. А еще в глубине души, где-то очень-очень глубоко, зрело возбуждение от предстоящего действа…       Наконец, Артем, утоптав в своей беготне весь снег в радиусе ста метров, нашел идеальную точку для съемки, установил свой смартфон на неизвестно откуда взятый штатив и дал отмашку: — Начинайте!       Над мысом повисла тишина. Вель с Алукардом не спешили атаковать друг друга, а просто стояли неподвижно, будто каждый из них присматривался к сопернику. Секунды текли томительно, а напряжение напротив росло бешенными темпами. Я смотрела на вампиров, не моргая, и вскоре мне стало казаться, что ледяной воздух состоит из тонких прозрачных струн: тронь одну — и все зазвенит.       Плащ Алукарда взметнулся, будто на мгновение зависая в воздухе, а рыцарь смерти остался в черном костюме старинного покроя, вскинул руку и выпустил половину обоймы в Вельхеора прежде, чем его одеяние коснулось снега и улеглось на него багровыми складками.       Вельхеор улыбнулся, раскинул руки, и меня на мгновение сковало ужасом, настолько знакомой была эта картина… Все снаряды угодили в цель, но Вель даже не пошатнулся и продолжал задорно улыбаться. На его теле не было ни единой раны, только футболка повисла рваными клочьями. Все пули упали в снег позади, и в воздух взметнулось облако пара от горячего металла. — Недурно, — усмехнулся Алукард. — Твою мать., — Виктор до боли вцепился в мое плечо. — Это как?!       Ответить я не успела, поскольку вампиры перешли к более решительным действиям. Алукард снова вскинул руку с Кассулом, а Вель сорвался с места, сокращая дистанцию до оппонента.       Пистолет плевался огнем, но все пули уходили мимо цели, врезаясь в снег под ногами Вельхеора и взрывая его ледяными фонтанами. Я почти перестала видеть вампиров за завесой из снега и пара…       В руке Веля вырос знакомый клинок, черный, как сажа, и с искрами врезался в ствол Кассула, которым Алукард закрылся от атаки. Скрежет металла резанул по ушам, а в следующее мгновение Вельхеор был отброшен на пару десятков метров и ушел в изящный кувырок, снова оказываясь на ногах. Алукард за это время успел перезарядить обойму и вновь навел свое оружие на врага, но выстелить не успел…       Из кончиков пальцев Вельхеора вылетели тонкие светящиеся нити и опутали руку Алукарда плотной сетью. — Брось бяку, — велел ему Вель.       Рыцарь смерти и не думал подчиняться. В мгновение ока он отрастил на свободной руке длинные, изогнутые когти, и рубанул по нитям, которые со звоном лопнули, освобождая его. Но не тут-то было… Вельхеор создал новые нити, и они, сверкая в лунном свете, устремились к Алукарду и опутали обе его руки. Вель удовлетворенно хмыкнул и резко дернул струны на себя…       Предплечья Алукарда просто лопнули, кровавой кашей и осколками костей усеивая снег вокруг, а струны, как живые, уже опутывали его тело. Где-то рядом вскрикнул от увиденного Артем, а Виктор просто повис на мне, не в силах удержаться на ногах. — Я оторву тебе еще что-нибудь, или признаем мою победу? — весело осведомился Вель, плавными вращениями кисти наматывая струны на кулак.       Алукард расхохотался так, что у меня зазвенело в ушах. Кровь, ручьями льющаяся из обрубков его рук, неожиданно ожила и пустилась в реверс. Струны Веля со стоном лопались одна за другой, кровь рыцаря смерти потоками возвращалась к нему, формируя новые предплечья, и кисти рук, и даже белоснежные перчатки. — С ума сойти, — всхлипнул Виктор, обваливаясь в снег рядом со мной и вцепляясь в мою голень.       Алукард тем временем закончил регенерацию, отшвырнул любимый Кассул в снег и ринулся на Вельхеора с энтузиазмом ребенка, бегущего разворачивать подарок под новогодней елкой.       Вель, кажется, не торопился переходить в ближний бой, а потому встретил врага лотосом. Шар фиолетового пламени врезался рыцарю смерти в грудь, выжигая ткань его костюма, кожу, плоть, обнажая белые ребра. Кровь окружила Алукарда багровой взвесью, напоминая жуткий рой каких-то неведомых насекомых, и тут же вернулась к хозяину, регенерируя его тело с почти незаметной для глаза скоростью.       На руке Алукарда вновь, разрывая белоснежную ткань, выросли черные когти, которыми рыцарь смерти метил Вельхеору в горло. Вель увернулся, когти лишь слегка царапнули его кожу, не оставляя, впрочем, никаких следов. А дальше началась сплошная мясорубка…       Вернее, это Вельхеор рубил и рубил конечности Алукарда своим черным клинком, а рыцарь смерти регенерировал раз за разом. Его облик изменился, аристократическое лицо сменилось страшной пастью с несколькими рядами острейших зубов, а глаза светились красным, оставляя за собой в воздухе багровый след, будто я смотрела на все это через объектив с хорошей выдержкой.       В какой-то момент Алукард изловчился и уже не рукой, а страшной когтистой лапой пробил Вельхеора насквозь… Вель замер и медленно склонил голову, с удивлением рассматривая руку рыцаря смерти, которая по локоть скрылась в его грудной клетке. Алукард выжидающе уставился на соперника, разинув пасть в хтонической усмешке. — Так ты меня хочешь, — хмыкнул Вель, а из его груди по плечу Алукарда уже ползла непроницаемая тьма, закручиваясь в длинные щупальца, которые опутывали рыцаря смерти, стремясь к тому, что было когда-то лицом.       Алукард попятился, стремясь вытащить руку, но не смог, а тьма уже заползала в его багровые глаза, в страшную пасть, раззявленную в немом крике… — Хватит! — выкрикнула я, и, сбросив с себя Виктора, рванула к вампирам сквозь глубокий снег.       Услышав мой крик, Вель тут же отпустил соперника, и Алукард повалился в сугроб, тьма вокруг его головы рассеялась, пасть исчезла, сменяясь нормальным лицом, а глаза стали красными не более, чем обычно.       Подбежав ближе, я рухнула на колени рядом с учителем, а донельзя довольный Вельхеор с видом победителя кланялся воображаемой публике. Обозлившись, я заехала ему кулаком под колено, и он как подкошенный рухнул в снег рядом с нами. Почему-то от моих ударов вампир предпочитал не уворачиваться. — Алукард, ты в порядке? — я взглянула на учителя. Вид у него был более чем удовлетворительный, даже костюм непонятным образом оказался целым. — Я? — переспросил рыцарь смерти и неожиданно захохотал. Его смех разносился над мысом, отражался от ледяного воздуха, множился и резонировал…       Я сгребла горсть снега и швырнула учителю в лицо. В отличие от Вельхеора он не стал мне поддаваться, взмахнул рукой, и все снежинки облетели его по дуге. — Прости, — Алукард вытер слезы, выступившие на его глазах от смеха. — Давно так не развлекался, не чувствовал себя на грани… Повторим? — жадный вопрос был адресован Вельхеору. — Хватит с тебя, — покачал головой вампир, поднимаясь из сугроба и протягивая мне руку. — Это просто феерия, — не успокаивался рыцарь смерти. — Где ты этому научился? — Я могу задать тебе тот же вопрос. — Значит, они оба останутся без ответа, — кивнул Алукард, поднимаясь, наконец, на ноги. — Раз вы наигрались, может, уже домой пойдем? Кажется, Виктор даже протрезвел, наблюдая ваши выверты. — Очешуеть! — к нам, смешно вскидывая ноги, через сугробы бежал Артем, размахивал руками, вопил и захлебывался от восторга. — Это лучшее, что я видел в жизни! Парни, вы просто огонь! — Разрушитель затормозил рядом с нами, взметнув снег. — Вель, старик, я в тебя верил! Ставил на Алукарда, но… А-а-а, не важно! Это было ультра-мега-круто! — Ты на камеру-то все заснял? — поинтересовался Вель. — Шутишь? Конечно! — Отлично. Топай к Майку, пусть сделает массовую рассылку псам Ассамблеи. — Это еще зачем? — прищурилась я. — Пусть сто раз подумают, прежде чем соваться сюда. — Не думаю, что это сильно охладит их пыл, — Алукард поднял из снега свой плащ и снова водрузил на нос очки. — Но идея неплохая, стоит попробовать…

***

      Домой они вернулись под утро, и сперва Вель с помощью Искусства убрал все следы их битвы.       Артем с Майком засели за рассылку. Виктор, который пребывал в явном состоянии шока, отправился спать. Алукард тоже выразил желание вздремнуть, и Сэл проводила его в свою комнату. Бывшую, потому что теперь они с Вельхеором будут спать вместе. Наконец-то!       До момента «икс» оставалось около двадцати часов, а Велю предстояло сделать еще одно очень важное дело. Правда, сперва стоило переодеться. Он-то не может регенерировать свою одежду, как Алукард. А ведь полезная фишка, надо будет выпытать у рыцаря смерти, как он это делает.       Когда Вель зашел в свою комнату, Сэл вероломно напала на него со спины. Она прижалась к вампиру сзади, обнимая его, и ее прохладные руки скользнули в прорехи на футболке, заставляя Веля непроизвольно напрягать пресс. — Мне кажется, ты куда-то собрался, — шепнула она вампиру, и ее руки скользнули чуть ниже. — Мне надо организовать эвакуацию. — Как ты собираешься уговорить всех покинуть город? — Увидишь. Пойдешь со мной? — Конечно, — обрадовалась Сэл. — Я вообще-то тебя тут караулила, чтобы ты не смел улизнуть без меня. — Как я могу оставить тебя в доме, где четверо мужиков, и один из них Алукард? — Велю было трудно сосредоточиться на разговоре, но он старался, хотя руки Сэл все еще гладили его тело под рваной одеждой. — После того, что ты показал сегодня, вряд ли кто-то осмелится на меня посягнуть, — ее пальцы принялись закатывать ткань футболки, обнажая спину вампира. — Я немного переживал, что ты будешь в ужасе от увиденного… — В ужасе? Я в диком восторге. Никогда бы не подумала, что такая откровенная демонстрация силы способна так., — ее язык неожиданно заскользил по голой коже Веля, от поясницы и выше, по линии позвоночника. -… возбуждать. От этой невинной выходки у Вельхеора перехватило дыхание, а кожа покрылась крупными мурашками. — Мы сильно торопимся, или… — Или что? — хрипло переспросил он. — Или ты прямо здесь, прямо сейчас закрепишь за собой статус вожака нашей странной стаи? — хихикнула вампирша и неожиданно исчезла, будто растворилась в воздухе, но Вельхеор ощущал ее запах, и бросился по следу, как зверь.       Коридор, лестница, гостиная…он уже знал, где ее искать. — Вы чего разбегались? — заворчал Артем, но Вель даже не повернул головы в его сторону. Он вылетел в предбанник и кинулся ко входу в подвал.       Она была там, сидела на медвежьей шкуре, рассматривая себя в зеркало. — Как ты думаешь, граф не будет нам мешать? — Сэл игриво подмигнула сама себе и принялась не спеша расстегивать пуговицы на своей рубашке. — Думаю, нет. — Тогда… — она сбросила с себя невесомую ткань и откинулась на спину. -… иди ко мне…       В ее руках сверкнул кукри, лезвие медленно заскользило по светлой коже на животе, оставляя за собой красную линию. Вель не в силах был оторваться от этого зрелища, и только его ноздри слегка дрогнули, когда он учуял запах ее крови. — Иди и возьми то, что твое по праву…       А потом вампир сходил с ума, прижимая ее к звериной шкуре и упиваясь чувством полного обладания, а она извивалась и стонала под ним, подавалась ему навстречу, царапая ногтями, отдаваясь целиком. И не было больше ничего вокруг, кроме ее плоти, ее запаха, ее животных вскриков и сладкой боли, когда она впивалась клыками в его плечо, и все это напоминало ритуал, древний, как сама жизнь…

***

— Мне кажется, он не согласится. — Я спрошу просто из уважения. А потом все равно сделаю по-своему.       Мы с Вельхеором стояли перед небольшим домом, обитым белым сайдингом, в котором жил шаман. Время подходило к обеду, мы оббегали уже весь город, и Велик изрядно устал, под его глазами залегли глубокие тени, но мы оба знали, что останавливаться сейчас нельзя. — Ладно, пошли? — я двинулась, было, к крыльцу, но Вель удержал меня за руку. — Подожди… Прежде, чем мы войдем туда, я хочу с тобой поговорить, — вампир оглянулся в поисках более укромного места и завёл меня в небольшое пространство между двумя домами. — Всё хорошо? — Да. Просто я хочу кое-о-чем тебя попросить. — Нет, — я покачала головой, уже зная, что сейчас услышу. — Да, — настаивал вампир. — Это же всего на несколько дней. — Даже если бы это были несколько часов — нет. — Твоё присутствие здесь необязательно. Мы с Алукардом прекрасно справимся вдвоём. Ты же нас видела… Он вообще практически не убиваем. И будет гораздо лучше, если мы оба будем делать свою работу, не переживая за тебя. — Мы можем уйти отсюда все вместе. — Я должен с этим разобраться, ты же знаешь. Слишком долго я бегал от проблем, но теперь у меня есть ты, и я хочу нормальную жизнь. Никогда и ничего так не хотел. Но если есть хоть крохотная вероятность тебя потерять… Даже мысль об этом невыносима. — Ты не знаешь, о чем просишь… Пять лет, Вель… Пять лет я держалась исключительно силами Алукарда. Я не знаю, что бы со мной было, если бы не он. А ты просишь меня снова уйти. Меня в дрожь бросает при одной мысли о том, что я тебя больше не увижу. Лучше умереть здесь. Это мой выбор, и ты не имеешь права мне препятствовать. — Глупости, со мной все будет хорошо… Эй, если бы тогда, на Титанике, Роза осталась бы в лодке… — Господи, тебя что, Артем покусал?! Вельхеор тихо рассмеялся, притягивая меня к себе и прижимая к груди. — Просто у нас сейчас такая клишированная ситуация… — Ладно. Раз уж мы говорим банальности, — фыркнула я. — То пообещай мне, что мы будем вместе до конца. Неважно, чего. Только так, и никак иначе. На меньшее я не согласна. Не прогоняй меня… Ты забыл, что я тоже теряла тебя однажды? — Это была моя вина. И если с тобой что-то случится, тоже я буду виноват. — Тогда давай возьмемся за руки, как школьники. И ты, всемогущий Вельхеор, пообещаешь мне, что мы будем вместе, несмотря ни на что. И что мы справимся. — Мы справимся, — эхом повторил вампир, сжимая мою ладонь. — Тогда пошли, побеседуем с шаманом… Кстати, имя у него есть? — Абай-Вук.* — А как переводится? — Если просто, то «старый волк», или скорее «старший волк». — Занятно…       Болтая, мы поднялись на крыльцо, Вель потянулся к звонку, но дверь внезапно распахнулась сама, чуть не съездив вампиру по носу. — Наконец-то, — прозвучало из темноты на вполне себе английском. — Заходите.       В доме шамана царил полумрак и спартанский порядок. Ни тебе бубнов из тюленьей кожи, ни ловцов снов из перьев полярной совы, и даже банальных рун на стенах не было, только серые обои.       Абай-Вук проводил нас в кухню, предложил присаживаться к столу и занялся, кажется, завариванием чая. — Я знаю, зачем вы пришли, — с места в карьер начал он. — Отлично, сэкономим время, — кивнул Вель. — Ты придумал, что делать, драуг? — Придумал. И твоя помощь мне не помешает. Шаман замолчал, разливая по глиняным чашкам терпко пахнущую жидкость. — Пей, — он протянул мне сосуд, над которым затейливыми кольцами витал пар. — А что это? — Чай. Из утки. — Из кого? — Уткиагвик — старое название города, — пояснил Вель, тоже получая из рук шамана свою чашку. — А дано оно было в честь местного плода. Утки — это земляной орех. — Окей., — протянула я, с подозрением рассматривая темно-коричневую жидкость. — Пей, — снова повторил Абай-Вук. — Орех земляной. Привяжет тебя к земле. Я снова беспомощно покосилась на Вельхеора в ожидании объяснений. Да, шаман начал разговаривать со мной на английском. Но понятнее от этого не стало. — Не бойся, — Абай-Вук неожиданно улыбнулся, и по его лицу во все стороны разбежались лучики морщин. — Ты заблудилась, я тебя нашел. Но скоро меня не станет здесь.       В голове пронеслись смутные воспоминания о волчьей морде и горящих на ней глазах. И голос, который звал меня на незнакомом языке… — Спасибо, — прошептала я шаману, пригубив обжигающий чай. Он оказался чем-то похож на имбирный. Абай-Вук разулыбался пуще прежнего, окончательно теряя свой суровый вид. — Ты принес мне хорошую весть? — обратился он к Вельхеору. — Ты спасешь мой народ? — Да. — Когда они придут? — Я не знаю. Но вы уйдете сегодня в полночь. Шаман закрыл глаза, будто задумавшись о чем-то, а затем кивнул. — Ты всех околдовал, друг, — задумчиво протянул он. — И хочешь открыть дверь. Ты сможешь? — Открывать дверь буду не я, — покачал головой Вельхеор. — Впрочем, это и не твоя забота. Запомни: сегодня в полночь, на мысе. — Хорошо. А теперь уйди. — Спасибо за чай, — Вель вернула шаману чашку и потянул меня за руку. — Нет. Ее оставь. Я должен сказать кое-что. Велик поджал губы, поразмыслил немного, а затем кивнул и сказал мне: — Я подожду снаружи.       Мы с шаманом остались вдвоем. Он присел за стол напротив меня и долго разглядывал мое лицо, склоняя голову то на один бок, то на другой. Наконец удовлетворенно улыбнулся и протянул ко мне руку. — Когда увидишь пса, иди за ним. Но сюда, — его пальцы постучали по моей куртке напротив сердца. — Не пускай. — Хорошо, — я ни черта не поняла, но ведь так всегда и бывает с предсказаниями? До меня, видимо, все дойдет только в нужный момент, и ни минутой раньше. — Пустишь, — Абай-Вук раздосадовано покачал головой. — А что делать будешь с этим… Может, и сладишь. Он устал. Тебе решать, жалеть его или нет. Иди, твой драуг тебя ждет, — шаман неожиданно рассмеялся. — Он дольше моего народа, дольше этих земель, а все равно волчонок. И шаман продолжал хохотать, пока я покидала его дом. — Ну, что он тебе интересного сказал? — Вель успел вытоптать весь снег у крыльца. — Я ничего не поняла, — пожала я плечами. — Что-то про собаку… А, и еще щенком тебя назвал. — Пустяки, — отмахнулся вампир. — К этому я уже привык. — Пошли домой, — я потянулась к нему со ступеней, обнимая за шею, и он тут же подхватил меня на руки. — Тебе надо хоть немного поспать. А я должна поговорить с Майком. — О чем это? — Вель понес меня по направлению к снегоходу, который мы оставили неподалеку. — Я думаю, он сможет как-то отследить момент, когда нам ждать гостей. — Сомневаюсь. Алукард прилетел сюда на частном самолете… Если платить наличными, транзакцию не отследишь. — Зато рейсы регистрируются. — В нашем случае только вылет, а это ничего не дает. — На частном самолете сюда без дозаправки не долетишь… — Хм., то есть они все посетят Анкоридж? — Или другой более крупный город. Мы прикинем примерный радиус. И если в его пределах начнется нашествие частных рейсов… — Ты моя умница, — Вельхеор усадил меня на снегоход и поцеловал в макушку. — Только не разводите разговоры слишком долго. А то я спать без тебя не смогу. — Это ты со мной спать не сможешь, — хмыкнула я, обнимая вампира за талию. — Не так уж важно, чем я буду заниматься в конечном счете. Главное, чтобы ты была рядом…

***

      Часы показывали 11.15 p.m. Мы полным составом собрались на мысе Барроу и ждали. Правда, никто, кроме меня и Веля, не знал, чего именно. Впрочем, и мы с вампиром не были до конца просвещены, как все произойдет. — Напомни мне, зачем мы тут торчим? — обратился к Велю Артем. — Не хочешь, не торчи, — пожал плечами вампир. — Вот еще! Я любопытный. Просто скука смертная. Может, вы с Алукардом опять подеретесь? — А ты не хочешь попробовать свои силы? — Алукард улыбнулся одной из своих самых притягательных улыбок, если вас притягивают акулы-убийцы, конечно. — Э, нет, — Артем замотал головой, отступая подальше от рыцаря смерти. — Я скорее любовник, чем воин. — Ага, в твоих способностях любить мозги окружающим никто не сомневается, — хихикнул Вель. — Смотрите, что это там? — внимательный Виктор ткнул пальцем в небо куда-то в сторону востока.       Мы дружно задрали головы и уставились на небольшую точку, которая весьма быстро перемещалась по ночному небу, постепенно увеличиваясь в размерах. — Дракон меня задери., — прошептал Артем. — Ага, именно он, — Вель ребром приложил ладонь ко лбу и тщательно всматривался в приближающееся существо.       Видимо, у нас начался массовый психоз потому что полярная ночь пагубно повлияла на наши умы, но… Прямо над нами парил огромный дракон, по спирали спускаясь все ниже. Его порванные крылья трепетали на невидимом ветру, когда он закладывал очередной вираж. Наконец, когда до земли оставалось метров двадцать, дракон сложил крылья и бухнулся на землю неподалеку от нас, подняв в воздух облака снега.       Но вот образовавшаяся метель рассеялась, и нашему взору предстал невероятный монстр. Впрочем, на мой изощренный вкус в нем была какая-то мрачная красота… Большая голова с мощной нижней челюстью склонилась, будто в приветствии, в ночной темноте сверкнули багровым глаза. Тело дракона размерами могло посоперничать с немаленьким самолетом и все было усеяно многочисленными шрамами вперемешку с красными жилами и острыми шипами. — Приветствую вас, дети мои, — пророкотал дракон, ощерив пасть в милой, как он видимо думал, улыбке. — Ага, и вам не хворать, — Артем испуганно нырнул за спину Алукарда и принялся включать камеру на смартфоне. — Это лишнее, — поморщился дракон, и телефон взорвался прямо в руках Разрушителя. — Эх, как давно я мечтал это сделать, — тихо прошептал Виктор, который решил прятаться за мной. — Это ты, Кельнмиир? — тем временем, подозрительно прищурившись, обратился к дракону Вель. — Я думал, ты несколько меньше. — Я Куул-Наг, — существо склонило голову на бок, внимательно рассматривая Вельхеора, а затем отвернуло огромную морду куда-то в бок и… срыгнуло? — Кельнмиир — это вот он.       Мы в полном афиге уставились на черную фигуру, поднимающуюся из сугроба. — Можно просто Кель. Ну и дубак тут у вас, — выдал вампир, а это был именно он: невысокий, с красивыми тонкими чертами лица, длинными волосами, собранными в хвост на затылке и невероятно красными глазами, которые светились на его бледном лице. — Всем привет. Чего уставились? Вампира никогда не видели? — Вампира вижу в зеркале каждый день. А вот говорящий драконий обед впервые, — выдал Вель. — А, здорово, Вельхеор, — сделал ручкой пришелец. — Ты, кстати, какой из двух? — Местный. — Ясно-понятно. Добро пожаловать, — и Кельнмиир сделал приглашающий жест в сторону дракона, который любезно разинул пасть и терпеливо ждал. — Иди, избавляйся от своего мозгового паразита. Хотя не знаю, связан ли он с мозгами. Но вот что паразит — это точно. — Занятно, — протянул Вель, делая шаг по направлению к Куул-Нагу. — Эй! — завопил Артем. — Вы чего?! Нельзя нашего Вельхеора жрать! — Это ненадолго, — «успокоил» его дракон. — Ребята, расслабьтесь, — Велик остановился в непосредственной близости от монстра, и тот снова разинул пасть. — Все под контролем. Я скоро, не скучайте! — и шагнул.       Куул-Наг щелкнул челюстями и задрал голову, проглатывая добычу. — Ужас какой., — Артем осел прямо в снег. Виктор изрядно побледнел, но ничего не сказал. Видимо, доверия к отцу у него изрядно прибавилось. А вот Алукард, кажется, откровенно наслаждался происходящим. — Уважаемый Кельнмиир, — он снял с головы шляпу и поклонился пришельцу, хотя даже в такой позе оставался гораздо выше ростом. — Вы позволите задать вам вопрос? — Что ж, задавайте. Отвечу в меру своей…хм… компетенции. — Не связаны ли вы как-то с новоприобретенными способностями Вельхеора? — Косвенно связан, конечно, — вампир одарил Алукарда не менее акульей улыбкой, чем была у самого рыцаря смерти. — Видите ли, Куул-Наг — бог всех вампиров. Когда-то он и сам был одним из нас, звали его, кстати, Хеор, но потом его душа почернела до бессмертия. Теперь он задался целью расселить своих детей по всем мирам. И не без моей помощи ему удалось привести вампиров в один мир, до безумия похожий на ваш. — Как интересно, — сверкнул очами Алукард. — Но ведь в этом мире уже есть вампиры. — Безусловно. Но мой соратник, друг и моя главная головная боль — впрочем, можете звать его просто Вельхеором — пожелал повторить мой подвиг, и без какого-либо согласования с Куул-Нагом отправился в ваш мир изведанным способом. — Это каким же? — Перенес свою душу в тело своего двойника. — О чем они говорят? — кажется, Артем немного пришел в себя, тихо подполз ко мне и теперь отчаянно желал разобраться в происходящем. — Ты все равно не поверишь, — отмахнулась я. — Не мешай слушать, очень интересно. — Мы сперва с ног сбились, разыскивая его, — продолжал Кельнмиир. — А потом, спустя пять лет он, наконец, вышел на связь. Собственно, мы здесь за тем, чтобы забрать его обратно. — А почему вы путешествуете таким странным образом? — продолжал расспросы Алукард. — О, это просто. В физическом теле перемещения между мирами доступны только драконам. А наш уважаемый Куул-Наг, хоть и падший, но все же дракон. Так что я вынужден был совершать перенос в его желудке. Там же сейчас находится тело нашего Вельхеора. — Ничего не понимаю, — стонал Артем. — Тебе и не надо, — огрызнулся на него Виктор, чем привлек внимание Кельнмиира. — Это что, еще одна копия? — оживился вампир, но ненадолго. — Нет, энергетическая структура похожа, но… — Да сын я его, сын, — устало ответил Виктор. — Поразительное сходство, — поцокал языком Кель, а затем его взгляд скользнул дальше и остановился на мне. — С ума сойти, — одними губами прошептал вампир, делая неуверенный шаг в моем направлении. — Алисия? — Селин, — представилась я. — Вельхеор, который ваш Вельхеор, говорил, что я копия его сестры. — Я даже мечтать не мог, что когда-то увижу тебя снова, — кажется, Кель не обратил на мои слова никакого внимания.       В этот момент Куул-Наг, который предпочел отмалчиваться все это время, снова отвернул голову, издал весьма неаппетитный звук, и вот из сугроба поднимались уже два вампира. Два абсолютно одинаковых, не считая одежды, Вельхеора. Только глаза у одного горели красным, а у другого снова стали карими и родными. — Фантасмагория, — пропел Алукард, наблюдавший эту картину. — А, что? — закрутил головой Артем, который так и продолжал сидеть в снегу, справедливо опасаясь за свою сохранность. Тут его взгляд наткнулся на одного Веля, потом на другого, затем медленно перетек на Виктора. — Ну, нет! — простонал Разрушитель. — К такому жизнь меня не готовила. Их стало в три раза больше, чем было в начале месяца. Если так пойдет и дальше… Все, с меня хватит. — он поднялся из сугроба и на всех парах рванул в сторону дома под наш дружный хохот. — Всем привет! — радостно замахал рукой граф и зажмурился от удовольствия. — Ох, как же приятно вновь очутиться в родном теле! — А кто тебя просил его покидать, балбес! — Кельнмиир отвесил другу подзатыльник. — А чего это тебе можно, а мне нельзя? — Мне, прошу прощения за каламбур, сам бог велел. А ты в самоволку пустился. Да еще и впустую проторчал здесь столько времени! В этом мире уже есть вампиры. — Вообще-то, он зря времени не терял, — вмешался в разговор Куул-Наг, и мы все невольно вздрогнули от звука его голоса. — Он принес в этот мир Искусство. — Да? — Кельнмиир недоверчиво уставился на Вельхеора, который наш Вельхеор, а затем без всякого предупреждения метнул в него уже знакомый всем лотос. Вель, едва успев создать ответный шар, тут же метнул его навстречу, но лотос Келя был больше. Он аннигилировал шар Вельхеора, лишь слегка уменьшившись в размерах, и, наверное, размазал бы вампира тонким слоем, но Вель успел увернуться. — Какого хрена?! — вскричали мы одновременно с Вельхеором, который граф, а я еще и нож достала для убедительности. — И это все, чему ты его обучил за пять лет? — скривился Кельнмиир. — Я обучал его двадцать дней всего! — А остальное время что делал? — Уговаривал! — Тогда неплохо, — откровенно издевался Кель. — Ты учитель от бога! — Ой, ты своего Виктора вспомни! Учил, учил, а толку? Пальчик-то тю-тю! — Ну-ка прекратите! — пророкотал дракон, и нас всех чуть не сбило с ног звуковой волной. — Да, папа, — смиренно поклонился Кельнмиир. — Вельхеор, — продолжил дракон, чуть убавив звук, а затем подумал и добавил: — Который наш Вельхеор. Ты мог бы достичь гораздо большего за прошедший срок… Но тот, кого ты выбрал себе в ученики, уникален даже для нашего мира. Вампир Судьбы, владеющий магией драконов… В общем и целом я тобой доволен. — Какой-какой вампир? — удивился Виктор, но на него дружно зашикали, и он предпочел отступить обратно за мою спину. Граф тем временем приосанился и самодовольно засверкал очами в сторону Кельнмиира. — Я знаю, — продолжал Куул-Наг. — Что у тебя есть ко мне просьба. Я готов ее исполнить. — Я ж тебе говорил, — не наш Вель пихнул в бок нашего, а затем обратился к дракону: — У них тут заварушка назревает… — Я не могу настолько вмешиваться в дела чужого мира, — покачал огромной головой бог вампиров. — А и не надо. Я ж не зря его учил, нехай сам расхлебывает. Но вот людей из города надо эвакуировать. Нельзя ли открыть портальчик небольшой? — заискивающе улыбнулся граф. — Что ж, — дракон шумно вздохнул, раздувая гигантские ноздри. — Портальчик можно. Куда выход ставить? — Переслал координаты ментально, — отрапортовал граф.       Пока все внимание нашей компании было сосредоточено на беседе с кровавым богом, ко мне боком придвинулся Кельнмиир. — Алисия… — Я не она, извините. — Да-да, — шептал вампир, подбираясь все ближе. — Но ты… — Просто копия. Я знаю. — Она была моей женой, — Кель подошел совсем близко и протянул руку, касаясь моей щеки. Я не стала ему препятствовать. Граф Вельхеор ведь получил свою долю сочувствия и обнимашек, почему Кельнмиир не заслуживает того же самого?       Но вампир не стал скромничать и спрашивать разрешения, а вместо этого сгреб меня в охапку и… поцеловал.       Разговоры вокруг нас почти сразу стихли, но Кельнмиир не обратил на это никакого внимания, продолжая впиваться в мои губы, и я поймала себя на мысли, что это было так… знакомо? А затем вампира отбросила от меня и протащила по снегу неведомая сила. — Ух ты, неплохо, — заключил ничуть не смутившийся Кель, стряхивая с себя серебристые нити, другой конец которых держал Вельхеор, который наш Вельхеор. — А если я тебя вот так? — вампир швырнул в Велика целый рой бритвенно-острых шипов, но их отбил Вельхеор, который граф. Отбил кукри, таким же, как у меня, только больше. Да-да, вот так взял, за долю секунды взмахнул оружием каких-то полтысячи раз и отбил. — Защищаешь своего протеже? — хмыкнул Кельнмиир. — А сам-то он что? — А ты возвращайся лет через десять, — злобно прошипел Вель. Мой Велик… — Ладно, — Кель поднял руки в примирительном жесте. — Был неправ, повел себя нагло… Но на счет десяти лет я запомнил. Так что жди, — длинные клыки сверкнули в зверином оскале. — Буду с нетерпением вычеркивать из календаря каждый новый день, — пообещал ему Вель. — Дети, не ссорьтесь, — снова пророкотал Куул-Наг. — К тому же, нам пора. И, как я вижу, сюда приближается толпа людей. — С факелами и вилами? — прищурился Кель. — Нет. Это на эвакуацию, — скромно пояснил Алукард.       Кровавый бог тем временем взмахнул гигантскими крыльями, и метрах в пятидесяти от нас реальность спешно расступилась в стороны, открывая проход. Я как завороженная уставилась на это зрелище и медленно обошла огромную арку по кругу, но она будто следовала за мной, и из любого положения мне открывался вид на заснеженную равнину, за которой вдалеке горел огнями Анкоридж. — У вас есть час. Потом портал исчезнет. А теперь пора, — снова проревел бог вампиров и распахнул свою пасть. — Ну, всего хорошего, — Кель направился к дракону, махнув нам на прощание рукой, а вот граф немного задержался, подошел ко мне и крепко обнял. — Я буду скучать. Следи за этим балбесом, ладно? — попросил он. — Глаз не спущу, — пообещала я. — Вот, держи, — граф протянул мне свой кукри. Увидев его вблизи, я рассмотрела на лезвии изящный, витиеватый узор. — Это мое фамильное оружие, и оно куда лучше твоей зубочистки. — Какая честь, — улыбнулась я. — Тогда ты возьми мою зубочистку просто на память. Вельхеор снова сжал меня в объятиях на мгновение, а затем спешно ринулся к Куул-Нагу, унося с собой мой нож.       Прижав к спине изорванные крылья, Куул-Наг пригнулся к земле, а затем мощным толчком подбросил свое тело в воздух, расправляя крылья вновь и медленно набирая высоту.       А к нам уже шли люди, сотни людей. Не обращая никакого внимания ни на улетающего дракона, ни на нашу колоритную компанию, они по двое или трое входили в портал, некоторые вели с собой своих домашних животных. Я увидела среди толпы и знакомые лица: шериф, Тэри Куивер, Нэнси, Ник, Фанни Акпик… — А это ты как объяснишь? — поинтересовался у Веля Алукард. — Банальный гипноз. — Скучно, — зевнул рыцарь смерти. — Ну, извини, чудеса закончились, — пожал плечами Вель, а затем подошел ко мне и сгреб в охапку. — Если я еще раз увижу, что ты с кем-то целуешься… — Он сам, я тут ни причем, — расхохоталась я. Ревнивый Вельхеор — то еще зрелище… — Когда я попытался тебя поцеловать, ты мне чуть брюшную полость не вскрыла, — не унимался вампир. — Что мешало тебе проделать то же самое с этим наглым упырем? Вот подожди, вернемся домой… — И что тогда? — лукаво улыбнулась я. — Я буду доказывать свое право на тебя снова и снова, — это вампир уже прошептал мне на ухо.       Поток людей вскоре начал иссекать. Одним из последних шел шаман. Он остановился возле нас ненадолго, обвел мудрым взглядом, а затем тоже шагнул в портал. Абай-Вук будет единственным человеком, который не забудет того, что видит сейчас.       Эвакуация закончилась точно в срок, и, когда последний человек оказался по ту сторону, арка начала медленно сужаться. Мы с Велем подошли поближе, окидывая взглядом людей, которых только что спасли от практически неминуемой гибели. Они стояли плотной толпой с отсутствующим выражением на лицах, но Вельхеор обещал, что вскоре все придут в себя и смогут без проблем добраться до города.       Когда арка сузилась практически до размеров обычной двери, у меня в груди возникло тревожное чувство. Вель положил свою руку мне на спину, и на миг мне показалось, что сейчас он толкнет меня…       Но вампир только еще крепче прижал меня к груди и прошептал на ухо: — Теперь все точно будет хорошо. — Так что? Всех эвакуировали? — послышался вдруг голос Майка. Не сговариваясь, мы, синхронно, как танцоры, повернулись к компьютерному гению. Кажется, ни один из нас не вспоминал о присутствии здесь Тортика, а он-то все это время просидел в снегу, снова что-то печатая в своем ноутбуке. — Ты что, ничего не видел? — подозрительно спросил у него Виктор. — А что? — Майк поднял на нас свои по-детски большие голубые глаза. — Было, на что посмотреть?

***

Нет, я не знаю мужчин и женщин с той стороны холма. В храме ржавый засов скрежещет только приходит тьма, Ступени тёплые, но прохлада касается плеч, волос, И мы смеёмся, как будто ада изведать не довелось. Как будто не сменим тысячу тел, не встретим сто сорок войн. Я просто сижу и любуюсь тем, как профиль устроен твой, Как будто мрамор пришёл наполнить какой-то нездешний свет, Как будто я это стану помнить из смерти, которой нет…**

***

      Я открыла глаза. В комнате было темно, только на тумбочке светилось табло электронных часов: 04:00 p.m. Вельхеор спал рядом, безмятежно разметавшись по подушке. Одеяло почти сползло с него, и я аккуратно натянула его обратно. И очень вовремя. — Дорогие радиослушатели, сегодня двадцать пятый день гребанной полярной ночи, а потому доброе утро! — Артем вихрем ворвался в комнату. — Простите мне мои оксюмороны, без них никак, без них жизнь вообще не имеет смысла! А теперь сводка новостей! — Ты спятил? — Вель заворочался, просыпаясь. — Пойди вон, пока я тебя не прибил. — И самая важная новость сегодняшнего дня, — Артем проигнорировал угрозу и картинно замер посреди комнаты, выдерживая драматическую паузу. — Вы готовы? Наберите в грудь побольше воздуха, ибо я собираюсь сразить вас наповал! Количество частных рейсов в Анкоридж увеличилось в пять раз за прошедшие сутки. Город стонет от небывалого наплыва туристов, бесплатного кофе на всех не хватает… — Подожди, что?! — Веля просто смело с кровати. — Твою ж мать, — Артем поспешно прикрыл глаза рукой. — Да за что мне это уже во второй раз?! — А ты чего ждал, вламываясь ко мне в комнату? — недовольно пробурчал Вельхеор, заматываясь в одеяло. — Что Селин первой вскочит с постели. — Гаденыш., — Вель замахнулся на Артема, но тот уже пулей вылетел в коридор. — Началось? — немного нервно спросила я, в спешке натягивая одежду. — Возможно… Погоди, он говорил про прошлые сутки? Сколько времени надо на дозаправку? — Да пары часов точно хватит… Они что… — Собирают армию, да, — Вель напялил штаны и выбежал из комнаты вслед за Разрушителем.       На кухонной плите варился кофе, за ним лениво наблюдал Виктор, а рядом, как всегда с ноутбуком, расположился Майк. — Что там у нас? — поинтересовался Велик, заглядывая Тортику через плечо. — Смотри сам… Вот график последних рейсов. К сожалению, на сайте они его вывешивают с опозданием почти в сутки, — посетовал Майк. — Но в Барроу пока никто не заявился. — Да. Кажется, они решили действовать все вместе. — Вот и чудно, — плотоядно улыбнулся Вельхеор. — Прихлопнем всех разом. А где Алукард? — Город патрулирует, — ответил Виктор, выключая плиту и разливая кофе по чашкам. — Да-да, — поддакнул Артем, входя в кухню. — А кое-кто до обеда нежится в кроватке. — Сгинь, — отмахнулся Вель, а затем снова обратился к Майку. — У нас же все готово? — Угу. Все, как ты просил. — То-то они удивятся, когда сперва обнаружат пустой город, а потом взорвутся, — плотоядно усмехнулся Артем. — Мы не собираемся взрывать город, — остудила я его пыл. — Это на крайний случай.       Да, оказывается у многих местных дома хранилась взрывчатка. Об этом нас просветил Вельхеор, рассказав, что охотники иногда вынуждены таким образом убирать лед из прибрежной зоны, чтобы была возможность выйти в море даже в том случае, если зимняя погода затягивается. Так что мы немного помародерствовали и заминировали несколько ключевых точек в городе. — Отлично, — Вель довольно потер ладони. — Теперь действуем согласно плану.       Это означало, что Майк, Виктор и Артем остаются в доме, а мы с Алукардом и Вельхеором, как наиболее боеспособные единицы, перемещаемся в Кинг Эйдер Инн. Гостиница очень удачно располагалась неподалеку от аэропорта. Кстати, Вель в ожидании гостей в одиночку расчистил всю взлетную полосу, приговаривая, что надо быть гостеприимным, и плавя снег каким-то аналогом лотоса, который больше напоминал огнемет, встроенный прямо в ладони вампира. — Интересно, сколько еще времени им понадобится на сборы? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Майк. — Ждем со дня на день! — радостно запрыгал по кухне Вельхеор. — Где мой плейлист для тусовок? — Псих, — себе под нос констатировал Виктор, но Вель все услышал. — Подожди, доживешь до моих лет. — Если не буду ввязываться в подобные авантюры, то доживу, — покладисто согласился Вик.

***

— Боже, что ж они так долго-то? — простонал Вель, в очередной раз выдергивая из мишени для дартса дротики, чтобы в очередной раз послать их все в яблочко.       С тех пор, как мы втроем переселились в гостиницу, прошло уже три дня. Большую часть этого времени я посвятила тренировкам. Вель внимательно осмотрел нож, подаренный мне графом, и пояснил, что это не простое оружие. Кукри, якобы, «выпивает» энергию из чего угодно. И вот мы периодически развлекались: Вель швырял в меня лотосы, а я рассекала их своим новым кинжалом, наблюдая, как шары фиолетового пламени с шипением испаряются, едва соприкоснувшись с лезвием. — Если тебе скучно, то у меня есть одна идея, — подмигнула я Вельхеору. — Какая? — тут же оживился вампир. — Пойдем, прогуляемся?       Мы тихо прокрались мимо Алукарда, который дремал, полусидя в кресле и надвинув на лицо свою шляпу, и вышли в полярную ночь. — Нужно только найти подходящее место, — объясняла я вампиру свою идею. — Вот, смотри, здесь неширокий проход между домами, а вон там мы поставим Алукарда в его красном плаще. — Зачем? — с искренним интересом спросил Вель. — Помнишь, ты использовал такие серебристые нити? — Ага. — Ты можешь сделать их еще более тонкими? — Могу. — Отлично. Яйцерезку видел когда-нибудь? Тут будет тот же принцип. — Ммм, а мне нравится, — Вельхеор мечтательно зажмурился. — Салат из свежих рыцарей смерти. А Алукард приправит их свинцом…       Мечты вампира прервал далекий гул. Мы замерли, вглядываясь в ночное небо. Звук непрерывно нарастал, а среди неподвижных звезд, помигивая, плыли бортовые огни. — Самое время реализовывать мою идею, — поторопила я Веля. — А я побегу будить Алукарда. — Постой, — вампир ухватил меня за руку, притянул к себе и жадно поцеловал в губы. — Я тебя люблю. Будь осторожна. — Буду, — я последний раз коснулась его губ, завершая поцелуй, и устремилась в гостиницу.

***

      Вельхеор наблюдал за посадкой многочисленных самолетов с крыши здания аэропорта. Конечно, полосы всем не хватило, но многие прилетели на гидросамолетах и садились прямо в снег, а кое-кто и вовсе предпочел вертушки.       Рыцари смерти скапливались на взлетном поле, переговаривались, смеялись, переругивались. Их было много и становилось все больше. Этот город уже несколько дней не слышал такого количества голосов.       Армия тьмы, подумал Вель и улыбнулся сам себе, а затем воткнул в ухо беспроводной наушник. Да, на счет плейлиста для тусовок он не шутил, такое веселье — и без музыки?       Но сперва надо эффектно представиться, показать этим вампирам то, ради чего они летели сюда, во всей красе. Они так жаждут убить его, не ради денег, разумеется, хоть Вель был уверен, что за его голову назначена огромная награда. И не ради правосудия, это уж точно. Он знал, зачем они здесь. Они хотят убить самого кровавого вампира тысячелетия, имя которого много веков даже боялись произносить вслух. Вампира, которого не смог уничтожить сам Алукард. Они боялись его, но чувствовали силу и уверенность в своей нелепой стае и отчаянно жаждали пустить кровь богу.       Вельхеор выставил на плеере отложенное воспроизведение и включил таймер. Все было рассчитано до секунды, пора начинать!       Изящным сальто спрыгнув с крыши аэропорта, он в самое последнее мгновение замедлил свое падение и мягко ступил на обледеневший бетон. — Приветствую вас, дети ночи, — провозгласил он, усиливая с помощью Искусства свой голос.       По взлетно-посадочной полосе волной прокатилось молчание. Сперва удивленно заткнулись ближайшие к Вельхеору вампиры, за ними другие, и так дальше, пока не наступила полная тишина. На Веля воззрились почти две сотни пар глаз, наполняющихся узнаванием, пониманием и нетерпением… Несколько вампиров из первых рядов уже рванули к своей цели. — Нет-нет-нет, — улыбнулся Вельхеор, легким взмахом руки отправляя их в далекий полет куда-то на край поля. — Не так быстро. Я знаю, вы меня хотите, меня просто невозможно не хотеть, но давайте не будем спешить.       Толпа упырей послушно замерла. На лицах некоторых читалось удивление от увиденного трюка, на лицах других — откровенная жадность и желание как можно скорее дорваться до добычи, но и они благоразумно предпочли остаться на месте. Их много, практически целое войско, но умирать в первых рядах не хотелось никому. А то, что многие из них умрут, вовсе не являлось секретом, ведь перед ними сейчас стоял кровавый Вельхеор. — Вы все потратили время и силы, добираясь сюда, но вы вовсе не обязаны здесь погибать, — продолжал Вель. — Так что, как бы ни прискорбно мне было отказываться от такого веселья, я все же обязан предложить: те из вас, кто хочет жить, убирайтесь. Валите ко всем чертям, меняйте место работы и каждое воскресенье поднимайте бокал крови в мою честь, ибо я сохранил вам жизнь. Есть желающие?       Никто не двинулся с места. Более того, по толпе пронеслись смешки, сперва одинокие, а затем все нарастающие, переходящие в зловещий хохот сотен глоток. Рыцари смерти завыли, заулюлюкали, а кто-то даже захлопал в ладоши. — Что ж, — печально вздохнул Вельхеор. — Вы пришли сюда на охоту и наивно мните охотниками себя. Я вас не разочарую, ребята, скучно вам не будет. Будет больно и страшно, но не скучно! — Хватит болтать! — выкрикнул кто-то из толпы. — И то правда, — осклабился Вель, в ухо которого полились первые аккорды песни. — Время пришло. Начнем? WOOHOO!*** Рыцари смерти как по команде сорвались с места, а Вель бросился им навстречу… WOOHOO! На бегу выхватив из воздуха два черных кинжала, истекающих тьмой, он врубился в первые ряды вампиров, разрубая все на своем пути… WOOHOO! Горячая кровь брызнула ему на лицо, заливая глаза… WOOHOO! Жадные и азартные крики рыцарей превратились в вопли боли и ужаса. Толпа заколыхалась… I got my head checked Те вампиры, что были в первых рядах, отхлынули, пытаясь спастись, но сзади на них напирали их же соратники, тоже стремящиеся добраться до Вельхеора и толкающие свой авангард под его клинки… By a jumbo jet Вель превратился в кровавый ураган, сметающий всех на своем пути… It wasn't easy Это была просто мясорубка. Никакой фантазии, никаких изящных приемов в бою, один враг — один удар, первый, он же и последний… But nothing is, no… Вокруг Веля постепенно образовалась зона отчуждения. Рыцари замерли, больше не желая бросаться на врага и так бездумно умирать… — Вам уже весело? — белоснежная улыбка Вельхеора страшно контрастировала с его залитым кровью лицом. — Сейчас будет еще веселее! WOOHOO! When I feel heavy metal Из пальцев Вампира хлынуло фиолетовое пламя, начисто выжигая все вокруг него. Отрубленные части и трупы врагов превращались в уголь и рассыпались пеплом, бетон трескался и плавился… WOOHOO! And I'm pins and I'm needles Толпа в ужасе попятилась, и теперь уже авангард топтал свои тылы в тщетной надежде спастись от всепоглощающего огня… WOOHOO! Well I lie and I'm easy All of the time but I'm never sure Why I need you, Pleased to meet you Многие из рыцарей смерти бросились бежать обратно к самолетам, армия тьмы редела на глазах… — Ну что, ребята? — Вель погасил пламя и обвел взглядом все еще окружающих его вампиров, которые, однако, больше не смели к нему приближаться. Зона отчуждения увеличилась в радиусе до пятидесяти метров. — Остались самые стойкие? Тогда догоните, кому я понравился! И Вельхеор неожиданно взлетел над толпой, разведя руки, будто стремился всех их обнять, а снизу до него донеслись возгласы удивления, мат и ругань на самых разных языках…

***

      Я бежала по городу, зажав в руке кукри и молясь Куул-Нагу, чтобы с Вельхеором все было хорошо. Мы все понимали, что он сможет оттянуть на себя основную массу рыцарей смерти, но найдутся и те, кто не забыл о наличии в Барроу меня… Я цель номер два.       У меня на хвосте висели трое, и я уводила их в ту часть города, где мне будет наиболее удобно их убивать: узкие улицы, более высокие дома.       Поворот, поворот, нужная крыша! Я взлетела на заснеженный шифер и приготовилась к драке. Время молитв вампирскому богу прошло, настало время приносить ему кровавые жертвы…       Клинок графа, будто живой, нетерпеливо подрагивал в моей ладони. Я сжала его крепче, подчиняя себе. Потерпи, милый, сейчас будет море крови…       Преследователи не заставили себя долго ждать. Один за другим они забирались на крышу, изящно впрыгивали на выбранное мною поле боя. Компания явно подобралась случайно, вооружены они были по-разному: один сжимал в руке катану, второй плавно вращал в руке кистень с тяжелым ударным грузом, напоминавшим стального морского ежа. А третий, нехорошо улыбаясь, достал из-за пазухи револьвер, Smith&Wesson, Magnum, мощный… Хотя, просто игрушка в сравнении с Кассулом Алукарда.       Выстрел последовал незамедлительно, но мы с учителем это уже проходили… Я взмахнула ножом, отбивая пулю и чувствуя, как резонирует от удара лезвие, раззуживая ладонь.       Магнум снова плюнул в меня огнем, но я уже падала на обледеневшую крышу, подогнув колени, почти ударяясь спиной о шифер, одергивая свое тело в последний момент. Мышцы пресса напряглись, удерживая корпус параллельно земле, а рука с кукри уже стремилась вперед, продолжая движение и метя в бедренную артерию парня с катаной.       Вампир слегка переступил с ноги на ногу, и я чертыхнулась. Лезвие не доставало совсем немного… Но неожиданно за ним потянулся светящийся след, сверкнул молнией, просто на просто перерубая ногу рыцаря смерти.       Ночную тишину разорвал жуткий вопль. Вампир рухнул на единственное оставшееся у него колено, заливая крышу под собой потоками крови. Тарантино был прав. Ох, как прав!       А в это время в меня полетел тяжелый металлический «еж». Я оттолкнулась свободной рукой, принимая вновь вертикальное положение, и кистень грохнул в крышу, пробивая ее насквозь и взметая в воздух осколки шифера и кучу пыли. Промахнувшийся рыцарь смерти раздосадовано рыкнул и дернул на себя подвес, вырывая свое оружие и несколько досок вместе с ним. Да, под такое лучше не попадать…       Снова выстрел. Я скользнула за спину покалеченного упыря, попутно перерезая ему глотку, и пуля вошла в его грудь, чудовищной инерцией толкнув уже труп на меня. Теперь парня не назовешь живым щитом…       Я опрокинулась с крыши спиной вперед, перевернулась в воздухе, приземляясь на ноги и тут же рассекла брюшину упырю с пистолетом, который решил последовать за мной. Не знаю, какую там энергию поглощал кинжал графа, но вампиру хватило с лихвой, и он кулем рухнул мне в ноги, хотя рана, в общем-то, была не смертельной для вампира.       Тут же в стену рядом со мной, едва не размозжив мне плечо, ударился кистень, зазвенел цепью, снова втягиваясь наверх. — Где ты, сука?! — проревел последний из троицы.       Я мельком глянула на небольшую ранку, оставленную на моем плече одним из металлических шипов, отвечать не стала, кинулась к следующему дому, разрывая дистанцию. Вампир взревел и бросился за мной.       Я залетела за угол дома и нос к носу столкнулась еще с одним рыцарем смерти. На этот раз это оказалась девушка, по виду не старше меня, но кто ее знает… Ее взгляд загорелся почти фанатичным блеском, когда она увидела, кто чуть не сбил ее с ног. Весело захохотав, вампирша вздернула к груди миниган… — Ага, щас, — выплюнула я, пригибаясь и одним гибким движением забрасывая свое тело под основание дома. Но миниган над моей головой уже зажужжал, бешено вращая шестью стволами. Пара кило раскаленного свинца ушла в грудь преследовавшего меня вампира. Надеюсь, ему хватило.       Я выбралась из-под дома уже на другой улице и снова бросилась бежать. Та, с миниганом, за мной точно не угонится, с такой штукой не побегаешь по заснеженным улицам… Но здесь есть и другие, и их немало. Рыцари смерти любят оригинальничать с оружием, так что неизвестно, что еще меня ждет. Рыцарский меч? Арбалет? Может, более экзотичные халади или уруми? Знала я одного рыцаря смерти, у него был РПГ… Та история печально закончилась.       Я неслась по улице в сторону Баптистской церкви, шпиль которой уже виднелся впереди. На перекрестке на меня выскочило еще двое упырей, на этот раз знакомых. Они радостно поприветствовали меня, а затем весьма не дружески выпустили в меня пару обойм, вынуждая нырнуть за огромный грейдер, который использовали в городе для очистки улиц от снега. Свинец зазвенел по металлическому ковшу, пара пуль воткнулись в снег рядом со мной.       Я подтянула колени к подбородку, стремясь уменьшить площадь своего тела, и судорожно соображала, что же делать дальше. И вдруг раздалось еще два выстрела, только стреляли уже не те вампиры, что загнали меня под трактор.       Узнав этот звук, который я способна была отличить от выстрела из любого другого оружия, я выглянула из своего укрытия. На крыше церкви стоял знакомый силуэт в развевающемся плаще. Вампиры, у которых теперь была только одна целая голова на двоих, да и то с лишним ртом, в лужах крови и мозгов валялись посреди улицы. — Алукард, твою мать! — я матюгнулась, не таясь, ибо после устроенной пальбы соблюдать тишину уже не было смысла. — Просто скажи спасибо! — крикнул мне учитель, а затем снова выстрелил, и на снег метрах в двадцати от меня рухнула та самая вампирша с миниганом. Догнала таки, на свою беду. — Ты сейчас должен прикрывать Вельхеора! Какого хрена ты здесь делаешь?! — Он там и без меня прекрасно справляется, — в голосе учителя послышалась досада. — К тому же, тебе тоже пора. — Как? Уже? — я посмотрела на электронные часы на моем запястье, и они тут же завибрировали, уведомляя меня о том, что момент «икс» настал. — В бою время летит незаметно, — философски заявил учитель, спрыгивая с крыши церкви. — Идем. Мы должны быть на месте через две минуты…

***

      Вельхеор упивался битвой, каждый его мускул пел, каждый нерв дрожал натянутой струной, обостряя восприятие до заоблачных показателей. Все вокруг казалось слишком медленным, плыло в красном мареве, подрагивая, а вампир рвался сквозь кровавую взвесь, рвал на куски, сжигал и резал.       Они давно переместились с летного поля на улицы города. За Вельхеором уже никто не гнался, нет, это он сам настигал врагов, уничтожая их одного за другим. Всех, кто не захотел уйти, пока была такая возможность.       Они бежали в ужасе, прятались, умоляли, но умирали прежде, чем призыв к милосердию успевал слететь с их губ. Самый кровавый вампир тысячелетия вновь подтверждал свой титул, смертоносным ураганом носясь по городу и уничтожая все преграды на своем пути.       Вампир с ног до головы был покрыт слоем вязкой крови, замерзающей в корку и тут же тающей от новых порций, хлещущих из тел его жертв. Поле боя, оставленное позади, он выжигал фиолетовым пламенем, которое ползло по земле щупальцами, как живое, и пожирало любого, кто попадался на пути.       Вельхеор не мог точно сказать, сколько это продолжалось, но в один прекрасный момент он остался один на залитой кровью улице. Восприятие вернулось в норму, и вампир словно вывалился в реальный мир, падая на колени, кашляя чужой кровью, которой было так много, что она залила нос и уши.       Он попытался встать на ноги, но не смог. Все тело сотрясали судороги, мышцы ныли от перегрузок, которые он устраивал своему телу последние полчаса. Вель плюнул на попытки встать, окончательно свалился в снег, переворачиваясь на спину, и уставился в ночное небо.       Какая тишина… Он не оставил после себя раненных. Только мертвых. Сколько он убил? Сотню? Сбился со счета…       В любом случае, те, что поумнее, давно свалили из мясорубки, что он устроил и рассредоточились по городу. Впрочем, это уже не его дело, а Алукарда. Должен же этот упырь тоже хоть что-то сделать…       Где-то рядом под тяжелыми подошвами захрустел снег. — Алукард? — Вель повернул голову в бок, но увидел совсем не рыцаря смерти. Точнее, не того рыцаря смерти, которого ожидал. — Я смотрю, ты спекся? — усмехнулся пришелец, упырь под два метра ростом и с такой же шириной плеч. — А ты еще кто? — Вель сплюнул чужую кровь и заставил таки себя подняться на ноги. — Я за тобой. С приветом от Морригана. — А я так надеялся, что уже всех вас передавил, — вздохнул Вель. Его шатало из стороны в сторону, а картинка перед глазами слегка расплывалась. — Да кого ты там передавил, — хмыкнул незнакомец. — Пушечное мясо. — А ты кто? Очередной элитный боец? — фыркнул вампир, касаясь своих электронных часов. — Подмогу зовешь? Давай, мы убьем и Алукарда, и твою милую подружку за раз, не надо будет даже разыскивать их по всему городу. Очень удобно. Хотя, с твоей подругой я бы сперва пообщался поближе… Давно ее заприметил, девчонка просто огонь. — Я тебе язык вырву, — выдохнул Вель, отчаянно пытаясь собраться с силами. — И заставлю сожрать. — Ты? — упырь неожиданно будто расплылся в воздухе, а в следующий момент оказался уже рядом с Вельхеором и схватил его за горло. Вель с удивлением почувствовал, как его ноги отрываются от земли. — Ты неплох, очень даже. Именно поэтому тебя я убивать не буду, Морригана очень заинтересовали твои новые способности. Так что самый кровавый вампир тысячелетия станет любимой лабораторной крысой моего хозяина. Впрочем, мне приказали доставить тебя живым, а вот о целостности твоего организма речи не шло…       Упырь сжал своей рукой, больше напоминавшей медвежью лапу, плечо Вельхеора и потянул на себя, продолжая удерживать в стальном захвате его горло. Вель отчаянно напряг мышцы, и некоторое время они будто играли в перетягивание каната, но затем вампир почувствовал, как его плечо медленно покидает сустав. Давай! Давай же, соберись!       Толстые пальцы нещадно сдавливали горло, лишая кислорода, и перед глазами уже плясали кровавые мушки. — Скажи мне, — голос доносился до Веля будто сквозь вату. — Она громко стонет, когда ты ее трахаешь? Я люблю, чтобы они кричали… Расскажи… — Я тебе сама расскажу, ублюдок…       Где-то на грани видимости сверкнула молния, и Вельхеор упал в снег, закашлялся, снова вдыхая воздух, ощущая всем телом свободу от стального захвата. Его тут же схватили за шкирку, поднимая на ноги, прижимая к груди… — Селин, — просипел вампир, наваливаясь на ее такое тонкое, но отнюдь не хрупкое тело, не в силах держаться на ногах. — Велик… Ты как? — она обнимала его за талию, удерживая от падения и одновременно пытаясь заглянуть ему в лицо. — С тех пор, как этот упырь перестал меня душить… Гораздо лучше. Немного… выбился из сил. — Идем… — Где Алукард? — Я здесь, — послышался голос Рыцаря смерти, а затем он бесцеремонно отобрал обессилившего вампира у Селин и взвалил на себя. — Оу… высоко, — прохрипел Вельхеор, болтаясь на плечах Алукарда и глядя в землю. — Ты меня не уронишь? Я высоты боюсь… — Ты смотри, он еще зубоскалит, — хмыкнул Алукард. — Значит, все гораздо лучше, чем кажется на первый взгляд. — Это был не простой упырь, — продолжал хрипеть Вель. — Сколько таких еще осталось? Он упоминал что-то… Сказал «мы убьем…» — Я думаю, он халканутый. Той самой формулой крови, которая из людей делает вампиров, а из вампиров — машины для убийств. Видимо, Морриган смог как-то усовершенствовать эту формулу. — Хреново, — заключил Вель, мерно раскачиваясь от шагов рыцаря смерти. — Куда мы идем? — В Кинг Эйдер Инн. Тебе надо прийти в себя, — ответила Селин. — Тут уже недалеко, потерпи еще немного. — Мы должны их найти… и добить, — не унимался Вельхеор. — Куда тебе, с грыжей, — фыркнул Алукард. — Будем действовать по плану. И можешь не переживать. Они нас сами скоро найдут. Нюх у этих тварей просто фантастический.       В гостинице было тепло и уютно, и все еще пахло кофе. После кровавой бойни, в которой побывал Вельхеор, это даже казалось странным — кусочек мира и спокойствия. Алукард отнес Веля в ближайший номер, и им тут же занялась Селин. — Боже, — шептала она, стаскивая, отдирая и разрывая его пропитанную кровью одежду. А затем каждый участок его постепенно обнажающегося тела подвергался тщательному осмотру, ощупыванию и даже постукиванию. — Тебе не стоило отсылать Алукарда. — Он сам ушел. Сказал, что ему скучно, потому что я один всех убиваю. Кроме того, немалая часть упырей рассеялась по городу… — Ты кому тут врешь?! — рассердилась вампирша. — Ладно, извини, — покаялся Вель. — Я просто очень за тебя переживал… Ой… Теперь каждый участок его тела не просто ощупывали, но еще и целовали теплыми, нежными губами. — Идиот, — выдохнула она, прижимаясь к его груди. — Какой же ты идиот. — Не больше, чем обычно. Который раз ты уже спасаешь мне жизнь? — Последний, — прошептала Сэл, покрывая поцелуями его пострадавшее плечо. — Потому что сегодня все закончится… И ты никогда больше не будешь ввязываться в нечто подобное. Я тебе не позволю. — Еще один раз придется… У нас же есть план… Мне понадобится сейчас много крови, надо восстановить силы. А еще очки, одежда и мотоцикл. — Ты неисправим, — покачала головой Селин, а затем встала и направилась к выходу из комнаты. — Сейчас принесу тебе кровь. — Я понимаю, что это прозвучит странно, но… Алукард не согласится подонорствовать? — Эм., — вампирша замерла на пороге. — А моя кровь тебя уже не устраивает? — Без твоей крови я тоже не обойдусь, — вздохнул Вель. — Будем задействовать все резервы. Я в душ. Выходим через полчаса.

***

— Не уверен, что это хорошая идея, — в очередной раз вздохнул Алукард, хотя до этого они уже множество раз все обсуждали. — А я уверен, что хорошая, — упрямился Вельхеор. Он чувствовал себя намного лучше, кровь Селин придала ему колоссальное количество энергии, а кровь Алукарда, милостиво сцеженная в пластиковый стаканчик, и того больше. — Главное, чтобы эта штука работала, — он помахал в воздухе радиопередатчиком, звук с которого передавался через все громкоговорители в городе. — Ты уверен, что тебе хватит сил на такое? — обеспокоенно спросила Селин. — Процентов на восемьдесят пять, — цокнул языком Вель. — Ни одна другая лотерея не даст тебе такого шанса. — Тогда давайте начинать, — предложил Алукард, доставая свое оружие и проверяя обойму. — Давайте, — вздохнул Вель и прокашлялся перед произнесением речи. — Итак! — заговорил он в радиопередатчик, и откуда-то с улицы с небольшим опозданием донесся его голос, усиленный динамиком. — Уважаемые упыри, которых я еще не убил. Я предлагаю уже закончить нашу вечеринку, время позднее. Так что все, кто еще жаждет моего нежного тела, приглашаются к зданию полицейского участка на веселое after party. Люблю, целую, ваш неподражаемый, несгибаемый, несравненный Вельхеор!       Сэл закатила глаза к потолку и что-то прошептала одними губами. Что-то явно неприличное, но дико сексуальное, как и все, что вылетало из этих губ. — Ну как? — подмигнул ей Вель. — Я воздержусь от комментариев. — И правильно. Я и сам знаю, что это было чертовски остроумно. Ребята после такого приглашения точно не заставят себя долго ждать.       Вельхеор оказался прав. Не прошло и десяти минут, как под окнами участка собралась группа из восьми рыцарей смерти. Видимо, таких же халканутых, как тот, что чуть его не удушил. — Отлично, — констатировал Алукард, рассматривая врагов через окна, занавешенные жалюзи. — Надеюсь, они все здесь. — Даже если парочка осталась, их несложно будет добить, — отмахнулся Вель, вскакивая с крутящегося кресла, на котором сидел, и направляясь к выходу из участка. — Не нравится мне все это, — пробормотала Сэл, направляясь вслед за ним.       Они втроем вышли на крыльцо и замерли, обмениваясь взглядами с неприятелем. Восемь упырей, все здоровые, словно пережрали анаболиков. В каком-то смысле все так и было. — Ну, привет, — скривил губы Вель. — Это все жалкие остатки вашей непобедимой армии? — Не все, — хмыкнул тот упырь, что стоял в центре. Голубоглазый блондин, прилизанный, как семилетний мальчик на воскресной службе. Видимо, за главного у них. — Парочка наших ребят сейчас в твоем милом пригородном домике, в гостях у твоего сына.       Вельхеор искренне надеялся, что не переменился в лице, но смех рыцарей смерти свидетельствовал об обратном. Селин, стоявшая за спиной вампира, с силой сжала его руку. — Если с его головы хоть волос упадет., — начал Вель. — О, ему аккуратно отделят голову от тела, не испортив прически. Мои ребята хорошие специалисты, не переживай, — сказал, как выплюнул, блондин. — Отзови своих прихвостней, — Алукард направил дуло Кассула точно в лоб говорившему. — Хочешь стрелять, Алукард? — ощерился тот. — Стреляй. Успеешь раз или два до того, как вы все будете мертвы. — У меня другое предложение, — Сэл выступила вперед. — Отзови своих людей, и вы уйдете отсюда живыми. — О, твоя шлюшка говорит без разрешения, Вельхеор? Боюсь, уже поздно, детка…       Вель сцепил зубы, едва сдерживаясь, чтобы не уничтожить его прямо сейчас, не сжечь на месте. Надо беречь силы для главного… Он должен это сделать.       Его сын уже мертв? А Артем и Майк? Что за вопрос? Конечно же, их тоже убили… Он так глупо понадеялся, что все они будут заняты им. Идиот.       Но Селин здесь, ее рука дрожит в его ладони. И он не предаст ее снова, не оставит. Никогда. Можно долго скорбеть по сыну. Или сразу попросить Алукарда пристрелить его, если Сэл погибнет. Она единственная, без кого его жизнь уж точно не будет иметь смысла. И ради нее он не позволит себе больше ни секунды слабости.       Вельхеор притянул Селин к себе, обнимая, прижимая к груди, заставляя себя почувствовать то, ради чего…       Над их головами вспыхнул фиолетовым полупрозрачный купол. Он искрил, раскрываясь полусферой, отгораживая их троих от рыцарей смерти, которые наблюдали эту картину с замешательством.       Тут же блондин, будто неведомым образом поняв, что сейчас будет, рванулся к куполу и успел… проскочил!       А затем от полусферы во все стороны хлынула белая, как северное солнце, всепоглощающая и всеуничтожающая, слепящая волна огня. Она прокатилась по ступеням крыльца, выжигая их в пепел, нагоняя рыцарей смерти, которые бросились в рассыпную.       Как бы ни была велика их скорость, огонь догнал всех, плавя кожу, сжигая мышцы, оставляя голые скелеты, которые тут же рассыпались невесомым пеплом.       Все они были мертвы, уничтожены, но волна катилась дальше, выжигая город огненным цунами. С громким звоном лопались стекла в окнах домов, а затем и сами дома рушились, и тут же сгорали, не оставляя после себя даже обломков. Даже пара от растаявшего снега не поднималось к небу, вода тоже сгорала, сгорал воздух, сгорала сама полярная ночь. — Вель, — его щеки коснулись тонкие прохладные пальцы. — Вель, уже хватит… Пожалуйста… А он все жег и жег, не в силах остановиться. При мысли о сыне ему хотелось выжечь всю планету и казалось, что он способен это сделать. Дело было даже не в любви. Он успел привязаться к Виктору за эти дни, но не более того. Дело было в том, что он ему обещал. Обещал, что все будет хорошо, что он сможет защитить их всех… И не смог. Трепло, бесполезное, никчемное трепло! — Вель, — Сэл обняла его, поцеловала в губы, и он ощутил соленый привкус… Она плакала? Это резко отрезвило его. Волна белого огня, уплывшая за пределы видимости, захлебнулась, схлопнулась, оставляя после себя только выжженную землю. Он не видел этого, просто почувствовал, закрыв глаза, стараясь не ощущать ничего, кроме губ Сэл.       Блондин, чудом спасшийся от экстерминатуса, сидел у их ног, испуганный, ошарашенный, и ни следа былой издевки на лице. Его полубезумный взгляд блуждал по округе, но зацепиться ему не за что: только сплавленный до состояния стекла песок, уходящий к горизонту. И нетронутое здание полицейского участка за спиной.       Вель посмотрел на него поверх плеча Селин, равнодушно, будто сквозь. Вампир, который еще пару секунд назад представлял опасность, сейчас казался лишь случайным сочетанием атомов, по недоразумению оказавшимся здесь.       Алукард был иного мнения. Его рука с зажатым в ней Кассулом взлетела красной кляксой, палец в белоснежной перчатке надавил на спусковой крючок. Бах!       Упырь валится на бок, хватаясь за разорванное в клочья плечо, и пальцы его натыкаются на неприлично голую кость. Бах!       Второй выстрел. Плоть на руке блондина уже начала нарастать с пугающей скоростью, но Алукард лишил его правого глаза, а заодно затылочной кости. Рыцарь смерти одобрительно хмыкнул и вновь навел пистолет на все еще живую мишень. — Стой., — на мишень, которая даже могла разговаривать, несмотря на отсутствие части мозга. — У… меня., — кровь заливала все лицо блондина, мешая говорить. Он не стал сплевывать, сглотнул ее и улыбнулся окроваленными зубами. — Привет от Миклоша.       Последняя фраза прозвучала неожиданно четко и осмысленно, и Сэл рванулась из объятий Веля, падая на окровавленного упыря, выставив перед собой кинжал, который вошел в тело блондина как в теплое масло. Но было поздно… Вель мельком успел заметить что-то яркое в его руках… А затем грянул взрыв…       Вельхеор немыслимым образом успел броситься на Сэл и накрыть ее собой, а дальше начался огненный ад…       Щит все еще оставался на месте и изнутри был не менее прочным, чем снаружи, и концентрированная взрывная волна будто билась в истерике в этой полусфере, не имея возможности выбросить свою инерцию. Осколки бетона и стекол носились в воздухе в огненном смерче, а Вель, ослепленный и оглушенный, вдавливал Селин в обгоревшие доски и раз за разом пытался создать еще один щит вокруг них, но раз за разом все силы уходили на то, чтобы не сдохнуть…       Спину выжигало огнем вновь и вновь, до мышц, до ребер, и от запаха собственного паленого мяса слезились глаза. Было неправдоподобно тихо, и Вель понял, что его барабанные перепонки просто на просто лопнули, что по шее течет его кровь, приятно прохладная в сравнении с огненным адом, что творился вокруг… А затем что-то очень тяжелое упало на него сверху, и он изо всех сил уперся в пол, чувствуя, как под локтями и коленями ломаются хрупкие доски, стремясь уберечь, спаси самое главное…

***

      Вельхеор не знал, сколько прошло времени, но огненная буря вокруг стихла. На спину продолжало давить, и он с рыком отпихнул то, что оказалось бетонной плитой с арматурой, торчащей во все стороны. Спину обожгло, левый бок свело судорогой, стало значительно холоднее, хотя после багрового ада вокруг вампиру казалось, что он уже никогда не ощутит прохлады. Дрожащими пальцами он ощупал свой бок и без особого удивления обнаружил в нем две дыры, сочащиеся кровью. Кажется, от арматуры.       Вель сосредоточился на регенерации. Слух и зрение постепенно возвращались, а боль от ожогов, переломов и еще бог знает каких травм проходила.       Проморгавшись от пепла и пыли, вампир с замиранием сердца взглянул на Селин, которая все еще лежала под ним и… облегченно выдохнул. Цела! Ни царапинки, ни синяка на бледном лице, только широко распахнутые глаза как-то слепо смотрят сквозь него. Обескровленные губы крепко сжаты, а правая рука закинута за голову и крепко сжимает кукри…       Вельхеор понял, что во время взрыва их отбросило на щит. И что она смогла дотянуться и уничтожить его своим оружием. Она умница, такая умница… — Сэл., — горло дерет, а голос больше похож на шорох наждачной бумаги. Ее ресницы дрогнули, взгляд сфокусировался на лице вампира, и она улыбнулась одними губами. — Сэл? — он почувствовал тревогу, которая нарастала где-то внизу живота твердым комком, неприятно ворочалась, обдирая стенки желудка — Ты как? Она приоткрыла рот, собираясь сказать что-то и… не смогла. В уголке ее губ надулся кровавый пузырик. Лопнул. И все внутри Вельхеора лопнуло тоже. — Нет… Затылок обожгло. Страх, липкий, животный страх, просто леденящий, парализующий. — Нет… Он заставил себя приподняться на локтях и взглянуть… Надо. Надо, надо, надо! Ни одна необходимость еще никогда так его не пугала. Он судорожно ощупал свой правый бок, раны на котором уже затянулись, сопоставил, проследил рукой и наткнулся на влажное и горячее… — Сэл., — он испуганно заглянул в ее глаза. Рука безудержно тряслась, и он снова упер ее в пол, пачкая обгоревшие доски кровью и не обращая внимания на осколки бетона и стекла, впивающиеся в ладонь.       Она вдохнула резко, с всхлипом, и что-то забулькало в ее груди. Кровь фонтаном выплеснулась из губ, заливая подбородок. — Нет-нет-нет! — он не в силах был сделать ничего, не в силах даже встать, потому что боялся увидеть то, что и так уже понял.       Селин выпростала руку из-под обломков, неожиданно крепко ухватила его за рубашку на груди, сминая и пачкая ткань, и притянула к себе. — Телефон., — ее шепот обжег ухо. — Велик…спасибо… — Нет-нет-нет… Не смей! — он не мог больше сдерживаться, закричал ей в лицо. — Я… — Нет! — Заткнись. Заткнись и слушай, — она снова вдохнула, захлебываясь, кровь залила шею. — Виктор еще жив… Ты должен туда пойти… — Я никуда от тебя не уйду… — Тебе придется, ты же… знаешь, — слова давались ей с огромным трудом. — Вель, ты пойдешь туда и спасешь… иначе это был бы не ты… А я ведь люблю тебя именно таким… Спасибо… — За что? — За… то, что спас меня тогда… И мы смогли… это было лучшее время моей жизни.       Она снова улыбнулась окровавленными губами, и взгляд ее стал таким умиротворенным, пустым, что Вельхеору захотелось встряхнуть ее, чтобы не смела смотреть так, сквозь него… Рука за ее головой разжалась, кукри звякнул о бетон.       Он забыл, как дышать, и именно поэтому крик, что так упорно рвался из груди, кроша ребра, звучал только у него в голове. Или нет? Какая разница…       Кулак врезался в пол рядом с ее лицом, каменная крошка разлетелась веером, засыпая глаза, а он бил, снова и снова, ломая себе кости, оставляя на острых осколках досок кусочки собственной кожи и мяса. Но кости срастались слишком быстро, а кожный покров вновь покрывал мышцы, и это бесило страшно, до белого каления.       А затем в поле зрения появилась рука в изодранной, едва угадываемой белой перчатке и прикрыла Селин веки. — Она что-то говорила про телефон, — прозвучал чей-то холодный голос. Вель только сейчас почувствовал, что рядом с его коленом, которым он соприкасался с бедром Сэл, что-то вибрирует. Протянул руку, нащупал. «Виктор»       В груди что-то шевельнулось. Вельхеор скользнул окровавленным пальцем по экрану, принимая вызов. — Селин? — Это я. — Отец! — кажется, Виктор искренне обрадовался. Называет его отцом, уже пару недель точно. А Вельхеор слышит этот голос и ненавидит себя за мысли… Что лучше бы умер Виктор. Или он сам. Или вообще все на земле. Только не она… Но все случилось иначе. — Я так долго пытался дозвониться! Здесь два упыря, прямо в доме! А мы в подвале. Здесь сигнал не брал, но Майк чего-то нахимичил… Алло? — Да, — прохрипел Вельхеор, поднимаясь с колен и видя, наконец, страшную рану, зияющую в ее груди. Ему просто пробило печень, а ей… сердце. — Хоть кто-то из вас может прийти и вмешаться? Или нам до утра здесь сидеть? Вдруг, они найдут нас? — Я сейчас буду, — и Вель швырнул телефон в груду обломков. В конце концов, она просила его. Он был бы не он, да… — Иди, — снова холодный голос. Он и забыл, что Алукард здесь. Кажется, ему тоже хорошо досталось: плащ изодран, лицо покрыто глубокими ранами с разворочанными краями и ожогами, ног, кажется, вообще нет… — Я, как видишь, немного не в состоянии.       Вельхеор даже не стал спрашивать, где его хваленая регенерация. Постоял немного, подобрал нож Селин. Про Искусство даже вспоминать не хотелось. И пошел, побежал, стремительно набирая скорость, даже не оскальзываясь на гладком стекле, в которое превратил полгорода. *Имя придумано автором. Состоит из двух частей, Абай — киргизское (старший брат, дедушка, старший родственник), и Вук — волк в переводе с боснийского. Обычно у инупиатов двойные имена. **Вера Полозкова «Чем душа занята?», отрывок. ***Здесь и далее песня «Song 2» группы Blur. Мою голову проверили на прочность Реактивным лайнером. Нелегко было, Но что вообще легко? Ничего… Ууху! Когда я чувствую тяжелый метал… Ууху! И когда я весь как на иголках… Ууху! Я вру, потому что я спокоен, Вечно спокоен, но никогда не понимаю, Зачем мне ты. Приятно познакомиться! Перевод взят с сайта www.amalgama-lab.com/.