Дух охоты. Часть 4

      Погребальный костер пылал, подсвечивая арку из китовых костей. Пылал очень ярко, потому что других огней в городе не было. И самого города тоже почти не осталось. Искры улетали в небо, повторяя изгибы млечного пути.       Тишина... Только треск костра. Или треск мороза, который ударил еще вчера, побивая все рекорды отрицательных температур? - Вель.., - Артем протянул вампиру бутылку виски, и он взял, отхлебнул. Передал Майку.       Виктор, сидя на перевернутом остове лодки, достал пачку сигарет, впервые за все время, проведенное в Барроу. Закурил, задумчиво пуская в небо кольца дыма, которые четко вычерчивались в ночном воздухе.       Все молчали. В общем-то, сказать было нечего... Всем, кроме Артема, разумеется. - Я не понимаю, как так вышло вообще, - выдал Разрушитель, вновь получая в свои руки бутылку, передаваемую по кругу. Вопрос повис в воздухе. Никто не знал, как. - Уму непостижимо.., - не унимался Артем. - Он же мог регенерировать себя буквально из лужи крови! - Взрыв был очень мощный, - поморщился Вельхеор. - Из-за моего щита... - Да, знаю, - нетерпеливо перебил его Разрушитель. - Но ты же выжил! - Меня бетонной плитой придавило... - А Селин? - А меня придавило Вельхеором, - я приняла бутылку из рук Виктора и сделала очередной глоток, ощущая, как ледяная жидкость обжигает горло. Виски подходил к концу. Погребальный костер догорал. Никто из них ничего не знал. Только я и Вель.       Воспоминания снова хлынули в голову. Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. У меня перед глазами проносился Вельхеор... Вельхеор, сидящий за рулем дешевой машины, иронично взирающий на меня - первая встреча... Вельхеор, стоящий напротив на узкой балке, под которой расстилается серый океан надгробий... Вельхеор в черной шелковой маске, кружащий меня в танце ("Я ревную!")... ...целующий меня на мокрой от дождя траве... ...несущий меня, пьяную, на руках под звездным небом... ...нависающий надо мной в уютной темноте спальни...       А затем вокруг была тьма, долгая и бесконечная... Но пес, стоящий передо мной, был чернее этой тьмы, и восемь глаз горели красным на его морде... ...шаман, касающийся моего сердца ("Сюда - не пускай")...       Пес был совсем рядом, навалился на грудь, свернулся тьмой и сказал голосом учителя: - Я устал. ...Вельхеор, кричащий мне что-то в лицо...       Пес заворочался, утыкаясь мордой в мою грудь. ...улыбающийся шаман - "пустишь"...       А потом я очнулась в груде обломков, кажется, крича от ужаса, но никто меня не слышал. Никого не было... Я помню, как судорожно ощупывала свою грудь, пытаясь отыскать рану, но раны не было. А сердце билось слишком быстро, ломилось в ребра, упиралось в горло...       Я далеко не сразу обнаружила рядом с собой то, что осталось от учителя. Я бы вообще не заметила, ведь его красный плащ наполовину сгорел, наполовину стал серым от пыли. Но рука тянулась ко мне. К моему сердцу. Иссушенная, костлявая рука - только кожа и кости под ней.       Я битый час ревела и билась в истерике, не решаясь коснуться этой руки, пытаясь отгородиться от страшного понимания, которое беспощадным маршем наступало на разум.       А потом меня нашел Вельхеор. Он подошел совершенно неслышно, хотя в том моем состоянии ко мне мог бы подкрасться и бегемот в железных башмаках... Сел прямо на грязный пол и долго смотрел, молча. Каменной статуей. Даже когда я подалась к нему, обнимая за шею, ища утешения, прошло много времени, прежде чем он решился меня коснуться. Будто боялся, что я рассыплюсь пеплом или растаю, как дым.       Коснулся, замер... а затем так сжал в объятьях, что из моей груди вышибло весь воздух. И до боли утыкался в меня, вдыхая, вдыхая, всхлипывая... - Эй, - Артем щелкнул пальцами у меня под носом, привлекая внимание, тыча пальцем в сторону океана. - Смотри. Мы дожили! - его крик разносился по побережью, отражаясь многократным эхом. - Мы выжили! Мы... дождались!       На горизонте над темным океанским льдом вспыхнула ярко-красная полоска света, постепенно расширяясь, окрашивая небо в розовый. Воздух становился прозрачнее и сверкал кристаллами. Я зажмурилась с непривычки, но потом заставила себя открыть глаза и просто смотреть.       Вельхеор сжимал мою руку, а остальные... просто улыбались, радуясь новому дню. Настоящему дню!       Над Барроу медленно вставало солнце.